Их воспевали небеса

      Запредельная сила, какой бы божественной она не являлась, не щадила никого. Если бы Уриил каким-то чудом не успела отскочить в сторону, то ударная волна в считанные мгновения стёрла бы её в порошок. Отряд Вельзевул бросился врассыпную, однако многих демонов всё равно неизбежно настигала жестокая неземная стихия, уничтожая не только их телесные оболочки, но и проклятые души.       Владычица Преисподней впала в ступор. Даже под пытками она бы не смогла объяснить, чем же её так заворожила эта первозданная неподражаемая мощь. Энергия, сияющая подобно божественному престолу, была настоящим олицетворением Всевышней. И как бы демоница не презирала Её за своё падение, она не могла подавить в себе иррационального, неописуемого восторга. Хотя, вполне вероятно, что это был некий вид гипноза, под влияние которого она угодила. Словно во сне она наблюдала, как мир вокруг неё поглощает губительное, обжигающее золото.       Вдох… Медленный выдох… Глаза закрывались сами собой…       Герцогиню вернул в реальность резкий и сильный удар чего-то очень твёрдого, отбросившего её на несколько метров назад. Она не успела сгрупироваться перед падением, поэтому довольно ощутимо проехалась спиной по опалённой земле, вдобавок ударившись головой о ближайшее дерево. Как только тёмные круги перестали мелькать перед глазами, она наконец смогла разглядеть происходящее перед собой. Словно сотканный из чистого белоснежного света, высокий силуэт парил над землёй между ней и тем, во что минуту назад превратился Гавриил. У её спасителя было шесть огромных крыльв, а бесформенную фигуру усеивали тысячи открытых глаз.       Херувим собственной персоной!       Вельзевул никогда в этом не признается вслух, но сейчас она была несказанно рада опять видеть Азирафаэля в его истинном облике.       Рядом с ним уверенно стояла Михаил и явно была готова взять реванш в бою со своим уже бывшим начальником. — А я так надеялась, что мы успеем до того, как он сделает это, — с досадой в голосе произнесла архангел. — Герцогиня, немедленно уходите отсюда! И приведите подкрепление, если это возможно!       Вельзевул отчего-то совсем не хотелось спорить с бывшим архистратигом. Она с трудом поднялась на ноги и уже приготовилась бежать, но чуть не врезалась в Кроули, который неожиданно оказался за её спиной. Он успел полностью исцелиться и даже начудесил себе новые кожаные брюки и лакированные туфли взамен старых, от которых практически ничего не осталось. — Лорд Вельзевул, что-то вид у вас больно потрёпанный, — не упустил возможности съязвить змей, придерживая её за дрожащие плечи.       Владычица немедленно скинула с себя его руки и уставилась на демона снизу вверх ненавидящим взглядом. — Кто бы говорил, — проворчала она, неловко поправляя копну чёрных слипшихся волос. — Я готова делать ставки на то, какую следующую часть тела ты потеряешь через пять минут.       Кроули коротко рассмеялся, и от тембра его голоса у княгини буквально прошёлся мороз по коже. Явившись сюда, демон был явно настроен очень серьёзно. Его змеиные глаза сверкали опасным пламенем, лучше любых слов говоря о том, что внутри бывшего Серафима бушует жажда расплаты над своим главным врагом. Он обошёл Вельзевул и твёрдой, решительной походкой направился прямиком к Азирафаэлю и Михаил. — Эй, ангел, я даже не сразу узнал тебя в таком обличии, — с ноткой обиды произнёс демон. — И как долго ты собирался умалчивать это?       Теперь змею стало понятно, как его возлюбленному удалось остаться невредимым, когда взрывная волна накрыла весь парк.       «Дьявол, да вы вообще хоть иногда разговаривали друг с другом на протяжении шести тысяч лет?!» — возмутилась про себя владычица и ринулась прочь. Здесь теперь от неё толку будет мало.       Поначалу Азирафаэль не произнёс ни слова, а затем Кроули услышал у себя в голове его голос:       «Ты вовремя! Мне нужно, чтобы ты сейчас же остановил время. Только так, чтобы на меня и Михаил не повлияло твоё чудо. Нескольких минут будет достаточно.»       Кроули раздражительно фыркнул.       «Вы только посмотрите на него! Раскомандовался здесь!» — послал он ангелу мысленный ответ. Но, немного поворчав, он всё же приготовился совершить то, что от него требовалось.       Гавриила уже не было видно за высоким огненным столбом, в который его превратила поглощённая им сила. Неистовое золотое пламя устремилось вверх к небу, рассекая серые грозовые тучи и трансформируясь в огромный смертоностный вихрь. От поднявшегося свирепого урагана, который вырывал с корнем оставшиеся деревья и грозился выйти за пределы парка, становилось практически невозможно устоять на ногах. Кроули и Михаил были вынуждены спрятаться за белоснежными крыльями Азирафаэля, чтобы их тут же не сбил с ног поток чудовищного ветра. Грянул оглушительный раскат грома, земля в парке содрогнулась, асфальт на узких тропинках местами даже пошёл трещинами. Всё пространство вокруг в одно мгновение погрузилось во мрак. Несколько ослепительных молний с пронзительный свистом ударили буквально в сантиметре от светящейся фигуры Азирафаэля. Кроули вытянул руку и попытался взять их под свой контроль, однако на сей раз у него ничего не вышло. Однако Херувиму, кажется, вовсе не требовалась его помощь. Все бесчисленные глаза, коими было усеяно его эфирное тело, сверкнули во тьме холодным серебром и выпустили такой же серебристый энергетический поток прямо в эпицентр сформировавшегося огненного торнадо. Встретившись с золотым ураганом, он в прямом смысле впитался в него, сделав в разы мощнее. Кроули раздосадовано чертыхнулся, а вот у Михаил, кажется, неудавшаяся атака отнюдь не вызвала возмущений. Она даже едва заметно улыбнулась. — Может быть я чего-то не понял, но кажется у него ничего не вышло! Даже наоборот — он сделал только хуже! Чему ты радуешься?! — не выдержав, гневно выпалил демон, указывая пальцем в сторону разрастающегося пламенного вихря.       Бывшая архистратиг успокаивающе положила руку ему на плечо, без слов давая понять, что он сейчас не должен задавать слишком много вопросов. Демон в недоумении сжал губы и перевёл взгляд на Азирафаэля.       «Кроули, действуй! Помни, ты должен обездвижить только Гавриила!» — тут же приказал его голос.       