Я всегда буду рядом, никогда тебя не оставлю. Я стану твоей падающей звездой и поселюсь на звёздном поле у тебя в глазах. А сейчас..загадай желание, хён.

От Хвана пахнет действительно приятно. Легкий запах парфюма щекочет нос Минхо, и он не может не думать, как это отличается от того же Джисона, как это ему нравится. Он выдыхает слишком громко и явно ощутимо для самого парня, потому что тот вздрагивает и покрывается мурашками. Минхо тут же разрывает объятия и отходит, стараясь успокоить рассудок, что совсем ему не подчинялся в последнее время. -Пахнет вкусно... Чем ты пользуешься? Хочу купить себе тоже

На всех листах десятки Минхо. В большинстве случаев он сосредоточен, но есть и рисунки, где старший улыбается. На этих набросках старший красив невероятно, и парень не может отвести взгляд. Он давно сам себе не нравился, но почему-то на этих рисунках каждая его черта просто потрясающая. Но потом Минхо понимает, что все эти наброски излучают невероятно сильную энергию. Его щеки краснеют. Иногда он жалеет, что рисует всю свою жизнь. Потому что он видит в рисунках любовь. Невероятную любовь.

Минхо идеальный, а у Джисона волосы во все стороны, мятая рубашка и коленки в синяках. Написано на бинго-фест~ https://vk.com/minsung_bingo

CoffeBoy: 17:33 Джисон У меня проблема Чонин попросил научить еГО ЦЕЛОВАТЬСЯ ЧТО ДЕЛАТЬ

Ему будет больно, но он никому не скажет.

У Джисона грустный взгляд и тысяча проблем. У Минхо только одна проблема – Хан Джисон.

– Я не люблю тебя, – говорит Минхо тихо, но отчетливо. Джисон вздрагивает, когда губы старшего касаются его шеи. Словно сам верит, что это правда, он повторяет. – Я не люблю тебя, Джисон.

«Навсегда — Эл(L) Эм(М) and Хан Джисон!»

Серия коротких историй, посвященных персонажам вселенной A terrible story. Настоятельно рекомендую читать после первой книги He is a cat, либо воспринимать как самостоятельные драбблы.

Переживая личную трагедию, невероятно сложно увидеть картину происходящего целиком. Минхо понятия не имеет, в какой момент борьба с собственной судьбой превратилась в шестеренку безжалостного механизма судного дня, но чувствует — он, как и многие другие, лишь инструмент фатума, который пророчит неотвратимо грядущие кардинальные перемены.

Это история лета 92-ого года, в самый расцвет токийских технологий и фестивалей. Лето, окрашенное в неоновые тона и с примесью неизбежности на кончике языка.

Хёнджин был его луной, а Минхо, в свою очередь, играл роль бесстрашного звёздного неба, которое бросилось с небосвода прямиком за своей любимой.