Fall Asleep (Fаll For You)

Кажется, у Тэхёна возникла серьезная проблема. В голове нет ничего, кроме мыслей о губах Чонгука, и это происходит не просто ни с того ни с сего, когда Тэхёну хочется подумать о них, а всегда: где бы он ни был — репетировал, ел, принимал душ, разговаривал с Чимином. Всегда. Он не знает, как раньше этого не замечал, но действительно трудно не пялиться на губы Чона. Тэхён всегда был без ума от глаз второго и никогда не боялся в этом признаться, но в последнее время каждый раз, когда он видит лицо парня, его взгляд автоматически опускается к губам, и он немного боится признать это вслух, но ничего не может с собой поделать; они красные и пухлые, и на ощупь они невыносимо приятные. На самом деле, Тэхён начинает задаваться вопросом, почему он не смотрел на них раньше. Хотя сейчас казалось, что он уже и позабыл, какими они были, учитывая, что прошли недели с того вечера, когда они поцеловались, и покалывание на его губах, которое оставалось несколько дней спустя, уже прошло. После того вечера не происходило ничего, даже отдаленно похожего на поцелуи, и это сводило Тэхёна с ума. Однако, являясь трусом по натуре, Тэхён не смел упоминать о том, что произошло между ними, и каждый раз, когда разговор отклонялся хотя бы на сантиметр от темы или какое-либо предложение начиналось со слов "Помнишь, когда ...", Тэхён срывался с места и пулей выбегал из комнаты, и после первых двух таких побегов Кима Чонгук уже даже не пытался удержать его словами, просто позволяя уйти. Дело не в том, что Тэхён действительно не хотел говорить на эту тему, а в том, что он боялся столкнуться с последствиями. Несмотря на это, они больше не избегали друг друга, что было тем ещё достижением, но не таким уж и большим, поскольку теперь Тэхён явно чувствовал, что Чонгук намеренно пытался его помучить. Все, что он делал, вызывало у Тэхёна желание кричать и рвать на себе волосы, и не так, как когда они друг друга терпеть не могли, а так, что Тэхёну приходилось принимать отрезвляющий холодный душ. Как-то раз, например, когда они ели вдвоем, Чонгук измазал губы кремом, да так, что в уголке остался сладкий соус, и когда Тэхён сказал ему об этом, с болезненным выражением на лице, вместо того, чтобы использовать салфетку, как это сделал бы любой нормальный человек, он по-змеиному высунул язык и медленно облизнул губы, все время пристально глядя на Тэхёна, словно намеренно пытаясь его подразнить. Более того, Тэхён начал замечать за Чоном эту гребаную привычку. Черт пойми, появилась ли она недавно или тот просто до победного не замечал ее, но когда Чонгук о чём-то очень сильно задумывается, то прижимает конец ручки к губе, слегка вдавливая ее, а потом, когда он отдергивает ее, кровь возвращается в место нажима, делая губу еще пухлее и краснее, чем она была. Безумство какое-то! По ночам вообще начинается кошмар на яву... Когда Чонгук засыпает, его губы мило надуваются, тот причмокивает, а затем обычно оставляет рот слегка приоткрытым. И раньше у Тэхёна не было никаких проблем с подобным зрелищем, но сейчас от этого хочется лезть на стену. Ему приходится держать себя в ежовых рукавицах, чтобы не плюнуть на все и не набросится на мирно спящего Чонгука. Короче говоря, Тэхён теряет свой чертов рассудок. И сон. В качестве бонуса. И ему немного обидно, что Чонгук не сходит с ума так сильно, как он сам. Чонгук, кажется, совершенно хладнокровен ко всему, до такой степени, что складывается впечатление, что для него ничего и не было. И вот сейчас Чонгук разговаривает с какой-то девушкой, и Тэхен еле сдерживает себя, чтобы не выколоть ему глаза. — Тэ, ты же знаешь, что не можешь игнорировать меня вечно. Тэхён отрывает взгляд от Чонгука и девушки, которые сидят за столиком в самом углу кафе; они сидят настолько близко, что это дико раздражает. Ким переводит взор на скучающего Чимина, подпирающего щеку ладонью и делает громкий глоток бабл-ти, откровенно намекая, что он может игнорировать его вечно. Он продержался намного дольше, чем думал, с игнором Чимина, и, если быть полностью честным, он уже даже не так и расстроен. На самом деле, Тэхён простил Чимина в тот же день, когда они разругались из-за того, что тот скрывал от него всю эту историю с Чонгуком. Чимин начал волноваться и