Джисон всегда думал, что Минхо – это вообще другая лига. Минхо талантливый, красивый, успешный и всё-всё-всё на свете. Они просто существуют в разных вселенных, даже когда пересекаются в одной танцевальной студии; с этим ничего не поделаешь. И Джисон сам, если честно, не заметил, как пропал. А когда очнулся, понял, что не хочет выбираться. Ни из влюблённости этой своей ебучей, ни из анорексии. Но из анорексии, конечно, в первую очередь.

а если, например, в закусочной «神메뉴» будет холодно, они её сожгут.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

-Тебе объяснили, кто я такой? – спросил он. -Принц… - с каким-то благоговением откликнулся Феликс – мне ничего не объясняли, но я подслушал, что Вы… Вы… -Говори. -Прокляты. Стражники, которые привезли меня во дворец, сказали, что я здесь из-за проклятого принца.

— Енбок, — шепчет Чан, — выходи поиграть. Но Енбока никогда не существовало.