Гомилеты

В тысячный раз Тэхён расправляет совершенно непривычную, а от того и неудобную, шёлковую рубашку, пристально рассматривая своё отражение в зеркале. — Как мне себя вести с самого начала? — Соответственно легенде. — Вот так с ходу? Разве не будет странным то, что я не растерян? — Именно этим ты привлечёшь внимание Чона, — Хосок нервно постукивает носком ботинка по ножке стола, и не сводит глаз с мальчишки. — Давай проговорим всё ещё раз? — Может хватит? Я уже запомнил. — Для моего спокойствия, пожалуйста. Тэхён закатывает глаза, но послушно садится напротив мужчины, скрещивает руки на груди, и протяжно выдыхает. — Меня зовут Кан Тэён, и я абсолютно неуправляемый избалованный племянник главы строительной компании, которая через дочернюю фирму торчит Чону приличные деньги. Меня отправили в «летний лагерь» не только в уплату долгов, но и на перевоспитание. — Про уплату долгов ты не в курсе. — Помню, — Тэхён раздраженно мотнул головой. — Долги можно упоминать только если Чон или остальное об этом сами скажут. Веду себя вызывающе, хамлю, всем видом показываю, что мне не страшно, на Чона смотрю пристально и с претензией. Являюсь открытым геем, не стесняюсь об этом говорить, и упоминать свой сексуальный опыт, но так, чтобы было ощущение будто я блефую из страха. — Отлично, а теперь повтори сигнал о помощи. — Отче наш, — мальчишка в очередной раз усмехается своей гениальной идее. — Вообще, если я вдруг начну вслух зачитывать какие-либо молитвы, значит я рехнулся, и можно сразу меня оттуда вытаскивать, потому что в здравом уме я этого делать не стану. — Я, конечно, рад, что ты входишь в образ и сохраняешь позитивный настрой, но ты ведь понимаешь всю серьезность происходящего? Уверен, что готов? Мы ещё можем всё отменить. — Хватит задавать этот вопрос, Вы прекрасно знаете, что у меня нет выбора. Хосок замолкает, опускает взгляд на свой мобильный в руках, а затем принимается разглядывать только вчера снятую квартиру. Дорогой жилой комплекс тоже часть легенды, не могут же богатого отпрыска забирать у подъезда муравейника в нищем районе. — Мне вот что интересно, — Тэхён снова встаёт из-за стола, чтобы положить в свою сумку забытую на кровати футболку. Хосок продумал всё, даже покупку дорогих брендовых вещей. — Как вы смогли связаться с людьми Чона, чтобы отправить меня к нему? Вы ведь говорили, что туда попадают дети должников, а должники эти явно не из простых. — В моём плане задействовано гораздо больше людей чем тебе известно, среди них есть и чиновники, и владельцы крупных компаний, которым не составило труда принять участие в происходящем. — Для чего им такой риск? — Достаточно большому количеству людей Чоны десятилетиями мешали в развитии бизнеса, и очень многие только рады посодействовать устранению Чонгука с поста президента компании его деда. Даже деньги, которые я тебе заплачу не совсем из моего кармана. — Вот как… Нужно было просить больше. — Если вернёшься живым и в своём уме, то поговорим об увеличении суммы. — Я Вас за язык не тянул. — Думаешь я пожалел бы денег? — Думаю Вы бы и жизнь свою не пожалели отдать, если бы это помогло посадить Чона. Хосок усмехается, по сути, так и есть, не буквально, конечно, жить он будет, но это точно станет мало похожим на прежнюю жизнь. Через час к подъезду элитной многоэтажки прибывает полностью тонированный микроавтобус, но Тэхён, согласно плану, не спускается сразу, специально заставляет себя ждать, дабы с самого начала дать составить о себе нужное мнение. — Постарайся выбросить маячок в воду, когда вы подплывёте к острову, но если не получится поймать момент, чтобы сделать это незаметно, то не рискуй, пусть остаётся в сумке, — полицейский очень торопливо повторяет последние инструкции прямо перед входом в лифт. — И пожалуйста, очень тебя прошу, не терпи до критической точки, — Хосок крепко сжимает плечи Тэхёна, глядя прямо в глаза. — Я буду поблизости, но мне всё равно нужно будет время, чтобы добраться до острова и вытащить тебя. Если почувствуешь, что может случиться непоправимое, то