Не теряй своё лицо

— Энид…? Мне нужна твоя помощь, — спустя несколько минут умиротворенного нахождения со своей девушкой гот подала голос на и на скулах вспыхнул небольшой румянец. — Что такое? — тут же подняла голову волчица. — Отнеси меня в уборную, пожалуйста, — Аддамс старалась звучать непринужденно, но ее речь пару раз все же дрогнула. — Конечно, сейчас, — Энид засуетилась вокруг. Потоптавшись, волчица нашла более менее удобную для них обоих позицию и осторожно просунув под ведьму руки, приподняла. Медиум не смогла удержать шипение от того как ее подняли, что потревожило грудную клетку. Она могла бы запросто существовать со всеми причиненными повреждениями, но эти чертовы ребра не оставляли и шанса сделать малейшее движение без боли. Девушка сложила руки крест накрест и прижала что б зафиксировать корпус от лишней подвижности. — Сейчас, сейчас, все хорошо, — приговаривая, девушка донесла медиума до уборной и озадачено встала посередине, смотря то на унитаз, то на Аддамс. — Dio mio… Просто посади меня, с остальным я справлюсь. Блондинка поставила девушку на пол, продолжая придерживать за бедра. «Сил моих больше нет на этот бред…» Полу-здоровой рукой, смиренно вздыхая, она расстегнула штаны и спустила их, похрипывая от неприятных ощущений и безысходности. — Сazzo… За что мне это все… Не без труда справившись с невероятной сложности задачей, опираясь на Синклер в процессе, медиум закрыла лицо руками, пытаясь понять как существовать еще не один и не два дня таким образом. — Мне надо переодеться. Спать в крови, конечно, безусловно меня прельщает, все же предпочту сменить на более свежую. В моей комнате в шкафу найдешь футболку, шорты и те носки, что ты мне связала. Принеси, но не входи пока не разрешу. — Боже, Уилла, как долго ты терпела? — случайно вырвалось у волчицы. — Энид! — кожа на лице Аддамс теперь походило больше не на мертвячаскую, а помидорную. — Иди за вещами! — несвойственно для себя практически пропищала гот. — Как, если я тебя придерживаю? — Я не упаду, просто иди уже. — Давай я все же подожду и донесу тебя обратно. — Accidenti… Надеюсь нет необходимости в угрозах, — ведьме просто хотелось провалиться сквозь землю. Нет, это совершенно не дело. Оставалось только терпеливо дожидаться возвращения ворона с возможным решением. — Ты все или ещё подумаешь посидишь? — Все я, — буркнула девушка. — Прекрати мои мучения и просто убей… — В подсобке ты так не стеснялась. — В подсобке я не была вынуждена испражняться будучи не в состоянии даже самостоятельно удерживать равновесие. Энид сочувственно смотрела на девушку и на этот раз промолчала. После она помогла медиуму вернуться в постель и благополучно выполнила поручение принести одежду. — Я постараюсь быть очень осторожной, — прошептала она в щеку ведьмы и чмокнула, прежде чем протянуть руки, чтобы стянуть грязное. — Не стоит беспокойства. Кости зафиксированы, а небольшой физический дискомфорт я уж точно переживу. И действительно лицо Аддамс не дрогнуло, даже не шипела и не кряхтела пока ее как большую куклу переодевала волчица, что б не пугать ту. — Вот и готово! — радостно воскликнула блондинка от того, что миссия ее прошла успешно. — Ты отлично справилась, cara mia, спасибо, — ворон слегка приподняла уголок губ и подмигнула девушке. Она пошевелила пальцами здоровой ноги в носочках-лапах и ухмылка стала небольшой теплой улыбкой. — Они теплые и бесшумные. Это подходит. — Я так рада, что они тебе нравятся! — девушка улыбнулась в ответ и поцеловала гота в губы. — Может мне вам отдать свои апартаменты? — возник из коридора голос Хелены. — И давно вы там стоите? — медиум даже слегка вздрогнула от неожиданности. «А ведь раньше не позволяла себя так просто пугать, расслабилась в ложе врага, недопустимо.» — Успокойся, Аддамс, я только зашла, — выдохнула уставши женщина. — В конце-концов я имею право на перерыв? — Безусловно. Ровно ответила девушка, вопреки тому не сводя с нее черных глаз, будучи наученной неоднократным горьким опытом, что происходит каждый раз когда эти две блондинки находятся в одной комнате. — Энид, принеси мне нож. — Откуда? — шепотом спросила младшая блондинка. — Мой стол, в тумбочке весь набор. Принеси большой, тот что из поясничных ножн, — так же не повышая тон ответила брюнетка. Сделав вид, что ничего не слышала и только усмехнувшись, Хелена прошла к своему любимому креслу, на ходу закуривая сигарету. Как только Синклер вышла, женщина приставила пальцы ко лбу и тихо прошептала. — Ещё один, Аддамс. — Что «еще один»? — слегка нахмурилась коротышка. — Труп. На этот раз, ваш учитель философии. Разорван на куски. — Оу… неприятная ситуация. Он был неплох. Она замолчала, мысленно возвращаясь к вопросу почему же мать женщины так стремится смешать дочери карты. — Так понимаю, виновник скрылся. Обстоятельства обнаружения? — Их было несколько, — лицо Хелены побагровело. — Совершенно наглое позерство, прямо перед моим носом. — Это ж насколько надо быть ragazzaccia, что б mammina так злилась. Должно быть, между вами произошло нечто грандиозное, — издала хриплый выдох только отдаленно напоминающий смешок практически незаметно ухмыляющаяся медиум. Лицо директрисы, лежащее лбом на ладони медленно поднялось вверх. Ее ледяной взгляд пронзал словно самые острые сосульки, направленные на ведьму и готовые вот вот вылететь и с бешеной скоростью проткнуть насквозь. Ей потребовалось всего несколько секунд на то, чтобы осознать услышанное. Конечно, ни для кого не секрет, чья она дочь, но попытка ученицы поиграть партию дамой против туза была слишком дерзка. Галбрейт нравилась эта дерзость в маленькой ведьме, но всему должен быть предел. Следует все же знать, что говорить, когда и кому. — Лучше не играй против меня в эти игры, Аддамс, — процедила она, приподнимая бровь над не мигающим взглядом. — Что вы, что вы, мисс Галбрейт. И в мыслях не было. Так, любопытство. Она тут же вернула лицу безэмоциональность. Уж больно остро для себя директриса реагировала на практически безобидные слова. В Аддамс аж загорелся утраченный от усталости огонек авантюризма к поиску ответов и разгадке тайн. Конечно на задворках сознания приглушенный, но не отбитый наглухо инстинкт самосохранения щекотал тем, что лучше ее бледной заднице в это не лезть, откусит по горло. «Да где этот щенок застрял…» — Думаю, я стала слишком многое вам позволять, — сухо ответила женщина. — Кажется наглости у вас больше, чем любопытства, правда мисс Синклер? — женщина взглянула на оборотня так, что только вошедшая Энид сразу же выпустила когти. — Думаю это вы стали позволять многое себе. Я вам не игрушка, чтоб играться со мной в дочки-матери, восполняя собственные пробелы из, насколько можно судить, не самого завидного детства, — тело Аддамс оставалось расслабленным, но она была готова к необходимому рывку, если тот потребуется. Ребра — всего лишь боль, одна нога цела, одна рука практически. Ведьма не позволит навредить Энид и обращаться с собой как допустила ранее. «Что ж, ведьма, если так.» Галбрейт натянула самую доброжелательную улыбку и снова повернулась к оборотню. — Мисс Аддамс благодарит вас за помощь, мисс Синклер, она ей больше не потребуется. Вам отныне запрещено появляться в учительском крыле без моего особого