Змей вынырнул из-под крыльев Херувима, закрыл глаза и сосредоточился. Затем с громким рыком он воздел руки к небу, без проблем останавливая поток времени. Как и тогда, во время Армагеддона, у него это получилось ожидаемо хорошо — всё вокруг мгновенно замерло. Раскаты грома и гул порывистого ветра разом стихли. За долю секунды парк накрыла звенящая тишина. Огненный столб, который уже начинал стремительно приближаться к ним, остановился, буйные языки пламени застыли, а несколько молний зависли между небом и землёй, так и не достигнув цели. Немногие смертные знали, что у реальности тоже есть своя кнопка «стоп», на которую Кроули умел мастерски нажимать.       Демон облегчённо выдохнул. Ещё в начале дня он был уверен, что игры со временем не сработают против архангелов. Как же он ошибался. — У нас есть не больше двух минут! Что вы задумали? — выкрикнул Кроули, обращаясь к Азирафаэлю и Михаил. — Продержись сколько сможешь, — спокойно ответила бывшая архистратиг и, сделав глубокий вдох, вытянула обе руки вперёд. — Азирафаэль, надеюсь твой план сработает.       Херувим кивнул в знак согласия и, расправив шесть прекрасных крыльев, взмыл в воздух. Подлетев поближе к застывшему пламенному вихрю, он, сконцетрировав в одной точке всю свою оставшуюся энергию, выпустил её одним сплошным потоком. Михаил тоже присоединилась к нему, направляя луч божественного света прямиком в их врага. Золотое пламя дрогнуло, жадно поглощая чужие силы.       Кроули, наблюдая за ними, до крови прикусил нижнюю губу. Он совершенно не мог понять, зачем эти двое тратят всю оставшуюся энергию практически впустую. Пламя Гавриила ведь просто сожрёт её и станет только сильнее! Зачем умножать силу врага, который и так умудрился стать непобедимым?!       Однако не прошло и минуты, как ответ сам предстал перед его глазами. Огонь, который олицетворял собой мощь самой Всевышней, внезапно начал затухать. Беспощадный жар пошёл на убыль, пламенный столб, соединяющий небо и землю, сделался меньше, а затем исчез вовсе. Золотые всполохи, окружающие тело Гавриила подобно щиту, слабели с каждой секундой. Вскоре о сумасшедшем урагане и мощнейшем энергетическом выбросе напоминал только сгоревший ландшафт. Когда-то цветущий Сент-Джеймсский парк теперь превратился в чёрную, выжженную пустыню.       Когда Азирафаэль и Михаил закончили, Кроули увидел, как верховный архангел, лишившись большей части своих сил, безвольно падает вниз.       Сначала демон стоял в ступоре, не веря собственным глазам.       А затем его осенило.       То, что ему совсем недавно сказала Михаил теперь обретало смысл.       «Эта сила — часть моей сущности. Я была рождена с ней. Но вот для него — это тяжёлая ноша, с которой он с трудом справляется. Видишь ли, избыток настолько светлой, первозданной энергии может лишить рассудка и повредить душу. Контроль ему даётся очень не легко.»       Демон вновь запустил поток времени и заливисто расхохотался, обессиленно опустившись на сухую траву. — Азирафаэль, ты не устаёшь меня поражать, — сквозь смех выдавил Кроули.       В бою Херувим убедился, что энергия, когда-то отнятая верховным архангелом у Михаил, будет поглощать любые атаки, направленные против неё. А так как бывшая архистратиг уже упоминала, что контроль столь могущественной божественной силы даётся ему с трудом и буквально уничтожает его изнутри, оставалось только устроить ему серьёзную перегрузку, дабы ускорить деструктивный процесс. Азирафаэль и Михаил намеренно отдали ему как можно больше своей энергии, и Гавриил элементарно не справился с наплывом такой мощи. Чересчур самоуверенный архангел утратил контроль, и оружие, которое он использовал, сразу обратилось против него самого. Теперь он вряд ли сможет повторить подобное шоу.       Однако долго восхищаться сообразительностью Азирафаэля демону было не суждено. Михаил увидела, что Херувим через несколько мгновений так же устремился вниз вслед за Гавриилом. Она заподозрила, что у него после проделанной работы вполне могут возникнуть определённые сложности, поэтому немедленно поспешила к нему на помощь. Кроули, не теряя ни секунды, последовал её примеру.       Архангел и на этот раз оказалась права. Они нашли Азирафаэля лежащим неподалёку от Гавриила. Оба были обессилены и едва могли шевелиться. Ангел больше не мог поддерживать свой истинный облик — последний удар отобрал всю его энергию без остатка. Он тяжело дышал, его обычное тело содрогалось от боли. Рядом с ним покоился его пламенный меч, огонь которого вновь обрёл янтарный оттенок и больше не имел ничего общего с адским.       Змей упал рядом со своим ангелом на колени и помог ему слегка приподняться с земли. — К-Кроули… Прости, я… Я больше не могу… — едва слышно простонал Азирафаэль, виновато пряча глаза. — Прекрати, ангел! Ты сделал гораздо больше, чем смог бы сделать я, — попытался утешить его демон, однако получилось у него откровенно паршиво. В их тандеме всегда именно Азирафаэль был специалистом по утешениям. — Меч всё еще внутри него! Его необходимо изъять и уничтожить! — напомнила Михаил, указывая на Гавриила.       Тот, оскалившись словно дикий зверь, попытался вскочить на ноги. Однако бывшая архистратиг не позволила ему это сделать, материализовав в воздухе длинное, серебряное копьё и приставив остриё к его горлу.       Кроули вопросительно поднял бровь. Интересно, что ей раньше мешало вооружиться? Неужели она настолько сильно не хотела сражаться на стороне Гавриила, что, после потери своего первого копья, намеренно отказывалась начудить себе новое? Дескать, если у тебя нет оружия, то и спрос с тебя невелик? Как глупо. — Вот ты как раз и займись изъятием, а я посмотрю, — с издевательской улыбкой произнёс демон, обращаясь к Михаил. — Жаль, он не засунул меч прямо себе в жопу, было бы куда интереснее его доставать.       Шокированные лица Михаил и Азирафаэля нужно было видеть. Кроули едва не расхохотался во весь голос, наслаждаясь растерянностью и смущением в их глазах. Кажется, ему всё же удалось немного разрядить обстановку. — Кстати, ещё не поздно это сделать, — всё не унимался змей. — Азирафаэль, тебе ведь твой пламенный меч больше не нужен?       Казалось, бывшего архистратига сейчас хватит удар.       Обескураженный взгляд ангела вмиг сменился сердитым. — Если ты сейчас же не перестанешь дурачиться, я… — А что? Я же демон. Мне можно, — перебив его, состроил невинное лицо Кроули. — К тому же, разве он не заслужил?       