Love for us

«Ни одного пропущенного. Значит, дядя решил, что я остался у Цзинъи… Окей, — Жулань снова с подозрением глянул на Сычжуя, — почему он не злится и не высмеивает меня? Для него в порядке вещей приводить к себе пьяных людей?» Они находились в квартире, которую Юань снимал отдельно от родителей. У Цзинь Лина раскалывалась голова, но самочувствие улучшилось после того, как ему позволили умыться. — Прости за вчерашнее. — Ничего страшного. Жулань хмуро глянул на него. — Почему ты пошёл за мной? — Невежливо оставаться в гостях, когда кто-то другой уходит. Цзинь Лину захотелось хлопнуть себя по лбу: «Тьфу, эти Лани…» — Ты не понял, — отмахнулся он. — Я же помню, что ты вчера не пил. А если бы я серьёзно решил навалять тебе? Тот усмехнулся и покачал головой. — У тебя всё на лице написано, Сянь-гэгэ не врал. От упоминания препода по спине поползли мурашки. — Ты к чему? — К тому, что ты чуть не убил меня своим ревнивым взглядом, когда мы ещё находились дома у Цзинъи. От двусмысленности фразы Цзинь Лин покраснел и нахмурился. «Что у него в голове?» — Зачем ты позвал меня в бар? — внезапно спросил Сычжуй. Цзинь Лин закусил губу. Воспоминания вспыхнули в голове на несколько мгновений, и он почувствовал, как его снова начало подташнивать. — Хотел набухать и посмотреть, как ты себя поведёшь, — хмуро кинул он. — Если бы ты оказался очередным уродом, то ни на шаг бы к нему не приблизился больше. — Но? — Что? — В итоге напился ты. — Я не хотел! Но потом ты сказал, что вы поцеловались, и… «Стоп! Получается, для Цзинъи поцелуи ничего не значат? Или он зафрендзонил и его? То есть…» Сычжуй закатил глаза. — Поэтому я и хотел объяснить тебе всё сразу, но ты даже не стал слушать. Предыдущий опыт А-И был весьма… — Мерзким. — Ты в курсе. — Естественно. Сычжуй кивнул. — Считаешь, что у меня нет шансов? — взвился Цзинь Лин. Лицо Сычжуя снова стало серьёзным. — Мне до сих пор интересно, почему тебя устраивает роль «лучшего друга», когда ты хочешь от Цзинъи совершенно другого. Сердце Жуланя упало. «Я настолько очевиден? Он понял мои чувства, пробыв со мной пару часов, значит, Цзинъи тоже о них знает. Очевидно, он не может не знать». — Такой глупый вопрос, — он сложил руки на груди. — Если даже ты всё понимаешь, ответь на него сам. — Глупый не мой вопрос, а твои действия, — резко произнёс Юань, и Жулань мгновенно вскипел. — Ты так легко сдался, не понимая, что сам Цзинъи может чувствовать на твой счёт. — Поделись соображениями, раз такой умный. Сычжуй тяжело вздохнул. — Ты знаешь его лучше всех, ты видел, как люди, которым он доверял, реагировали на его диагноз, как это знание буквально разрушало только начавшиеся отношения. Ты очень близкий для него человек, и он не хочет своими необдуманными или неуважительными действиями оскорбить тебя. Ты очень скрытный. Я заметил твои чувства лишь из-за того, что знал, куда смотреть, а потом ты словесно подтвердил мои догадки. Для Цзинъи всё это гораздо сложнее. — Откуда ты знаешь? Сычжуй фыркнул. — Я предполагаю, смотря на факты. А вообще ты прав: Цзинъи ничего из этого мне не говорил, я просто додумываю. Цзинь Лин прикусил губу. «Что-то не похоже. Он говорит слишком уверенно — сразу чувствуется душок Вэй Усяня. Но мне кажется, часть правды в его словах всё же есть…» Они сели завтракать. Цзинь Лин с каждой минутой чувствовал себя всё лучше, из-за чего внутри начало ощутимо щемить. Он ожидал от этого утра чего угодно: ссоры, ругани, потоков угроз и оскорблений, которые он успел выучить наизусть… Вместо всего — тишина и разрывающие его сомнения. «Он такой чуднóй, — подумал Жулань, — но если он заботится о Цзинъи так же, то у меня нет шансов». — Я ничего не понимаю, — Цзинь Лин сдался, откидываясь назад. Этот спор начал казаться ему глупым. — Я