Дневной свет

       Регулус ощущает на пятьдесят процентов всё то нытье, о котором говорит Сириус, когда его принудительно запирают в доме на площади Гриммо. Только он не гриффиндорец и у него был всего один случай, когда он действительно ненавидел свою мать. Именно тогда, когда он понял, что Воландеморт из себя представляет.       Правда Сириус может сбегать и проводить ночь где угодно, кроме этого дома. Если только Дамблдор не запретит ему, как делал это уже не раз.       На самом деле, самое худшее в этом заколоченном гробу то, что иногда сюда приходят чужаки. Гораздо чаще, чем хотелось бы, мать постоянно кричит в портрете, приходится ее успокаивать, хоть Регулус чаще всего просто игнорирует ее как все. Не замечает, равно как и причитания домовика. И его мнимую заботу. Когда вместе со всей оравой появляется Снейп, хотя бы можно сцедить яд не обжигаясь, но он приходит не всегда, а когда приходит, плохо выглядит и не задерживается надолго. Его забота тоже бесит. Регулус говорит, что не нуждается в еде, Снейп говорит, что его не волнует его мнение. Регулус говорит, что уйдет, если Снейп заставит его делать то, что он не хочет… Снейп язвительно отвечает, что дверь наружу всегда открыта, вот только Сириус ноги не вернет. А потом «старый друг» предлагает прогуляться. Регулус быстро складывает варианты. На руках Снейп его не потащит, если ползти на коленях — нет смысла в прогулке, наколдовать как её…стул? Кресло?.. Кресло-стул или типа того, в общем, средство передвижение Регулус отказался. Остается Левикорпус, еще хуже, чем кресло-стул.       Сегодня весь день какой-то грохот снаружи. Дети и еще Мерлин знает кто, толпа собралась как на парад. Когда кто-то стучится в дверь, Регулус злится на себя. Его обычное состояние. С тех пор как пришло полное осознание собственных действий, сгусток злости всегда преследует его, давит на грудь. Регулус поворачивает голову и рявкает:       — Занято.       Дверь все-таки открывается.       — Я не хочу есть эту еду, Сев, оставь меня в…       Регулус косит глаза. И встречается взглядом с Люпином. Мужчина — слишком бледный, с пугающими золотыми искрами в глазах и с доброй, немного усталой улыбкой приходит в комнату с подносом и закрывает за собой дверь. Когда он приближается к свече, шрамы на лице резко выделяются. Регулус сначала смотрит на них и только потом замечает выражение лица, с которым Ремус говорит.       — Очень даже зря, ты такой еды никогда не пробовал.       Регулус мрачно смотрит на него и, не сумев выдержать слишком добрый взгляд, слишком мягкую улыбку и слишком сильный контраст красных рубцов с кожей, отворачивается. В нём все всегда было в чрезвычайно сильной манере. Он не выделялся среди остальных, но на солнце редко обращают внимание. Гораздо чаще - на звезды, коими были Сириус и Джеймс.       — Молли приготовила много еды, а ты не спустишься до их ухода, верно? Орден пробудет здесь еще несколько часов.       Годы практики и наказаний приучили Регулуса держать лицо, но гораздо дольше он чувствовал непереносимую боль, поэтому с тайным стыдом он понимал, что все эмоции грозятся выйти наружу и исказить черты лица. Голос матери в голове сообщал, что даже в таком простом деле Регулус ее подвел.       Ремус ставит поднос с соблазнительно горячим супом, булочками и чаем. Регулус смотрит на еду, а потом с вызовом на оборотня.       — Спасибо, это лишнее.       — Но ты голоден.       — Неправда, я…       — Сказал, что это лишнее, если бы ты был не голоден, то сказал бы, что не голоден.       Регулус приоткрывает рот. Первым шагом было возмутиться, но Регулус та ки не сказал ни слова. Люпин смотрит на него своими щенячьими глазами. Ну как он может быть таким благодушным?! Этот человек на прямой текст идти подальше ответит «с удовольствием»!       — Еда не отравлена, если хочешь, я могу…       — Дело не в еде!       Регулус быстро затыкается, поняв, что сболтнул лишнего. Люпин удивленно наклоняет голову, и Блэк поспешно отворачивается.       — Дело в том, что я оборотень?       Регулус стискивает челюсти.       Улыбка на лице Люпина стала снисходительной. Должно быть всю жизнь ее тренировал ради таких случаев.       