Все сердечные решения Пак Чимина

Работа идёт, откровенно говоря, с натяжкой. Коллеги видят, что дела плохи, косятся, но не пристают с расспросами, а позволяют Чимину сидеть весь рабочий день в наушниках, выстраивая чертёж в приложении. Дурацкая каретка, с которой справиться обычно проще пареной репы, теперь мучает Чимина уже не первый день. Всё не состыковывается, точно он второкурсник, пытающийся познать основы черчения. Это чертовски сильно злит, а и так нестабильное сейчас психическое состояние заставляет его выходить из себя в несколько раз быстрее обычного. Чимин сдаётся с надрывным вздохом, снимает наушники и, поправив высокий ворот серой водолазки, бредёт на кухню, чтобы обновить в рабочей кружке чай. Процесс развода завершился неделю назад. Это заняло много сил и времени, Чимин даже после отпуска в процессе работы был занят мыслями исключительно о разводе, о новом жилье, обо всех сложностях процесса и его тонкостях. И вот в начале ноября они оба с бывшим мужем становятся свободными людьми. Не то чтобы Чимин себя до этого считал запертой в клетке сизоворонкой, однако в момент расторжения брака было чувство, словно он освобождается от чего-то. От обязательств, от привычек, от спокойной жизни, от комфорта. Квартиру пришлось продать, чтобы вырученные средства разделить поровну, но все вещи Инсу лично помог Чимину перевезти на новую съёмную квартиру, которая оказалась в несколько раз меньше предыдущей. Она состояла из одной комнаты и небольшой кухоньки, но Чимину одному её было вполне достаточно. Детей у них нет, а потому «делёжка» имущества не была трудной и нервотрепательной. Всё поделили честно и поровну. Чимин в зале суда с грустью и нежностью смотрел на бывшего мужа, который даже в момент развода оказался не мудаком. Всё-таки умеет его сердце выбирать. Инсу — хороший человек, и Чимин счастлив, что смог разделить с ним такой большой отрезок своей жизни, но теперь его ожидал переход к чему-то новому и малопривычному. Чайный пакетик тонет в горячей воде, мякнет и красится. Чимин рассматривает чайные разводы внутри кружки и представляет, что как-то так же должно было расплыться его сердце, когда бывший решил разорвать их общее. Он окунает пакетик ещё пару раз и после выбрасывает его. Кто-то из коллег шуршит рядом в холодильнике и приветствует Чимина. Тот в ответ только угукает, берёт беспризорный банан из корзинки на столе и следует к своему рабочему столу, где его поджидает несчастная каретка и ещё три часа добровольного самоистязания на людях. — Проверьте пусанский запрос Мина. Говорит, это срочно. Заказчики ждут ответа, — обращается к омеге за соседним столом начальник отдела. Чимин поджимает губы и расправляется с кожурой банана, ведь обращаются всё равно не к нему. К объекту работы его коллеги и наставника он сейчас не имеет отношения. — Долго он в отъезде-то? Есть к его крайнему проекту пара вопросов, — отвечает тот, но уже кликает мышкой, чтобы открыть рабочую почту. — Если горит, устройте созвон. Юнги-щи там сейчас по поручению начальства на реализации. Боюсь, все эти краш-тесты не скоро закончатся, всё-таки литейная конструкция. — Альфа жмёт плечами и удаляется в свой кабинет, а Чимин снова надевает наушники, возвращая большую часть рассеянного внимания на объект работы, быстро для себя отмечая, что коллегу Мина он и правда давно не видел в офисе. О своём разводе Чимин особенно не распространяется, но на работе наверняка догадались. Официально об этом знают родители и пара близких друзей. Родители отреагировали спокойно, хотя и не скрыли своего очевидного расстройства данным событием. Папа предложил взять отпуск, смотаться куда-нибудь передохнуть и проветрить голову. Всё же подобные ситуации наносят психике немалый урон. Отец же долго хмурился и молчал. Затем уточнил причину развода, и когда Чимин честно ответил как есть, озадаченно кивнул. Чимин был даже рад, что никто из родителей не предложил восстановить отношения и постараться ради них обоих, ведь столько общего и нажитого вместе, что бросать на полпути банально может быть жалко. Они просто приняли это событие и оказали поддержку, в которой их сын нуждался. Лучший друг, Ким Тэхён, также не ожидал подобной новости и внимательно выслушал подробности, хмурясь на моментах с откровениями Инсу. Из-за статуса лучшего друга Тэхён всегда был и будет на стороне Чимина, и потому проблемы Инсу, хотя он и был с бывшим мужем друга в хороших отношениях, показались ему