Бондажный детектив

      Гэвин в принципе и так знал, что нахер никому не сдался, но всё-таки неожиданно получив поздравления от Тины и Криса и скромный презент в виде неплохого коньяка и брелка-пистолета, он был более чем счастлив – всё же какие-никакие, но друзья у него были, пусть и с работы. Хорошо, что они вообще были, потому что большинство особей рода человеческого его терпеть не могли и воротили нос, говоря, что он мудак и вообще говно, когда сами были не то, что не лучше, а зачастую даже хуже него. Поэтому нечто подобное, пусть он никогда свой день рождения не отмечает, всяко приятнее, чем просто черкнуть в календаре, что смерть приблизилась ещё на один год.       Однако вот третьего подарка Рид никак не ожидал. Абсолютно. Причём от кого? От грёбаного Ричарда! Самым милым было то, с какой улыбкой тот всучивал ему подарок, завёрнутый в обыкновенную синюю бумагу, и как при этом смотрел (будто внутри, как минимум, водородная бомба, после взрыва которой от бедного Гэвина ничего не останется).       – С днём рождения, детектив, – от этого елейного голоса мужчину чуть не стошнило прямо на рабочем месте.       – И что там? Какая-нибудь взрывающаяся всеми цветами радуги бомбочка? – из любопытства Рид аккуратно тряхнул небольшую коробку, поднеся её к уху, но ничего подозрительного или странного не услышал. Если честно, то он вообще ничего не услышал.       – Что Вы, – андроид принял точь-в-точь ту же позу, как в тот неловкий вечер, и склонился к лицу напарника, хитро улыбаясь, заглядывая в глаза. – Там кое-что намно-о-ого интереснее. Поэтому советую потерпеть до дома, – озорно подмигнул! и плавно удалился к своему рабочему месту, вернув на лицо привычную отстранённую маску послушной машины (вот только интригующий блеск в глазах спрятать как-то совсем забыл).       До дома Гэвин дотерпел еле-еле, в чём он никогда и никому не признается даже под страхом смертной казни; но вот когда содрал упаковочную бумагу и увидел до боли знакомый логотип «Heaven and Hell», замер, как громом поражённый, банально испугавшись того, что может быть внутри – как никак, а никто не знает - и знать не может - что творится в этих искусственных пластиковых мозгах, поэтому ожидать можно чего угодно, даже долбанное дилдо (правда, Рид ещё не настолько отчаялся, а за сим его и не имел). Однако на деле там оказалось кое-что намного, намного интереснее, как и обещал Ричард… Гэвин, если честно, решил не вспоминать, сколько стоит этот бондаж – дохуя. Именно дохуя, потому что иначе назвать сумму, за которую он продавался, даже по акции было нельзя.       – Ебать, – мужчина коснулся крепких ремней смольно-чёрного цвета и легко извлёк на свет свой определённо самый лучший за последние несколько лет подарок, при виде которого во рту невольно начала скапливаться слюна от одной только мысли от предстоящих ощущений.       Да уж. А Ричард умеет удивлять. Причём приятно. Настолько приятно, что ладони невольно начали потеть.       Рид скинул с себя кофту, быстро стянул джинсы, немного поразмыслив, решил всё-таки оставить нижнее бельё, и тут же принялся надевать на себя обновку, стараясь контролировать свои немного дёрганые движения и грязные мысли, которые невольно уже начали просачиваться в голову.       Ремни приятно облегали торс и грудь струистыми плотными змеями, щекоча соски короткими, но ощутимо острыми для нежной кожи металлическими шипами, направленными не наружу, а внутрь, ластились вниз по бёдрам тонкими, впивающимися в кожу ниточками до самых колен, странным образом хватались за ягодицы, шли длинной широкой полосой от ошейника на шее и спереди, и сзади - прямо через промежность. Как он выглядел, Гэвин не знал, но одни лишь чувства уже потихоньку начинали сводить его с ума, настолько мягко и в то же время упруго обхватывала добротная кожа каждую частичку тела.       Подкрадывающееся наслаждение от острых и приятных новшеств прервало оповещение о СМС, пришедшем на телефон.       «Детектив, Вы уже распаковали мой подарок?»       Ну конечно, кто же ещё это мог быть, как не консерва, наверное, желающая поиздеваться над извращенцем-человеком?       

«Пошёл нахуй»

      «Значит, распаковали :)»       О да. И не просто распаковал, а не удержался и сразу же нацепил на себя. Кстати, при ходьбе так или иначе, но центральная полоса, идущая через пах, как-то странно елозила, отчего между ног возникало едва уловимое трение – что-то новенькое.       «И как Вам? Уже примерили? Размер должен подойти»       Рид пересёк гостиную, вернувшись в прихожую, уставился на своё отражение в длинном зеркале в его полный рост – блядь. Просто блядь.       