разрешения. Ослушаетесь, вылетите в ту же секунду. Все ясно? — Не боитесь пожалеть о своем решении, мисс Галбрейт? Похоже вы не до конца представляете чему пытаетесь помешать. Последствия могут быть для вас плачевными, — прошипела девушка сузив глаза и оскалившись. — Вон, — тихо скомандовала директриса. С пару секунд черные глаза сверлили серо-голубые, прежде чем гот перевела более мягкий взгляд и кивнула Энид, что б та послушалась. — Что опять происходит? — напуганно смотрела то на Хелену, то на Уиллу оборотень. — Почему снова? — Cara mia, я понимаю, что критическое мышление не твоя сильная сторона, но директор Галбрейт отдала свое распоряжение. Кто мы такие, чтоб его нарушать, — девушка на долю секунды ухмыльнулась на последнем слове в своей интонации. — Хорошо, — кивнула с недовольным лицом Энид и подошла к кровати, чтобы поцеловать на прощание в щеку любимую, а также незаметно подложить ей под бок тот нож, о котором она просила. — Держись и не переживай, со мной все будет в порядке, вылечись быстрее, — прошептала она медиуму на ухо. — Обещаю. Как только так сразу, — более здоровой рукой провидица мягко положила ладонь Энид на щеку и оставила поцелуй на губах, приподнимаясь на силе пресса и опустилась, накрывая своей спиной подложенное оружие. Галбрейт, сложив руки на груди, брезгливо поморщилась от этих ведмячьих нежностей и дождавшись ухода оборотня вернула внимание к медиуму. — Как себя чувствуешь, Аддамс? Вдруг спросила она. — Не прошло и суток как я не могу функционировать привычным образом. Как вы считаете, как я? — безучастно ответила девушка. — Думаю, что лучше и быть не может. — Крайне медитативное состояние. Отсутствие возможности физической деятельности заставляет задумываться. — Думать — явно не идёт вам на пользу, — женщина подошла к полочке с оставленными вчера склянками и быстро смешала нужные для лекарства ингредиенты. — С вашей перспективы — естественно. Гораздо удобнее, когда под вами безмозглые болванчики, — брюнетка искоса внимательно следила за тем, что именно химичит Галбрейт и какие склянки берет, но к сожалению обзор был не самый удачный. — Не скажи, Аддамс, и исключения имеют место подо мной быть. — Мхм.. Медиум сглотнула тяжелее, запоздало допетрив насколько двусмысленно прозвучали их реплики, и тихо рыкнула на саму себя. — Но видишь ли, Аддамс, некоторые были настолько умны, что теперь даже не знаю, куда они тратят свой ум за решеткой. — Видимо не так уж и умны были, если мало того, что попали, так еще и не выбрались оттуда. — Ты вот считаешь себя очень умной, но сегодня твой язык довёл Синклер лишь до одиночества в очень сложный для волчонка период, впрочем, как и тебя. И где здесь ум? Аддамс насупилась. А Галбрейт тут была права. Не взыграй ее гордость в совершенно неподходящий момент, она могла бы рассчитывать на присутствие теплого оборотня этой ночью под боком. Девушка мысленно выругалась и отвела взгляд в сторону, признавая поражение в этом раунде. — Хотя… — проследив за выражением лица гота, женщина довольно улыбнулась и подошла с лекарством к постели. — Так уж и быть, уговорила, твое скрашу я. — Я не уговаривала, ваша компания мне более чем не обязательна, — ворон слегка напряглась, медленно проскальзывая рукой под поясницу. Эта улыбка настораживала и не предвещала ничего хорошего. — Зато мне обязательна моя кровать, — подняла бровь женщина поднося ко рту ведьмы ложечку отвара. Бровь гота нервно дернулась пару раз. — Если меня не отнесут в мою кровать — я предпочту спать на полу, нежели делить с вами одну постель, директор, — она предостерегающе сверкнула глазами и сдержанно приняла лекарственный настой. — Тщщщ, — женщина стёрла с губ медиума каплю лекарства указательным пальцем в жесте, приказывающим молчать. — Делюсь здесь я. Своей комнатой, кроватью, травами, знаниями и добродетелью, — она чуть наклонила голову вбок. Аддамс внимательно смотрела в глаза блондинке, перевела взгляд на ее палец на своих губах и, вернув черные омуты к голубым, с ухмылкой медленно лизнула приложенную подушечку. Лицо директрисы вмиг стало каменным, а глаза прищурились, но руку женщина не отдёрнула. Неожиданное действие действительно сбило ее с толку. — Я не просила демонстрировать свои навыки, Аддамс. Галбрейт потеряла бдительность, как и ожидалось небольшой трюк выбил даже ее из колеи и девушка резко укусила палец. Прошлые две попытки не увенчались успехом, так хоть эта пускай запомнится. К сожалению, рефлексы женщины были подобны ее собственным, белобрысая отдернула руку до того как гот успела сжать зубы с достаточной силой чтобы насладиться хрустом и утратила эту возможность. Выражение вернулось из кокетливого в привычно-ровное с толикой злобы. — Прекратите трогать мое лицо без дозволения. Директор. — Как скажешь, — Хелена поморщилась и быстро спрятала руку в карман. Аддамс внутренне усмехнулась, будучи довольной наконец отвоеванным личным пространством и отвернула голову, прикрывая глаза. — Я собираюсь спать. Не тревожьте. — Что ж, мой перерыв тоже подошел к концу, — вздохнула женщина и поставила скляночки на место. — Сладких кошмаров, Аддамс. Вечером мне нужно будет с тобой кое-что обсудить. — Как же иначе, — недовольно прошептала ведьма. Вечно этой блондинке надо что-то с ней обсуждать, не даст спокойно скончаться.— Сломайте себе ногу. Женщина кивнула и забрав телефон, удалилась в кабинет с кучей мыслей в голове. «Как не вовремя ты поломалась, Аддамс…» — цокнула она. Медиум улеглась поудобнее, доставая саднящую своим длительным неестественным положением руку из-за спины. Она действительно намеревалась вздремнуть и уже начала проваливаться в сон, как в окно постучали клювом. — «О, ты управился быстрее, чем я думала,» — девушка осмотрела ворона за окном. — «Выглядишь потрепанно, тяжелое утро?» — «Твой сарказм совершенно неуместен.» — «Достал?» Фамильяр гордо поднял в лапе небольшую склянку, лишь на треть наполненную чем-то бело-оранжевым и издающим легкое свечение. — «Этого мало.» — «Больше не вышло. Остальные сгорели в вулкане, или мне стоило пролететь на другой край континента, что заняло бы невероятно много времени и разозлило бы тебя еще больше?» — «Тц… ладно. Ты прав. Это был ужасный день, надо поскорее заканчивать пребывание в таком состоянии. Скрой свой облик, попробую тебя впустить.» Ворон кивнул и будто рассеялся черной дымкой. Аддамс вскинула бровь, это было эффектно. Достав свой телефон она набрала сообщение второму контакту в записной книжке. — «Мне жарко. Откройте форточку, не могу уснуть.» Через несколько минут, Хелена с вопросительным видом стояла в дверях. — Жарко, Аддамс? Серьезно? — По-видимому озноб от процесса восстановления, — почему-то ее крайне позабавил этот вид и тон директрисы. Сдерживать ухмылку пришлось силой. Не сводя недоуменно взгляда, женщина подошла к окну, так, что по мере приближения к нему, ее голова все больше и больше проворачивалась в сторону девушки. Хелена наощупь нашла ручку и точно с таким же видом вернулась к работе. Было только слышно как ворон забрался через открывшийся проход и скинув невидимость передал ведьме сосуд с необычными цветами, похожими на светлые звездочки с миниатюрными горящими будто огнем шариками в центре. — Эдельвейс «Львиная лапа». Потрясающе. Тебе