Гавриилу уже порядком осточертел весь этот цирк. Что-то прорычав скозь зубы, он схватился прямо за остриё копья Михаил, крепко сжимая пальцы. Не обращая внимание на собственную кровь, разъярённый архангел отстранил оружие от своей шеи и медленно поднялся с земли. Бывшая архистратиг сделала попытку вырвать копьё из его крепкой хватки, но тщетно. — Ты ответишь за своё предательство, дрянь! — угрожающе рявкнул он. — Сегодня я уничтожу сразу двоих предателей и всех этих мерзких адских тварей, которые были с вами в сговоре! — Размечтался! — знакомый дерзкий голос за его спиной заставил Гавриила скривиться от отвращения.       Вельзевул зря времени не теряла. Подкрепление в виде нескольких отрядов вооружённых демонов тут же окружило верховного архангела, преграждая ему любой возможный путь к отступлению. — А теперь ты пойдёшь со мной, — поправив красную нагрудную ленту, безапелляционно произнесла владычица.       Гавриил демонстративно отвернулся от неё и устремил нечитаемый взгляд куда-то за спину Михаил.       Кроули внимательно проследил направление его взгляда и лишь на миг уловил какое-то движение за чудом уцелевшими деревьями приблизительно в пятидесяти метрах от них. Осознание происходящего пришло к нему гораздо быстрее, чем ему удалось как следует обдумать свою догадку. Он едва успел сорваться с места, схватить Михаил и отскочить вместе с ней в сторону перед тем, как золотая стрела просвистела буквально в миллиметре от её головы. Следующая стрела полетела прямо в его затылок, однако демон вновь сумел увернуться. Ловкости ему было не занимать.       Кроули сразу узнал эти стрелы. По правде сказать, такое было очень сложно забыть. Из-за широкого ствола почерневшего от огня дуба показалась Уриил.       Она держала золотой арбалет наготове и снова целилась.       Так вот где она пропадала всё это время.       Кажется, ей пришлось по вкусу оружие её убитого напарника.       Гавриил, воспользовавшись удачным моментом, поразительно ловко для своего состояния произвёл быстрое вращение вокруг своей оси, при этом выпуская во все стороны смертельные лучи золотого света.       Разумеется, он больше не мог идеально контролировать энергию поглощённого им меча, но использовать малую толику его сил ему ничего не мешало. Верховный архангел чувствовал, как чужая воля внутри него постоянно сопротивляется, мутит разум и пытается навредить душе. Его крылья вновь стали белыми, а глаза больше не горели золотом. Но, невзирая на это, Гавриил отнюдь не собирался идти на попятную. Он не проиграет! Никто и никогда не увидит его стоящим на коленях!       Несколько демонов тут же были сожжены заживо, а те, кто успел увернуться, сразу атаковали противника в ответ адским пламенем. Вновь вспыхнула битва. Постоянные вспышки ослепляли, а пронзительные крики вмиг оглушили небольшую выжженную поляну.       Внезапно пространство разрезал необычный хлёсткий звук, а на сухую траву брызнули алые капли крови. Кроули обернулся и увидел, что в руке Вельзевул теперь красовался длинный чёрный кнут с тяжёлой деревянной рукоятью. На конце тугой кожаной верёвки блестел острый металлический наконечник, и именно им она секунду назад зацепила лицо Гавриила, по которому теперь стекала вязкая кровавая дорожка. Демон удивился. Обычно владычица всегда использовала этот кнут в качестве наказания для провинившихся подчинённых, но отнюдь не в бою. Впрочем, против ослабшего верховного архангела вполне сойдёт и такое своеобразное оружие. Это, как говорится, дело вкуса.       Однако чувство юмора своей бывшей начальницы Кроули не мог не оценить. — Эй, вы! Вперёд за этой стервой с арбалетом! Убить её! — отдала приказ Вельзевул небольшому отряду демонов, вновь замахнувшись кнутом, целясь по Гавриилу.       Солдаты поспешили исполнить приказ своей предводительницы, устремившись в сторону Уриил. Та, увидев, что на неё началась охота, развернулась и побежала прямиком в сторону пруда. У неё появилась довольно неплохая мысль, как избавиться от всех преследователей одновременно. Убедившись, что ей удалось немного оторваться от погони, архангел остановилась у мутного после взрыва водоёма, сошла с берега и свободно ступила на его поверхность. В Раю не существовало ангела, который бы не умел ходить по воде. С помощью одной из стрел, которые после каждого выстрела чудесным образом вновь появлялись на тетиве арбалета, она проколола себе палец и позволила нескольким каплям упасть в воду. Реакция не заставила себя долго ждать. В мгновение ока вода в пруду очистилась настолько, что теперь было видно дно. Стоит заметить, что глубина водоёма, по велению ангельского чуда, тоже значительно увеличилась. Далеко не все демоны знали, что кровь ангела способна любую воду сделать святой. Теперь враги Уриил были обречены. Осталось только убедить их искупаться.       Демоны были на берегу уже спустя несколько секунд. Архангел ждала их на середине пруда, в одной руке держа арбалет, а другую демонстративно подняв вверх. — Я сдаюсь! Мне больше некуда бежать! Пожалуйста, не подходите! — фальшиво-жалобным голосом произнесла она.       Отряд проклятых, совершенно не заметив подвоха, разом бросился в воду и поплыл напрямик к Уриил. А когда вода вокруг них зашипела и начала разъедать их кожу, было уже слишком поздно. Пятеро демонов завопили от чудовищной боли и почти сразу пошли ко дну. На поверхности пруда образовались мелкие пузыри, а затем повалил чёрный, густой дым. Через считаные мгновения от её врагов не осталось ни следа. Архангел, поудобнее перехватив арбалет, злорадно усмехнулась.       Гавриилу с трудом удалось увернуться от острого металлического наконечника, который вновь едва не рассёк его лицо. Но стоило Вельзевул замахнуться кнутом ещё раз, как тугая чёрная верёвка с пронзительным свистом быстро настигла верховного архангела и обвилась вокруг его шеи. Владычица поудобнее перехватила деревянную рукоять и с силой рванула верёвку на себя. У Гавриила вмиг закружилась голова от удушья. Он не удержал равновесия и приземлился на одно колено, цепляясь обеими руками за кнут, который неумолимо обжигал его кожу. Герцогиня с хищной, мстительной улыбкой смотрела ему прямо в лиловые глаза, с каждой секундой затягивая верёвку всё туже. По шее главнокомандующего заструилась кровь, он до скрипа сжимал зубы и приглушённо хрипел, тщетно пытаясь сделать глоток спасительного воздуха. Сил на сопротивление осталось критически мало. Позвонки звучно хрустнули, не выдерживая давления. Демоны, окружившие его подобно стае волков, буквально визжали от восторга, всячески восторгаясь действиями своей предводительницы. — Кажется, мне всё-таки придётся остаться без трофея. Сдохни, наконец! — прошипела Вельзевул, отходя ещё на шаг назад, заставляя своего врага буквально упасть лицом в землю.       