Гомилеты

Долгая дорога на пару с жарой вымотали детей до такого состояния, что, когда они прибыли в полузаброшенный порт, ни у кого уже не было сил что-либо спрашивать, всем хватило брошенной одним из мальчишек фразы «А я говорил, что мы на Чеджу паромом». Стоило только водителю заглушить мотор, как второй мужчина скомандовал всем выходить, и построиться в один ряд. Тэхён закидывает сумку с вещами на плечо, и становится радом с Чимином, который единственный из всех заинтересованно осматривается по сторонам. — Я здесь бывал, — Чимин слегка подаётся к Тэхёну и шепчет ему почти на ухо. — В прошлом году с двоюродным братом на великах до сюда доехали, и вон там на холме сидели смотрели, как рыбацкие судна под вечер возвращались. Странно, что мы здесь, брат говорил это место используют только браконьеры и прочие бандиты. — Может отсюда ближе и быстрее до того места, куда нас везут, — Тэхён непринуждённо пожимает плечами. — Может и так. Интересно, какое судно наше? — Выбор здесь не сильно большой, знаешь ли, — обведя взглядом два небольших корабля, мальчишка обращает внимание, что только у одного из них установлена доска для того, чтобы можно было подняться на борт. — Невзначай произнеси названия. У каждого судна в носовой части борта должно быть название. Голос Хосока отвлекает от лепетания Чимина. — «Драконий путь» выглядит круто. — И название здорово звучит, лучше, чем «Гавань Кёнджу» у второго. — «Драконий путь» — это судно, которое отслеживал Юнги, скорее всего на нём и поплывёте, но для подстраховки скажи на какой борт вас посадят. — Все сумки, чемоданы и рюкзаки на землю перед собой! — Тэхён вздрагивает от громкого возгласа, и не на шутку пугается, когда видит в руках водителя металлодетектор. — Неужели в этом лагере всё так серьёзно, что нас досматривают как в аэропорту? — Чимин снова наклоняется ближе к Тэхёну, чтобы никто посторонний не услышал, что он говорит. — Так, не нервничай, постарайся незаметно вынуть маячок из сумки, и при первой же возможности избавься от него, но если найдут, то говори, что это прикол родителей, мол не доверяют тебе и следят. Бред, конечно, но может прокатит. — Это брендовые сумки, я не стану кидать их в грязь! — скандалящие подростки — то, что надо для отвлечения внимания. — Да вам всю жизнь пахать придётся, чтобы мне ущерб возместить! Тэхён не сильно беспокоится, что спалит маячок перед Чимином, главное сейчас, что люди Чона максимально увлечены перепалкой с девчонками за их дорогие шмотки. Парень вынимает из бокового кармашка сумки устройство, и пихает в задний карман брюк, только после бросает сумку на землю. — Что это у тебя? — Чимин просто отодвигает свой чемодан немного вперёд, и на этот раз шепчет тише обычного. — Не твоего ума дело. Может и грубовато, но сейчас Тэхёну совсем не до разговоров. — Что значит отдать вам телефон? — девчонка, что стоит первой в ряду начинает вопить ещё громче. — А нахуй пойти не хотите?! Звонкая пощёчина порождает сначала пару громких вскриков, после которых повисает абсолютная тишина. — Значит так, всех касается, навострили ушки, и внимательно слушаем, — мужчина харкает под ноги девочке. — Все капризы, визги и писки оставьте для своих мамашек, настоятельно рекомендую никого не злить, и молча выполнять все приказы. — Да что вы себе позволяете… Вторая пощёчина не заставляет себя долго ждать, девочка аж отшатывается в сторону и, присев на корточки, закрывает ладонями лицо. — Кому-то ещё нужны дополнительные объяснения? — мужчина усмехается, когда в ответ получает только молчание и действительно напуганные взгляды. — Вот и славно. А теперь достаём всю электронику, и складываем в мешок. Мобильные телефоны, планшеты, ноутбуки, плееры, электронные книги, электронные сигареты, часы, и прочую вашу хуйню. На борт можно взять только одежду. Тэхён чувствует, как к нему под бок жмётся Чимин, и цепляется пальцами за рукав. — Ты понимаешь, что происходит? Почему с нами так обращаются? Это какой-то пранк? — Ничего я не знаю, и не болтай, лишнее внимание привлекаешь. Чимин замолкает, но не отходит, хотя Тэхёну это только на руку, за ним можно спрятаться и окончательно избавиться от маячка, ведь металлодетектором проводят не только по сумкам, но и по их владельцам. — Так, мне нужна твоя помощь, — теперь уже Тэхён наклоняется к мальчишке. — Мы с тобой сейчас одновременно присядем, чтобы достать из сумок технику, и ты не встаёшь