подавай сигнал сразу, договорились? Тэхён молча кивает, и переводит взгляд на открытую дверь лифта. — Пора идти. — Всего три дня, и ты снова будешь в безопасности, — Хосок встряхивает его слегка, чтобы вернуть всё внимание мальчишки. — Береги себя. — Постараюсь. Слова про безопасность позабавили, Тэхён не чувствовал её уже очень долгое время, нет просто такого места, которое позволило бы себя так почувствовать, но эти мысли парень оставляет при себе. Он закидывает сумку с вещами на плечо, бодро заходит в лифт, и, натянув на лицо игривую улыбку, подмигивает полицейскому. — Не скучайте, скоро увидимся. Тэхён сжимает ремень сумки крепче нужного, когда дверь микроавтобуса плавно отъезжает в сторону, но ни одна лишняя эмоция не проскакивает на лице. Парень с ноткой снобизма осматривает уже сидящих внутри подростков, и задерживает свой взгляд на мужчине, который расположился рядом с водителем. Этот человек держит в руке папку, по всей видимости, со списком пассажиров. — Кан Тэён? — мужчина осматривает его с ног до головы. — Он самый, — ухмылка мелькает на губах. — А вы, видимо, мои проводники в проёбанные каникулы. — Вы и так задержали нас, так что занимайте свободное место, и побыстрее. — Уверен мои родители достаточно заплатили за этот лагерь, чтобы вы подождали лишних десять минут. — Чё самый крутой нашелся? — парень с заднего сиденья с вызовом вскинул голову. — Сядь уже и не выёбывайся. — Тебя забыл спросить, — Тэхён огрызается в ответ, но наконец заходит внутрь, и кидает свою сумку на одно из последней пары свободных сидений, а сам плюхается рядом. Дверь мгновенно закрывается, и они тут же трогаются с места. На долю секунды Тэхён ловит острое желание выскочить обратно и рвануть со всех ног как можно дальше. Внезапный страх холодит пальцы на руках, но это чувство проходит так же стремительно как накатило. Он обязан сохранять трезвость ума. — Проверка связи. Если четко слышишь меня, то прочисти горло, если есть какие-то перебои, то шмыгни носом. От внезапного появления голоса Хосока в собственной голове, Тэхён почти вздрагивает, к наличию наушника придётся привыкать, но слышит он отлично, а потому абсолютно не привлекая внимание окружающих, прочищает горло. — Супер. Пока можешь пользоваться телефоном, напиши мне если надо сделать мой голос тише, но потом сразу удали переписку. Тэхён чувствует внутри порыв ответить согласием, но вовремя себя одергивает, и тут же достаёт из кармана телефон. Он быстро печатает, чтобы Хосок сделал немного тише, и после того, как слышит его вновь, пишет, что теперь с громкостью всё в порядке. — Через полчаса я буду выезжать следом за вами. Скорее всего вы направляетесь в Пусан либо его окрестности, так что отдыхай, но будь бдителен, по возможности прислушивайся к разговорам людей Чона. — Э, пидор, приём! — Тэхёну в затылок прилетает какой-то клочок бумаги, и он тут же оборачивается. — Ты глухой или припизднутый? — Припизднутый сейчас будешь ты, если не заткнешься. — А откуда гонора столько? Ты кто вообще блять такой? — видимо осмелев рядом с главным заводилой, подал голос ещё один парень, на вид чуть младше своего соседа. — Кто я такой вас ебать не должно, усекли? — Тэхёну спустя столько лет жизни в детском доме подобная перепалка кажется обычным разговором, он даже эмоций никаких не испытывает, просто хочет, чтобы отстали уже. — Ты нарываешься? — Вы вообще адекватные? — внезапно всё внимание обращается к тихоне с книжкой, которая явно не рада тому, что её отвлекают. — Мы ещё из Сеула не выехали, а вы уже зоопарк устроили. Либо нормально разговаривайте, либо завалитесь. — Ой гляньте, госпожа Ли рассердилась, сейчас до смерти нас забьёт своей книженцией, — тот самый парень, который первым пристал к Тэхёну, однозначно уже успел тут достать каждого, раз знает фамилию девочки, сидящей через проход от самого Тэхёна. — Такой говорливый стал, как будто больше не комплексуешь из-за маленького члена. Все дружно захохотали, Тэхён не стал исключением. Похоже эти двое достаточно хорошо знают друг друга, и точно не один