даже удалось доброкачественно запитать его лавой. Впечатляет, но их слишком мало, хватит на частичное восстановление. — «Уж прости. Я взял все запасы какие были у твоей матери. Полет до Этны и так отнял все мои силы, до Эвереста за букетиком слетать займет неделю, а все остальные цветы не выдержали температуру. Я и сам перья подпалил, если ты не заметила.» — Да, чувствуется. Аппетитно пахнешь, — усмехнулась ведьма. Амайо только открыл клюв возмущенно каркнуть, как его перебил гневный взгляд. — Ни. Звука. Предпочту пока оставить Галбрейт в неведении. Он понятливо кивнул и снова скрылся «во тьме». — «Холодно, можете закрыть. Достаточно проветрилось.» Снова через несколько минут, уже со сверлящим гневным взглядом, но абсолютно так же, смотря на девушку а не на окно, Галбрейт закрыла его и удалилась. Только на этот раз она прошла молча и довольно быстро. — Отлично, можем приступать. Хотя… Будет горячо, нужно охлаждение. С уже нескрываемо довольной лыбой девушка печатала новое сообщение. Будет стерва знать как унижать ее таким кормлением с ложки и, прости дьявол, памперсами. — «Хочу воды. Много. С большим количеством льда.» Послышались быстрые шаги каблуков. В коридоре мелькнул силуэт и проскользнул в сторону кухни. Женщина была явно раздражена до предела, судя по звуку захлопнувшейся морозилки и резко высыпанных кубиков льда в графин. Затем сразу пара только что открытых стеклянных бутылок чистейшей минеральной воды, стукнулись о борта сосуда, что с громким бульканьем наполнился до краев. Взяв стакан женщина с убийственным выражением лица поставила все на столик около «страдающей». — Я тебе не служанка, Аддамс. — Ни в коем случае. Но так сложилось, что мне некого больше попросить. У Синклер ваш официальный запрет, а в медпункте возникнут вопросы, каким же образом ученица получила столь серьезные травмы, слухи поползут. Мне право неловко, и, каждый раз отвлекая вас от работы, мое черное сердце сжимается от причиненных вам неудобств. В каждой фразе так и слышался ядовитый сарказм, разбавляемый из последних сил сдерживаемой ухмылкой. — Более того, это так… мило… с вашей стороны, — поистине считая это слово оскорбительным Аддамс слегка подавилась на нем. По выражению лица и чуть плотнее сомкнутым губам, Галбрейт была готова вылить этот кувшин прямо на голову ученице, но вдруг расплылась в притворной улыбке впиваясь голубыми глазами в черные. — Ах, бедняжка, ты совершенно права, мне следует отнестись с пониманием, и я так и сделаю. Изволите надеть подгузник, миледи? Лицо вмиг из еле заметно насмешливо-ехидного выровнялось и на нем читалось смятение с ноткой страха. «Черт, Аддамс, перебор. Говорят же, не буди лихо пока оно тихо…» — Н-нет. Благодарю. Справляюсь без них. Женщина прикрыла глаза. — Надеюсь, твое «справлюсь» не означает последующее отстирывание вещей и матраса. Надо было заказать упаковку пелёнок. Хелена с ехидной ухмылкой вышла в коридор, но все ещё не ушла, роясь в каких-то пакетах. «Даже на тебя, Аддамс, у меня есть управа.» Достав небольшую вещицу, она потрясла ей, показывая медиуму. Это была пустышка. — Нет… — с настоящим ужасом выдохнула ведьма округлив глаза и скинув пару тонов в лице. — Вы не посмеете… Какого черта вы вообще заказали все это?! — теперь же кровь прилила к щекам выделяясь невероятным контрастом с былой бледностью. Амайо, которому велено оставаться незамеченным, валялся на спине дергая лапами и крыльями, задыхаясь от рвущегося смеха, но приказ выполнял исправно. — Ну почему же, это же так мило, не правда ли? Шла в подарок с подгузниками, — Галбрейт еле сдерживая довольную улыбку, достала из шкафчика флягу и налив немного в стаканчик, окунула в чёрную жидкость кончик пустышки. — Тебе ведь понравится. — Не… не надо… — просипела обескураженная настолько изящным подходом к использованию ее слабости гот. Ведьмина трава и пустышка. «Cazzo…» Она тут же полу-здоровой рукой захлопнула нижнюю часть лица, зажимая нос и прикрывая рот. — Что такое, Аддамс? Неужели не нравится? Ворон неуверенно и подрагивающе отрицательно замотала головой, практически панически тяжело дыша через рот. Стоит учуять и все, пиши пропала гордость. Как ни странно, «мымра» остановилась и отложила то, что держала в руках в шкафчик, плотно его закрыв. Подмигнув, блондинка опять оставила гота восстанавливать силы наедине. Все еще с широко открытыми глазами и закрывая нижнюю часть лица рукой, Аддамс сверлила нечто перед собой на протяжении нескольких минут, не шевелясь и еле-дыша. — Хоть… Одно… Слово… И я самолично сверну твою шею. Фамильяр едва ли пришел в себя после такого приступа, который он был вынужден контролировать. Сколько же колких фраз было на птичьем уме, он право не мог избрать ту, которой подколоть хозяйку, но решил оставить их при себе. Не гоже злить ведьму, к которой привязан. Пернатый отдышался, встрепенулся и перелетел к девушке на подножье кровати. — Мы просто забудем о произошедшем. Итак, начнем. Гот налила в стакан воды и поставила поближе. Вытряхнув один цветок она положила его к себе в рот, разминая о небо языком. Девушка зажмурилась, даже глаза заслезились от резких жгучих ощущений. Было сравнимо с тем, как когда она пыталась съесть костровой уголек. Тут же запив это ледяной водой она тяжело выдохнула несколько клубов пара. — Вот черт… мощная штука. Щеки вспыхнули уже от резкого жара, исходящего изнутри, она утерла выступивший пот со лба. Ведьма, отдышавшись, закинула кубик льда в рот, взяла еще пару цветов и приподняла футболку. Ворон когтями разодрал бинты в нужном месте, после чего Аддамс втерла их в кожу над переломами. Жгло похлеще чем металл, нагреваемый директором, еще и щипало, проникая в ткани и устремляясь к необходимым местам. Девушка шипела, пальцы тоже обжигало, но следов не оставалось никаких, что удивительно, учитывая доставляемые ощущения. Она взяла кувшин целиком и вылила практически половину на место «ожога». «Что ж… осталось только два цветка. Либо практически максимально ускорить регенерацию одной конечности, либо немного на каждую.» Поиграв желваками в непростом решении она сняла ортез с ноги и проделала те же манипуляции с оставшимися лавовыми цветами. Шипя от жгучих ощущений действия трав, она откинулась на подушки. — Открой… чертово окно… Невозможно жарко… Ворон исполнил просьбу и вернулся на стол, маскируясь. Ведьма надела ортез обратно и прибрала все следы совершенных действий. Естественно кроме мокрого матраса и постельного. Но это сейчас доставляло не дискомфорт, а наоборот охлаждало разгоряченное действием цветов тело. — Энид! Волчица услышала знакомый голос прямо за спиной и резко развернулась, чуть не выронив кучу учебников из рук. — Юджин, напугал, — выдохнула оборотень. — А где Уэнсдей? Я ищу ее с самого утра, — парень поправил очки. — Зачем? То есть, она пока очень занята. А что? — полюбопытствовала Синклер глядя на бегающие глаза парня. Что-то с ним явно было не так, рост тот же, движения те же но вот что не так, девушка понять не могла. — Мне нужно с ней кое-что обсудить. «Точно, он не смотрит на меня как обычно. Может просто смирился. но это же Юджин…» — Ладно, пойдём, отведу тебя, — прищурилась блондинка и повела его в сторону, где было меньше всего народу. — Можно попросить тебя об