извиняться, а Тэхён подумал, что его друг слишком милый, чтобы на него злиться. Единственная причина, по которой он всё ещё продолжает делать вид, что обиделся, — это то, что Чимин продолжает его баловать, и Тэхёну чертовски нравится... Тем не менее, один из минусов, который вытекает из всего этого, заключается в том, что он не упомянул о поцелуе с Чонгуком, и совесть немного грызет его из-за этого, но теперь кажется, что в этом нет необходимости, поскольку этого явно больше не повторится. — Ты серьезно планируешь игнорировать меня всю оставшуюся жизнь? — Нет, — отвечает Тэхён. Чимин удивленно смотрит на друга. — О, так ты говоришь. Тэхён закатывает глаза и поворачивается в другую сторону, о чем мгновенно сожалеет, так как снова ловит взглядом Чонгука с девушкой, и на этот раз она от души смеется, кладя руку на бицепс Чонгука, которую тот не убирает, а лишь слегка откидывается назад, улыбаясь уголком губ. Тэхён с отвращением морщит нос. — Чимин, поменяйся со мной местами. Чимин усмехается. — Ты сейчас говоришь со мной? Девушка протягивает руку и быстро убирает челку с глаз Чонгука, а Тэхён отводит глаза, не желая видеть реакцию Чона. Он просто уверен, что еще чуть-чуть и его стошнит прямо за столом. — Местами. Меняемся. Сейчас же, — шипит он себе под нос. Чимин делает паузу и смотрит на свое место, а затем на Тэхёна. — Но какая, блин, разница? Тэхён стискивает зубы и пинает Чимина под столом, что, как он вскоре понимает, было не лучшей идеей, потому что Чимин взвизгивает от боли. Громко. Очень громко. Привлекая внимание всех в кафе. Включая Чонгука... Тэхён наклоняет голову, пытаясь закрыть лицо руками, но краем глаза уже видит, как Чонгук пристально смотрит на него. — Черт, Чимин, пойдем! — шепчет он в панике. Чимин потирает место, куда Тэхён пнул его, и озлобленно смотрит на друга. — Какого черта ты меня пнул! Тэхён замечает, как Чонгук встает со своего места. — Извини, можешь пнуть меня позже, но можем мы свалить, пожалуйста?! — Ты мог мне ногу сломать, придурок! — взвизгивает Чимин, а затем хватает меню и начинает бить им Тэхёна по голове. Тэхён вскрикивает и съеживается, вскидывая руки к голове, пытаясь защитить себя. Он открывает рот, чтобы крикнуть на друга, но краем глаза замечает пару черных ботинок, стоящих около их столика. — Что вы, ребята, делаете? — раздается знакомый голос, заставляя Тэхёна поежиться. Он выглядывает из-под рук и видит застывшего Чимина: его рука замерла в воздухе с меню, готовая ударить им Тэхена. Затем он медленно поворачивается и тут же облокачивается спиной назад к Паку, видя стоящего перед ними Чонгука, вопросительно изогнувшего бровь. — Чонгук? Я не знал, что ты здесь, — Чимин моргает, его рука все еще находится в воздухе. Чонгук засовывает руки в карманы и смотрит на Тэхёна, который буквально вдавливается в стул от стыда. — Я тоже не знал, что ты здесь. Я думал, ты собирался вздремнуть... Он переводит взгляд на Чимина. — Э-э, ты с ним разговариваешь или… — Я говорю с тобой, — перебивает Чонгук ответом. — Оу. Тэхён действительно сказал Чонгуку, что собирается вздремнуть. Он чувствовал себя очень уставшим, поскольку ночью так и не смог нормально поспать из-за постоянных мыслей о Чоне, надоедливо жужжащих в голове всю ночь. Тэхен не знает, что еще сказать, да и к счастью, в этом не было необходимости, поскольку девушка, с которой ранее миловался Чонгук за столиком, показывается из-за его спины. Тэхёну хочется просто долбануть ее по голове и свалить к чертовой матери из этого проклятого кафе, но внезапно Чимин принимается расспрашивать ее, и Тэхёну не остается ничего другого кроме как сидеть на месте ровно. Честно признаться, собственный интерес тоже берет верх. — Это Лиззи, — показывает на девушку Чонгук. — Она из Пусана. Чимин оживляется. — Еще один человек из родного города? — спрашивает он на пусанском диалекте. Тэхён лишь зевает. — Она новенькая. — теперь Чонгук говорит с пусанским акцентом, и рот Тэхена опускается еще ниже, потому что Чонгук, говорящий на диалекте, возможно, самая горячая вещь на свете, а также из-за того, что Лиззи новенькая, и Чонгук позволяет ей прикасаться к нему, как будто это ничего не значит. Тэхёну понадобились месяцы, чтобы Чонгуку было комфортно прикасаться к нему. — Приятно