год. — Хочешь проверить размер моего члена? Он отлично будет смотреться у тебя во рту. — Нет уж, спасибо, мне больше по вкусу член твоего брата. По салону снова прокатились смешки, а Тэхён не удержался, показал «госпоже Ли» палец вверх, девушка явно зацепила что-то очень болючее, раз в ответ получила только шипящее «сука». Дальше дорога проходила на удивление спокойно, каждый из присутствующих занялся своими делами, в основном все залипли в телефоны, кто-то задремал, и эта общая атмосфера расслабленности подействовала на Тэхёна. Устроившись поудобнее, он тоже занялся своим телефоном. Даже здесь Хосок подсуетился, достал для него последнюю модель айфона, и мальчишке удалось за пару дней освоить совершенно новый для себя гаджет, ведь прежде у него были только дешевые звонилки на андроиде. В целом, если сосредоточиться на игре с переливанием цветных жидкостей из колбочки в колбочку, и не думать о том, что девчонка с книгой возможно в последний раз читает так расслабленно и непринужденно, или что задиры с задних сидений уже к сегодняшнему вечеру не смогут и слова произнести от ужаса, то поездка даже не выглядит такой пугающей. — Кто-то вообще знает куда нас везут? — девочка, что сидит прямо перед Тэхёном, взволновано оглядывается назад. — Мне родители сказали, что лагерь будет у моря. Может в Похан? — подаёт голос кто-то с самого переднего сиденья. — Или Пусан. — С тем сколько бабок отдано за путёвку в этот лагерь, он как минимум должен находиться на Чеджу. Мне мама весь мозг выела тем, как дорого я им обхожусь. — Дура, по-твоему, нас повезли бы автобусом на остров? — А про паромы ты не слышал, умник? И перепалка вспыхнула вновь, но Тэхён потерялся в голосах, абсолютно всё пропуская мимо ушей. От чудовищной бесчеловечности холодный пот покрыл всю спину. Это же кем нужно быть, чтобы отправлять своего ребенка в самый настоящий ад, да ещё и упрекать его за что-то? Возможно оставить своих детей в приюте и повесить на них долги – это не самое плохое, что могут сделать для тебя родители… — Тэхён, никто из них не должен узнать о том, что ты в курсе всего. Ни сейчас, ни потом, когда уже будет и так понятно куда и зачем вас привезли. И… я не могу настаивать, но лучше не сближайся ни с кем из детей, так тебе будет легче. Да, так однозначно будет легче, и Тэхён не планировал ни с кем тут водить дружбу, но отделаться от чувства жалости ко всем находящимся в этом микроавтобусе вряд ли получится. Всем им предстоит пережить ужасные вещи, а они даже не подозревают об этом. Единственное, что хоть немного успокаивает – это то, что всем тут уже есть как минимум шестнадцать лет, будь здесь совсем маленькие дети, Тэхён бы не вынес мыслей о том, каково им будет в логове Чона. На третьем часу пути, Тэхён стал замечать, что дорожные знаки явно ведут их в сторону Пусана, а значит Хосок не ошибся, и всё идёт по старому сценарию. Мысли о приближении к пункту назначения вдруг вызывают тревогу, и достаточно сильную, мальчишку бросает то в жар, то в холод, во рту сухо до такой степени, что покалывание ощущается в горле и тянет на кашель. Ещё через полчаса водитель съезжает с трассы, Тэхён заостряет внимание на указателях, но ничего не понимает. Либо их везут к порту в объезд самого Пусана, чтобы не торчать в пробках, либо они вообще направляются в совершенно другое место. — Странно, что вы свернули, — Тэхён снова пугается голоса Хосока, ведь не слышал его всё время поездки. — В любом случае я недалеко от вас, так что всё хорошо. Насчёт «хорошо» Тэхён бы поспорил, по внутренним ощущениям совсем ничего хорошего не происходит. — Мы едем уже целую вечность, какая-то остановка будет? — парни с задних сидений все извелись. — Мне отлить нужно было ещё полчаса назад. — Сейчас ещё одного заберём, и остановимся на ближайшей заправке, — мужчина со списком отвечает, даже не обернувшись на возмущённых детей. — Потерпишь ещё. — А я не понял, вам бабки за хамство платят? Я на ваш лагерь потом такой отзыв накатаю, что вы очень быстро разоритесь. Никто кроме Тэхёна пока не понимает истинной