пока я не встану. Понятно? — Но у меня нет ничего такого в чемодане, только электрическая зубная щётка. — Её и достанешь, всё равно она звенеть будет, вот спросишь надо ли её сдавать. — Окей. Присев на корточки, одной рукой Тэхён раскрывает свою сумку, а второй достаёт маячок, и бросает его в глубокую щель бетонной плиты под своими ногами. Мальчишке кажется, будто все его движения такие нервные, что его точно вот-вот рассекретят, но никто ничего не замечает. Чимин без лишних вопросов послушно дожидается, пока Тэхён закончит, даже возится со своим чемоданом подольше, и поднимается уже после него. Мальчишки дожидаются своей очереди, наблюдая за тем, как все остальные ребята без споров и криков отдают свои вещи. В очередной раз Тэхёну становится дурно от осознания, что если всех так напугали обычные угрозы, то что с ними будет потом. Когда люди Чона подходят к ним, Тэхён не без интереса наблюдает за тем, насколько спокойно Чимин спрашивает про свою щётку, как непринужденно отдаёт её вместе с телефоном, и становится, расставив руки в стороны, в ожидании проверки металлодетектором. Такое спокойствие незапланированного сообщника действует и на Тэхёна, он точно так же, без внешнего проявления эмоций, проходит проверку, хотя внутри всё сжимается, особенно когда металлодетектор практически доходит до головы, где мог бы запищать наушник. После того, как люди Чона отходят, мальчишка пытается достать маячок обратно, но он слишком уж глубоко провалился. Тэхён очень надеется, что такая ранняя потеря отслеживающего устройства не сильно усложнит поиск Хосоку и Юнги. Было бы гораздо спокойнее знать, что полицейские в курсе его точного местоположения, если понадобиться их помощь. Появилась даже мысль попытаться проговаривать вслух всё, что увидит по пути к их месту назначения, но эта затея терпит крах, как только их всех закрывают в небольшой каюте без единого окошка. — Какого хрена вообще происходит… — кто-то из ребят озвучивает общую мысль, и практически все напряженно вздыхают. — Мне страшно. Тэхён медленно проходится взглядом по напуганным лицам детей, сглатывает ком, и понимает, что ему тоже ужасно страшно. Оставшийся путь проходит в полном молчании. По внутренним ощущениям они плыли целую вечность, но на деле оказалось, что всего полтора часа. Когда дверь в каюту открылась, и человек Чона скомандовал всем выходить, Хосок наконец подал голос, сказав, что судно пропало со всех радаров ещё час назад, но по направлению и времени пути, они точно знают на каком именно острове их будут держать. Одним поводом для беспокойства стало меньше. Снаружи мрачной каюты Тэхён ожидает снова увидеть солнечный свет, но единственное, что освещает полностью закрытую гавань — это несколько огромных прожекторов. Люди Чона подгоняют, не дают толком рассмотреть место, в которое их привезли. Следом за остальными мальчишка идёт в сторону бесконечно длинной винтовой лестницы, по которой один за другим медленно спускаются остальные дети. — Нас будут держать в бункере что ли? — Чимин идёт последним, замыкая колонну. — Это всё меньше похоже на лагерь, тебе так не кажется? — Никакой это не лагерь, — словно из неоткуда позади Чимина возникает мужчина с оружием, и оскалом напоминающий гиену. — Закрыли рты, и не рыпаемся. Холодный пот покрывает всю спину, колени подкашиваются, и на долю секунды Тэхён теряет ориентацию в пространстве, из-за чего крепче хватается за перила. В чувства приводит Чимин, который цепляется за его рукав, и чуть ли не падает вперёд от испуга. Тэхёну удаётся удержать их двоих. Спуск занял порядка десяти минут, и по итогу их действительно привели в бункер, но не такой, как обычно показывают в фильмах про апокалипсис, а скорее похожий на подземный отель. Пройдя по длинным, устланным глубоко-синим ковролином, коридорам с множеством дверей, дети оказываются в абсолютно неприглядной комнате с десятком двухярусных кроватей, тусклым жёлтым освещением и запахом сырости. Слишком уж очевидный контраст между коридором и этим помещением, будто предназначенным для заключённых. — Чувствуйте себя как дома, — сопровождающие мерзко, все как один, ухмыляются. — Хороших каникул, — за Чимином захлопывается тяжёлая железная дверь, удар которой заставляет всех вздрогнуть. На некоторое время комната будто погружается во всеобщее оцепенение. Никто не двигается, никто ничего не говорит, кажется даже, что никто из детей не дышит. Тэхён