познакомиться, — машет рукой Лиззи, тоже с акцентом, и теперь Тэхён чувствует себя обделенным. Ему бы хотелось, чтобы Юнги был здесь и они могли бы утереть всем носы, используя диалект Тэгу. Чонгук указывает на Чимина большим пальцем. — Это Пак Чимин, тот, о котором я тебе говорил. Он из танцевальной команды. Чимин в недоумении смотрит на Чона. — Почему вы обо мне говорили? Чонгук закатывает глаза, и Лиззи говорит. — Не волнуйся. Большую часть времени он говорил только хорошие вещи о тебе. Все смеются, кроме Тэхёна, который тупо смотрит на меню, всё ещё находящееся у Чимина в руке. Тэхён вздыхает и берет меню из рук Пака, видя, как рука последнего слегка подрагивает от усталости. — Это Ким Тэхён, — говорит Чонгук, заставляя Тэхёна замереть, — Мой сосед по комнате. Лиззи кивает. — Приятно познакомиться, Тэхён! — весело говорит она, Тэхён пытается улыбнуться в ответ, но выдает нечто похожее на собачий оскал. Краем глаза он видит, как Чонгук хмурится на него, но игнорирует его взгляд. — Итак, чем вы двое планируете заняться? — спрашивает Чимин. Тэхён тихо выдыхает, испытывая облегчение. — Хотели встретиться с друзьями, чтобы поиграть в боулинг, — отвечает Лиззи. — Ребята, вы не хотите пойти с нами? Чимин пожимает плечами. — Да, конечно. Все равно ничего не планировал. — он смотрит на Тэхёна. — А что насчет тебя, Тэ? Чонгук пристально смотрит на Кима. В любой другой день, Тэхён бы всеми руками и ногами был за игру в боулинг, но на данный момент последнее, чего он хочет, — это видеть Чонгука и Лиззи вместе весь вечер. — Нет, спасибо. Чимин с Чонгуком, кажется, сильно удивляются услышанному. — Почему нет? — с явным любопытством произносит Чон. Тэхён вздрагивает, все еще отказываясь смотреть на него, полностью сосредоточившись на салфетке в руках. — Эм, у меня есть планы. — У тебя есть планы? — прыскает от смеха Чимин. Тэхён со злостью бросает взгляд на друга и швыряет в него салфетку, а Чимин уворачивается, смеясь еще громче. Чонгук, похоже, не удивлен и откашливается, снова привлекая всеобщее внимание. Тэхён замолкает и откидывается назад, неторопливо закидывая руку на спинку стула. — Я иду в клуб, о котором все говорят. Чимин смеется сильнее, а Чонгук прищуривается. — Ты ненавидишь клубы. — С чего ты взял, — огрызается Тэхён. — Я приглашал тебя поехать туда со мной уже несколько недель, и ты всегда отказывался. Чонгук совершенно прав. Тэхён ненавидит людные места. Он ненавидит пить. Он ненавидит вечеринки. И он определенно ненавидит клубы. Но ни за какие коврижки не признает этого сейчас. — Ну, вот раньше не хотел, а теперь хочу. Прежде чем Чонгук успевает возразить, смех Чимина утихает, и тот хлопает рукой по столу. — Подожди, ты серьезно? Тэхён кивает. Чимин откидывает голову назад и скептически поджимает губы, а Тэхён отворачивается, чтобы скрыть побледневшее от собственной тупости лицо. — Ты идешь один? Хочешь, пойду с тобой? — на полном серьезе спрашивает Пак. Чимин явно понимает, что что-то здесь не так. Чимин знает его как облупленного, и он знает, что если тот пойдет с ним, его будут беспокоить всю ночь, и все его мысли, которые он пытался скрыть в течение нескольких дней выйдут на свободу в тот же момент, когда Чимин посмотрит на него этими своими щенячьими глазами. — Один пойду, но всё будет в порядке. Я не буду пить слишком много. Просто хочу посмотреть как там. Чонгук заметно напрягается, но Тэхён этого не замечает, слишком занятый попытками избежать изучающего взгляда Чимина. — Тэхён, это опасно, — хмурится друг. Тэхён пренебрежительно отмахивается рукой. — Люди постоянно ходят в клубы одни. Я могу позаботиться о себе, не ребенок ведь. Чимин неодобрительно сверлит его взглядом. — Разве ты не помнишь, как сходил на вечеринку в последний раз? Тэхён замирает, прокручивая весь пиздец, что натворил и краснеет, поперхнувшись собственной слюной. О вечеринке ему можно было и не напоминать, учитывая то, что рядом с ним стоит Чонгук. И, самый верный способ поскорее избавить себя от этих странных чувств — убраться отсюда к чертовой матери. Он встает из-за стола все так же избегая взгляда Чонгука. — Мне няньки не нужны, — Ким скрещивает руки на груди, возмущенно поворачивая голову в сторону друга, — Я блять молодой и красивый, учусь в универе, да и