Гавриил, не в силах пошевелиться, с трудом перевёл окончательно помутневший взгляд в сторону Кроули и Азирафаэля. Демон стоял неподалёку, готовый в любую секунду оказать помощь своей бывшей начальнице, если она, конечно, потребуется. Ангел же сидел на земле, совершенно обессиленный и измотанный. Кажется, в последнем бою он исчерпал все свои возможности, и теперь от него, откровенно говоря, было мало толку. Однако у верховного архангела внезапно возникла идея, как можно извлечь из этого предателя максимальную пользу. Для самого себя, разумеется.       Он сосредоточил всё своё внимание на Азирафаэле, насколько это было возможно в его довольно нелёгком положении. Лиловые глаза опасно сверкнули, и Гавриил задействовал последние крупицы своих новообретённых сил незадолго до того, как потерять способность вообще что-то видеть перед собой. Бывший Херувим ослаб настолько, что даже не сразу ощутил, что в его разум пытаются проникнуть извне, а когда он наконец почувствовал чужое присутствие в своём сознании, было уже слишком поздно. Он ахнул от неожиданности и непроизвольно дёрнулся — все его мысли за долю секунды накрыла чёрная непроницаемая пелена, грубо блокируя и выталкивая из собственного мозга. Радужная оболочка когда-то небесно-голубых глаз сменила цвет на лиловый, а тело больше не подчинялось его воле. Азирафаэль даже не успел оказать сопротивление, когда его разум уже полностью взяли в плен.       Всё произошло слишком быстро, но Кроули, почуяв неладное, почти сразу обернулся к своему ангелу. Демон видел, что что-то определённо не так, но до него не сразу дошёл весь смысл происходящего. Увы, ему было слишком мало известно о телепатических воздействиях на чужой разум. Только когда Азирафаэль внезапно вскочил на ноги и с криком набросился на ничего не подозревающую Вельзевул, он наконец осознал, насколько всё плохо. — Нет-нет! Только не это! — коря себя за нерасторопность, воскликнул Кроули.       Одержимый ангел выбил из руки герцогини кнут, повалил на землю и теперь пытался придушить её собственными руками. Она была настолько шокирована, что поначалу даже не пыталась толком сопротивляться. — Эй, святоша, ты что, рехнулся?! — возмущённо завопила она, отталкивая от себя взбесившегося союзника. — Вельзевул, не рань его! Кажется, его разум контролируют со стороны! — выкрикнул демон, понятия не имея что делать в подобной ситуации. — Ты предлагаешь позволить ему убить меня? — рявкнула владычица, извернувшись и ударив ногой Азирафаэля в живот. — И кто его может контролировать?! Этого ублюдка я почти задушила!       Оставив в покое Вельзевул, ангел подбежал к Гавриилу, который в это время надрывно кашлял, прижимая ладонь к окровавненной шее. Наклонившись, он помог ему медленно подняться, придерживая бывшего начальника за руку. От такого зрелища даже у Вельзевул отвисла челюсть. — Нечестно толпой нападать на одного, — саркастично прохрипел верховный архангел, пренебрежительно похлопав Азирафаэля по плечу.       Тот выглядел заторможенным, а на лице не читалось никаких эмоций. Помимо этого присутствовала ещё одна яркая деталь в облике ангела, которая выдавала его одержимость — глаза холодного лилового цвета.       Вельзевул грязно выругалась. Только этого им ещё не хватало! — Кажется, я слишком поспешил с его изгнанием и устранением. В своём истинном обличии Херувима он был просто великолепен. Честно, я даже не ожидал от него подобного. Полагаю, Азирафаэль будет счастлив вновь послужить мне, — издевательски произнёс Гавриил, мысленно приказывая своей новой марионетке приступить к сражению. — Слушай, демон, а давай посмотрим, сможешь ли ты убить своего любовника, если он нападёт на тебя?       Кроули непроизвольно сделал шаг назад. В такой растерянности он пребывал впервые и явно не собирался сражаться с ангелом. Для демона это было настолько неправильно и противоестественно, что даже сама мысль о подобном вызывала у него неописуемый ужас. Конечно, он соврёт, если скажет что между ними вообще никогда не было драк. Но одно дело несерьёзный мордобой, который когда-то закончился взаимными ласками, а другое — смертельная схватка, когда один из них даже не соображает, что творит! Кроули даже предположить не мог, что когда-нибудь окажется в такой безысходности! Сейчас он понимал только одно — он не сможет причинить вред ангелу. Ни за что! У них не будет сражения, демон не собирается плясать под чужую дудку! Осталось только придумать, как избавить разум Азирафаэля от чужого влияния.       На плечо Кроули внезапно легла чья-то тёплая рука, заставив его дёрнуться от неожиданности. — Не волнуйся. Притворись, что согласен биться с ним, а его разумом я займусь сама. Это нечто большее, чем просто гипноз. Мне нужно время, — послышался за спиной тихий и спокойный шёпот Михаил.       Архангел предпочитала держаться подальше непосредственно от сражений, но всё равно хотела помочь в меру своих сил.       Кроули благодарно кивнул. Делать нечего, оставалось только надеяться, что у неё действительно получится освободить сознание Азирафаэля гораздо раньше, чем произойдёт нечто… непоправимое.              Нет!       Нет, ничего подобного не должно случиться!       Демон не допустит этого!       Пусть лучше он сам падёт, чем позволит кому-либо погубить ЕГО ангела!       Он уже пережил немало моментов, когда всерьёз думал, что навсегда потерял возлюбленного. И всегда виноват был исключительно сам. Совершал несусветные глупости, был слишком груб, слишком упрям, где-то не выслушал, где-то недоглядел. Отныне он никогда не повторит собственных ошибок, которые неизменно приводили их к одной катастрофе за другой.       Кроули, изо всех сил пытаясь подавить дрожь во всём теле, наблюдал, как одержимый чужой волей Азирафаэль призывает свой пламенный меч и тот послушно откликается на зов хозяина, перемещаясь прямо в его открытую ладонь. Через мгновение он с абсолютным равнодушием на лице пошёл в атаку. Змей чувствовал, как собственная выдержка и самоконтроль подводят его, и на глаза невольно наворачиваются предательские слёзы.       Как же это подло! Гавриил прекрасно знает, что для Кроули будет больнее всего, и намеренно бьёт по его самым уязвимым местам! По единственной привязанности, по смыслу его существования… — Мерзкий подонок! — громогласно прорычал демон и начал преображаться буквально на глазах.       