смотрит на других, с некоторыми встречается взглядом, отчего всё тело обдаёт холодом. — Какого хера… По помещению поползли шепотки ужаса и тихий-тихий плач. Ещё недавно спорившие в автобусе «Госпожа Ли» и главный задира теперь цепляются друг за друга в попытке найти утешение хоть в ком-то знакомом. Чимин по той же причине снова жмётся ближе к Тэхёну. — Кто-нибудь понимает, что здесь происходит? Кому-то родители говорили, что это вообще за лагерь такой? — один из парней оглядывает всех, но в ответ получает только отрицательные покачивания головой. — Что за пиздец? — Ребят, ну что вы как маленькие? Это явное похищение, стандартная ситуация в жизни семей чиновников и бизнесменов. Не знаю как остальных, а меня уже похищали, — мальчишка с явно показным спокойствием садится на одну из кроватей. — Думаешь? И что нас ждёт в таком случае? — Сейчас придут нас поснимают, может свяжут для эпичности, а потом отправят это нашим родителям и потребуют выкуп. Посидим пару дней тут, и по домам поедем. — Я бы не был так уверен, — стоит только Тэхёну это произнести, как он тут же жалеет. — Ты что-то знаешь? — Чимин не только спрашивает, но и внимательно следит за реакцией, ожидает ложь. — Не больше, чем все остальные. — Тогда что за устройство ты выбросил в порту? Я всё видел. — Я уже говорил, это не твоего ума дело. — Не вздумай ничего им рассказывать. Тэхён едва сдерживается чтобы не закатить глаза от слов Хосока. — Он реально что-то знает, — парень, который до этого держался тихо в стороне подлетает в одно мгновение, не давая опомниться, припечатывает Тэхёна спиной к двери и хватает за грудки. — Говори, сука, что тут происходит, и какое ты к этому имеешь отношение! — Эй, успокойся! Не трогай его! — Чимин пытается оттянуть разъярённого подростка, но его самого грубо отталкивают. — Руки свои от меня убрал! — Тэхён силу не рассчитывает, толкает парня так, что тот валится на пол. — Мы все здесь в опасности, это уже и дураку понятно. Я так же, как и вы не знаю, чего ждать от этих людей, но точно ничего хорошего. — Кто эти люди? Ты знаешь? — Ничего я… Тэхёна прерывает резкий грохот открывающейся двери, он оборачивается, и в этот момент появляется несколько мужчин с оружием. — Построились в шеренгу и на выход! Быстро! Вещи все оставить здесь. Больше никто даже не пытается пререкаться, все чётко выполняют сказанное. Тэхён с Чимином снова идут последними, но на этот раз молча, видимо до Чимина наконец-то дошло, что он слишком много болтает. По бесконечно длинным извилистым коридорам, с редко встречающимися дверьми, их ведут в полную неизвестность. Тэхён поначалу думает, что ему чудится, но чем дальше они продвигаются, тем отчётливее становится слышна музыка. В итоге за очередным поворотом оказываются широко распахнутые двери, за которыми располагается зал, празднично украшенный, с высоким потолком, дорогими люстрами, колоннами, столами с едой и напитками, и сценой. В таких помещениях обычно устраивают свадьбы, но здесь явно планируется не такого рода мероприятие. Помимо богато украшенного зала, их встречает куча людей. У Тэхёна по спине проползают мурашки, когда на идущую колонну напуганных детей вдруг устремляется с десяток голодных взглядов. Эти ощущения сложно с чем-либо сравнить, разве что со скотом, который привели на убой. — А вот и наши дорогие гости! — из динамиков по всему залу доносится очень приятный мужской голос. — Проходите, не стесняйтесь, мы вас уже заждались. Совершенно необязательно владеть какой-то выдающейся смекалкой, чтобы понять, что обладатель этого голоса, который стоит на сцене с микрофоном, и есть тот самый Чон Чонгук. Чистое неопровержимое зло практически всегда обаятельно, и этот мужчина не исключение. Он выглядит словно самая настоящая звезда, будто сцена создана для него, а он для сцены. Тэхёну сложно оторвать взгляд от Чона, это словно смотреть в бездну, точно знаешь, насколько рискованно, знаешь, что может затянуть, что это смертельно опасно, но всё равно продолжаешь в неё вглядываться. — Добро пожаловать в лагерь «Долор»! — по залу прокатились аплодисменты. — Не бойтесь и поднимайтесь сразу на сцену. Дети растерянно переглядываются, и никто из них не решается сделать и шага. — Тэхён, самое время начать обращать внимание Чона на себя. Мальчишка сглатывает, нервно переминается с ноги на ногу и, задержав дыхание, выходит вперёд. Весьма короткий путь до сцены сопровождается