вообще, свободный человек, начнем с этого! — Тэ... — Вы, ребята, идите в боулинг, — перебивает Тэхён. Он неуклюже пятится назад к выходу из кафе, махая обеими руками ребятам. — Мне будет весело. Я смогу о себе позаботиться. Кто знает, может быть, я встречу в туалете наркобарона и стану сверхбогатым! — Это ты так о себе заботишься? — спрашивает Чонгук с прищуром глядя на соседа. — У тебя свои предпочтения, а у меня свои. Тэхён квадратно улыбается, последний раз машет им и развернувшись на каблуках, вылетает из заведения, оставляя ошарашенных ребят. Трое смотрят ему вслед еще несколько секунд. — Твой сосед по комнате странный, — вдруг буркает Лиззи, на что Чонгук просто задумчиво смотрит на дверь кафе из которой тот недавно вышел.

_______________________________________

Тэхёну каким-то образом удается дотащиться до так называемого клуба, в который, по его словам, он собирался. Некоторое время он раздумывает, стоит ли вместо этого просто пойти в парк и покормить белок, поскольку весь смысл придумывания этой истории про клуб заключался только в том, чтобы избежать общества Чонгука, и на самом-то деле у него нет реальной причины идти в долбанный клуб. Боже, если он возьмет хоть каплю алкоголя в рот, то это будет его личный провал века. Во-первых, он по-прежнему не планирует пить, до тех пор, пока не потеряет сознание или контроль над своими действиями; во-вторых, ему может понадобиться больше выпивки, чем он думал. Тэхёну удается как следует привести себя в порядок с помощью YouTube и интуитивных экспериментов с мейкапом. Наконец он надевает что-то иное, чем большой свитер, и заменяет его простой черной футболкой из задней части шкафа, которая не стесняясь обнажает его ключицы, и узкие кожаные штаны, в которые он с трудом впихивается. Что ж, пришел их звездный час. Он знал, что рано или поздно они обтянут его задницу. Нужен был лишь повод. Тэхён использует средство для волос впервые после окончания средней школы, а потом вступает в бой с подводкой, которой умудряется несколько раз ткнуть себе в глаз. Осмотрев себя в зеркале, Тэхён должен сказать, что сильно впечатлен. Ему удается превратиться из человека, который просто надевает первое, что видит, (а именно это он и делает), в человека, который выглядит так, словно трахается чаще, чем раз в год. Он начинает понимать, почему люди так часто наряжаются; это дает новое чувство уверенности в себе и даже помогает облегчить беспокойство по поводу похода куда-либо. Но, это всё меркнет, стоит Тэхёну ступить на танцпол. Уверенность покидает чат и кажется, что как бы он не старался выглядеть на все сто, даже софиты и мигающие огни заведения не помогают ему выделиться из толпы. Но это еще не самое худшее: повсюду потные тела. Наверное, в три раза больше людей, чем на обычной вечеринке, а музыка такая громкая, что пол сотрясается от басов. Тэхён морщит нос от отвращения и пытается съёжиться, чтобы ни одно потное тело не коснулось его. Хочется развернуться и сразу же ретироваться, но он приложил слишком много усилий, поэтому он смиряется и проталкивается сквозь толпу, чтобы сесть за барную стойку, полагая, что будет действовать наобум. Вряд ли он опозорится за барной стойкой, где меньше всего людей. — Что будете? — кричит бармен сквозь оглушительный звук музыки, выглядя совершенно невозмутимым. — Что-нибудь, чтобы забыться, — кричит в ответ Тэхён, бармен хмурится — Что-то, что я могу выпить и забыть обо всех своих проблемах! — поясняет он. Бармен ухмыляется. — Принято! Бармен что-то взбалтывает и протягивает ему стеклянный стакан с чем-то, что выглядит как сок, и на секунду Тэхёну становится обидно. Ну неужели ему, блять, сок взболтали в гребанном баре, но затем он делает глоток, и его прошибает пиздецки сильным жгучим вкусом алкоголя, от которого лицо сморщивается, а губы скручиваются в трубочку. Головой Тэхён понимает, что, вероятно, не должен пить больше, но в этот момент он готов пожертвовать толикой здравомыслия, чтобы дать своему разуму отдохнуть хоть немного, к тому же он уже заплатил за это. Он беззвучно говорит «спасибо», не утруждая себя перекрикивать музыку, и поворачивается, чтобы поудобнее усесться за барной стойкой. Он проводит добрых тридцать минут, просто потягивая свой напиток и крутясь на