одолжении? Покажи свои руки, — попросила она. — Зачем? — Покажи, — чуть ли не прорычала девушка. — Не стану я ничего показывать, Синклер. Моментально за поворотом острые когти были уже у шеи Оттингера. Прошло некоторое количество времени прежде чем Аддамс смогла уснуть. Это было непросто, учитывая поднявшуюся от доставленных вороном лекарств температуру. Ведьма не знала сколько проспала, но только проснувшись сразу напечатала директору просьбу принести еще воды со льдом, уточнив что это действительно необходимо, а не издевки. Вся одежда на ней высохла, только матрас оставался слегка влажным, и то не на долго. Амайо понимал что делать еще до того, как получил приказ и закрыл форточку, накидывая маскировку. Не должно быть признаков, что Аддамс сама могла встать и открыть себе окно. — Я начинаю сомневаться, что подобное повышение температуры безопасно. — «Это, конечно, радикальный метод лечения, доставляющий определенный дискомфорт. Но он точно безопасен и эффективен. Не поверю что ты не стерпишь этого.» Медиум тихо прошипела. Надо терпеть. — «Сколько это будет продолжаться?» — «Учитывая количество использованных цветов… Пол дня-день точно.» — Merda… Хелена посмотрела на экран телефона и, цокнув, снова вернула взгляд к ноутбуку. «Подождешь, Аддамс.» Тонкие пальцы с парой бриллиантовых перстней снова запрыгали по клавиатуре, набивая текст документа. «Почти, ещё немного…» думала блондинка в тот момент, когда дверь ее кабинета распахнулась и внутрь влетела растрепанная и взволнованная мисс Элле. — В чем дело, Джоди? — напряжённо спросила Галбрейт, вставая с кресла. Вид подчиненной явно не предвещал приятного рассказа. — Шифтеры министерства… снова ограбили лабораторию… я ничего не… все документы, образцы… — женщина громко разрыдалась бросаясь в ноги начальницы. Брюнетка терпела поистине мужественно, но холод был необходим, а директор все не появлялась. — Амайо… К черту маскировку… Принеси лед… Фамильяра не требовалось упрашивать, спустя несколько минут он и сам рванул бы на кухню не дожидаясь приказа. С трудом открыв холодильник, он нес в клюве по одному все брикеты из морозилки, обкладывая гота. Что ж, это слегка спасло ситуацию, правда, не на долго, уж больно стремительно вода меняла агригатное состояние из твердого на жидкое и затем газообразное. Ведьма никогда не думала об этом, но многое сейчас отдала бы за то, чтоб ее опустили в прорубь. Казалось, будто из макушки директрисы вот-вот пойдёт дымок, а ее лицо вмиг побледнело и окаменело. Блондинка не смогла выдавить и слова, лишь брезгливо пнула ногой вцепившуюся в неё мисс Элле и отойдя к камину, закурила от него сигарету, громко захлопнув портсигар. — Следы? — густые клубы дыма вывалили из носа и рта Хелены. — Ник…ких… — задыхаясь от всхлипов ответила женщина. — Охрана? — Бы-была пересменка. — Чеееерт, — директриса сжала кулак у ударила по стене. — Если я завтра проснусь и все не будет на месте, а эти мрази не будут ожидать меня в подземелье, те, кто стоял в охране позавидуют мертвым, — процедила она и резко развернувшись хлопнула дверью в свои апартаменты. Через стенку послышался шум, явно что-то происходило. — Амайо. Верный ворон, что уже таскал помимо льда все что было в морозилке, отвлекся от обледенелого куска мяса, транспортируемого через порог. — Закрой и разбей окно. Ворон не сразу понял приказ и испугался, что у ведьмы поплыли мозги. Допетрил он позже, после исполнения и только вернулся к своей полу-съедобной ноше, как дверь открыли чуть ли не с ноги и так же захлопнули. Птица испуганно подпрыгнула и закаркала, хлопая крыльями. Громкий звук разбитого стекла, слышимый еще за дверью, заставил Хелену остолбенело всматриваться то в птицу, то на странного вида брюнетку таким яростно не понимающим взглядом, будто она задавала какой-то немой вопрос, что даже не сформулировался на языке. Блондинка грозно раскидала в стороны туфли и только ступила босыми ногами по полу, открывая рот и поднимая вверх указательный палец, как растаявшие кусочки льда, что остались на полу от притащенных в постель, сделали своё дело, и директриса смачно растянулась в проходе спальни с так и оставшимися вытянутым вверх пальцем. — Пфф… ха-хах, — с постели послышался тихий хриплый смешок. Брюнетка не смогла удержаться, уж больно комично выглядели нелепые падения людей сами по себе, а тут еще и персонаж особенный. Ворон застыл, будто прикидываясь чучелом, с нелепо расправленными крыльями и вцепившись в мясо когтями, гузкой чувствуя, что грядет нечто нехорошее. Несколько секунд женщина лежала в полной тишине, затем хрипло прошептала. — Уверена, у тебя где-то под боком завалялся нож, Аддамс. Будь добра, кинь его в меня. — Это звучит даже жалко. Аддамс дважды повторять не надо. Лениво выудив оружие из-за спины она прицельно, даже из такого положения в своем состоянии, метнула его, целясь прямо в горло. — Чертовы рефлексы… — прошипела блондинка держа окровавленной рукой лезвие ножа прямо у своего горла. Его острие едва касалось кожи на шее. Женщина снова уронила голову на пол, закатывая глаза и распахнула их уставившись в потолок. — Впечатляют. Я бы взяла пару уроков, — с уважением кивнула коротышка. — Аддамс, ты случайно не знаешь, откуда это пятно на потолке? Взгляд гота устремился наверх. — Понятия не имею. — Похоже, что-то протекает с чердака, — Галбрейт села и помассировала пальцами виски. «Как бы не сойти с ума.» — Теперь я жду объяснений, — почти спокойно, спрятав все что чувствовала глубоко внутри, спросила она. В сложных обстоятельствах эмоции мешают видеть детали. Именно так она не заметила воду на полу. — Ммм… по поводу? — ворон зыркнула на одноименного фамильяра, что б тот отмер и утащил кусок мяса обратно. Он тихонечко принялся выполнять приказ. — Почему разбито окно? — Мой ворон должен был попасть внутрь. — Как он успел достать этот кусок мяса? Почему на полу вода? — женщина пригляделась. Капли вели к самой постели. — Похоже вы сильно ударились головой. — Я не ударилась головой, Аддамс, — прошипела блондинка вставая. — И если ты не хочешь, чтобы жизнь здесь превратилась в Ад, отвечай на мои вопросы, — женщина сквозь зубы выцеживала эти слова, подходя к кровати и рассматривая комнату. — Что ты здесь устроила? — Мне жарко. Вы проигнорировали текстовую просьбу, вероятно будучи крайне занятой. Я понимаю, вы все же директор. И я попросила Амайо проассистировать мое положение. Не принесете холодной воды? Я все еще нуждаюсь в ней. — Если вам так жарко, Аддамс, не кута-… Женщина рывком распахнула одеяло и снова застыла. Гот устало вздохнула. Да, брикеты от растаявшего льда, чуть ли не приготовленные куски мяса в герметичных пакетах и насквозь мокрые вещи и простыни… та еще тема для объяснений. — У меня жар. Идеально было бы переместиться в заледенелый водоем, но такой возможности, очевидно, не было. — Я уж подумала, ты греешь для меня этот фаршированный перец, — подняла бровь женщина и приложила руку ко лбу девушки. — Какого черта, Аддамс?! — ее голубые глаза вмиг сделались круглыми словно монетки. — Ведьмины штучки, — бросила провидица, тепло вспоминая как Энид впервые объяснила свою чуть ли не чудовищную силу в особняке. — Мне правда нужно охлаждение и вода, директор. Директриса тяжело вздохнула. «Как же мне