Его тело резко увеличилось в размерах, кожу стремительно покрывала острая тёмно-зелёная чешуя, ноги срослись между собой, образуя длинный змеиный хвост. Золотистые глаза опасно сверкнули и изменили свою форму на более круглую, лицо вытянулось, с каждой секундой становясь всё более змееподобным. Широкий хищный оскал дополнился длинным раздвоенным языком. Превращение заняло всего несколько мгновений и уже скоро над Азирафаэлем возвышалась гигантская змея, размером с четырёхэтажный дом. Вельзевул и Михаил пришлось отбежать на несколько метров назад, чтобы на их головы ненароком не обрушилось огромное змеиное туловище. Исполинский змей угрожающе извивался, а от его пронзительного шипения буквально закладывало уши. Попытка Азирафаэля поразить его мечом закончилась тем, что необычайно ловкий для своих размеров хвост просто отбросил ангела в сторону, как надоедливое насекомое. Обнажив длинные, пропитанные ядом, клыки, рептилия ринулась в сторону Гавриила, вынудив зазевавшихся демонов из отряда Вельзевул в панике броситься в рассыпную.       Предводительница адского войска не удержалась и разразилась хохотом от дикого восторга. Она никогда не видела своего бывшего подчинённого в такой ярости — масштаб его силы и воображения воистину поражал и заставлял благоговеть.       Гавриил отпрянул и щёлкнул пальцами, заставляя Азирафаэля очутиться прямо перед собой. Не изменяя своим привычкам, верховный архангел закрылся им словно щитом. Змей успел сменить траекторию своего движения, врезавшись носом в землю рядом ними и почти сразу же получил удар в бок пламенным мечом. Огонь обжог твёрдую как сталь чешую, но клинку, вопреки ожиданиям, так и не удалось пробить её. Кроули понимал, что если Михаил в ближайшее время не удастся привести ангела в чувства, ему самому придётся принять меры и хотя бы обездвижить его. Он попытался вновь отбросить Азирафаэля хвостом, но на сей раз тот увернулся и вновь нанёс удар. Он бил не жалея сил и при этом его лицо не выказывало совершенно никаких чувств. Это было до такой степени странно и несправедливо, что причиняло гораздо больше боли, чем нещадные удары пламенного меча. Змей не мог сражаться в полную силу, пока на его пути стоял Азирафаэль.       Тем временем бывшая архистратиг прилагала все усилия, чтобы как можно скорее достучаться до разума ангела. Она неустанно таранила закрытые врата его сознания, однако пробить ментальный блок, поставленный Гавриилом, было крайне непросто. Как она и сказала, это был не просто гипноз. Верховный архангел буквально вселил в Азирафаэля крупицу своего сознания, заперев на надёжный замок его мысли и волю. Теперь бывший Херувим являлся живой марионеткой в руках этого самодура, и его телом могли управлять, как хотели. После очередной попытки у Михаил зарябило в глазах от мысленного перенапряжения и она закрыла лицо рукой, переводя дыхание.       «Нет, я не хочу этого… Останови меня… Останови…» — в следующую секунду услышала она слабый знакомый голос в своей голове.       Архангел сразу же встрепенулась и вновь состредоточилась, боясь потерять только что установившуюся связь.       «Азирафаэль! Слушай мой голос, Азирафаэль! Только мой голос, понял? Твой разум сейчас ослаб, его блокирует Гавриил! Вместе мы выберемся, только не теряй меня, ладно? Слышишь?»       Михаил путалась в хаотичных мысленных потоках в голове ангела, которые, к кому же, постоянно прерывались. Было видно, что он тоже пытается бороться с чужим воздействием, однако постоянно терпит фиаско. Наконец беспорядочные звуки, напоминающие белый шум, и размытые картинки сложились в более-менее чёткое изображение и относительно разборчивый голос:       «Нет, Михаил. Это ты меня послушай. Я всё вижу, но не могу контролировать своё тело. Если меня заставят убить Кроули или кого-то из вас — развоплоти меня до того, как я это сделаю! Ясно? Не позволь мне убить кого-то! Прошу тебя… Не позволь! Не позволь! Не позволь…»       В этот момент Михаил видела все его страхи, чувствовала эмоции, которых было слишком много. Тревожные образы наряду с настойчивой повторяющейся просьбой, которая отдавалась набатом в её голове, заставили архангела немедленно прервать мысленную связь. Она ощущала невыносимую головную боль, будто её черепная коробка сейчас буквально расколется на части. Михаил в панике посмотрела в сторону одержимого ангела, атакующего огромного змея, и едва не застонала в голос, как никогда ощущая собственную беспомощность. Она являлась превосходным телепатом, однако сейчас больше ничего не могла сделать. — Смотрю, даже марионетка из этого предателя бесполезная! Он даже ранить тебя не может! — с разочарованием произнёс Гавриил, наблюдая как Азирафаэль тщетно пытается проткнуть крепкую чешую змея своим мечом. — Может мне просто заставить его перерезать самому себе горло?       Миндалевидные зрачки Кроули в миг расширились от услышанного.       Нет! Кто угодно, но только не Азирафаэль!       Он оскалился и угрожающе зашипел, вновь совершая резкий бросок в сторону верховного архангела. Ярость и страх разом захлестнули его сознание, окончательно заменяя собой весь здравый смысл. У него больше не осталось времени на ожидание и пустые надежды. Необходимо было срочно брать дело в свои руки.       В этот раз главнокомандующий почему-то не спешил уклоняться или прятаться за спиной ангела. Он просто замер на месте, премерзко усмехаясь и выжидая.       Когда острые клыки змея почти сомкнулись на голове Гавриила, стало наконец понятно, что же тот задумал.       Как только демон пошёл в атаку, одержимый чужой волей Азирафаэль сразу же взлетел в воздух. Дождавшись удачного момента, он спикировал и ловко загнал пламенный меч прямиком в его раскрытую пасть. Клинок вошёл по самую рукоять, заставив Кроули взвыть от чудовищной боли. Как и предполагал Гавриил, чешуя на морде у змей гораздо более тонкая и беззащитная. Её очень легко проткнуть.       Из раны мгновенно фонтаном хлынула кровь. Кроули начал извиваться и метаться из стороны в сторону от невыносимых мук. Он больше не мог поддерживать своё змеиное обличие, поэтому почти сразу началась обратная трансформация. Длинное туловище громной змеи резко сморщилось и усохло, теряя своё былое устрашающее великолепие. Темно-зелёная чешуя стремительно опадала и, достигая земли, рассыпалась в пепел.       Михаил испуганно вскрикнула и схватилась за своё копьё. Нужно было срочно что-то предпринять, однако она не могла заставить себя прицелиться и попытаться метнуть оружие прямо в Азирафаэля, невзирая на то, что он буквально умолял её об этом. Она поняла, что просто не найдёт в себе смелости убить его.       