Прошлое, которое влияет на настоящее

      Моросил лёгкий дождь. Лес вокруг был плотным и мокрым. Каждый шаг по грязи отзывался хлюпающим звуком. Ноги предательски скользили на подъёмах, и Сокка, тяжело дыша, цеплялся за протянутую руку Зуко. За два часа пути, пропитанных запахом прелой листвы и влажной земли, Принц выложил перед ним канву последних событий, тщательно выбрав нити, достойные его слуха. Рассказал об Аанге, который вступил в контакт с чем-то важным через духовный мир и сейчас находится у Тёти Ву и, что благодарить за спасение южанин должен именно его. Как Катара, Хакода и остальные друзья остались в битве за дворец.       Сокка также посвятил его в детали произошедшего во дворце, тщательно оберегая тайну терзающих воспоминаний. Ни слова о совратившем его Озае, ни о Пей-Линг, чья смерть навеки выжгла клеймо вины в его сердце.       Принц Огня ощутил эту недосказанность, скрывающую истину, но тактично промолчал, пряча за молчанием собственные секреты. Воин воды не разделял уверенности Зуко в победе союзников во дворце. Перед его глазами стояла несокрушимая Азула, и от одной мысли о ней по спине пробегал ледяной холодок.       Лес вокруг них казался все более враждебным, каждый шорох, каждый треск ветки заставлял их настораживаться. Но они шли вперед, потому что другого выбора у них не было. Путь был ещё долгим.       В какой-то момент во мраке раздался свист, и дротик со снотворным вонзился в плечо Зуко. Голубоглазый парень инстинктивно вынул его и схватил товарища, чувствуя вес бесконтрольного тела. Он со всех сил рванул вместе с ним сквозь заросли, в обратном направлении. Огонь факелов метался за их спинами, посылая угрозу. Но впереди также мелькнула чья-то изящная фигура. Сокка, шатаясь под тяжестью бесчувственного Зуко, стиснул зубы.       — Тай Ли?! Черт! Да что ж нам так везёт?! — вырвалось у него, когда он узнал её по стремительным движениям, мелькающими в воздухе.       Она была как вихрь и шторм. Но какого было его удивление, когда её удары обрушились на мужчин позади. Удары её ног и рук были точны, смертоносны.       — Мы на вашей стороне! — громко сказала Мэй, спускаясь с Аппы, её голос звучал как глоток воды в пустыне, — взбирайся на зубра! Я помогу тебе поднять Зуко!       Зубр ожидал их. Сокка, напрягая последние силы, взгромоздился на спину животного, чувствуя, как Мэй подталкивает Принца вверх. Тай Ли, в этот момент, будто тень, отскочила от преследователей, её движения напоминали игру пламени, неуловимое и опасное.       — Видимо они не в курсе за смену власти!!! — с этими словами она прыгнула, цепляясь за седло и в этот же момент Аппа рванул вперёд.       Вокруг них начался хаос. Жители, поддерживающие Азулу, вырывались из-за деревьев, их лица были искажены яростью. Стрелы свистели в воздухе. Зубр, чувствуя опасность, рванул в противоположную сторону от дворца. Сокка, держась за седло, чувствовал, как сердце бешено колотится в груди. Он оглянулся на Тай Ли. Её глаза блестели, как звёзды в ночи, а улыбка, несмотря на опасность, была спокойной. Аппа взмыл в ночное небо, оставляя землю и преследователей далеко позади. Мэй достала из сумки бинты, мази и травяные отвары, а затем оказала парням первую помощь. Убедившись, что с Зуко всё хорошо и он просто спит, Воин воды сам погрузился в сон, утыкаясь в такую родную шерсть Аппы.