бурными аплодисментами, из-за которых Тэхён поначалу чувствует себя совсем сбитым с толку, но он быстро вспоминает свою главную цель, а потому шагает с весьма уверенным видом и, уже поднимаясь по ступенькам, смотрит Чонгуку прямо в глаза. — А вот и первый смельчак, — мужчина хищно осматривает мальчика с ног до головы. — Как тебя зовут, юноша? Чонгук протягивает микрофон, а Тэхён, прежде чем заговорить, буквально секунду продолжает смотреть Чону в глаза, из-за чего на лице мужчины появляется ухмылка. — Я Кан Тэён. — Расскажи нам немного о себе. — А может для начала вы расскажете, что здесь происходит? — Всему своё время, малыш, — Чон откровенно насмехается. — Так что, Господин Кан может рассказать о своей жизни? — С чего я должен вам что-то рассказывать? — Упс, моё упущение. Действительно стоит для начала чётко сформулировать мотивацию, не только для тебя, — Чонгук подходит ближе, кладёт свою ладонь на плечо Тэхёна и одаривает взглядом остальных зрителей. — Но и для твоих товарищей по лагерю. Обратите внимание на стены зала, вдоль каждой из них стоят вооруженные охранники, которые по моему щелчку пальцев пристрелят любого из вас. Мне может не понравиться ваше поведение, голос, слёзы или крики, может даже не понравиться то, как вы дышите, но точно понравятся кровавые ошмётки вашей головы на этом мраморном полу. Вкрадчивый бархатный голос мурашками забирается прямо под кожу, Тэхён не может ничего поделать с внезапной дрожью в коленях и потеющими ладонями, но старается хотя бы лицом не выдавать свой страх, ведь Чонгук вновь смотрит только на него. — Ну а теперь Господин Кан готов нам поведать о себе? — Что именно вас интересует? — Всё, что может дать нам понять с кем мы имеем дело. — Мои биологические родители погибли в аварии, когда мне был год, с тех пор меня усыновили тётя с дядей, — Тэхён тихо прочищает горло, старается при этом не так сильно сжимать в руках микрофон. — У них своя строительная компания в Сеуле и нескольких крупных городах. Я сам живу в столице с тётей и бабушкой, учусь на дому, потому что мы постоянно в разъездах. Дядя видит меня редко, но почему-то именно он решил, что я слишком избалован, и меня стоит отправить сюда на перевоспитание. Я, конечно, тот ещё засранец и транжира, но не до такой степени, чтобы посылать меня на верную смерть. А возможно он просто ненавидит меня за то, что я открытый гей и поэтому я здесь. — Достаточно занимательный и смелый рассказ, Кан Тэён. Можешь пока встать с краю сцены и послушать остальных своих товарищей по лагерю. Тэхён отходит в указанное место, ноги едва гнутся от страха, но он горд тем, что голос ни разу не дрогнул. — Хорошая работа, — похвала от Хосока позволяет немного выдохнуть. Рассказы остальных Тэхён практически не слушает, его внимание гораздо больше сосредоточено на изучении собравшихся в зале богачей. Инспектор Мин говорил, что возможно опознание преступников придётся проводить с ним, поэтому нужно постараться запомнить как можно больше деталей. Первое, что бросается в глаза, это контраст возрастов, от совсем седых стариков, до молодых мужчин. Невозможно составить какой-то обобщённый образ, слишком уж по-разному выглядят эти люди, однако одна общая черта прослеживается у всех — животная похоть, от которой кожа покрывается липким холодным потом. Мальчишка случайно сталкивается взглядом с одним из мужчин, и едва сдерживает гримасу омерзения из-за того, с каким вожделением тот облизывает свои тонкие губы. Тэхён хоть и привык к подобному, но это ощущается совсем не так, как когда он с клиентом один на один. — Какие же интересные ребята попали к нам на этот раз, — Чон возвращает всё внимание себе, и только теперь Тэхён понимает, что пропустил даже рассказ Чимина, который хотел послушать; все дети уже стоят на сцене одной шеренгой. — А теперь, когда мы немного познакомились, нам бы хотелось оценить таланты каждого из вас. Госпожа Ли, окажите честь быть первой. Тэхён замечает, как девочка бледнеет, не проронив и слова, она делает осторожный шаг вперёд. — Смелее, выходите на середину. Странно, но стоит только девочке встать посреди сцены, как лица зрителей озаряют слишком уж злорадные улыбки, это явно не сулит ничем хорошим для всех них. — У-у меня нет никаких особых талантов, — Ли оглядывается на Чонгука, будто ищет его поддержки. — Ничего страшного, сейчас мы поможем тебе их раскрыть. По залу прокатываются пугающие