все это надоело.» — Хорошо, я наберу тебе ледяную ванну. — Это было бы чудесно, благодарю. — Звони своей волчице, я тебя тащить не собираюсь, — бросила блондинка, уходя в сторону шкафчика где стоял виски. — Ох, как жаль. А я-то надеялась… — саркастично кинула девушка, уже набирая Энид сообщение. — «Приходи срочно. Галбрейт разрешила.» — «Нет,» — быстро пришло короткое сообщение. — «Я могу умереть если ты не появишься как можно скорее.» Аддамс на самом деле это повергло в ступор. Нет? От Энид? Чтобы придти сюда? Она точно знает, что медиум просто так не попросит, а уж чтоб получить еще и личное разрешение от «мымры» ситуация точно должна пахнуть жареным. И она практически пахнет жареным, буквально. — Ну что там, Аддамс? — хлебнув залпом жидкость из стакана, спросила женщина. — Набираю? Пусть захватит лёд в столовой, если тебе нужно. Девушка поджала губы, тупо смотря в телефон, ожидая хоть какой-то признак жизни на свое недвусмысленное сообщение. — Она сейчас не может. — Поняла, — кивнула Галбрейт и быстро набрав кому-то сообщение, выпила ещё один стакан. В комнату зашли пара шифтеров. — Ее положите в ледяную ванную. И приведёте здесь все в порядок до моего возвращения. Аддамс насупилась и угрожающе зашипела сквозь стиснутые зубы, глядя на вошедших. В пору убить того, кто смеет ее коснуться. Но ситуация против нее, ей действительно нужно охлаждение, пока белки в крови не свернулись. — Хоть одно неосторожное касание и ты лишишься жизни, bastardo. Она сложила руки к грудине, фиксируя ребра, и не сводила убийственный взгляд с шифтера, которому пришлось позволить взять себя на руки. «Черт… Энид, я в красках тебе это припомню. Если это не имеет уважительной причины — неделю меня на руках носить будешь.» — «Не могу,» — высветилось новое короткое сообщение. Громила и ещё один поменьше послушно, без лишних вопросов и разговоров, выполняли приказы госпожи Галбрейт. Ванную быстро набрали и ученица вместе с одеждой аккуратно была в неё помещена, пока второй возился с битым стеклом. Во время погружения послышалось шипящее бурление от воды, и немного пара поднялось над поверхностью. Ведьму блаженно передернуло и, задержав дыхание, она с удовольствием погрузилась с головой аж на целых пять или шесть минут. На смену окна в директорских апартаментах потребовалось около часа, ещё немного на смену матраса и постельного белья. Шифтер периодически проверял состояние медиума, удивляясь, но не спрашивая ее абсолютно ничего. Когда все было закончено, громила стоял у ванны с огромным белым махровым полотенцем. Девушка периодически выныривала, лишь что б набрать воздух по-новой. Видимо это было впечатляюще, учитывая гримасу шифтера, что встречал ее с полотенцем. Цветы все еще действовали, но эффект ощутимо уменьшался. Жар спадал и было разумно вылезти, пока не замерзла от воды и вернувшейся в свою норму температуры тела. — Ты, — обратилась она к ожидающему. — Можешь спустить воду и нести меня в полотенце. Прошлая угроза по-прежнему актуальна. Мужчина послушно выдернул за цепочку затычку, второй же не дожидаясь поднял миниатюрную девушку и как котёнка окунул в мягкое полотенце на руках коллеги, что тут же завернул медиума в кокон и бережно отнёс на спальное место. Что-то в их поведении было странным. Будто это были и не люди вовсе а послушные роботы. — Какая потрясающая дрессировка. Как болванчики. В чем ваше дело? — наконец прекратив шипеть на «заботливые» укутывания своего тела поинтересовалась девушка. Впервые ей доводится встретить шифтеров Галбрейт в человеческом облике и с возможностью поболтать. — Сейчас госпожу лучше не злить. Код красный. — Замолкни, — впервые шикнул на коллегу громила. — Не говори лишнего. Если ещё что-то потребуется, мы будем за дверью, — кивнул он ученице. — Госпожу, значит. Как высокопарно. Само собой что-то произошло. Шум за стеной и «убей меня, Аддамс» из-за ничего не происходят. Брюнетка вытащила из плотного свертка, в который ее завернули, руку и дотянулась до мобильника. — Porca Troia, это еще что значит? — «К сожалению я все еще жива и готова выслушать что у тебя произошло. Подробно.» — «Не могу.» — «И почему же?» — «Что у тебя случилось?» — «Мне пришлось вытерпеть как какой-то вонючий шифтер носил меня в ванную на руках и обратно вместо моей девушки. Та в свою очередь отказывается пояснять свое странное поведение. Я жду, Синклер.» — «Черт. Я не могу в переписке. Мымра рядом? » — «Нет. У нее тоже пятая точка по поводу чего-то горит.» Телефон сразу же зазвонил, и в трубку послышался взволнованный чуть дрожащий шепот. — Уилла… а через телефон будет слышен твой ультразвук? Можешь сделать его? — Скорее всего нет, он высокочастотен. Но я не проверяла. Слушай, — ведьма открыла рот и издала его на низкой громкости. — Не слышно, ладно, кто рассказал мне о твоём дне рождения? — Вещь. Давай уже к делу, она может вернуться в любой момент. Волчица тяжело дышала в трубку, стараясь сформулировать речь. — Я… в общем… тут шифтер. — Вот merda… Ты в норме?! — ворон и сама не заметила как практически безболезненно приняла вертикальное положение, готовая сорваться сию секунду. — Немного обожглась и руки фиолетовые, но да, мы в норме, он сейчас ужинает. Черная бровь дернулась. Осознав свое вертикальное положение она осмотрела грудную клетку и прощупала конкретное место. Почти не больно. — Сейчас же. Объясняй все. — брюнетка принялась снимать фиксирующую конструкцию чтоб проверить и ногу. — Мы обчистили лабораторию мымры, — очень тихо продолжила Энид. — Правда, я пролила на себя какую-то жижу, теперь не оттирается с рук. По ту сторону трубки не было слышно ни звука. Аддамс так и замерла, с рукой на липучке ортеза, округленными черными глазами и абсолютно отвисшей челюстью. — Ты… что… — не своим, дрожащим и тихим голосом просипела девушка. — Связь плохая, или что? Он сейчас ест курицу. — Синклерррр… — крошечное тело затрясло. Как же эта волчица обожает ее выводить своей беспечностью. Надо ей когда происходит что-то серьезное отвлекаться на всякую чушь. — Так вот, мы все надёжно спрятали, там документы и образцы. Я сделала копии на всякий случай, Кайл передаёт тебе «привет». Ведьма очень глубоко и очень медленно дышала, переваривая полученную информацию. — Как ты себя в это втянула. Еще раз ты отвлечешься на то как он жрет или еще на какую-либо херню и клянусь, я встану, переломаю себе все кости, но доберусь до тебя и вытрясу все самолично. — Я собиралась его убить под лестницей, но мы разговорились, он был в облике Юджина, я проверила, с Юджином все в порядке. — Дальше, — буквально рычала медиум. — Он оказался адекватным, ему всего десять, хотя… выглядит он на сорок… ну… можно волосы подкрасить. — Все. Сил моих больше нет. Где вы, сама приду и придушу тебя. — Нет! — пискнула в трубку волчица. — Тогда не отвлекайся, accidenti! Какого cazzo ты поверила ему, пошла с врагом на дело против Галбрейт и сидишь там как ни в чем не бывало?! — шёпотом орала ворон в трубку, начав задыхаться от возмущения. — Да в том-то и дело, что это не враг! Сначала дослушай до конца, Уэнсдей, потом повышай на меня шёпот! — Я буду повышать на тебя шепот, щенок, когда считаю это необходимым, — немного понизив интенсивность тона продолжила нервно девушка. — Как мне тебя