***

      Зуко почувствовал, как тепло солнечных лучей проникает сквозь веки, заставляя его медленно пробудиться. Воздух был свежим. Он открыл глаза и осознал, что находится не в лесу, а парит в небе, ощущая под собой мягкие, но уверенные движения Аппы. Небо было бездонным, синим, как океан, а облака, словно ватные острова, проплывали мимо.       — Очнулся наконец, — улыбнулась девушка с длинной косой, протерая лоб Принца мокрой тряпкой.       Зуко в ужасе осознал, что находится в компании подруг своей обезумевшей сестры:       — Где Сокка?!       — Не переживай, твой парень в порядке, — брюнетка скрестила руки на груди, её голос звучал с лёгкой насмешкой, — просто спит, как младенец!       Щёки Зуко залились румянцем. Он молчал, взгляд янтарных глаз упал на Сокку, лежащего рядом. Лицо товарища было спокойным, перебинтованная грудь равномерно поднималась и опускалась.       — С чего ты вообще это взяла? — его голос дрожал, но не от гнева, а от смущения.       Мэй усмехнулась, её глаза блеснули азартом.       — О, Зуко, я ещё в тот вечер на пляже всё поняла. Ты даже не посмотрел в мою сторону, когда я была в купальнике. А вот на Сокку в Кипящей Скале… — она наклонилась ближе, её дыхание коснулось его уха, — ты смотрел так, будто хотел его съесть…       Темноволосый отшатнулся, его сердце колотилось так сильно, и он боялся, что его услышат. Он хотел что-то сказать, оправдаться, но слова застряли в горле.       — Да оно и не мудрено! Этот смугляш такой красавчик, — мечтательно улыбнулась Тай Ли, подмигнув Зуко.       — Эй, замолчите… Мы не пара, ясно? А просто друзья и мои чувства… Это только мои чувства! Всё! Ни слова больше!       Пока они продолжали лететь, акробатка посвятила угрюмого юношу во все события этой ночи. Вскоре показался дворец, Зуко и правда заметил на территории знамя «Белого Лотоса» и новых союзников, которые разгребали последствия разрушений.       — Ты действительно думал, что мы везём вас к этой сумасшедшей? — усмехнулась черноволосая девушка, скосив на Принца взгляд.       Парень не стал ничего отвечать, но подруги и не ждали от него благодарности. Ведь главным было то, что они наконец-то поступили по совести. Аппа приземлился. Проснувшийся Сокка кивнул девушкам в знак благодарности. В отличие от Зуко, он видел произошедшее и у него не было причин не доверять им. Голова мага огня продолжала покруживаться и воин воды помог ему спуститься. Мэй и Тай Ли направили Аппу к загону, а парни уже поднимались по главной лестнице. Дворец Огня, некогда символ власти и страха, был обставлен знамёнами «Белого Лотоса». Каменные стены, обожжённые битвой и тиранией, казалось, вздыхали с облегчением, принимая новых обитателей. Залы, где раньше звучали приказы Озая, теперь наполнялись голосами победителей. Но для Сокки это место было проклятым. Каждый шаг отдавался воспоминаниями о том, что произошло здесь и как он был слаб. Воин воды остановился, заслышав шаги справа. И тут он увидел их…       Катара бросилась к нему первой, её пальцы впились в его плечи, будто она боялась, что он исчезнет снова. Её голос дрожал, когда она прошептала:       — Ты вернулся…       Он почувствовал, как её горячие слёзы капают на его шею, и обнял сестру так крепко, как только мог, словно пытаясь впитать её тепло, чтобы заглушить холод и одиночество, которые были с ним так долго.       — Сокка, наш оте… — маг воды ощутила толчок в бок от слепой подруги, который явно намекал ей заткнуться.       — Привет, Капитан-Бумеранг, — улыбка Тоф была острой, как лезвие, но в ней читалось что-то теплое, почти нежное.       Он невольно зажмурился, вспоминая, как его бумеранг — его верный спутник, символ его свободы — был отобран в первые же дни заточения. Горечь переполняла его, как яд. Но когда он поднял глаза на Тоф, его губы дрогнули, и на них появилась слабая улыбка.       Воин воды не успел опомниться, как из тени колонн выпорхнула Суюки. Её лицо озарилось лучезарной улыбкой, но в глазах читалась тревога.       — Сокка! — её голос звучал как звонкий колокольчик.       Она прыгнула ему в объятия, и он машинально подхватил девушку, но его руки остались холодными, будто обнимали статую. Её тепло, её запах — всё это не трогало его. Лидер Киоши, не замечая его отстранённости, приподнялась на цыпочках и коснулась его губ своими. Но Сокка не ответил и с силой, которая удивила даже его самого, он отстранил её. Она смотрела на него, словно пыталась разгадать загадку, которая была скрыта за его каменным взглядом.       — Сокка, что… что случилось? — её голос дрогнул, но в нём не было обвинения. Осмотрев его порезы, травмы и ожоги, она знала, что он прошёл через ад, но что-то внутри неё шептало, что дело не только в этом. Парень смотрел на девушку, но видел не её. Его мысли были где-то далеко, в тёмных коридорах его памяти, где каждый шаг отзывался болью. Он не мог объяснить, почему ранее желанные прикосновения не трогали его, а поцелуй оставил его холодным. Он не чувствовал ничего.       Зуко всё это время стоял позади, сгорая от ревности. Он поймал благодарный взгляд и кивок Катары, кивнув в ответ.       Сокка закрыл глаза, позволив себе на мгновение забыть о боли и страхе. Он был здесь, с ними всеми, и это было всё, что имело сейчас значение.       За целый день южанин побывал в ванной комнате, в лечебнице, в столовой, которая теперь временно находилась в тронном зале. И по иронии судьбы сейчас лежал в прежних покоях, которые не разрушила диверсия Азулы. Узнал, что Озай выжил и находится в коме, а Хакода ранним утром вместе со своими людьми выдвинулся к Кипящей Скале, чтобы освободить остальных заключённых. Может это и к лучшему. Он не ненавидел отца, но не знал как на него реагировать после всего случившегося. Когда раздался стук в дверь, Сокка лежащий на краю кровати, полностью погруженный в свои мысли, от неожиданности, едва не упал на пол. В дверях показалась одна из бывших прислуг Хранителя Огня. Глаза юноши помокрели, он не мог смотреть на эту униформу, потому что её носила Пей-Линг.       — Господин Айро, хочет видеть Вас, в тронном зале, — бросила темноволосая женщина и тут же скрылась в коридоре.       Сокка знал, что этот разговор не избежен, он и сам ждал его, но Айро и остальные значимые личности целый день занимались другими делами. Парень сразу направился туда.       Тронный зал дворца Огня был погружён в полумрак и освещен слабым светом от факелов. Воздух был густ от аромата жасминового чая, который Айро медленно потягивал, его глаза, словно угли, горели в полутьме. Сокка, войдя, почувствовал, как тяжесть событий последних дней навалилась на него с новой силой. Его взгляд скользнул по массивному столу.       — Садись, — голос Айро был спокоен, но в нём чувствовалась стальная хватка, — Мой племянник посвятил меня в курс дела, но хотелось бы узнать о произошедшем с твоих слов.       Сын Хакоды нерешительно опустился на стул, его пальцы нервно сжали край стола. Он начал говорить, но слова выходили с трудом, отравленные горечью поражения. Юноша упомянул Пей-Линг, её смелость и страшную гибель… Рассказал о ключах, о сейфе за стеной библиотеки, о книге, которую они так и не успели изучить. А также за покойного Адмирала Джао, призрак которого докладывал Азуле всю информацию об их действиях. Айро замер, его чайная чашка застыла на полпути к губам. Помещение, наполненное теплом от горящих факелов, внезапно показалось ледяным.       — Джао..? — повторил пожилой мужчина, как будто проверяя, не ослышался ли он.       — Да, но главная проблема не в этом! Что это была за книга? Господин Айро?! — южанин вскочил со стула, нервно ожидая ответа, его голос прозвучал как мольба.       Лидер «Белого Лотоса» жестом указал присесть обратно и он подчинился.       — В ней содержится информация, как подавить силу Хранителя Огня. Все-все его слабости… Все точки и чакры. Но и, что самое печальное — способы увеличить свой потенциал, за его счёт, что и сделала в конечном итоге моя племянница. И много че… — Айро запнулся, увидев, как смуглый парень виновато обхватил себя за голову и прижался к столу.       Сокка сейчас ненавидел весь мир, но особенно себя. Вечно его планы идут наперекосяк. Это был не просто провал, на данный момент он считал себя виновником всех погибших, в особенности подруги Пей-Линг.       — Не вини себя, — голос Айро был мягок, — как бы то ни было, ты поступил очень мужественно!       Пожилой мужчина покинул место за столом и подойдя к юноше, протянул к нему руку, желая заключить того в утешительные объятия, но Сокка сорвался с места, отскочив от него на приличное расстояние.       Его тело напряглось, дыхание участилось, словно он готов был броситься в бегство. Тень подозрения ползла по лицу Айро, оставляя после себя горький привкус недосказанности.       — Скажи, Сокка… Мой брат касался тебя? — его голос был низким, почти шепотом.       Юноша замер. Его пухлые губы дрогнули, но затем растянулись в лёгкой усмешке:       — Нет. Разумеется нет.       