Сейчас Тэхён выкуривал на крыльце уже семнадцатую по счёту сигарету и вливал в себя вторую бутылку виски, посылая к чертям все запреты, которым следовал уже несколько лет. Никотин и алкоголь — единственное, что могло помочь справиться с гневом. Количество раз, когда он злился на Чонгука, не превышало десяти, и в основном это были лёгкие приступы ревности, но сейчас всё по-другому. Сейчас он не просит прощения в пламенных поцелуях и горячих объятиях. Сейчас он далеко.

У Юнги с рождением сына либидо повысило свой уровень. Намджун же намерен выполнить предписания врача и дать омеге восстановиться.

Чон справлялся и не с таким, но кто бы мог подумать, что именно появление в его жизни ребёнка и омеги, которых он вообще-то похитил и решил спрятать в собственном доме, пронесут его по эмоциональным горкам, похлеще тех, что он испытывал, нарушая закон.

Чимин разрывает нетерпеливый поцелуй и заглядывает в чужие невероятно чёрные, буквально обезумевшие, глаза, уже совсем позабыв, что именно так они обычно и выглядели, когда Чонгук был готов трахаться до потери сознания.

Чимин смеётся тихо в чужой рот и отстраняется, осаживает одним лишь взглядом потянувшегося за ним парня и медленно отступает в сторону спальни. Чонгук за ним следует словно под гипнозом. Словно на привязи.

Для Намджуна нет преград когда в поле зрения попадает Чимин. Ким всех готов ради их любви омертвить. Пролить кровь – не сложно, потерять Чимина – со смертью для него сравнимо.

Пак Чимин всегда знает, как порадовать своего папочку.