барном стуле, выглядя как маленький ребенок, который заблудился и случайно оказался в клубе, но ему на самом деле все равно, потому что алкоголь действует, и он начинает чувствовать себя более беззаботным, как планировал. Ему все равно на Чонгука и его дурацкие губы. Ему все равно на Чонгука с Лиззи. Ему все равно. Все, что его волнует, это сколько раз парень в углу еще блеванет, пока не отключится. Он не пьян, просто более расслаблен. По крайней мере, так он себе твердит. Когда Тэхён допивает свой коктейль, он наконец отрывает взгляд, от теперь уже отключившегося парниши в углу, и хмурится, глядя на пустой стакан в своих руках. — Хочешь, я куплю еще? — раздается знакомый голос сзади. Тэхён разворачивается и видит Мингю, прислонившегося к барной стойке, с веселым выражением на лице, и он, вероятно, стоит там гораздо дольше, чем Тэхён думает. Тэхён оживляется. — Ты! — Очень надеюсь, что на этот раз ты помнишь, кто я, — ухмыляется Мингю. — Конечно я помню, ты же Мингю! — А ты Тэхён, — отвечает Мингю, его голос насмешлив, и Тэхён с энтузиазмом кивает. — И что этот красавчик Тэхён делает в таком месте один? Тэхён наклоняет голову. — Что ты имеешь в виду? — Мне казалось, ты не из тех, кто любит по клубам шастать. Тэхён обижается, хотя это и стопроцентная правда. — Ну, я полон сюрпризов. — Я и не сомневался, — медленно говорит Мингю, а затем окидывает Тэхёна взглядом с ног до головы. — Ты хорошо выглядишь. Тэхён ахает и наклоняется вперед, широко раскрыв глаза. Алкоголь сделал его немного смелее. — Правда? Я думал, что, может быть, я выгляжу странно. Я не привык так одеваться. Мингю качает головой, сильно удивленный. — Нет, ты выглядишь горячо. Тэхён чувствует, как тело вспыхивает от комплимента, он вскакивает со стула и поворачивается. — Посмотри на мои штаны. Посмотри на них. Разве они не делают мою задницу ахуеть какой красивой? Ладно, может быть, алкоголь делает его намного смелее. Когда он снова поворачивается к парню, то видит, что Мингю смотрит на него с немного меньшим весельем и более томным взглядом. — Да, действительно мило. Тэхён улыбается и откидывается на стойку, невероятно довольный. — Так что скажешь? — говорит Мингю, наклоняясь ближе. — Хочешь, я куплю тебе выпить? Тэхён вздыхает и задумчиво смотрит на свой пустой стакан. Если честно, он хотел бы еще выпить, но знает наверняка, что не должен этого делать, если хочет сохранить сознание. — Нет, все в порядке. А то придется бегать в туалет через каждые пять минут. Однако, Мингю не выглядит расстроенным и просто делает еще один шаг вперед. —Ладно, без выпивки. Тогда давай потанцуем. Тэхён морщится от отвращения, кидая взгляд на танцпол. — Там же людей немерено. — Тебе будет все равно на всех, когда будешь там танцевать, — смеется Мингю и протягивает руку. — Давай. Будет весело. Тэхён настороженно смотрит на руку. Честно сказать, он не на шутку задумывается, что даже особо и не знает этого парня; все, что ему известно, это то, что его зовут Мингю, и он друг Чонгука, но затем эта мысль прерывается, потому что, черт возьми, он снова думает о ебучем Чонгуке и чувствует неизмеримое разочарование в себе, так как все его усилия забыть о соседе идут коту под хвост, и Тэхён просто не может этого допустить, поэтому он протягивает руку в ответ. Если танец — это то, что нужно, чтобы отвлечься, то он готов. Мингю удовлетворенно ухмыляется и тянет его через всю толпу. Они доходят до приглянувшегося места и Мингю поворачивается к Тэхёну, пока второй просто моргает в ответ. — Эм, я не знаю, что делать! — кричит Ким, чтобы парень его услышал. Мингю смеется и хватает его за плечи, разворачивая, чтобы он посмотрел в другую сторону. Тэхён совершенно сбит с толку тем, что делает Мингю, но затем он чувствует, как тот хватает его за бедро и тянет назад, прижимая к своей груди, и Тэхён замирает. — Расслабься, — слышит он шепот Мингю. Тэхён выдыхает, восстанавливая дыхание, и пытается расслабить мышцы во всем тело, при этом его голова прислоняется к щеке Мингю. — Ладно, я расслабился. Что теперь? Он слышит смешок совсем рядом с ухом, а затем чувствует, как Мингю вращает бедрами в такт музыке, и Тэхён издает испуганный писк. — Теперь просто отдайся музыке. Ким остается совершенно неподвижным на мгновение, размышляя, действительно