Брат Озая хотел верить этим словам, но что-то в его поведении и голосе заставляло сомневаться. Воспоминания, как ядовитые змеи, обвивались вокруг голубоглазого, сжимая горло.       — Ступай, Сокка. Тебе нужно больше отдыхать, — сказал он наконец, сделав вид, что все в порядке.       Лидер «Белого лотоса» наблюдал, как парень уходит, его плечи напряжены, шаги быстрые, будто он пытается убежать от чего-то, что не может оставить позади. Старый мастер огня не сводил взгляда, пока тот не растворился в темноте коридора.       Зуко стоял в тени у двери тронного зала. Завидев Сокку, он поклялся, что видел, как слезы блеснули на его смуглой коже. Но воин не заметил принца.       — Ч-что произошло, дядя?! — голос Зуко дрогнул, вспоминая лицо товарища.       Айро вздохнул, его старые руки сжались в кулаки, словно он пытался сдержать ярость, которая кипела внутри. Он уже знал правду, и она была грязной.       — Придет время, и он сам тебе расскажет, мой дорогой племянник, —Айро положил руку на плечо Принца, его глаза были полны мудрости, но и боли, как будто он сам стал свидетелем того, что произошло в темных комнатах дворца.       Зуко нахмурился, он ненавидел, когда дядя говорил загадками. Кивнув, он покинул его компанию. Пройдя два полуразрушенных лестничных пролёта, Принц Огня свернул за угол, намереваясь подойти к временной комнате Сокки. Ему требовались ответы, и он не собирался ждать. Но внезапно проход перегородила Катара. Зуко вопросительно вскинул бровь. Скрещенные руки и осанка девушки говорили о том, что отступать она не намерена.       — Зуко, — её голос прозвучал мягко, — мой брат сейчас с Суюки. Не думаю, что им нужно мешать…       Он хмыкнул, словно пытаясь скрыть свое замешательство под маской равнодушия. Слова прозвучали как удар хлыстом и юноша почувствовал, как внутри разгорается печь ревности.       — Я тебя услышал, — процедил он сквозь зубы, даже не посмотрев в её сторону и решил пересидеть в ночном саду. Воздух на улице был наполнен не только запахом гари, но и ароматом цветов. Принц остановился у фонтана, вода в котором журчала, будто смеясь над ним. Зуко закрыл глаза, представляя, как Сокка интимно обжимается с Суюки, чувствуя давящую боль в районе груди. ***       Комната была окутана мягким светом ламп. Суюки лежала на кровати, её кожа персикового оттенка блестела. Веер Киоши, прикрывающий обнажённое тело, казался скорее декорацией, чем укрытием. Она смотрела на вошедшего Сокку, её синие глаза были полны надежды и желания, но в них также читалось что-то невысказанное — тревога и страх. Южанин остановился у кровати, его руки были скованы, словно цепи, которые он не мог разорвать. Он чувствовал, как взгляд девушки прожигает его насквозь, но внутри была лишь пустота. Её предложение расслабиться звучало как шутка, которую он не мог оценить. Он наклонился к ней, их лица сблизились, и она снова пыталась поцеловать его, но губы встретили лишь холод.       — Сокка, — голос воительницы дрожал, — что происходит?       Воин отстранился, его уставшие глаза бегали по изящному телу, но не находили ничего, что могло бы его зацепить. Её аккуратная грудь, пышные бёдра, ноги — всё это было словно чужим и нереальным. Он закрыл глаза, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы пробудить в нём желание, но вместо этого почувствовал лишь тошноту.       — Я не знаю, что со мной, — пробормотал он, его голос был хриплым. — но я не могу…       Девушка протянула руку к нему, её пальцы коснулись его щеки, но он тут же отшатнулся, как будто её прикосновение было огнём. Суюки посмотрела на него с недоумением, её губы дрогнули, но она не стала ничего говорить. Веер упал на пол, обнажив её полностью, но это уже не имело значения. После неловкой паузы, Сокка нервно сглотнул, а затем вышел из спальни, оставив Лидера Киоши одну. Она осталась лежать на кровати. Тишина в комнате стала давящей, словно густой туман, обволакивающий и лишающий возможности дышать. Суюки уставилась в потрескавшийся потолок, пытаясь осознать произошедшее. Она чувствовала себя обнаженной не только физически, но и душевно. Слёзы медленно потекли по её щекам, оставляя за собой мокрые дорожки. Почему парень, которого она так любила и которому доверяла, вдруг отвернулся от нее, словно от прокажённой? Суюки села, подтянув колени к груди и накрылась одеялом. Её взгляд упал на веер, лежащий на полу. В голове всплыли воспоминания об их первой встрече, о робких прикосновениях, затем о страстных поцелуях. Все это казалось таким далеким и нереальным, словно это произошло не с ней, а с кем-то другим.