смешки зрителей. — Господин Чон, не тяните кота за причинные места, пусть девчонка раздевается. Мужчина в первом ряду вальяжно оттягивает узел своего галстука и расстёгивает пиджак, пока Ли в ужасе мечется взглядом между ним и Чонгуком. — Как нашим дорогим гостям будет угодно, — дьявольская ухмылка появляется всего на долю секунды. — Леди, будьте добры избавиться от одежды. — Сейчас? — голос девочки ужасно дрожит. — П-полностью? — Да, и поторопитесь, иначе поторопят наши доблестные охранники. Звук перезарядки оружия жутким ропотом расходится по залу, от этого душа уходит в пятки. — Зачем? Что вы со мной сделаете? — Милая, здесь не задают вопросов, здесь выполняют приказы. — Пожалуйста, не надо… М-мои родители заплатят любые деньги… — девочка едва шепчет, смотрит на Чонгука с мольбой, будто готова уже падать на колени и ползать в его ногах, лишь бы пощадили. — Считаю до трёх, если на тебе не становится меньше одежды, то в зале станет меньше людей. Так понятно? — Чон закипает, это видно по глазам, но в то же время он так наслаждается своей властью, что этого невозможно не заметить. — Пожалуйста… — Один, — как по команде сразу несколько автоматов направляются на бедного ребёнка. — Два… — Я всё сделаю! — девочка всхлипывает, и принимается дрожащими руками расстёгивать пуговицы рубашки. — В-всё сделаю, только не у-у-убивайте… — Вот так бы сразу. Зал замер, половина от предвкушения, половина от ужаса. Тэхён чувствует только, как Чимин вцепился в его руку, и как ноги будто булыжниками прибило к полу; он смотрит на то, как посреди сцены, плача и всхлипывая, раздевается до гола абсолютно невинная девочка, и тошнота подкатывает к горлу. Происходящее уже превосходит по уровню безумия то, что он себе представлял, а это только начало. — Вы очаровательны, Госпожа Ли, — когда девочка оказывается полностью раздетой, Чон подходит, и кладёт руку ей на плечо. — Уверен, наши гости это тоже оценят. Покружитесь для них, покажите себя со всех сторон. Тэхён завороженно следит за тем, как девочка, дрожа поворачивается; внезапно появилось ощущение, что это просто сон, и он не спешит этому чувству сопротивляться, так гораздо проще воспринимать реальность. Реальность, в которой на самом деле существует тайное сообщество людей, которое поставило на конвейер насилие над детьми, и сделало из этого развлекательное шоу. — Кан Тэён, теперь ваша очередь продемонстрировать нам свои таланты, — из мыслей Тэхёна вырывает не голос Чона, а Чимин, который дёргает за руку, дабы вывести из явного оцепенения. — Что делать вы уже точно поняли. Коротко взглянув на вернувшуюся в шеренгу Ли, Тэхён встряхивает головой, приводит себя в сознание, и максимально уверенно шагает на центр сцены. — А музыка будет? — Привыкли раздеваться под музыку? В ответ Тэхён с ухмылкой смотрит Чону прямо в глаза, и медленно начинает расстёгивать молнию своей кофты. Парень прекрасно осознаёт, что для него оголиться перед незнакомцами морально уже гораздо легче, чем всем остальным детям здесь, поэтому внутри гораздо больше переживаний за других, а за себя он почти спокоен. Тэхён знает, как соблазнять, знает, как привлечь внимание, Хосок однозначно не прогадал с выбором приманки. — Считаю такое выступление достойно аплодисментов, — Чонгук первым начинает хлопать, не сводя глаз с обнажённого Тэхёна. — Браво! Ответив мужчине лёгким поклоном, Тэхён возвращается к остальным детям. По мере того, как один за другим ребята беспрекословно раздеваются, время меняет свой ход, становится таким тягучим и осязаемым, появляется ощущение, что вся эта церемония длится уже несколько часов, хотя на деле ещё и часа не прошло. — Дорогие гости, наша церемония подходит к концу! Теперь, когда мы познакомились поближе, каждый из вас получит наставника, который возьмёт над вами шефство на всё время вашего прибывания в лагере, — Чонгук неторопливо обходит шеренгу из детей вокруг, и останавливается позади Тэхёна. — Наставники, теперь вы можете делать свой выбор, в порядке очереди, как обычно по старшинству. Тэхён туго сглатывает, у него потеют ладони, и сохнет во рту от волнения. Самая нестабильная часть плана решится прямо сейчас, всё будет зря, если кто-то из более старших мужчин выберет его раньше Чона. Мальчишка ловит на себе достаточно много пристальных взглядов, прекрасно понимает, что своим поведением привлёк не только внимание Чонгука, но тем ни менее, уже третий по