дослушать, когда на каждом предложении ты отвлекаешься на всякое merda! Говори. — Этот шифтер не от министерства, он утверждал, что вакцину проводила сама мымра. — Так. Уже лучше. Продолжай, — она немного расслабилась, все еще звуча напряженно. Девушка размотала ногу и опасливо поставила ее на пол. Ничего. Она по-немногу начала переносить на нее вес и… Вот Аддамс стоит на своих двух, вот ходит. Уголки губ дрогнули в улыбке «Оно того стоило на все сто.» Ведьма быстро вернулась в кровать и надела фиксирующий ортез, даже закутав себя обратно в полотенце. — Так вот он показал мне то место, и даже помог незаметно унести все, что нужно. — Нахрена, Синклер, — рычащие интонации вернулись. — Зачем ему это и какого черта ты в это вмешалась. — Это я его заставила. Это улики, Уэнс! Брови взметнулись вверх. — То есть ты хочешь мне сказать. Что нашла шифтера. Который был в чете Галбрейт, но сбежал. И он любезно рассказал где ее какой-то супер-важный склад, который она охраняет всеми силами. А, судя по ее интонациям, полетит не одна голова за то, что не уберегли. Более того, зачинщицей кражи оказалась девушка, которая дороже жизни той, что сейчас в ее комнате под ее охраной и обеспечением восстановления. И все ради чего? Ради того что это улики. Улики чего? Того что нас повесят первым? Я все правильно сейчас понимаю? — самым тихим из возможных шепотов четко вещала провидица. — Нет, Уилла, он не сбежал, он должен работать на неё, но теперь он с нами. Аддамс забавно пыхтела в трубку, не зная что и сказать, открывая и закрывая рот. Наконец собравшись с мыслями она перестала издавать смешные звуки в трубку и просто раздраженно вздохнула. — Надеюсь вы хоть хорошо замели следы. И находитесь в безопасности. У тебя есть алиби? Потому что Галбрейт в курсе что ты не соизволила прийти ко мне, что конечно же крайне подозрительно учитывая наши отношения. — Да мы все сделали чисто. Почти… — волчица взглянула на нового «друга». — Уилла, не волнуйся, я правда сделала все как надо. Мымра должна подумать, что это все шифтеры. — Где ты сейчас с… этим? Хочу с ним побеседовать. Разумеется, культурно, — ведьма задумалась. Пытать десятилеток скучно. А этот, со слов Энид, еще и просто так все выложит. — В библиотеке Белладонны. — Хорошо. По возможности спущусь. Скоро комендантский час, тебе нужно вернуться в комнату. — Как ты собираешься спуститься? — О, а это уже секрет, cara mia, — улыбнулась медиум, довольно ютясь в своем теплом коконе. — Какой ещё секрет? Ну скажи, — блондинка расхаживала по середине просторного зала. — Цветок Эдельвейс запитанный лавой тебе о чем-то говорит? — горделиво усмехнулась Аддамс. Даже Галбрейт, с ее коллекцией трав и компонентов, это бы впечатлило. — Ого! Где ты его достала? — Ну точно не гоняла Амайо на Эверест. Он взял у моей матери и запитал в ближайшем действующем вулкане в Сицилии. Он хорошо постарался. А я была на грани испепеляющей смерти, но результат оправдал себя. — Прости, я не была с тобой рядом… — голос волчицы погрустнел. — Я уже придумала достойную расплату. Будешь носить меня на руках неделю, — упивалась своим довольством ведьма. Ей нравилась подобная демонстрация силы от волчицы. И это было удобно. И мягко… и тепло… — Что?! — проскулила оборотень. — Как тебе только в голову пришла эта идея?! — А так, Синклер, что вместо тебя сегодня меня на руках носили шавки Галбрейт. Найти причинно-следственную связь, думаю, не трудно. Из трубки донеселось приглушенное рычание. — Вот и я о том же. — Я буду носить тебя на руках до конца жизни, Уилла. Только ототру эту фиолетовую дрянь. Брюнетка не смогла сдержать улыбки на такое заявление. — Кстати да. Что за фиолетовая дрянь? Опиши как получила ее и как выглядит, может я смогу помочь. Синклер вздохнула и снова затараторила. — Там был небольшой ящичек с образцами, я случайно сломала одну из капсул, когда рассматривала. Почти прозрачная, с сиреневым отливом, при контакте с кожей имеет ярко фиолетовые пятна. Очень даже красиво, если бы я не знала что это. Хотя я и правда не знаю, что это… — Действительно занимательно… Тебе придется носить перчатки, нельзя исключать вероятность, что Галбрейт сможет опознать этот эффект. Если вдруг начнет проявлять какие-либо симптомы кроме цвета — сразу говори мне. Попробуй оттереть ацетоном, перекисью, спиртосодержащими жидкостями, зубная паста, сода, масло и лимонный сок. Если ничего из этого не поможет — я в конце концов знаю как снимать кожу. Это будет тонкая прослойка, без следов, только верхний слой эпидермиса, — задумчиво перечисляла Аддамс известные ей «хозяйственные» методы выведения пятен разного характера с кожи и вещей, крутя нож в руке. Волчица наклонила лицо и сглотнув посмотрела на руку, сразу же пряча ее в карман. — У меня есть красивые розовые перчатки без пальцев. — Славно. Главное, чтоб не получилось как с твоей матерью и шарфом, и если меня не будет рядом, — кивнула гот, прикрывая один глаз и целясь холодным оружием в одну из картин на стене. — Главное, чтобы эта дрянь не просочилась в кровь через микроранки. Двадцать миллиграм судя по документам, достаточно, чтобы подопытный умер от старости на следующий день, а ты пролила всю, — донёсся где-то издалека чавкающий голос. Так и не отправившийся в чью-то намалеванную на полотне голову клинок выпал из рук и девушка тихо зарычала. — Энид… accidenti a te какого дьявола?! — Да кого ты слушаешь? А ты, ешь молча, — тут же возразила Энид. — Нет у меня никаких ранок, и я себя прекрасно чувствую! — Dio merda, за что мне это все… Синклер, если ты подохнешь, то я воскрешу тебя и самолично прикончу. — Не паникуйте оба, или я тоже начну! За дверью директорского кабинета послышалось знакомое цоканье каблуков. — Энид. Она тут. Конец связи. Ti amo, — Аддамс быстро сбросила вызов и запихнула телефон под подушку, кутаясь в полотенце. Во время довольно длительного диалога она успела уже совсем остыть, и оставшаяся слегка влажной одежда неприятно липла к теперь обыденно прохладному телу. Хлопнув дверью и небрежно сбросив с волос шпильки и заколку, Галбрейт даже ни на секунду не обратив своё внимание к медиуму, подхватила из гардеробной халатик и направилась в душевую «Черт, все равно, само высохнет. Даже и слова ей говорить не хочу, тем более просить о чем-либо. Особенно когда она в таком состоянии.» Аддамс тихо вздохнула и прикрыла глаза, как можно глубже отстраняясь в свое импровизированное укрытие. От такого марафона стимуляторов к регенерации и неприятных обстоятельств мозг требовал перезагрузку в виде сна. тем более снова начинало хотеться в уборную, а Синклер она позвать сможет только завтра. Надо было не бездельничать, а сходить по-человечески пока трепалась по телефону. — Как тебе ванна, Аддамс. Полегчало? — по всей видимости вышедшей из душа Галбрейт тоже уже значительно лучше. А может, у директрисы просто не осталось на этот вечер моральных сил. — Да. Я в полной норме. Надеюсь такого больше не повторится, — без энтузиазма ответила девушка, будто разговора с Энид и ни было, как и мучений в сравнимо с Адским огне. Это она умела хорошо, держать свое лицо. — Чудесно. Мне нужно, чтобы ты поправилась как можно быстрее. Голодна? — Зверски. Что произошло сегодня? Ваше поведение значительно отклонялось от