ли это танец или просто какое-то подобие прилюдного соития на сухую, но он видит, что все остальные делают точно так же, и решает, что в этом нет ничего плохого. Поэтому он вжимается в Мингю и вращает бедрами, так что они двигаются синхронно с парнем. —Вот так? — спрашивает Тэхён, музыка разрывает барабанные перепонки, посылая вибрации и адреналин по всему телу. Мингю напевает ему на ухо, обвиваясь вокруг талии Тэхёна и притягивает его ещё ближе, до тех пор, пока они не могут слышать дыхание друг друга. Тэхён должен признать, что это довольно приятно, и это работает, поскольку он больше не думает о Чонгуке, а больше о движениях бёдер Мингю. Тэхён блаженно закрывает глаза, откидывая голову на плечо Мингю и полностью отдается музыке. — Неплохо, красавчик, — бормочет Мингю. Они так близко друг к другу, что Тэхён может слышать его даже сквозь музыку. А затем на шее Тэхёна вспыхивает диско-свет, обнажая засосы, которые оставил Чонгук и которые почти исчезли, но Мингю понимающе откидывается назад. — О, я вижу, у тебя есть парень? Тэхён хмурится, не зная, что привело его к такому выводу, но прежде чем он успевает спросить, позади звучит знакомый голос. — Разве ты не должен беспокоиться об этом, Мингю? Я не думаю, что Вону понравится, если он узнает о том, что ты тут делаешь. Тэхён замирает, потому что узнает этот голос. Он узнает этот голос где угодно. Он медленно оборачивается и видит Чонгука: тот стоит, засунув кулаки в карман худи и кажется, что голос вполне спокоен, но взгляд выражает обратное. Между бровями виднеется чёткая морщинка, он хмурится и недовольно сужает глаза, сильно сжимая челюсть. Тэхён сглатывает. Ему мерзко. Мерзко от себя и и от того, что он так сильно жался к Мингю, хоть и понимал, насколько это кажется ему неправильным. Потому что это не Чонгук. Тэхён бы отругал себя за это, но он слишком шокирован. — Что ты здесь делаешь? Чонгук даже не обращает на него внимание и это разбивает сердце вдребезги. Мингю неторопливо выходит из-за его спины. — Вону все равно. Это все просто ради развлечения. Я же не собирался с ним встречаться. Глаза Чонгука опасно темнеют, и Тэхён инстинктивно делает шаг вперед, чтобы успокоить его, одновременно закрывая Мингю собой. Теперь Чонгук вынужден посмотреть на него. — Как давно ты здесь? — спрашивает Тэхён. — Это имеет значение? Достаточно долго, — отвечает Чонгук. Тэхён морщится от холодного тона его голоса. Он выпрямляется, стараясь не казаться слишком задетым, и прочищает горло. — Зачем ты здесь? — А ты как думаешь? Тэхён фыркает, чувствуя разочарование из-за того, что Чонгук не отвечает прямо на его вопросы. — Я думал, ты должен был играть в боулинг. — Ты думаешь, Чимин бы отпустил тебя в клуб одного? Тэхён прикусывает язык. Конечно он знает, что Чимин никогда не отпустит его в клуб одного, поэтому он не удивился бы, если бы тот внезапно появился тут, но это все равно не объясняет, почему именно Чонгук здесь. — Ну, если Чимин беспокоится обо мне, то почему ты здесь? Чонгук озадаченно моргает, ошеломленный вопросом, но быстро берет себя в руки и открывает рот, чтобы ответить, но в тот же момент Мингю снова выглядывает из-за Тэхёна. — Да расслабься, Чонгук. Мы просто веселились. И Тэхён, и Чонгук резко поворачивают головы к Мингю, сверля взглядом, словно забыли, что он всё ещё здесь. — Заткнись, — Чонгук указывает на Мингю. — И лучше тебе рассказать об этом Вону и мне плевать, если он говорит тебе, что ему все равно, ясно? У Тэхёна пересыхает в горле от вида столь раздраженного Чонгука. — Мы уходим, — говорит он, а затем хватает Тэхёна за запястье и тянет прочь из толпы. Тэхён позволяет себя тащить, потому что убежать от разъяренного соседа — не самая приятная идея. В момент, когда они выходят наружу, Тэхён ожидает, что Чонгук отпустит его, но вместо этого его тянут в переулок между клубом и рестораном, где нет людей, а затем прижимают к кирпичной стене, и Чонгук отпускает руку Тэхёна, только чтобы ударить обеими ладонями по обеим сторонам лица Кима, заставляя того подпрыгнуть. Чонгук смотрит вниз, так что Тэхён может видеть только его макушку, а не выражение лица, и он глубоко дышит, как будто пытается сохранить спокойствие. Тэхён оглядывается по сторонам. —Почему мы в темном