Не дождавшись ответа, выражение лица Ремуса стало немного печальней. Регулус понятия не имел, что в этот момент оборотень может быть еще бледнее, чем после полнолуния.       — Постарайся поесть. Твоему телу необходимы питательные вещества, иначе оно не справится с нагрузкой. Шоколад можешь не есть.       Когда Ремус уходит, Регулус, нахмурившись, смотрит на шоколадку на подносе. Обычно он спускается за едой сам, ничья помощь ему не требуется. Северуса бьет по рукам, а Кричера посылает в редких случаях, чтобы домовик перестал киснуть. Во всем остальном…ему не нужна помощь.       На кухне все еще остались Молли, Артур и дети, благо они не замечают внезапного отсутствия Люпина. Заметить его отсутствие может только Тонкс, если так подумать. И Сириус, если ему что-то не нравится, например, его брат.       — Чего ты пытаешься добиться, таская ему еду?       — Ты прямо как Снейп, — отвечает Люпин и его охватывает дрожь. Все еще не привык к мысли, что они делят постель. — Мы сегодня задержались, собрание было долгим, а Регулус ничего не ел со вчерашнего вечера.       — Если бы был голоден, попросил бы Кричера.       Сириус лежит на диване и над головой вертит волшебную палочку.       — А может он такой же гордец, как и ты?       — У кого-то появился яд?       Ремус хлопает по ногам Блэка, чтобы тот их подвинул, сам садится на освобожденное место.       — Молли оставила еду. Ты будешь проводить ночи в Хогвартсе, а Регулус ни за что не притронется к еде, зная, что ее приготовила миссис Уизли.       — Ну так пусть ничего не ест, — бормочет Сириус.       Ремус недовольно цыкает. Это даже хуже, чем яд.       — Долгое время младший брат был для тебя мертв. Для всех нас, вообще-то, но, на самом деле, ты помнишь хоть раз, когда мы говорили об этом в школе?       — Нет, потому что не о чем тут говорить. — Сириус скрещивает лодыжки на бедрах Люпина. — Регулус оказался там же, где и вся моя семейка, и заслуженно. Не вижу смысла притворяться, что он для меня что-то значит, этого никогда не было и не будет сейчас. Он умер пятнадцать лет назад, точка.       — А что если пятнадцать лет назад умер тот Регулус, который был частью семьи Блэк, а не частью твоей?       — Я не понимаю, что ты говоришь.       Блэк закрывает глаза и пытается уснуть. Ему совсем не хочется понимать вещей, которые с самого начала — с тех пор как увидел Регулуса — пытается вдолбить ему Люпин, потому что всё, что друг советует это «пойди и поговори с ним». Узнай его, помоги ему, пойми его. Черт возьми, он не хочет делать ничего из этого.       — Ты разговаривал со Снейпом? Спрашивал его, как умер Регулус?       — Нет.       — А я да. Либо Снейп не собирается говорить мне деталей, либо Регулус не всё ему рассказал, в любом случае, он хотел как-то помешать Темному лорду и попался в его ловушку.       Сириус поджимает губы.       — Его схватили инферналы, он отрезал себе ноги, чтобы выжить. Или кто-то там их отрезал, при чем здесь Воландеморт вообще? Как ты мог этому поверить, это сказка для мракоборцев.       — Если бы Северус не хотел, чтобы я знал правду, ему было бы достаточно мне ничего не говорить, он бы не стал тратить время на вранье.       Сириус был вынужден с этим согласится. Сплетенную из тайн и недоверия к людям ложь Снейп с отсутствующим у него стыдом предоставляет только избранным.       — Все равно это глупости. Чему он пытался помешать и как? Почему оказался в лапах инферналов, как они вообще там оказались?       — То, что ты не знаешь всех деталей, не значит, что ситуация в целом не правдива. Пересмотри свои взгляды на вещи.       — Ради братца не стану.       — Вот теперь ты просто упрямишься.       Люпин скидывает ноги и идет к камину.       — Северус не хочет со мной видеться после…ты знаешь. И он знал Регулуса лучше, чем ты.       Люпин собирается уйти, и Сириус кричит ему, приподнявшись на локтях, чтобы видеть за спинкой дивана:       — Мне нужно быть с Гарри на слушании.       — Ты одни проблемы принесешь, — говорит в ответ друг, идя спиной вперед.       — Эй!       — Артур знает министерство и мракоборцев лучше. То, что ты там будешь сидеть и нервничать, не принесет пользы. И там будет директор Дамблдор.       — Я его крестный. Это моя работа: нервничать.       — Ну тогда сделай что-нибудь, крестный.       