нормы, — вскинула бровь девушка. Она же «ничего не знает», конечно ей было бы любопытно хотя бы попытаться выяснить. Посмотрим что скажет жертва обстоятельств. — Что будешь? Сегодня случилось очень серьёзная проблема, Аддамс. Я предчувствовала. Все мои труды за месяц пошли крахом, министерству удалось достать до моего сердца. У нас украли новые образцы вакцины, документы и результаты моих исследований антидота, — вещала женщина из кухни. — Мясо с любым гарниром и без издевательств. Кофе по-ирландски без сахара и сливок, —Аддамс усмехнулась, решив попытать удачу в необычном заказе. Голова и так достаточно разболелась от всего этого, почему бы и нет? «Значит Энид и этому шифтеру действительно удалось достаточно хорошо замести следы и более того направить по ложному следу Галбрейт.» Ведьму распирало от гордости за своего волчонка. — Подумать только, то прислуга, то личный повар, — цокнула блондинка. — Сперли даже шоколадку со стола, представляешь? Но это даже к лучшему, эти тупицы даже не подозревают о ее составе. Хоть какая-то мелкая радость. Брюнетка сдержанно глубоко вздохнула, прикрывая веки закатившихся до другой вселенной глаз. — «Не ешь шоколад. В нем что-то есть. как можно из подозрительной лаборатории тащить какую-то еду с намереньем съесть?! Невероятно.» — «Да вроде обычный шоколад, я уже съела, хотела сделать маленькую пакость» — «Энид… Ты напакостила только себе. Мне даже любопытно почему Галбрейт так гадко довольно говорила об этом шоколаде. Держи в курсе.» — «Даже на запах он был обычным, я не чувствую ничего, кроме непреодолимого желания выкрасть тебя оттуда.» — «Il tempo lo dirà, amore.» Медиум отложила телефон и вперилась пустым взглядом в потолок, стараясь игнорировать все три базовые потребности организма, беспокоящие ее сейчас. — Так что, Аддамс, как только ты поправишься, ты найдёшь виновников. Кто бы это ни был, я тебя щедро награжу, — Галбрейт принесла поднос к кровати и деликатно разрезав мясо ножом, поддела кусочек вилочкой и протянула к ее рту. — Было бы очень интересно узнать как мне это сделать. Я не личный детектив. Я убийца. Прошлогодняя попытка почувствовать себя сыщиком-криминалистом была в лучшем случае провальной. Я дважды указала пальцем не на тех людей, не догадываясь о происходящем пока мне ответами в лицо не ткнули. Увольте. Девушка голодно вырвала кусок мяса с вилки с характерным скрипом зубов о металл, с наслажденным мычанием пережевывая его. — Тебе не придётся делать это одной. Более того, ты не должна ничего делать в одиночку. Узнаю хоть об одном деле за спиной… Ох, — вздохнула она. — …Лучше, мне не узнать. Вкусно, Аддамс? Ешь как оборотень. — Игра в команде. Мне. Да уж, блестящая идея, сказать нечего, — ворон так же вцепилась и в следующий протянутый кусок. — Вкусно. А говорите не повар. Девушка обвела взглядом поднос. Не найдя искомого напитка она вопросительно вздернула бровь. — Кофе? — Ирландский? — усмехнулась Хелена. Ведьма кивнула, невинно слегка приподняв брови. Женщина застыла на пару секунд, изучая выражение лица девушки, затем оставив поднос на кровати принесла два стаканчика и самую дорогую бутылку, что была в ее коллекции. — А чего мне уже собственно терять, — приподняла она уголок губ и разлила жгучий напиток по стаканам. — Между нами, девочками, — Галбрейт подмигнула и взяла свой. — Ах да, прости, забыла, что тебе нужно предложить. Прошу. — Вы забыли один из двух основных ингредиентов Ирландского кофе. Кофе. Но, так как это был только завуалированный предлог, то я приму это. Брюнетка взяла стакан рукой свободной от новомодного аналога гипса и залпом опустошила свой. — Кто же так пьёт виски «Dalmore», Аддамс? — ужаснулась Галбрейт, взявшись за сердце. — Где уважение к напитку? Это тебе не жижа с ваших вечеринок. Здесь нужно посидеть, подумать, оценить, насладиться. — Оу… Не разглядела бутылку. Какого черта… — сама Аддамс была в шоке от того, что она себе позволила. — Почему вы поделились со мной таким напитком? — в искреннем изумлении переводила растерянный взгляд девушка от теперь рассмотренной бутылки к Галбрейт и на свой пустой стакан. Даже с таким кощунством просто закинув в себя его чувствовался непередаваемый восторг от вкусовых ощущений. Это второй лучший напиток в жизни что она пробовала, сразу после ведьминой травы. — Признаться, твоя компания пока лучшая для него, — блондинка с большим удовольствием потягивала обжигающую жидкость. — Не думала, что вы настолько меня цените, директор, — даже как-то пристыженно стушевалась медиум. — Не стоит. — Когда-то я утверждала, что у меня не будет любимчиков, — ухмыльнулась женщина, отсчитывая секунды до вот-вот грядущего опьянения ученицы. — Лучше так тому и оставаться. Я убью вас при первой же попытке нанесения вреда тем, кто мне дорог. Ворон тряхнула головой. «Вот же мощное пойло. Не ведьмина трава, но мозг расслабляет знатно.» Конечно, выпить разом треть стакана высокоградусного алкоголя, еще и такого качества. Девушка откинулась на спинку кровати и запрокинула голову, прикрывая веки и ощущая как в черепной коробке будто поселился целый рой муравьев, бегающих своими маленькими конечностями по серому веществу и приятно щекоча его. — Время за стаканом виски не лучшее для угроз, Аддамс. Лучше скажи мне как там Синклер, почему же она к тебе не пришла, неужели на меня так обижена? Я же добрая, — мысли потихоньку начали заплетаться и у директрисы. Чертова генетика быстро пьянеть. — Наша разлука доставляет нам обеим необъяснимый для вас дискомфорт. Она не очень хорошо себя чувствует. Видимо моя былая лихорадка приключилась и с ней в тот же момент. Ожидаемые побочные эффекты, — провидица сложила самую удобную ложь в голове какую только смогла придумать в этот момент. И лицо и интонация были предельно тривиальные, как говори она нечто само собой разумеющееся. — Ваша связь поразительна, Аддамс. И что, вы так собираетесь быть вместе всю жизнь? — И жизнь. И смерть. И после нее. На протяжении всей необъятной бесконечности. Мы будем наблюдать смену тысячелетий, как зарождаются и умирают звезды, держась за руки, — нетрезво мурлыкала ведьма, ухмыляясь уголком рта и воодушевленно качая головой в стороны. Язык слегка заплетался, но разум был чист. Почти. Чуть помутнённые алкоголем голубые глаза грустно «улыбнулись». — Мда, Аддамс, я думала, что ты можешь взлетать высоко, но не думала что до звёзд. — С ней я могу разорвать к чертовой матери ткань бытия, разодрать пространство на нитки, чтобы она могла связать из них себе новый снуд, если таково будет ее желание. Откровенно захмелевшая девушка уже не разбирала какого черта она несет. Просто выговаривает, что придет на ум. А учитывая поставленный вопрос, так и подавно можно забыть об адекватности ответов в таком состоянии. — МММ вот это могущество, а я все голову ломаю, как одолеть этих шифтеров, а ты оказывается все это время скрывала свои способности. — Они не мои, и тем более не ваши. К счастью, — поморщилась Аддамс, издав какое-то подобие хриплого смешка. — Признаться то, что я видела в пыточной меня поразило до глубины души, — Хелена допила последний глоток и прилегла на кровать рядом с готом. — Держу пари это лишь малая часть проклятия. Я могу уничтожить этот мир ради нее, если мое тело это выдержит. Это