Вивьен потерял родных два года назад, но трагедия продолжает преследовать его вендеттой одного из немногих, кого омега может назвать семьёй. Джин озабочен местью, и всё было бы проще, не скрывай он правду от Ви, в которой новый любовник омеги — их общий враг.

- Я убью тебя в четверг... - Да, хорошо, в этот день я как раз свободен.

Здесь будут собраны мини-зарисовки по моим больным фантазиям, которые я не могу воплотить в полноценные работы.

- Как ты? - альфа присел на соседний стул. - Я беременный... Мой муж умер... А его родители хотят забрать у меня ребёнка сразу после его рождения... Всё плохо, Чонгук. Всё так плохо, что я даже не знаю, как мне пережить всё это...

Чимин не верит, что Крысёныш - его истинный, но пытается это принять. Однако не все обиды школьных лет можно легко стереть из памяти. Юнги знает это по собственному опыту, а вот Чимин никак не может этого понять...

Тэхён и его сын Хосок всего лишь хотели тишины и покоя, когда альфа подписывал документы о покупке дома в маленьком городке, вместе с бумагами о разводе. Юнги всего лишь хотел чуточку любви от своего мужа и благополучно родить ребёнка. С самого начала всё идёт не так, как им бы хотелось.

 — Юнги, почему я должен бегать за тобой по всему замку? Пойдём, нам следует вернуться на кухню, пока нас никто не увидел. — Омега подхватил сына на руки, кивнул стражникам и направился в другую сторону, игнорируя детские попытки вырваться. — Если кто-то из монарших особ тебя увидит — тебя накажут, несносный ребёнок.  — Папа, но там так вкусно пахнет персиками…

Вот не хотел я ехать! Не хотел! Кто вообще раздает путевки новеньким работникам? Пусть даже они продали самое большое количество резиновых членов...

Чимин - самый неуклюжий парень на свете, который хочет успеть на собеседование. Что ж... Могу сказать одно... Он не успеет...

В городе объявился маньяк. Он убивал мужчин нетрадиционной ориентации, оставляя жертву без гениталий и с вырезанным на груди «п#дор». У детектива Мин Юнги были три первые буквы на коже и спрятанный когда-то давно, где-то глубоко внутри, леденящий душу страх, обусловленный не только за себя, но и за его лучшего друга, в которого он был тайно влюблён.

Чонгук был обычным конюхом состоятельной семьи. Он находился среди сена и грязи и имел ценность, сопоставимую со старой кобылой. Тэхён Равель был молодым графом, окружённым лоском и запахом долларовых банкнот, и считался чуть ли не хозяином Чонгука.

Чонгук частенько пел в переходе метро для своего удовольствия: ему нравилась здешняя атмосфера и акустика. Он правда не ожидал, что однажды кому-то захочется заплатить ему за это. В конце концов, он даже не пел достаточно громко, чтобы привлечь к себе внимание. Поэтому Чонгук очень удивился, обнаружив денежный чек в пустом стакане из-под кофе, возле которого он присел по чистой случайности.

Вокруг них посыпались, как первый внезапный снег, белые листы. На всех на них был человек, которого Чонгук вот уже пару недель рисовал исподтишка. Тот самый человек, с которым он столкнулся и выронил на пол каждый до единого свой эскиз.

Прошёл год с тех пор, как Ким Тэхён заплатил за ужин Чонгука одним печальным, омраченным для него по нескольким причинам вечером. Держать скелеты в шкафу для него теперь всё сложнее - вихрь кружева, блесток и атласа просился наружу. Чонгук же как ветер, что подгонял и взмывал ввысь пожухлые листья, настойчиво подталкивал погрязшего в сомнениях Тэхёна в спину.

Волк находит в лесу умирающего лисёнка.

Чонгуку запрещали всплывать на поверхность. «Там опасно», – всегда говорила его мама, рассказывая о людях – созданиях с раздвоенным хвостом, передвигавшихся по суше – и о сиренах – опасных существах, похожих на них, русалок, но только с острыми зубами, с когтями и рядами клиновидных пластин, торчавших из спины. Сирены сидели на камнях у проливов, они пели песни и расчёсывали друг другу волосы. И хоть они представляли опасность, Чонгуку было любопытно взглянуть на них.

Тэхёна задолбало, что все считают, будто он обязан быть снизу. Что это за иерархия такая тупая: нет мускулистого тела – стелись и подставляйся. Нет, он против и решает исправить это. Решает исправить свой мягкий животик и худые руки. И, возможно, сильный милашка Чон Чонгук, постоянный посетитель вечерних тренировок в зале, куда Тэхён недавно купил абонемент, поможет ему в этом.

Чимин был неправильной ведьмой: плохо владел чёрной магией, не мог убить зайца для ритуала, даже демона призывать у него не получалось. Когда ему сказали, что он должен принять участие в традиционном обычае, где по окончании его лишат девственности — Чимин захотел отказаться. Вот только исхода два: либо попрощаться с жизнью, либо с невинностью. Ясно одно — Чимин не хочет умирать.

Юнги уверен – Чимин с ним только потому, что он его покупает. Золото, банкноты, драгоценные камни – вот то, что нужно Чимину. Не он. Не Юнги.

– Так, вы хотите трахнуть меня? – Чонгук сглотнул, его потные ладони вцепились друг в друга в поисках опоры. Тэхён усмехнулся, его глаза горели нескрываемым озорством, когда он пропел своим невозможно глубоким голосом: – Нет, сладкий, я хочу, чтобы ты трахнул меня.