причины ответного насмешливого хмыканья водителя. «Отзыв на лагерь» действительно смешно звучит, когда знаешь, что это за лагерь. Спустя совсем недолгое время, микроавтобус оказывается посреди частного сектора какого-то небольшого городка, они петляют между домов, пока люди Чона не замечают нескольких человек возле одного из высоких каменных заборов. — Вроде эти, — мужчина со списком перебирает бумажки в своих руках и просит водителя опустить окно, когда они подъезжают ближе. — Добрый день, Господин Пак? Тэхёну плохо видно с кем ведётся диалог, но любопытство удовлетворяется практически сразу, дверь плавно отъезжает в сторону, и за ней оказывается самая типичная богатенькая семья. Мужчина с женщиной одеты дорого, но не вычурно, а между ними, с небольшим чемоданом наперевес, стоит мальчишка, на его лице дружелюбная улыбка, и он кланяется слегка, здороваясь со всеми, кто сидит в автобусе. — Не забудь позвонить, когда доберёшься, — мужчина кладёт руку на плечо мальчика, слегка похлопывая. — Не волнуйся, дядя, обязательно позвоню. — Береги себя, Чимин, — женщина ласково проводит ладонью по волосам ребёнка и мило улыбается. Тэхёну становится тошно, он бы предпочёл не знать, что эти люди точно в курсе куда и зачем отправляют своё чадо. Мозг генерирует сцену, в которой Тэхён выталкивает этого мальчишку наружу, и кричит ему бежать как можно быстрее и дальше, но он этого, конечно же не сделает. Чимин заходит внутрь микроавтобуса, и дверь тут же, прямо как за Тэхёном несколькими часами ранее, захлопывается. — Всем привет, — мальчишка улыбается ещё шире, и снова всех окидывает взглядом. — Меня зовут Пак Чимин, надеюсь мы сможем подружиться. В ответ со всех сторон летят приветствия, некоторые ленивые и неохотные, но Чимин, кажется рад любому. Сам Тэхён не особо разговорчив, он просто кивает, когда мальчишка смотрит на него, и уже собирается отвернуться к окну, но Чимин вдруг обращается именно к нему. — Можно сесть рядом с тобой? — А? — и тут Тэхён вспоминает, что единственное свободное сидение занято его сумкой. — А, да, валяй. Нехотя Тэхён пересаживается к окну, ставит свою сумку на колени, и Чимин сразу же плюхается рядом, ведь ехать стоя так себе удовольствие. — Спасибо, — на этом диалог можно было бы закончить, но усевшись поудобнее, Чимин продолжает. — Как тебя зовут? — Тэх… — опомнившись Тэхён быстро исправляется. — Тэён. Кан Тэён. — Ты из Сеула, верно? По акценту слышно. — Ага. А по твоему акценту сразу слышно, что ты местный. — Вообще я вырос в Пусане, но два последних года прожил с родителями в Америке, теперь приезжаю сюда только к дяде с тётей на летние каникулы. — И они решили упечь тебя в летний лагерь? Чимин так лучезарно смеётся в ответ, что у Тэхёна волосы дыбом встают от мурашек. — Почему сразу упечь? Мне нравятся подобные штуки. Песни у костра, новые знакомства, новые места и впечатления, здорово же, да? — Не то слово… Тэхён сглатывает ком в горле, и понимает, что первым испытанием для него станет неподдельный ужас на лицах всех этих ребят, когда они поймут, что их отправили совсем не в тот лагерь, о котором они думали или даже мечтали. — Такие разговоры лучше не поддерживать, сам потом пожалеешь. Будто это не очевидно, Тэхён даже по инерции закатывает глаза, благо никто не замечает. — Когда вы остановитесь на заправке, позвони мне, и на всякий случай притворись, что говоришь с мамой. Мне нужно задать тебе пару вопросов. Ближайшая заправка оказывается аж в получасе езды от дома, где они забирали Чимина, к этому моменту возмущению в салоне уже не было предела, Тэхён и сам достаточно ощутимо хочет в туалет. — Остановка двадцать минут, ждать никого не будем, если опоздаете, то останетесь здесь, — мужчина с папкой задорно усмехается. — Может через неделю на обратном пути заберём вас. — Нас десять человек, двое из которых девчонки, вы действительно считаете, что по две минуты на каждого достаточно, чтобы сходить в туалет? — парень с переднего сидения задаёт вполне резонный вопрос, но и на него люди Чона реагируют смехом. — Привыкайте. С