- да как же ты не можешь понять? - Ацуши срывается на крик, он чуть не плачет. - я всегда, слышишь, всегда хотел быть на тебя похожим! Ты забрал меня из приюта, подарил новую жизнь, я хочу быть таким, как ты! Акутагава смотрит на него пустым холодным взглядом, вспоминая, как этот мальчишка признавался ему в любви бесконечное количество раз. Он действительно вырос, но сейчас.. - именно за эти слова я тебя и ненавижу.

Простить или мстить, решать только Акутагаве, и что-то подсказывает, что минет на рабочем месте будет не поощрением с его стороны.

Дазай сам сделал выбор не в пользу себя. Нельзя состоять в отношениях, когда один обязательно останется несчастен, но эти бездонные серые глаза забытого справедливостью мальчика он будет помнить всю свою жизнь.

Даже, когда Дазай ушёл, его слова не вылетали из головы. Неужели.. Все его старания были не в пустую, они все этого стоили.

Этот бессмысленный, ничего не значащий, но такой сладкий поцелуй.

Чуя никому не говорил, что с самого детства не ощущал свою человечность. За это справедливо, по его мнению, он был лишён и настоящей семьи, и друзей. Цепляться за разовую доброту, будто паразит, вечно бы не получалось, так что.. Пришлось изображать. Богатые предки, компашка за границей и он.. Такой, как все.. (?)

Его очаровательные глаза были в два раза ярче моря, а неба - в цельных пять. Его волосы струились языками пламени, облизывая мрамор кожи, то и дело грозясь сжечь хозяина и всё вокруг до тла. И пахло от него солёной пеной.. Рюноске не знал его имени, не знал, кто он и откуда, но до дрожи в коленях, до обкусанных костяшек пальцев и до выдернутых волос мечтал оставить его отпечаток в одной из своих картин.