удивлён, — Сычжуй пожал плечами. — Почему ты не радуешься? Сама судьба говорит тебе: «попытайся». — Как будто ты можешь хоть что-то знать о наших отношениях. Сычжуй окинул его невпечатлённым взглядом, и Жулань поёжился. — Тебе точно нельзя напиваться, — вынес он вердикт, — ничего крепче кофе, в котором ноль процентов алкоголя. — Эй! — получилось встревоженнее, чем хотелось, — я же помню, что не разболтал так уж много. Мы только про Цзинъи и говорили! Сычжуй хмыкнул и отошёл к раковине. — Не в этом дело. Мы поцеловались, но мы с Цзинъи не встречаемся. «Как официально-то назвал. А где же излюбленное «А-И»?» Цзинь Лин моргнул, глупо смотря перед собой. — Почему? — Он сказал, что хочет больше времени для нас. Наши отношения и правда развивались слишком быстро, мы знакомы чуть больше месяца… Я и сам пожалел, что поторопился с поцелуем и вообще… — То есть, — тон Жуланя поменялся, и его лицо стало мрачным, когда он сжал кулаки, — ты полез к нему без согласия? Сычжуй стушевался: — Я не спросил его, это правда, но он и сам не был против, — Цзинь Лин резко встал со своего места, — чëрт, это прозвучало ужасно, но я не имел в виду… Ты куда? — Я нахрен ухожу отсюда. Если я ещё раз увижу тебя рядом с ним… Юань зло нахмурился. — Нет! Мы просто сделали это под влиянием момента и после всё обсудили! — Вот как. И после этого ты продолжаешь лезть к нему, нарушая личное пространство. При мне вы вели себя просто отвратительно! Сычжуй перебил поток ревнивых ругательств: — Я уже сказал: если бы он не хотел этого, то и не стал бы мне ничего позволять. Мы друзья, которые могут начать встречаться, и я просто подумал, что ты имеешь право знать. Он потянул Цзинь Лина обратно, и тот устало сел, уткнувшись лицом в ладони. «Что я делаю не так? Чем я заслужил вот эту херню, я правда не понимаю». Он ощущал себя полностью разбитым и выпотрошенным. — Почему Цзинъи сам мне не сказал? — прозвучало беспомощно, чего он никогда бы не допустил, если бы прямо сейчас не пытался сдержать гнев и обиду. — Я его лучший друг или кто? Почему он не воспринимает меня всерьёз? — Потому что вы пляшете на цыпочках вокруг друг друга, и настолько виртуозно, что напряжение между вами буквально ионизирует воздух. Потому что вы оба не делаете первый шаг, перекладывая ответственность на другого. Может, у него те же причины, чтобы бездействовать, ты не думал? Разве это не логично? — Жулань поднял голову, — что ты так смотришь на меня? Сам начал — сам и пожинай плоды. — Я напился, и я тупой, понял уже. — Это определённо не то, что я хотел бы услышать. «Посмотришь на него — безобидный милашка, а тут напирает так, будто от этого жизнь зависит», — недовольно подумал Цзинь Лин. — Тебя это не касается. Пыл Юаня заметно поубавится, и он отвёл взгляд. — Пока нет. — Спасибо и на том. Чего ты так разошёлся? Какое тебе вообще дело до моих чувств? — Я бы не стал ничего делать, если бы ты и Цзинъи были мне безразличны. —… — Какой вопрос, такой и ответ. Цзинь Лин изобразил рвоту. — Не шути так со мной больше. Сычжуй в сотый раз за последние сутки закатил глаза. Уведомление, пиликнувшее на телефоне в кармане Жуланя, напугало обоих. Цзинь Лин отвлёкся и несколько секунд пялился на экран. От кого: Цзинъи Мне староста позвонила Мой хороший, ты где? Лаба по физике сама себя не сделает! И вообще, откуда у неё мой номер? Стоп, нет ИДИ ТУДА, ИНАЧЕ МЫ ТРУПЫ Я всё ещё умираю, бро Ты нужен мне, бро Ну бро Иначе не видать нам автоматов … А, ну всё Ты бесишь уже Афигел? Что за игнор? Я учителю Вэю напишу !!! Это угроза! — Вот блин! Я совсем забыл! Цзинь Лин тут же подорвался с места, и буквально через секунду смылся из квартиры, скомкано попрощавшись. Сычжуй едва успел кивнуть, а теперь рассеянно сверлил взглядом остатки завтрака, остывавшие на столе.