инфантильными. Всё же Тэхён дружил с Чимином ещё до появления в их жизни Инсу, и потому видеть закат их отношений, зная, как всё начиналось и как цвёл Чимин, ему было нелегко. — Он как будто только доразвился до того этапа, когда все альфы хотят «погулять». Что значит «не хватает ощущений»? В конце концов, отстрапонь его, добавь в его жизнь щепотку острых ощущений, — Тэхён злился и громко сопел. Чимин сначала надулся и хотел защитить бывшего, но последняя фраза выбила из него дурацкий смешок. — Чимин-и, иногда в жизни так случается, что даже на самых близких нельзя положиться. Но у нас с тобой есть огромное преимущество — мы не встречаемся, но дружим чёртову кучу лет, поэтому не бойся положиться на меня и попросить о помощи, если она понадобится. Я не свинчу, как альфы. — Спасибо, Тэ, — Чимин благодарно вздохнул, беря друга за руку. В такие моменты начинаешь ценить дружбу ещё сильнее. Тэхён широко улыбнулся и притянул друга в объятия. Оба в тот момент о многом сожалели, но и чувствовали радость от ощущения, что они друг у друга есть. В конце концов, это куда важнее. В тот вечер они остались на новой съёмной квартире и обмыли её как следует, после чего завалились вместе спать, перед этим проболтав добрых три часа, точно им снова по шестнадцать. Возможно, этого Чимину совсем немного не хватало в брачной жизни. Вечером после очередного рабочего дня он снова договорился увидеться с Тэхёном в кафе. Его друг, которому вечно не хватало внимания из-за занятости Чимина мужем, ожидаемо активировался и теперь звал на встречи чаще обычного. Чимин и не против вовсе — ему так даже легче, ведь не придётся коротать одинокие вечера в полупустой квартире, думая о бывшем и о работе. — Я тебе уже взял боул с морепродуктами, всё как ты любишь, — хвастается Тэхён, подпирая щёку. За угловым столиком сидеть комфортно, там красиво оформленные стены, узкое окошко и все посетители сидят на отдалении от них. Чимин благодарно улыбается и садится за тот же столик напротив. — Как же чертовски трудно работать, когда голова пухнет от совсем других мыслей, — вздыхает Чимин и трёт устало виски. — Выпьем? Тэхён кивает согласно, и тогда они подзывают официанта, чтобы заказать соджу к их ужину. — Уже почти три месяца минуло с того момента, да? — уточняет Тэхён, когда горячий ужин перед ними, а соджу приятно растекается по пищеводу. — С тех пор, как вы не вместе. Не хочешь поговорить об этом? — О том, что я чувствую себя преданным и брошенным? А, и ещё навсегда привязанным к одному человеку его меткой. Конечно, давай поговорим об этом, — Чимин ёрничает, потому что… на самом деле ужасно боится этого разговора, хотя и понимает — надо. И если не с психологом, то с лучшим другом проговорить это стоит. А Тэхён смотрит пронзительно, сочувствующе немного, но безмерно заботливо. В эту заботу хочется кутаться и постоянно благодарить, потому что неясно, кто другой теперь может подарить хотя бы толику подобного чувства. — Вы говорили о метке после развода? — Тэхён наполняет рюмки не глядя, протягивая одну другу. Они чокаются и вместе выпивают безо всяких формальностей — они же одногодки. — Говорили, но немного. Инсу очень сожалел, как будто это величайшая трагедия, о которой вообще не принято говорить. Ему было неловко. — Чимин чешет ухо, вспоминая извиняющийся тон бывшего. — Он понимал, что, идя на развод, не просто оставляет меня, а оставляет меня мучиться от привязки к альфе, с которым я больше не смогу быть. — А ты как относишься к своей метке? — Тэхён набирает на палочки рис, заворачивает его в лист салата и заталкивает в рот целиком, точно не ел до этого месяц. — Это ведь в самом деле не просто чисто символический шрамик. — Я не считаю её ошибкой, — Чимин взволнованно касается места, сокрытого водолазкой. Теперь ему неловко показываться с ней на людях. И хотя метка — жест куда более интимный и ценный, чем брак, сложившаяся ситуация совсем не радует. Ведь запах одного конкретного на нём будет всегда, но щеголять с непокрытой меткой ушедшего от него альфы лично самому Чимину кажется чем-то издевательским. — Она была сделана по любви и по обоюдному согласию. Пусть и на всю жизнь, но я никогда не назову её своим «просчётом». Тэхён понимающе кивает. Они ненадолго затихают, каждый поедая свой ужин и наслаждаясь им. Время от времени кто-то наполняет рюмки, и они выпивают. Незаметно уходит целая бутылка. — Будешь кого-то искать в будущем? — осторожно уточняет Тэхён. Он бы мог и подколоть