«Повторяюсь: иди нахуй»

      «Так Вы уже надели»       Он выглядел как… Как… Да похер! Не знает он как кто! Но довольно сексуально и в тоже время странно: ремни идеально смотрелись на немного смуглой коже и так хорошо обтягивали каждый выступ и мускул, будто бы этот бандаж специально для него и создавали.       «И как ощущения?»       Мужчина не ответил, только сделал пару шагов вперёд, а потом назад и прикрыл глаза, стараясь раствориться в этих самых ощущениях, которыми так интересовался андроид. Хорошо. Чертовски хорошо. Так хорошо, как давно не было.       Телефон в очередной раз обломал весь кайф своим пиликаньем, и Гэвин с нескрываемой злостью взглянул на экран, где неожиданно вместо возможного текстового сообщения пришло довольно длинное голосовое, почти на восемь минут. Подумав, Рид из чистого любопытства нажал воспроизведение и тут же услышал из динамика какой-то чересчур бархатный, нежели чем обычно голос напарника:       – Готов поспорить, что сейчас Вы стоите перед зеркалом и разглядываете себя, не зная, что и думать. И хоть я Вас не вижу, но с уверенностью могу сказать, что Вы просто прекрасны. Этот бондаж просто превосходно сидит на Вашем теле, как влитой, и так выгодно подчёркивает фигуру, что устоять почти наверняка невозможно. К тому же я могу предположить, как приятно ощущается прохлада от шипов на груди и небольшой дискомфорт в члене от возникающего трения ремней, когда Вы двигаетесь, – Гэвин невольно закусил губу и поднёс телефон прямо к уху, чтобы слышать каждое слово, сказанное Ричардом, как можно лучше – грёбаная жестянка, у него начинает вставать. – А представьте, что будет, если кто-то потянет за те самые ремешки, увеличив давление? А потом Вы ещё и прогнётесь в спине, отклоняя голову назад, и чей-то язык коснётся Вашей шеи, ведя дорожку от ключицы до самого кадыка, – Рид прислонился спиной к стене и потянул за ремешок спереди, попутно прогибаясь в пояснице; не выдержал и глухо застонал, понимая, что у него самым наглым и безбожным образом встал, встал на чужой голос, а главное чей. – …прохладные руки нежно и мягко огладят Ваш торс и спустятся вниз, – кажется, в нелепом трансе он что-то пропустил, но от этого хуже не стало, – пощекочут кожу около резинки боксеров. Одна ладонь уверенно и крепко сожмёт Вашу ягодицу, а другая накроет вставший член поверх ремня, пока мои зубы будут впиваться Вам в шею и спускаться всё ниже, ниже и ниже, прямо к соскам, которые я укушу сквозь кожаные полосы, посасывая, – Гэвин почти потерял связь с реальностью, тупо повторяя озвученный маршрут свободной рукой и медленно плавясь от воображаемых прикосновений… Стоп. Ричард сказал «я»? – А сейчас… Позвоните мне, детектив, – обронил, словно с придыханием, и мужчина понял, что голосовое сообщение кончилось – вот же! Так не вовремя.       – Блядский пластик, – Рид быстро нашёл в списке своих немногочисленных контактов девятисотого, и, не думая, нажал на зелёную кнопку вызова, молясь, чтобы трубку подняли сразу же, пока он не передумал. – Не останавливайся, – гудок только начался, а Ричард тут же ответил (ну конечно, у него же телефон в башке, чёрт возьми), поэтому Гэвин выпалил первое, что пришло в голову.       – Я медленно опускаюсь на колени, попутно оставляя прохладную дорожку поцелуев на открытых участках кожи и иногда слабо потягиваю крепкие ремешки…       Что было дальше, Рид отчётливо помнил, и самое главное чувствовал, но предпочёл бы на самом деле забыть, потому что как только он достиг пика и получил свою долгожданную разрядку, буквально через минуту на него обрушилось страшное и ужасное осознание того, что только что произошло – он занимался сексом по телефону. И проблема даже не в самой идее подобного рода занятий, а в том, что на том конце был Ричард, что Гэвин этого самого Ричарда представлял, наслаждаясь несуществующими касаниями.       – Сука, – Рид прикрыл глаза, устало потёр переносицу и сполз по стене вниз, шумно выдыхая.       – Надеюсь, что вам понравилось, детектив, – слишком интимно прошептал в динамике андроид, и Гэвин скривился, плотно сжимая зубы в тщетной попытке отвлечься, чтобы унять колотящееся сердце.       – Пошёл ты, – злобно рыкнул, до побеления костяшек сжимая в руке несчастный и ни в чём неповинный смартфон.       – Всегда пожалуйста, – в интонации скользила улыбка? – И ещё кое-что, – девятисотый выдержал короткую паузу, будто бы интригуя, – наденьте мой подарок завтра на работу, – и отключился, не дав и слова вставить, паскуда.       – Ага. Размечтался, – Рид всё же не выдержал - кинул телефон в стоящий перед ним шкаф. Тот глухо стукнулся о зеркало и упал экраном вниз. Мужчина подтянул ноги к груди, уткнулся лбом в колени, сжавшись в комочек. – Какого хуя это только что было? – боксеры были позорно влажными.