вами никто в лагере сюсюкаться не будет, сопли потом мама дома подотрёт. — Да что вы себе позволяете?! — Я что-то непонятное сказал? Время пошло! Видимо побоявшись спорить в открытую, дети стали выбираться из микроавтобуса недовольно бурча, и переговариваясь между собой. — Он грубоват для работы с детьми, — Чимин слегка наклонился к Тэхёну, и шепнул, прикрыв рот ладонью. — А тебе нужно в туалет? Выпустить? — Да. Я ещё маме должен позвонить. — О! Я своей тоже позвоню. Парни выходят на улицу последними, Чимин тут же набирает номер, но Тэхён решает не рисковать, он отходит подальше, и уже приложив телефон к уху, замечает на себе тяжелый взгляд водителя. — Привет мам, что ты хотела? — Как ты себя чувствуешь? — голос Хосока двоится в голове, из-за чего мальчишка зажмуривается. — Могло быть и лучше, но в целом нормально. Думаю, мы скоро доберёмся до места. У тебя что-то с микрофоном, звук странный. — А? Что со звуком? Нормально же всё было… — Двоится звук. — Чёрт, надо микрофон прослушки выключить, подожди секунду. — Поторопись, я хочу ещё в туалет успеть, — Тэхён нервно постукивает носком ботинка по бордюру. — Так лучше? — Да. — Сколько детей в автобусе? — Вместе со мной десять. — Возраст примерный можешь сказать? — Все мои сверстники. Что за допрос, мам? — оглядываясь по сторонам, Тэхён снова замечает на себе взгляд водителя. — Юнги предполагает, что вас повезут в небольшой частный порт рядом с Пусаном, туда буквально час назад зашло судно одной из дочерних компаний Чона, видимо на нём вас доставят на остров. — Кхм… Так папа тоже с тобой? — мальчишка лукаво посмеивается. — Да, он едет рядом. — Я рад, передай ему привет. На мгновение повисает молчание, которое заполняется очень тяжёлым вздохом Хосока. — Я бы хотел сказать, чтобы ты не боялся, и что всё будет хорошо, но у меня язык не поворачивается. — И не нужно. Поговорим, когда я вернусь. — Мы будем рядом, береги себя, ладно? — Не нужно говорить со мной так, будто я там умру, — Тэхён говорит тише, чтобы точно не быть услышанным. — Извини. — Не забудь потом про звук. — Да. — Пока мамуль, поцелуй папу за меня, — краем глаза мальчишка замечает приближающегося Чимина. — Люблю вас, созвонимся позже. Хосок отключает вызов, и сразу же включает микрофон Тэхёна, но свой включать не торопится. По салону авто приглушённо разносится диалог Тэхёна с Чимином, в который полицейские не сильно вслушиваются. — Мама и папа, — Юнги усмехается, и отводит взгляд к окну. — Поцелуи оставим на потом? — Вряд ли нас в одну камеру посадят. — Вот скажи мне честно, ты в последний момент настоял на том, чтобы ехать со мной только для того, чтобы напоминать мне какая я мразь? — Чон произносит это без злобы, в его голосе скорее безграничная усталость. — Честно? Я в принципе в твоей жизни только для этого, — Юнги снова возвращает свой взгляд к Хосоку. — Спасибо, — улыбка, которая не сходит с лица мужчины выглядит максимально неуместно, но Юнги смотрит не отрываясь. — Я тоже тебя люблю. Хосок прислушивается к тому, что там происходит у Тэхёна, чтобы не упустить момент, когда им тоже нужно будет продолжать свой путь, но мальчишки ещё даже не вернулись в автобус. — Я мало что помню из подробностей дела Чона, — Юнги прочищает горло. — И совсем не помню того, что конкретно там делали с детьми. — Хочешь, чтобы я рассказал? — Нет. Просто скажи мне, какова вероятность того, что Тэхён вернется оттуда живым и здоровым? — Если ты про физическое здоровье, то шанс велик, из тех дел, что я видел сам, и если брать во внимание личные записи отца, то через какое-то время практически все полностью восстанавливались. — А если про психическое? — По другим жертвам судить не могу, отсутствие воспоминаний о произошедшем с ними полностью исключило вероятность наличия психологических травм. — Его психике пиздец? — Скорее всего. Затянувшееся молчание в салоне прерывает достаточно громкий возглас одного из людей Чона, который подгоняет детей возвращаться в микроавтобус. Хосок заводит двигатель авто, и, втянув побольше воздуха, трогается с места.