пугает. Но так завораживает. Чистое разрушение, — уже в полусне мямлит брюнетка, не осознавая нахождение директора на второй половине кровати. — Ах вот оно что… так это проклятие… Тогда это многое объясняет. Очень многое, — голубые глаза забегали по комнате, соединяя события по логическим цепочкам. — Ммм? Да? Что например? — коротышка перевернулась на бок, сворачиваясь клубком, но не забывая издавать недовольное шипение от «переломов». Даже в такой консистенции Аддамс остается Аддамс. Конспирация превыше отсутствия осознанности. — Твои безумные выходки. Аддамс, тебе нельзя лежать на боку. — блондинка осторожно подтолкнула девушку к положению на спине. — Ха-ха, да. Безумие идет под руку с любовью. Они неразлучны. Небольшое тело конечно не сопротивлялось насильственному перемещению, наоборот слишком легко подалось. — Можно еще? Я ощущаю потерю консистенции. — Ещё что, Аддамс? Толкнуть? — Нееет, — отмахнулась девушка левой рукой и тут уже зашипела от настоящего дискомфорта. — Чертовы… рука. Еще стакан. Клянусь, на этот раз не разочарую вас своим… эмм… да. — Нет, — серьезно отрезала Галбрейт. — Это не тот напиток которым стоит заблевать пол. — Не блюю от алкоголя. Слово… убитого мной скаута. Сбоку раздался хохот. — Ты неподражаема, Аддамс. Если только пару капель, — женщина потянулась к столику через всю кровать и немного подумав, так и не смогла отличить их стаканы. Налила в первый попавшийся и протянула девушке. — Приму как комплимент. Кряхтя и опираясь на «здоровую» ногу медиум приняла более вертикальное положение, дабы исполнить клятву сделать все как полагается. Она понюхала напиток и тихо мурлыкнула, затем набирая немного в рот, подержала с пару секунд и проглотила. — Incomparabilmente… — сорвался благоговейный шепот с губ, чуть ли не молитва. Ворон снова повторила этот нехитрый ритуал. — Планка отныне задрана слишком высоко. — Я люблю себя побаловать, — укладывая голову обратно на подушку пробормотала блондинка. — Это заметано… заметено. Нет… заметно. Да. Много дольше расправляясь с этой порцией и впитывая ощущения от каждой капли провидица окончательно разомлела и стекла с полу-лежачего положения, в полностью горизонтальное. Ее рука все еще держала стакан, при чем по мере сползания умудрялась работать как стабилизатор. Будь стакан наполнен до краев — не пролилось бы и капли, но он был пуст, что добавляло комичности. Не весть что творилось под этой черной шевелюрой, но она посчитала самым правильным поставить его прямо на свой живот как на столик, будто так и надо. — А почему я на… вы… на вашей кровати. Если я с тем же успехом могла отлеживаться на своей? Ха-ха, как своево-… своеври-… cazzo, своевременно заданный вопрос. Галбрейт тихо посмеиваясь от нелепых действий ученицы. — Чтобы… чтобы пить с тобой виски, Аддамс, — она протянула руку и забрала с живота девушки стакан. — Сигаретку? — Оо, это весомый аргумент, — совершенно серьезно восприняла такой ответ девушка. Последовавшее предложение выбило из нее восторженную интонацию. — Это лучшее, черт побери, предложение, что вы могли мне сейчас сделать. Непременно. С довольной ухмылкой женщина чуть приподняла корпус и нащупала в кармане халата портсигар, с коим никогда не расставалась. Достав одну сигаретку двумя пальчиками, она чуть завалившись на бок поднесла ее к губам медиума. — Без попыток откусить пальцы. — И не помыслю, учитывая текущие обстоятельства, — ведьма аккуратно обхватила губами предложенный фильтр и слегка приподняла уголки губ, предвкушая грядущее еще большее наслаждение. — Где твой нож? — Черрт… кажется вы оставили его под кроватью, — поморщилась девушка. — Либо забрали шифтеры во время уборки. Я потеряла его из виду и не предпринимала попыток отыскать, не до этого было. — Ладно, у меня есть зажигалка, — женщина поднесла огонёк и закурила сама. — То что надо, — выдохнула она. — Вот знаешь, Аддамс, — Галбрейт стряхнула на брюнетку пепел. — На тебе хорошо бы смотрелся ошейник. Медиум с интересом подняла с себя двумя пальцами горсть пепелинок и попробовала их на язык. «А неплохо.» кивнула она пару раз, на лице отражая отблеск своей мысли. — Вы так считаете? — Уверена. Задумалась ещё когда ты была на стуле в пыточной. Кстати твои синяки очень быстро проходят. — Я… Я бы подумала над этим. Мне нравятся ошейники. В сомнение бросает, что они могут мне не подходить по… мммм… имиджу, — ворон вопросительно глянула на свою сигарету, зажигалку и в глаза Галбрейт. — Да, это так. Я ощущаю все меньше дискомфорта. Не представляю что за травы вы мне даете, но работают потрясающе. Отдаю должное как ведьма. — Ну уж явно не цветок эдельвейса… — Безумно редкое лекарство. И то не дало бы такой эффект. Сжалившись над девушкой, Хелена наконец поднесла зажигалку к ее сигарете. — Да что ты говоришь. А я начинаю привыкать, к тому что ты пытаешься всеми силами меня одурачить. Ты думаешь я не поняла, что с тобой происходило весь день? Почему ты не можешь просто мне сказать как есть, Аддамс? Девушка с удовольствием затянулась и прикрыла глаза, хрипло посмеявшись. — Ха-хах… Наверное это уже скорее как спортивный интерес, директор. — Я люблю такое… но не в критические дни, — тоже затянулась блондинка. — Я имею ввиду не кризис… в общем ты поняла. — К сожалению, мне не удалось достать достаточное количество для полного исцеления, так что это не важно. — Удивляюсь, что тебе вообще удалось достать его. Это очень редкое растение, не в каждом саду растёт. — Моя мать ведьма, как и я. У нее внушительные коллекции, не хуже ваших. Амайо потрудился чтобы запитать их лавой, подпалил пару перьев. Практически все из того, что он смог донести до жерла ожидаемо сгорело. Имеем что имеем. Провидица привычным методом потушила сигарету и избавилась от окурка. — Хм, говоришь неплохая коллекция… Так насколько тебе удалось себя восстановить? — спросила Галбрейт и удобно устроившись на спине, прикрыла глаза. — Достаточно, чтобы удержать свое тело на костылях, самостоятельно добраться до уборной и сжечь те унизительные принадлежности, на которые вы посчитали хорошей идеей потратиться. — Пожалуй спрячу их до лучших времён, — не без издевки в голосе пробормотала блондинка. — Прекратите. Я никогда это не надену, — из расслабленного сонного лица провидица вмиг сделалась раздраженной. — Ну хотя бы пустышку? — Дьявола ради… — Такая пусечка, когда злишься, — подливала масла в огонь Хелена. Лицо ворона отразило агонию и ярость. — Вам доставляет невероятное удовольствие унижать меня. Почему. — Ну почему? Не только тебя… — Выпытывать из вас ответы раздражает, — уже сквозь сон мямлила ведьма. — А ты не раздражайся, Аддамс. — Да как же не… *зевок* не раздражаться, когда вы дразнитесь… Постоянно… Брюнетка словно забыв предостережение директора про ее «сломанные» ребра снова развернулась к ней лицом, в этот раз заворачиваясь в одеяло, тут же начав тихо и мирно посапывать. — Аддамс, — Галбрейт ткнула девушку в плечо. — Мне по-твоему одеяло не нужно? —М-ммм… — послышалось из кулька недовольно-отрицательное мычание. — Нечестно, Аддамс, я тебя пою, кормлю. Ответом послужило ровно ничего, кроме тихого дыхания спящей пьяньчужки. Женщине только оставалась глубоко вздохнуть и подлезть под маленький уголок. — Я припомню это тебе завтра.