счёту мужчина пожирает глазами именно его, а выбирает другого ребёнка. К тем, кого уже выбрали сзади подходят кроткие женщины средних лет, они одеты в униформу, напоминающую больничные хирургические костюмы. Пока не понятно, в чём будет заключаться их работа, но мальчишка надеется, что это не будет чем-то связанным с медициной. В конце концов следователь Чон ничего не говорил о продаже их на органы. Практически все мужчины уже сделали свой выбор, последними без наставников остаются Тэхён и Чимин и, соответственно, двое самых молодых членов клуба. — Господин Ким, — Тэхён слегка вздрагивает, на секунду показалось, что Чонгук обращается к нему по настоящему имени, но быстро замечает, что смотрит Чон на последнего богача, примерно того же возраста что и он сам. — Решающий выбор за вами, кого возьмёте вы, а кого оставите мне? — насмешка в голосе Чона заставляет нервничать ещё больше. — Я возьму Пак Чимина. — Значит господин Кан проведёт свои каникулы в моей компании, — Чонгук пару раз похлопывает Тэхёна по плечу, и наконец отходит, возвращается на своё исходное место на сцене. — Что же, выбор сделан, теперь, дорогие гости, у каждого из вас есть наставник, а позади сейчас стоят их верные помощницы, которые проводят вас в комнаты и дадут дальнейшие инструкции. Тэхён оборачивается на женщину позади него, подмечая только её абсолютно безразличный взгляд. — Так же, — Чон вновь забирает всё внимание на себя. — вас будут сопровождать охранники, на случай если вдруг кому-то захочется попробовать сопротивляться. Желаю вам с удовольствием провести эти незабываемые каникулы! От столь тонкой иронии Тэхён едва сдерживает смешок, это же надо так издеваться над не о чем неподозревающими детьми. В то же время остальные старики-извращенцы прекрасно поняли шутку и своих улыбок не скрывают. Стоит Чонгуку отключить микрофон и спуститься со сцены, как на неё поднимаются вооружённые охранники. Тэхён даже не успевает понять, что происходит, когда к нему внезапно подбегает Чимин и хватает за руку, с мольбой смотря в глаза. — Мне страшно, — единственное, что успевает сказать мальчишка, прежде чем охранник буквально отрывает его от Тэхёна и тащит к выходу из зала. Тэхёна и самого уже подталкивают на выход, а он всё смотрит в спину Чимина, не может никак прийти в себя, бессознательно шагая вперед. Ему самому страшно, чего уж скрывать, но он то был к этому страху готов в отличии от остальных. — Первая часть плана сработала отлично, ты молодец. Похвала следователя Чона не сильно ободряет, но странным образом успокаивает, да и он правда хорошо справился со своей задачей, дальше остаётся лишь выдержать несколько дней в этом бункере и вернуться на поверхность живым, в идеале даже в своём уме. Из зала детей разводят по разным комнатам, двери в которые встречались им на протяжении всего коридора, Тэхёна тоже заводят в одну из них, самую дальнюю, с тяжёлой железной дверью. Однако насколько бы пугающей ни показалась эта дверь, за ней оказывается помещение очень похожее на гостиничный номер, такой дорогой и стильный, только без окон. Небольшой коридор с встроенными шкафами по обеим сторонам ведёт в гостиную, где на диване мальчишка замечает свою сумку, правда раскрытую, её явно проверили. — Охранников могут спросить о твоём поведении, поэтому покажи волнение, спроси куда тебя привели. Инструкции Хосока кажутся Тэхёну вполне здравыми, но он и без него догадался бы. — Что это за место? Куда вы меня привели? — Спросишь об этом Господина Чона, а пока шагай за мадам Ёно, и не задавай лишних вопросов. Тэхён взглянул на женщину, что всё так же молча жестами показывает подойти к ней, и снова посмотрел на охранника. — Когда он придёт? — Когда ты будешь готов. Всё ещё ничего не понимая, Тэхён тем ни менее приказ выполняет, подходит к женщине, и не сопротивляется, когда она мягко берёт его за локоть, и ведёт в другую комнату. Этой другой комнатой оказывается просторная ванная. Мальчишка опасливо озирается по сторонам, пока в его руки не пихают листок с каким-то текстом. — Что это? Жестом Госпожа Ёно показывает, чтобы Тэхён прочитал, что там написано. Хватает и пары секунд, чтобы нафантазировать себе, что сейчас там окажется написан план побега, но всё очень далеко не так. На бумаге оказывается инструкция, состоящая из шести пунктов:

[Инструкция по подготовке]

1. Удалить все волосы на теле

2. Помыть