Сможет ли бывший Херувим простить её, если она не выполнит его просьбу и будет просто стоять и смотреть, как он режет своего возлюбленного? Ей было страшно даже подумать о том, что в эти мгновения чувствует сам ангел. Судя по тому, что она выяснила, он всё ещё способен видеть происходящее вокруг, однако ничего не может сделать, ведь собственное тело больше не принадлежало ему. Как же это жестоко!       Она перевела взгляд полный ненависти на Гавриила. Сейчас он как раз был абсолютно беззащитен, ведь Азирафаэль полностью сосредоточил своё внимание на демоне, который уже потерял довольно много крови и с трудом переносил болезненное превращение.       Вельзевул тоже смотрела в сторону верховного архангела, и, в отличие от Михаил, вовсе не собиралась бездействовать. Ей претила мысль, что эта парочка отступников уже не единожды за последние несколько часов спасала её жизнь, и ей совершенно не хотелось оставаться в долгу. Сражение затянулось и приняло совершенно иной оборот. Границы добра и зла размылись, и теперь было совершенно неважно, кто из них ангел, а кто — демон. Бывшие враги стали союзниками, и наоборот. Когда-то Азирафаэль говорил, что он и Кроули уже давно избрали свою собственную Сторону. Тогда Вельзевул не до конца поняла смысла сказанных им слов, однако сейчас…       Эта битва заставила её в корне пересмотреть собственные приоритеты, а также взглянуть на некоторые вещи совершенно с другой стороны. — Эй, архистратиг, или как там тебя называли?! Ты уснула, что ли?! Почему Азирафаэль до сих пор одержим? — возмутилась она, обращаясь к Михаил. — Я пыталась освободить его разум, но Гавриил держит его слишком крепко. Я… Я не могу… — неохотно призналась она, виновато опустив глаза. — Можешь! — перебила её владычица, поднимая свой кнут с земли. — Если ты не сделаешь это, то никто не сможет! Этот урод отнял не все твои силы, и больше он тебе не начальник! Перестань бояться!       Михаил, не ожидая услышать подобное от предводительницы адского войска, с изумлением обернулась. Вельзевул, с оглушительным хлопком разрезав кнутом воздух, уже устремилась прямиком к Гавриилу. — Я отвлеку его, остальное за тобой! Не дай ангелу добить Кроули! — напоследок скомандовала она.       Демон, вновь приняв своё человеческое обличие, согнувшись стоял на коленях и отплёвывался от собственной крови. Его губы сейчас напоминали жуткое кровавое месиво. С такой раной ему стоило невероятных трудов находиться в сознании. Кроули держался лишь на одном упрямстве, наплевав на собственное тело. Его мысли сейчас занимал только Азирафаэль, который приземлился совсем рядом с ним и, следуя чужому приказу, уже заносил меч для последнего удара.       Демон не мог произнести ни слова, лишь с немой мольбой взирал на лицо своего возлюбленного, которое даже в такой момент оставалось неестественно равнодушным и отстранённым. Было невероятно больно видеть, как прекрасные небесно-голубые глаза его ангела все ещё застелает мерзкая лиловая пелена. И даже если бы Кроули сейчас мог говорить, то его слова всё равно не вернули бы Азирафаэля. Настоящего Азирафаэля! Такого родного, добродушного и заботливого.       Он не справился…       Одно из его предположений всё же оказалось верным, и сейчас он умрёт от руки того, кого так сильно боялся потерять. И кого любил больше жизни.       «Как же ты прекрасен! Даже сейчас. Я буду смотреть на тебя… До самого конца…» — пронеслось в мыслях Кроули, который считал секунды до решающего мгновения.       Одновременно с этим Вельзевул со всей яростью набросилась на Гавриила. В этот раз металлический наконечник кнута прошёлся по его руке, когда архангел пытался закрыться от её атаки. Ткань рукава потрёпанного белого пиджака повисла на раненном предплечье, и главнокомандующий переключил всё своё внимание на герцогиню. Оба уже были не в силах применять какой-либо вид магии — продолжительная битва истощила их сверхъестественные способности. Владычица Преисподней продержалась бы гораздо дольше, если бы не отдала большую половину своих сил Кроули. Она намеренно умолчала о том, что его исцеление обошлось ей гораздо дороже, чем планировалось изначально. Однако теперь, после того, что им всем довелось пережить, герцогиня совершенно не жалела о своём поступке. Не прошло и минуты, как им пришлось сражаться друг с другом буквально врукопашную, в ходе чего в голову Гавриила прилетел довольно неслабый удар ногой. Не удержав равновесия, он грохнулся на спину. Вельзевул не позволила ему подняться — прижав его к земле собственным весом, она стальной хваткой сжала шею архангела, и в следующее мгновение уже наносила кулаком удар за ударом по его лицу. Теперь Гавриилу было не до контроля над чужим разумом.       Михаил тоже не теряла времени и, сконцентрировавшись, вновь приступила к ментальному противостоянию. Однако теперь она пыталась воздействовать отнюдь не на Азирафаэля. Воспользовавшись тем, что Вельзевул застала врасплох верховного архангела, бывшая архистратиг, сохраняя безопасную дистанцию, стремительно ворвалась в его сознание. Она довольно быстро обнаружила нить связывающую его разум с разумом Азирафаэля и, не встретив никакого сопротивления, оборвала её одним усилием мысли.       Она успела как раз вовремя. Пламенный меч в руках ангела остановился в сантиметре от шеи Кроули — ещё секунда, и он бы одним ударом отрубил демону голову. Лиловый свет в его глазах вмиг угас, а лицо обрело осмысленное выражение. Тело вновь идеально слушалось Азирафаэля, когда его наконец избавили от чужого контроля. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы окончательно прийти в себя и осознать, что происходит. Невзирая на то, что он был способен наблюдать из недр своего разума за всеми ужасами, которые он совершал супротив воли, ему всё равно требовалось некоторое время на то, чтобы отделить реальность от иллюзий. Когда над твоим мозгом так издеваются, очень легко потеряться в пространстве. Пребывая в плену, разум ангела не мог понять, действительно ли то, что творит его тело, является правдой, или это просто навеянные Гавриилом кошмары.       Теперь он убедился, что всё это было правдой. Ужасной правдой! Он видел окровавленного Кроули, который стоял перед ним на коленях и покорно ожидал своей участи. Демон был тяжело ранен. И эту рану ангел нанёс ему сам!       