переулке? Тэхён снова пытается разрядить обстановку. — Ты никогда не смотрел фильмы? Темные переулки — это не то место, где нужно находиться. Чонгук резко поднимает голову и смотрит на Кима безэмоционально, очень жутким взглядом, если бы за ним не было стены, Тэхён точно отступил бы. — Какого хрена ты делаешь? Тэхён тушуется. — Тусуюсь в клубе, как и говорил. — Ты ненавидишь клубы и не говори мне, что это не так. — огрызается Чонгук, — И с каких это пор, тебе так комфортно с Ким Мингю? Тэхён опускает голову. — Мне не комфортно. Мы просто знакомые. Ладони Чонгука, упирающиеся в стену, сжимаются в кулаки. — Знакомые так не ведут себя. Тэхён выпрямляется и хмурится, внезапно вспоминая, почему он вообще здесь оказался. — О, да? Тогда почему ты позволяешь Лиззи так себя трогать? Ты ненавидишь, когда люди тебя трогают, особенно, если ты их плохо знаешь. Знаешь, сколько времени тебе потребовалось, чтобы позволить мне прикоснуться к тебе? Ебаная вечность! Чонгук собирается возразить, но затем замирает, и его лицо искажается от удивления. — Вот в чем дело? Тэхён фыркает и скрещивает руки на груди. — Я не понимаю, о чем ты. — Ты ревнуешь, — довольно тянет Чонгук, заставляя Тэхёна задержать дыхание на долю секунды. Кажется, в ту же секунду весь алкоголь в крови моментально исчезает и на его место приходит осознание того, что он дико облажался. — С-с чего бы мне ревновать? Чонгук раздраженно фыркает, явно недовольный ответом. — Лицемер. Не помню, чтобы я тёрся об Лиззи и уж тем более ставил ей засосы направо и налево. Тэхён вздрагивает от одной мысли о подобном, а затем понимает, что Чонгук имеет в виду Мингю и его. — Мы танцевали! И он не оставлял на мне засосов. — Ким выгибает шею, чтобы показать, — Видишь! Взгляд Чонгука падает на его шею; рот кривится от недовольства. — Я вижу. Тэхён начинает паниковать и резко подносит ладонь к шее. — Какого хрена, где?! К счастью, его быстро осеняет. — Это не он оставил! Это твои засосы! — выпаливает он, а затем тут же ахает, закрывая рот рукой. Тема, которую он избегал как чумы, была поднята. И именно он это сделал. Чонгук медленно отрывает взгляд от шеи Тэхёна, а последний хочет провалиться сквозь землю или сбежать к чертовой матери, но ни то ни другое ему не удастся сделать, пока Чонгук зажимает его между своими руками. Чон ловит его взгляд и Тэхёну кажется, что ноги перестают слушаться, он шумно сглатывает и чувствует, как капелька пота, словно скоростная машина, мчится вдоль позвоночника. Жарко, становится жарче, чем в гребаном клубе. — Эм, сегодня такое красивое солнце, — говорит он, пытаясь сменить тему. Глаза Чонгука сканируют лицо Тэхёна. — Сейчас ночь. Ну бля... —Оу. — Тэ... — Сегодня действительно красивая луна, — снова пытается он. Чонгук шумно выдыхает и заметно расслабляется. — Зачем ты меняешь тему? Тэхён хочет сказать ему, что он боится того, что скажет Чонгук. Он боится, что ему скажут, что это была ошибка, и он просто этого не вынесет. Он хочет сказать, что это потому, что он не знает, чего хочет, и говорить об этом означало бы столкнуться со своими собственными чувствами. Но вместо этого он просто мямлит. — Я-я не понимаю о чем ты. Чонгук игнорирует его ложь и лишь настырнее спрашивает. — Ты жалеешь об этом, не так ли? Тэхён передумал сто миллионов миллиардов сценариев того, что Чонгук мог ответить ему, но такого в этом списке не было. — Ч-что? Чонгук изо всех сил старается скрыть свое выражение лица, но терпит неудачу. —Ты жалеешь, что поцеловал меня. Глаза Тэхёна расширяются. — Где ты... Что? — Каждый раз, когда я пытаюсь поднять эту тему, ты либо меняешь ее, либо убегаешь. Сначала я думал, что тебе просто неловко, поэтому я ничего не говорил, но теперь ты здесь, отказываешься проводить время вместе, прёшься в чертов клуб и тусуешься с одним из моих друзей. — Чонгук сжимает кулаки настолько сильно, что костяшки пальцев царапают кирпичную стену. — Просто скажи мне, что ты жалеешь об этом, и прекрати терзать себя, потому что я больше никогда этого не сделаю. Тэхён не знает, что сказать. Всё это время он думал, что это он страдает, а Чонгук жалеет об их поцелуе. — Я не жалею, — запинается Тэхён. — Не жалею, что поцеловал тебя. — Нет, жалеешь, — слова с грустью слетают с губ Чонгука, — Но я понимаю, со мной