***

      Сокка стоял на балконе, его пальцы сжимали холодный каменный парапет. Ночной ветер обвивал его тело, словно пытаясь утешить, но внутри бушевал шторм. Он смотрел на улицу, где люди посреди ночи продолжали устранять разрушения, словно муравьи. Южанин не мог выкинуть из головы Суюки, её разочарованный взгляд и обречённый вздох, когда он отвернулся. Он чувствовал себя предателем, слабаком, который не смог дать ей то, чего она хотела. Всмотревшись в сад, он увидел Зуко, сидящего у фонтана и решил спуститься к нему. Сокка застыл в тени статуи, его глаза притягивал свет, мерцающий в глубине сада. Оранжевый отблеск танцевал на листьях, словно живой, и он не мог оторвать взгляда. Зуко сидел у фонтана, его руки двигались с грацией, которой Сокка никогда раньше не замечал. Огонь в его ладонях не был разрушительным — он был искусством. Цветок, созданный из пламени, расцветал в воздухе, лепестки из огня кружились, как будто подчиняясь невидимому ветру.       — Красиво… — голос воина, тихий, но отчетливый, разорвал тишину.       Зуко вздрогнул, и огненный цветок рассыпался в пепел, оставив лишь легкий дымок, который растворился в ночном воздухе. Он обернулся, его золотые глаза встретились с голубыми Сокки, и на мгновение в них мелькнуло что-то неуловимое — страх, смущение, гнев? Сокка не мог понять.       — Разве ты не должен быть с Суюки? — спросил Зуко, его голос звучал ровно, но в нем чувствовалось напряжение.       Сокка ухмыльнулся, медленно приближаясь. Он остановился у дерева, облокотившись на него, и его взгляд скользнул по угрюмому лицу Зуко.       — Может быть и должен, — ответил он, явно намеренно, затягивая слова. — Этот цветок… он предназначался твоей девушке?        Маг огня сжал кулаки, его щеки залились румянцем. Он отвернулся, пытаясь скрыть свое смущение.       — Мэй не моя девушка, — пробормотал он, поджав тонкие губы.       Сокка присел рядом, его плечо касалось плеча товарища. Он чувствовал, как тот напрягся, но не отодвинулся.       — Знаешь, а я ведь так и не сказал тебе спасибо, — начал голубоглазый парень, его голос стал мягче, почти нежным, — за то, что вызволил меня.       Зуко фыркнул, но его уши и щёки покраснели ещё сильнее.       — Пустяк, — отмахнулся он, но Сокка заметил, как уголки его губ дрогнули в попытке сдержать улыбку.       Тишина снова опустилась на сад и теперь она была наполнена чем-то новым, невысказанным. Сокка посмотрел на Принца, его глаза блестели в свете звёзд. Он хотел сказать что-то еще, но слова, словно, застряли в горле. Вместо этого он просто сидел рядом, чувствуя, как тепло от тела Зуко смешивается с прохладой ночи.       Принц Огня не знал сколько они так просидели, но в какой-то момент голова южанина наклонилась вбок, падая на его плечо, а губы приоткрылись. Раздался мягкий храп, нарушающий тишину ночи. Он не шевелился, боясь разбудить его. Но поднявшийся ветер окатил их прохладой, заставив Зуко вздрогнуть. Сокка, почувствовал движение, слегка заёрзал, от чего рука непроизвольно легла на бедро мага. Принц закрыл глаза, позволив себе на мгновение представить, что это не просто случайность, а что-то большее…