На глаза тут же навернулись слёзы, руки задрожали, и Азирафаэль с отвращением отбросил собственный меч в сторону.       Что же он наделал…?!       Он только что чуть не лишил жизни своего возлюбленного! Собственными руками! Как он мог допустить подобный исход?! Почему позволил врагу завладеть собственным телом?! Какая позорная слабость! Ему теперь нет прощения!       Ангел упал на колени рядом с Кроули и, захлёбываясь рыданиями, сжал его в крепких объятиях. Демон пытался произнести хоть что-то окровавленными и онемевшими губами, но из его рта вырвался только сдавленный хрип.       Азирафаэль… У Михаил получилось! Она не подвела и, в конце концов, вернула ему ЕГО Азирафаэля!       Кроули закрыл глаза и опустил голову ангелу на плечо. Кроме его тёплых рук, демону больше ничего не требовалось. Он больше не чувствовал ни боли, ни страха, находясь на грани потери сознания. — Кроули! Кроули, нет! Не умирай! — Азирафаэль испугался ощутив, что демон внезапно слишком сильно расслабился в его руках.       Он принялся отчаянно трясти его обмякшее, истерзанное тело, пытаясь привести в чувства. — Прошу тебя, держись! Не сдавайся, дорогой! Я унесу тебя отсюда, слышишь! Мы улетим и я исцелю твою рану! Только потерпи немного!       Выпалив это, ангел сильнее прижал Кроули к своей груди, подхватывая и поднимаясь на ноги. Взмахнув могучими крыльями, Азирафаэль стремительно взлетел в небо, унося драгоценную ношу подальше от поля битвы. Теперь он был согласен наплевать на всё: на обещание, данное Вельзевул, на сражение, которое всё ещё не было окончено, на Рай и Ад вместе взятых! Отныне всё это не представляло особой важности. Главное — спасти Кроули и ради этого он прямо сейчас был готов сбежать хоть на край света.       Больше никаких битв! Хватит с них потерь, крови и страданий!       Михаил, провожая озадаченным взглядом удаляющийся крылатый силуэт, громко выкрикнула ему вслед: — Азирафаэль, остановись! Куда ты собрался?       Но бывший Херувим уже не слышал её голос. Или намеренно не желал слышать.       Михаил была в крайней степени растеряна и удивлена.       Они ведь приложили столько усилий, чтобы вырвать его разум из лап Гавриила! Так что же на сей раз задумал этот сумасбродный ангел?       В разрушенном парке вмиг воцарилась напряжённая, тревожная тишина, которую нарушали лишь звуки непрекращающейся борьбы Гавриила и Вельзевул. Из-за того, что почти все высокие деревья либо сгорели, либо лежали поваленные на земле, Михаил открывался довольно ясный обзор на небольшой пруд, который располагался примерно в ста метрах от неё. Азирафаэль с демоном на руках как раз поравнялся с ним и уже хотел пролететь мимо.       Однако в следующее мгновение ему пришлось уворачиваться от нескольких золотых стрел, которые едва не пронзили его белоснежные крылья.       Уриил будто намерено поджидала своих врагов на берегу, и теперь стреляла по ним из своего новообретённого арбалета. Бывшая архистратиг ахнула, тут же сорвалась с места и помчалась на выручку.       Ангел выругался и крепче вцепился в Кроули. Ему было крайне тяжело уклоняться от стрел со своей довольно не лёгкой ношей. Ему нельзя было медлить, ведь его возлюбленный пребывал в крайне тяжёлом состоянии. Мысли путались; он описал несколько кругов над водой и, взмахнув крыльями, набрал высоту, надеясь что на таком немалом расстоянии стрелы не смогут их достать или архангелу будет тяжелее прицелиться.       И это стало его роковой ошибкой.       Азирафаэлю не стоило выпускать из виду Уриил, ведь у неё, разумеется, тоже были крылья.       Архангел ринулась вслед за ними, держа оружие перед собой и положив палец на курок. Упрямства ей было не занимать — если она выбрала цель, то обязательно поразит её. Не прошло и секунды, как прозвучал очередной выстрел. Золотая стрела с характерным свистом разрезала воздух. Из-за непроницаемых чёрных туч показался тоненький солнечный лучик. Внезапный яркий свет упал на лицо Азирафаэля, ослепляя его и вынуждая на миг прищуриться. Острый наконечник стрелы опасно блестнул и угодил прямиком в его предплечье. Ангел вскрикнул от неожиданной и резкой боли, его рука онемела почти сразу. Кроули, которого он с большим трудом удерживал, сорвался и стремительно полетел вниз прямиком к воде.       У Азирафаэля едва не остановилось сердце. Всё происходило будто в замедленной съёмке. Ангел, не обращая внимания на боль, резко вырвал стрелу из кровоточащей раны и отшвырнул её в сторону. Затем со всей возможной скоростью спикировал вниз и вытянул вперёд здоровую руку. Кроули даже не очнулся во время падения. Он всё ещё дышал, но его безвольное тело не реагировало ни на что вокруг. Хотя, даже приди он сейчас в себя, у него всё равно отсутствовали крылья, которые помогли бы ему избежать столкновения с поверхностью воды. Азирафаэль звал демона по имени и всеми силами старался успеть подхватить его.       Увы, он ещё не знал о том, что в этом пруду, который теперь являлся резервуаром для святой воды, меньше часа назад погибли пятеро воинов из отряда Вельзевул.       Он почти успел. Почти коснулся пальцами чёрной рубашки Кроули. Уже готов был схватить его, когда демон с оглушительным плеском упал в воду, моментально погружаясь на дно.       Казалось, время остановилось.       Азирафаэль с ужасом догадался, что сотворила Уриил, но было уже слишком поздно.       Он нырнул в пруд вслед за демоном, и его глазам открылась самая страшная картина, которую он только мог представить. Вода закипала и буквально разъедала бесчувственное тело Кроули, превращая его в подобие чёрной каши. Ангел не мог поверить в то, что видел. Он захлебнулся в истошном крике, который заглушила толща ледяной воды, и отчаянно пытался подплыть ближе к возлюбленному.       Это всё нереально! Он должен срочно остановить мучительное развоплощение, вытащить демона на берег, заново собрать его расплавленное тело по атомам! До последней крупицы его проклятой души!       Вода заполнила лёгкие Азирафаэля. Он уже начинал задыхаться, но, вопреки этому, совершенно не собирался подниматься на поверхность.       Он должен был сделать хоть что-нибудь!       Он ведь не может оставить Кроули здесь одного!       Тут же так холодно, а его демон совсем не переносит холода!       