таким вопросом, но в данной ситуации все равно старается быть мягче. — Не знаю, Тэ. «Искать» точно нет. Я разучился ходить на свидания, знакомиться с кем-то, узнавать идиот ли человек и распознавать в нём звоночки. На подобное мне нужно морально настроиться. Да ещё и метка эта… Давай будем честны — никто не посмотрит на меченого омегу, а если и посмотрят, то сразу отведут взгляд. На мне навсегда клеймо другого альфы. Никому не хочется быть «вторым шансом» и нюхать чужие феромоны. — Ну да, найти себе кого-то после того, как ты был замужем за идеальным альфой, почти нереально. Такого же не найдёшь точно. — Такого же нет, — вздыхает Чимин. Он тоскливым взглядом обводит уголок, в котором они прячутся сейчас от всего мира, и переводит взгляд за окно. Стремительно наступающая осень ненарочно навязывает ощущение тоски и делает это чувство нормальным. — В этом и проблема. — Но а насчёт метки… Да, это затруднит поиск потенциального партнёра, но по крайней мере, если кто-то и объявится, то его помыслы будут чисты, не думаешь? Значит, он в самом деле будет заинтересован в тебе больше, чем в метке другого альфы. Это как омеги с детьми — кто-то в них тоже влюбляется, понимаешь? Это не конец всего, Чимин-и. Чимин понимает это. Но понимание отнюдь не дарует уверенность. Он пока в самом деле не собирается сломя голову бегать искать по закоулкам себе новые отношения и нового мужа: настрой не тот да и человек он, честно сказать, по натуре другой. Бывшего мужа он полюбил не сразу, но постепенно и тщательно разбирался в нём, чтобы однажды открыть глаза и посмотреть на альфу совсем другим взглядом, увидеть в нём «того самого» человека. Так и произошло. У Чимина не было цели найти отношения или влюбиться — всё произошло само по себе, когда оба достаточно узнали друг друга и провели время в приятной компании. Столько быть вместе… Чимин думает о моменте, когда оба решились на метку. До того они долго рассуждали, стоит ли оно того, ведь чтобы любить и быть вместе — не нужно подтверждение. Они и так знают о чувствах другого. Но первый год брака и седьмой год вместе были слишком яркими на страсть, любовь в них кипела и сводила с ума. Поэтому, обсудив, оба согласились на метку, которую и поставили в следующую же течку Чимина. Было жарко, больно и так издевательски хорошо одновременно, что омега не сдержал слёз радости. Первая метка ставится один раз и навсегда, и Чимин был к ней готов. Все последующие метки будут временными и требующими обновления, но первая — самая значимая и самая настоящая, передающая феромоны альфы в тело омеги и закрепляющая их. Постепенно его феромоны сплелись с феромонами его альфы, и теперь каждый прохожий знал, что Чимин чей-то. В этом плане альфья солидарность работала безотказно — на меченого омегу старались даже не смотреть, что во многом было удобно. Другой вопрос в том, что на метки мало кто решался. Немногие были настолько уверены в своём партнёре, чтобы носить их метку целую жизнь. Поэтому в какой-то степени метка означает возвышенную любовь, на которую способны единицы. Из-за этих мыслей Чимину ещё более паршиво на душе, ведь никакая у них не особенная любовь, раз прошла мимо, оставив после себя унизительное воспоминание. — А кольцо? — Тэхён кивает на обручальное кольцо, так и не снятое с пальца. Чимин смотрит на него тоже. — Я к нему привык. Да и люди вопросов не задают, — оправдывается Чимин, сжимая вдруг ладонь в кулак. Тэхён поджимает губы и смотрит внимательно. Чимину ужасно страшно увидеть этот взгляд, потому что Тэхён наверняка знает, что он недоговаривает. — Я просто не хочу вопросов о муже и о метке. Я пока к ним не готов. Лучше я для всех останусь замужним и меченым, чем меченым и разведённым. — Я понял тебя, Чимин. — Омега благодарно улыбается другу и снова прячет взгляд, рассматривая овощи в тарелке, обильно измазанные в кисло-сладком соусе. — Ладно, давай о чём-нибудь другом, а то все мысли только о прошлом и о бывшем. Это выматывает, знаешь ли, — Чимин встряхивает головой, избавляясь от навязчивых мыслей. Тэхён поддерживает его идею и рассказывает о забавных ситуациях, случившихся с ним накануне. Чимин забывается, смотря на смешное выражение лица друга, изображающее то раздражение, то удивление. Вечер в уютной компании идёт ощутимо быстрее, но при том Чимин успевает отдохнуть. Даже голова больше не зудит от постоянного потока апатичных мыслей. Может, выражение «время лечит» и в самом деле существует не просто так?