3. Узнать, как давно ел, в зависимости от ответа накормить или нет, и дать препарат

4. Дать выпить подготовленную воду

5. В туалет не пускать

6. Оставить голым на постели

*при сопротивлении в выполнении каких-либо пунктов применить силу

Тэхён поднимает взгляд на женщину, явно в лёгком шоке от прочитанного. — Это инструкция того, что нужно сделать со мной? В ответ мальчишка получает лишь кивок. — А что за препарат мне нужно принять? И почему важно, когда я ел? И зачем вода? Женщина продолжает молчать, игнорируя все вопросы, она просто достаёт из ящика какой-то тюбик, и протягивает его Тэхёну. Хмурясь от ещё большего замешательства, мальчик забирает тюбик, в котором оказывается самый обычный крем для депиляции. Тэхён отмечает, что весьма предусмотрительно в этих обстоятельствах обходиться без бритвы, ведь попадающие сюда дети от страха и шока могут только лишних хлопот доставить. Пункт про применение силы подействовал бы на кого угодно, даже Тэхёну стало не по себе, а он и не собирался сопротивляться. Мысли секундно возвращаются к напуганному Чимину, каково ему сейчас? Не сильно ли издеваются над ним? Однако Тэхён в очередной раз старается побыстрее эти мысли от себя гнать. Госпожа Ёно отходит в сторону, и просто наблюдает за действиями Тэхёна, а он лишь мнется на месте смущенный её присутствием и таким пристальным вниманием, тянет время долго читает инструкцию к крему, но выбора нет, и мальчик принимается за дело, в конце концов голым его уже видели все, кто был в том зале, так чего теперь стесняться? Когда волос на теле не остаётся, Тэхён вопросительно смотрит на свою надзирательницу, а та указывает на душ, строго придерживаясь инструкции. Тэхён с тяжёлым вздохом плетётся в другой конец ванной комнаты. — Береги уши, не залей наушник водой, — на комментарий Хосока хотелось бы ответить, что он не тупой и прекрасно помнит все инструкции, но пока такой возможности нет. Мальчик моется долго, тщательно, параллельно подмечает интересные детали, например, обращает внимание, что в душе два шланга с разными насадками, одна стандартная лейка, которой он сейчас пользуется, а другая с анальным душем. Положа руку на сердце, Тэхён рад, что в инструкции не было пункта про такой душ, хотя и не ясно, что с ним тут будут делать дальше. Удивительно, но горячая вода даже помогает расслабиться и ненадолго снизить тревогу перед встречей с Чоном, а когда Госпожа Ёно кутает его в большое тёплое полотенце, он даже невольно улыбается. Вот бы мама так делала в детстве. Отвлечённый на свои приятные мечтания, Тэхён успевает забыть, где он и зачем, пока женщина не одёргивает его. Она снова показывает инструкцию, пальцем указывая на вопрос о том, когда он в последний раз ел. — Я перекусил на заправке по дороге сюда, съел сэндвич и кофе, — Тэхён даже не особо понял зачем соврал, просто интуитивно, на самом деле его последняя еда была ещё в Сеуле, завтрак приготовленный Хосоком. Видимо ответ женщину удовлетворяет, она кивает, достаёт из кармана что-то шуршащее, и даёт Тэхёну блистер с одной таблеткой без каких-либо названий. — Что это? Глупо было ожидать ответа, надзирательница просто игнорирует вопрос, она протягивает стакан воды, и строго смотрит на мальчишку, который рассматривает самую обычную белую таблетку на своей ладони. — Я не буду пить, пока вы не скажете что это. Женщина тут же суёт Тэхёну под нос листок с инструкцией, и тычет в последний пункт со звёздочкой, намёк совсем не прозрачный. — Скажите хотя бы, что эта таблетка со мной сделает? Госпожа Ёно буквально впихивает в руки Тэхёна стакан, чувствуется, что она начинает злиться. — Сделай вид, что выпиваешь таблетку, спрячь её под язык, и выплюнь в унитаз, как только появится возможность, — впервые за всё время от следователя Чона поступил дельный совет. Тэхён действует как сказали, делает вид, что очень напуган, и потому выпивает неизвестный препарат, хотя на деле прячет таблетку, лишь притворяется, что проглотил. — Что теперь? Совершенно неожиданно женщина двинулась вперед, Тэхён даже хотел увернуться, но не успел, надзирательница вдруг схватила его за подбородок. Она грубо и бесцеремонно шерудит пальцами прямо во рту мальчика, и конечно же находит таблетку под нижней губой, на что моментально её лицо становится ещё более агрессивным, и она буквально заталкивает таблетку Тэхёну в глотку. Мальчишка давится, думает хоть так избавиться от таблетки, но Госпожа Ёно закрывает своей