Азирафаэль смотрел, как тёмная субстанция — всё что осталось от Кроули — медленно рассеивается в его ладонях. Растворяется в освящённой воде и тает вместе с остатками проклятой демонической души. Чёрное перо из его крыла, которое являлось символом их клятвы, и которое ангел всегда носил во внутреннем кармане своего пиджака, аналогично превратилось в подобие сажи. Солнечный луч проник под воду, коснулся рук Азирафаэля, а затем так же стремительно исчез, как и появился.       «Возможно, это последний раз, когда я пробую твои губы на вкус.»       Голос демона неустанно звучал в голове ангела, переплетаясь с его собственными недавними словами.       «Не говори ерунды, дорогой. Я не позволю этому случиться. Обещаю, мы переедем куда-нибудь в очень спокойное и красивое местечко. Найдём себе небольшой, но уютный домик, где-то на отшибе Лондона, где нас никто не побеспокоит. А потом… Потом мы будем счастливы. Всегда.»       Выходит, Азирафаэль соврал ему…       Теперь все эти мечты казались такими призрачными и нереальными. Их больше нет. Отныне это просто пустые слова, которые растворились в святой воде вместе с Кроули. С его единственной и непостижимой любовью…       Всё это время Михаил не отрывала глаз от Азирафаэля и Кроули и, разумеется, видела как демон с огромной высоты упал в пруд. Когда она наконец добежала, то её взгляду предстал только бывший Херувим, одиноко стоящий на берегу. Посмотрев на его лицо, архангел ужаснулась. Он плакал кровавыми слезами, глаза поменяли цвет на мутно-серый и были настолько пустыми, что казалось, будто из его телесной оболочки только что вытащили душу.       В следующую секунду он тяжело рухнул на колени. Его сильно трясло, он до сих пор видел на собственных руках остатки тех чёрных сгустков, которые всеми силами пытался ухватить. Ангел, словно заворожённый, поднёс ладони к своим глазам, дрожащим голосом повторяя одну и ту же фразу: «Я не удержал! Я не удержал! Я не удержал…»       Михаил посмотрела в сторону пруда, от поверхности которого исходил чёрный, густой дым. Ей хватило мгновения, чтобы понять, что здесь произошло. — Нет… — в ужасе прошептала она.       Неужели всё было напрасно?       Как известно, святая вода разрушает не только тело демонов. Она также способна уничтожить их души целиком и без остатка. Михаил беспомощно наблюдала за ангелом, понимая, что любые её слова, сказанные в утешение, сейчас будут абсолютно не уместны. Ради Кроули он развязал войну, ради него вступил в сговор с Адом и укротил пламя Преисподней. Ради него Азирафаэль готов был расстаться с собственной жизнью, умоляя бывшего архистратига развоплотить себя. За всё время своего существования она никогда не видела подобной преданности. Демон был для него целым миром. И сейчас его мир рухнул. Навеки канул в небытие.       Она больше ничем не могла ему помочь.       По её щеке скатилась одинокая слеза. — О, Всевышняя… Пусть сама смерть отступит перед тем, кто любит…       Порывистый ветер налетел внезапно. Он подхватил и вознёс её шёпот к бескрайнему серому небу, разрезая свинцовые тучи и исчезая далеко за пределами этого мира. ***       Тоненький солнечный луч стремительно уносил Кроули куда-то вверх. Достигнув своей цели, он отпустил его и угас, оставляя наедине с кромешной тьмой и абсолютной невесомостью.       Но безмятежная пустота окружала Кроули совсем недолго. Через мгновение он понял, что плывёт среди бесконечного потока сияющих звёзд, которые стелились перед ним подобно глубокому, необъятному океану. Он не помнил своего имени, не знал откуда пришёл и как вообще здесь оказался. Он не чувствовал собственного тела и даже не осознавал, что когда-то им располагал. Всё вокруг, разумеется, было безумно красивым, и вызывало какую-то необъяснимую теплоту в душе. Однако, чем дольше он пребывал среди всего этого хаотичного великолепия, тем отчётливее ощущал странную, необъяснимую тревогу. Будто он тут совершенно чужой и нежеланный. Здесь царила своя жизнь. Мириады небесных тел кружили вокруг него, переливаясь невиданными цветами. Некоторые объединялись друг с другом, образуя причудливые фигуры, другие внезапно взрывались и угасали вовсе. Кроули даже показалось, что он слышит их голоса. Каждая из звёзд пела о чём-то своём и исполняла свою неповторимую мелодию. Но, вопреки этому, они ухитрялись сохранять гармонию. Беспорядочные звуки постепенно развивались в единую, общую музыку и напомнили бы Кроули огромный оркестр, если бы он, конечно, помнил что это такое. А ещё ему показалось, что эти мелодии явно пытаются указать ему дорогу куда-то и он попытался прислушаться к ним.       Внезапно одна из звёзд взорвалась прямо перед его глазами. Ослепительный свет мгновенно поглотил его, с огромной скоростью унося вперёд в неизвестность. Через мгновение Кроули ощутил мощный удар, приземлившись на что-то очень твёрдое. Кажется, ему удалось вспомнить что такое боль. Свет был слишком ярким и не позволял разгдядеть что либо вокруг. Неожиданно посреди этого света возник небольшой полупрозрачный силуэт, который с каждой секундой приближался всё ближе к нему. Кроули зажмурился, почувствовав, как внутри него что-то пульсирует и явно хочет вырваться наружу.       Когда он вновь открыл глаза, к нему вернулась память обо всём, что когда-то происходило с ним. Он вновь помнил, и это было невероятно больно. Последнее его воспоминание точно нельзя было назвать приятным. Он был сильно ранен и потерял сознание у Азирафаэля на руках.       А дальше не было ничего, кроме кромешной тьмы.       И сейчас, пребывая в этом священном свете, Кроули удивлялся, как его душа падшего ангела до сих пор цела и невредима. Он присмотрелся к силуэту, который парил в пустом безжизненном пространстве напротив него, и непроизвольно скривился. Великолепное золотое сияние Хозяйки этой обители было до боли знакомым, а первозданная и ни с чем не сравнимая мощь супротив воли заставляла ясно ощущать собственную никчёмность.       Неужели его всё-таки угораздило погибнуть? Обидно. Наверное, ангел очень расстроился. Кроули совсем не помнил, как это произошло. И, уж тем более, он не ожидал, что ему выпадет честь попасть на аудиенцию лично к Ней.       Когда-то он так долго добивался Её внимания, однако все его попытки неизменно оставались тщетны. Она давно не откликалась на чьи-либо мольбы, даже если это были Её дети. И всё потому что Ей просто надоело отвечать на их глупые вопросы. — Я вижу, ты совсем не соскучился по своему дому, — прозвучал мелодичный спокойный голос, от которого у Кроули — будь у него тело — точно пошёл бы мороз по коже.       Он попытался взять себя в руки и сдержанно ответил: — Ну, здравствуй, Мама.