Когда от усталости хочется содрать с себя шкуру, приходит спасение. В ненависти и ярости. В хронической злобе. В возвращающейся боли. И осознании: любое спасение временно.

Гермионе двадцать два, она работает в Министерстве магии, а её жизнь вполне стабильна. Единственное, что ее омрачает - навязчивые сны, которые преследуют по ночам и в которых Гермиона постоянно видит чей-то силуэт. Но, когда она вместе с друзьями оказывается на лучшем курорте Волшебного Мира, привычный ход вещей меняется совершенно непредсказуемым образом, ведь ей предстоит… танцевать. Танцевать с врагом.

...Перед глазами кружили воспоминания — всё то, что теперь казалось далёким и тускло-серым. Словно ворох старых выцветших фотографий, на которых с трудом можно разглядеть блеск глаз и веселье улыбок, смех, чувства. Такие тёплые и оттого нелепые моменты их жизней, переплетённых между собой в причудливый узор, нелепые среди догорающих костров и тел раненых и убитых...

Сакура, пытаясь помочь группе путешественников, сама же попадает в плен шиноби Звука. Теперь ее ждет рабство. Чтобы не натолкнуться на лишние неприятности, она с помощью дзюцу преобразуется в мальчика. И все бы ничего, только уж больно нрав у зеленоглазого парнишки крутой. Может, это и привлекло Учиху? Но как долго девушка сможет водить за нос своего хозяина?

В восемнадцать я впервые задумалась о собственной смерти. Жизнь превратилась в кошмар, выхода не было, и никто не мог мне помочь. Тогда и решила призвать на помощь демона, совсем не подумав о последствиях...

Ника - эксперт по вампирам, кажется, она знает о них все. Увы... они о ней тоже кое-что знают. И постараются заполучить во что бы то ни стало.

И правда, как сладить с таким самоуверенным и категоричным учителем истории, которого иначе как дьявол и не назовешь. Но вот только выражение это фигуральное, а когда ситуация складывается так, что кроме него, за помощью обратится и не к кому, выясняются и буквальные подробности.

Кучики Рукия берет у Кенпачи интервью для альманаха ЖАШ

— Это была моя любимая сказка. Но потом я выросла и поняла, что это...так глупо. Она всё время бежала за ним босиком, когда он даже не подумал о ней, уйдя со Снежной Королевой. Он все эти годы о ней даже не вспоминал. И я не хочу быть глупой, как она. Я устала бежать за Каем. Я устала, — Гермиона ощутила, как тёплая слеза скатилась в угол её губы, и он проследил за ней холодным взглядом. Так он смотрит на соперников перед игрой в квиддич. Безразлично. Бездушно. Чёрство. — Пусть спасает себя сам.

Испокон веков омеги покорялись альфам, влекомые непреодолимым желанием. А альфы драли друг другу глотки за право быть с омегой. Но что делать, если альфой оказывается самый ненавистный тип из всех возможных, умело маскирующийся под безэмоциональную бету? А хладнокровная омега совсем не такая хрупкая и беззащитная, как пишут в сказках? Зарисовка о том, когда инстинкты берут вверх над разумом, а влечение достигает точки невозврата.