ладонью ему рот и нос, и у Тэхёна не остаётся выбора кроме как проглотить её. Пока Тэхён пытается откашляться и прийти в себя, его уже тащат в спальню. — Что вы мне дали? Что со мной будет? — мальчик пытается высвободить свою руку из крепкой хватки женщины. — Какие-то проблемы? — в комнату следом входит охранник. Госпожа Ёно отрицательно мотает головой, а потом совершенно спокойно разворачивается к Тэхёну и толкает его к кровати так, что он едва не валится на пол. Женщина забирает себе полотенце, от чего мальчишку пробирает дрожь. — Все пункты подготовки выполнены? Тут вдруг Тэхён замечает, что женщина отвечает на языке жестов, а охранник активно кивает, явно понимая, что она говорит. Значит дело не в том, что надзирательнице нельзя разговаривать из-за правил, она просто не может говорить? Заострив внимание на полумолчаливом диалоге, Тэхён и не понял, как к нему в руки попала полуторалитровая бутылка самой обычной воды. — Зачем это? — мальчишка смотрит то на женщину, то на охранника в ожидании ответа. — Это часть подготовки. Пей, и не задавай лишних вопросов. Господин Чон придёт через полчаса, к этому времени бутылка должна быть пуста. Всё понятно? — Предельно. Охранник и Госпожа Ёно становятся по обе стороны от двери, лицом к постели, на которой голый Тэхён сидит, вцепившись в бутылку. Под безразличными взглядами чужих людей становится некомфортно, к тому же, распаренная после душа кожа, покрывается мурашками, от прохлады в комнате. Кстати, спальня самая обычная, как в любом хорошем отеле, даже глазу не за что зацепиться, и это немного расслабляет, ведь Тэхён ожидал, что здесь будет комната пыток, может и не всё так страшно, в конце концов секс за деньги не что-то новое, а Чонгук очень даже обаятельный мужчина, а не какой-то мерзкий старикашка. — Покашляй, если не ощущаешь ничего странного после таблетки, — Тэхён успел забыть о наличии Хосока в его ухе, а потому даже слегка вздрагивает. Тэхён чувствует себя обычно, никакого головокружения или тошноты, а потому совсем непринуждённо прочищает горло и покашливает пару раз. — Хорошо, будем надеяться, что ничего сильно вредящего организму тебе не впихнули. Треск рации охранника пугает не только Тэхёна, но и женщину рядом. — Номер 415, как слышно? — Прекрасно слышно. — Ваш объект готов? — Практически да. — Вас понял. Церемония открытия окончена, клиенты направляются в комнаты. — Принято. — рация пиликает и снова шипит. — Поторопись, мальчик, если жизнь дорога. Тебе быстрее нужно выпить воду. Тэхён в лёгком замешательстве, но под строгим взглядом мужчины раскрывает бутылку, и делает первые глотки. Странным образом он оказывается так сильно хотел пить, видимо долгая дорога и сильный стресс просто обезвожили его, а он и не заметил. Мальчишка жадно глотает воду, почти без особых усилий выпивает половину, но останавливается, чтобы отдышаться, ему всё ещё непонятно для чего столько жидкости вливать в него, и что всё-таки за препарат ему дали. — Номер 415, Господин Чон распорядился, чтобы вас и помощницы не было в помещении к его приходу. — Вас понял. Охранник отключает рацию, и снова строго смотрит на Тэхёна. — У тебя осталось мало времени, допивай, и без глупостей жди Господина Чона. Всё понятно? — Да. Тэхён показательно делает несколько глотков воды, пока люди Чона покидают комнату, но как только щелкает замок входной двери, от убирает бутылку под кровать, в надежде, что ничего ему за это не будет. — Ты остался один? — на этот раз на связи полицейский Мин. — Да. — Как себя чувствуешь? — Всё в порядке. — Хорошо, мы на связи. Слово помнишь? — Помню. — Береги себя. — Ага. Весьма рискованно, конечно, было вот так вслух говорить, в конце концов в комнате может быть прослушка или камеры, но эта светлая мысль приходит уже после разговора. Тэхён решает забраться под одеяло, чтобы избавиться от дискомфорта хоть ненадолго, но стоит только ему согреться, как из глубины коридора начинают доноситься шаги. Мальчишка отчего-то уверен, что это к нему, на интуитивном уровне чувствует, что за дверью Чон Чонгук, и не ошибается. Мужчина входит в номер, но в спальню идёт не сразу, через приоткрытую дверь, Тэхён наблюдает, как он не торопясь скидывает пиджак, ослабляет галстук, и принимается подворачивать рукава своей рубашки, только в этот момент встречаясь взглядом с мальчишкой. Чон усмехается, и делает первый шаг в сторону комнаты. У Тэхёна замирает сердце.