пиздец как тяжело. Я легко расстраиваюсь. Я не умею выражать свои мысли. Черт, я даже не могу нормально спать, особенно когда тебя нет рядом, и я изначально не хотел, чтобы ты так сильно входил в мою жизнь, так что я понимаю. Тэхёну кажется, что это какой-то блядский сон. Он был слишком погружен в свои собственные чувства, что не заметил, как Чонгук был также противоречив, как и он сам, если не больше. — Это не так, — Тэхён запинается и делает глубокий вдох, чтобы успокоить нервы. Он хочет протянуть руку и убрать волосы с лица Чонгука, как он всегда делает, но сдерживает себя, крепко сжимая руки. — Я не думаю, что с тобой сложно, и мне всё равно, если ты быстро расстраиваешься. Я расстраиваюсь. Мы все расстраиваемся. Мне плевать, есть ли у тебя проблемы со сном, ты забыл, что у меня тоже? Ты стараешься, и это главное. После того, как он заканчивает говорить, не слышно никаких других звуков, кроме отдалённой болтовни из клуба. Никто из них не делает никаких движений, поскольку они не обращают внимания ни на что, кроме своего прерывистого дыхания и неровного сердцебиения. — Если ты не жалеешь об этом... — бормочет Чонгук. — Тогда почему ты не хочешь об этом поговорить. Тэхён не удивлен вопросом и пытается придумать логическое оправдание, но в конце концов решает просто быть честным, и слова вырываются потоком. — Я менял тему только потому, что боялся, что ты извинишься и все снова забудется. Чонгук выглядит озадаченным. — Почему ты так думаешь? — Да потому что у нас по-другому не бывает. Извиняемся, забываем и двигаемся дальше. Мы вообще с тобой супер-непоследовательные. Ты уже забыл, как мы ненавидели друг друга? Мы были соседями по комнате, а потом перестали, а потом опять стали. А потом мы притворялись, что дружим-недодружим. А потом избегали друг друга, а потом перестали, а потом внезапно начали целоваться. Это просто сбивает с толку. Как мне понять, должны ли мы быть вместе или просто притвориться, что этого никогда не было, и двигаться дальше. Тэхён опускает голову, пряча раскрасневшиеся щеки. — Я и представить не мог, что ты чувствуешь, — наконец говорит Чонгук, глядя на Тэхёна, который всячески прикрывает от него свой взгляд. Тэхён прикусывает губу и смотрит на свои руки. — Ты разве с этим не согласен? Чонгук некоторое время молчит, глубоко задумавшись. — Я не думаю, что это непоследовательность. Я просто думаю, что это своего рода развитие. Изменение. Тэхён поднимает голову и медленно моргает. — Так что ты пытаешься сказать? Чонгук напрягается и не отвечает сразу, но Тэхён не возражает и терпеливо ждёт. Он знает, что Чон не привык говорить о чём-то личном и своих чувствах. — Я говорю, что в следующий раз, если мы будем в чём-то не уверены, давай просто поговорим. Хорошо? Тэхён многозначительно смотрит на парня. — Ты говоришь это себе или мне? Чонгук закатывает глаза. — Я говорю это нам обоим. Тэхён нерешительно кивает. — Ладно, в следующий раз поговорим. Но если мы это сделаем, что-то изменится? — Изменения — это не обязательно плохо. — Ну, если ты хочешь перемен, может, сделаешь уже хоть что-нибудь? — осторожно произносит Тэхён. Чонгук вызывающе прищуривается и делает шаг вперед, его руки все еще находятся на стене. — А как насчет тебя? Почему бы тебе не сделать первый шаг? Тэхён моргает в ответ, а затем его серьезное поведение исчезает, он морщит нос и надувает губы. — Это несправедливо! Ты забыл, что я поцеловал тебя первым в прошлый раз? — шипит он, топая ногой, как ребенок. — Почему я должен все делать? Губы Чонгука растягиваются в насмешливой ухмылке, и он слегка опускает голову, качая, как будто пытается не смеяться над тем, как мило ведет себя Тэхён. Чонгук поднимает голову, его глаза мерцают от счастья, и Тэхён сдерживает улыбку, пытаясь казаться как можно более серьёзным. А затем Чонгук поддается вперёд и целует Тэхёна в надутые губы. Быстро и сладко, отстраняясь всего через секунду, оставляя Тэхёна в полном шоке. Чонгук хихикает. —Доволен? Тэхён икает. Шестеренки в его мозгу вышли из строя, и все, что он может обработать, — это трепетание своего сердца. — Нет, — выдыхает он. — Тебе, наверное, стоит повторить еще разок. Чонгук широко улыбается и медленно наклоняется к губам Тэхёна, чтобы беспрекословно выполнить его указание.