＊＊＊

      Этот год можно смело назвать самым худшим. Министерство отправило в школу Долорес Амбридж, всё, больше причин не нужно, эта женщина превратит в грязь золотую монету, коснувшись ее пальцем. Когда Сириус заявляется в школу, оказывается, его ищет половина преподавательского состава. Он не ехал вместе с детьми в повозке с фестралами и не плыл в лодках с первокурсниками. Честно говоря, у Сириуса был свой метод передвижения, поэтому Минерва поймала его уже на подходе к Большому залу.       — Сириус. Немедленно становись Бродягой.       — А…Я…Что?       — Слушай что говорят, давай.       Сириус послушно меняет облик и трусцой идет за деканом Гриффиндора. Минерва чем-то взволнована, и Сириус надеется, что его не огорошат какой-нибудь жуткой новостью.       Сириус старается передвигаться незаметно и бесшумно, но все равно так или иначе ловит чей-то взгляд. Учителя стараются сделать вид, что бродячая собака в школе обычное дело. Выходит даже хуже, чем просто «скверно». Бродяга обходит какую-то розовую дамочку и шестым чувством понимает, что проблема в ней. Дамочка его не замечает, а потом оказывается той самой жуткой новостью.       Сириус лег между директором и Макгонагалл, из-за черной мантии Снейпа черная шерсть гримма с ней сливается, поэтому Долорес Амбридж его не видит. Это ненадолго. После речи и завтрака, Дамблдор и Макгонагалл намереваются пойти к ней. Сириус вскакивает на четыре лапы и идет между ними. Краем уха слышит, что Дамблдор вежливым тоном еще раз приветствует сотрудницу министерства в школе. Минерва молчит, и Сириус отлично ее понимает. У него на языке странный привкус, будто он наглотался яда от духов Амбридж.       Наконец, Долорес обращает внимание и на собаку. Ее лицо едва заметно кривится, а потом снова натягивается, как будто за ниточки потянули. Бродяга смотрит на нее неотрывно, прекрасно зная, как этот взгляд может напугать кошатников.       — Собакам место на улице, Дамблдор, — выплевывает Амбридж. Бродяга ей улыбается.       — Уверяю Вас, Бродяга не представляет угрозу для студентов.       — Помнится, и о гиппогрифе вы были того же мнения. Стоит ли мне включить этот аспект в отчет?       И также снести мне голову, стерва?       — Как Вам будет угодно, — с искрой веселья соглашается Дамблдор, подхватывает полы мантии и спускается по ступенькам кафедры к столам факультетов. Минерва вежливо улыбается всего на секунду и идет следом величественной поступью, Сириус топает за ней совершенно не обращая внимания на Амбридж. Не за чем провоцировать этот улей.       — Мой совет… Бродяга. Высовывайтесь поменьше. Пострадаете от этого только вы, мы ведь не хотим, чтобы Гарри остался без крестного в такое тяжелое время?       Бродяга согласно лает. Мимо проходящего Малфоя он прихватывает за мантию зубами. Драко замечает это только когда что-то оттягивает его вниз и только потом кривится и отряхивается. Бродяга смеется. Смех пса похож на отдышку глубоко старого человека, а Минерва против воли улыбается.       

＊＊＊

      Сириус отстраненно слушал лекцию о свойствах киновари и применении этого минерала в целительском ремесле пока ему не надоело бездействовать.       В то время как все студенты скопились на складе, он спускается со стола и берет из шкафа Снейпа котел. Он преподавательский, поэтому пользовался им только Снейп, что спасло Блэка от толкучки на складе.       У Снейпа дергается рука, когда Блэк с грохотом ставит котел на его стол.       — Хочешь, чтобы гриффиндор лишился еще десятка баллов? — интересуется Снейп, наблюдая за манипуляциями анимага.       — После твоих пар у них и так мало шансов на кубок, так что валяй. У меня есть условия.       — Идет.       Сириус задним числом предполагает, что его где-то провели, а он даже не заметил.       — Что-то ты легко согласился.       — Ты сам сказал. У гриффиндора и так мало шансов на кубок. — Уголок губ на лице Снейпа дергается в улыбке.       Блэк смотрит искоса.       — Моя ставка — пять.       — Два.       — Четыре.       — Один.       — Сев… На этот раз это не сработает.       — Хорошо. Три.       — Так и должно было произойти, верно? Три и один прямо сейчас.       — Нет.       — Ладно, просто три.       — И ты выполнишь условия, если я выиграю. Никакого жульничества.       — Я тебя понял. Я же не какой-нибудь падкий на хитроумные, скользкие замыслы, да?       Блэк подозрительно щурится.       — Вы никогда не задумывались, почему Блэк постоянно здесь ошивается? — спрашивает Панси Паркинсон, когда она, Блейз и Малфой собирают флаконы с полок. Драко шепчет себе под нос состав зелья, поэтому не замечает ее, и Паркинсон поворачивается к Забини. Слизеринец пожимает плечами.       — Здесь его крестник.       Паркинсон наклоняется и находит среди Золотого трио Избранного. Потом выпрямляется.       — Как-то слишком много вертится вокруг Золотого мальчика.       Малфой фыркает. Забини и Паркинсон смотрят, как сиятельный наследник разглядывает содержимое прозрачного флакона с засушенными травами, нарочито пристально, как будто позирует для журнала «Практика зельеварения».       — Разумеется, Блэк просто хочет держать Северуса подальше от своего дорогого крестника. — На последних словах Драко начинает кривляться. — Никакой интриги, Паркинсон.       — Н-да? Посмотрим. Сегодня.       Студенты работают в обыкновении в парах, Драко был способен приготовить зелье самостоятельно, его навыкам зельеварения можно было только позавидовать или поиздеваться над его занудством.       Снейп делает вид, что читает, а затем поднимается и идет к полкам с книгами. Блэк придумывает кое-что. Ему ведь необходим рецепт зелья, сам он по памяти как Снейп вряд ли приготовит. Иначе точно не видать двадцати баллов, еще и снимет за смехотворную попытку. Блэк пялится в одну точку на черной мантии Снейп, пока тот стоит к нему спиной. И будто лампочка над головой вихристая прядь на затылке выбивается из общего потока и торчит на макушке. Блэк отталкивается руками от стола и идет по направлению к нему. Нарезающие за своим столом ингредиенты Панси, Драко и Блейз синхронно поднимают глаза и следят за его передвижением.       Снейп ниже Сириуса на какие-то сантиметры, и анимаг никогда не устанет об этом напоминать. Ему также пришлось вытянутся вверх, чтобы поставить «Путеводитель по классам зелий для продвинутого обучения» на верхнюю полку. Далее последовали «Рецепты зелий продвинутого уровня» и тут его ладонь перехватила чья-то рука. Руки Блэка, кстати, тоже больше, и кожа немного темнее оттенком. Северус берег руки, так как без них у него не было бы профессии. У Блэка же они шершавые, с царапинками шрамов и неровно обрезанными ногтями. Широкие и сильные, способные поднять значительный вес, если понадобится.       У Северуса непроизвольно округляются глаза. Чужая грудь всего в паре сантиметрах от спины, но Снейп эти сантиметры прекрасно чувствует. Пальцами Блэк перехватывает за корешок книгу, которую держит зельевар, и в этот раз никаких сантиметров нет, Снейп отчетливо чувствует касание к своим пальцам. Хоть и совсем легкое, его все равно передергивает.       Одновременно с этим, глаза троих слизеринцев чуть не выпадают из орбит, рот Панси раскрылся до непозволительной для ее манер длины.       — О, то, что я искал, — хихикнув, говорит Сириус.       Блэк вальяжной походкой отходит в другую сторону. Напряжение спадает с плеч Снейпа, однако он все еще подозрительно долго не двигается.       Блейз дергает Малфоя за рукав. Драко отклоняется назад, чтобы увидеть слизеринца, они сидят по разные стороны от Паркинсон.       — Похоже Панси покинула эту планету, — спокойно говорит Забини.       — Тут нет нужного рецепта. Не знаешь, где справочник для зелья Собачьего дыхания?       Сириус подходит слишком быстро и слишком близко. Он высматривает название книги над плечом Снейпа. Буквы расплываются, поэтому Блэк подходит ближе и тянет руку к фолианту. Как по команде он останавливается. Мурашки предупреждают об опасности совсем рядом — о дементорах. Но ни дементоров, ни опасности здесь нет.       Опустив глаза, Блэк понимает, откуда возникли эти чувства, хоть и задним числом. Опасность не слишком пугающая, но вполне реальная. Палочка больно давила между ребрами, пристальный взгляд подобрался к самым глубинам души опасно близко, поэтому инстинкты заверещали уйти в оборону. Снейпу даже не пришлось двигаться с места, чтобы напугать волшебника.       — Знаю. В любом другом месте, кроме моего кабинета, если ты сейчас же не перестанешь.       Блейз и Малфой оборачиваются на глухой звук. Паркинсон упала со скамьи, остались только ее ноги. Снейп и Блэк тоже отвлекаются и смотрят на них.       — Что вы сделали, мистер Малфой?       — Ничего, профессор. Мы еще даже не начали.       — Отведите мисс Паркинсон в больничное крыло.       — Да, профессор.       Малфой недоволен, но не показывает этого, пока не выходит в коридор. Панси приходит в себя сразу, как только Блейз с невозмутимым лицом выливает на нее Агуаменти, поэтому до больничного крыла слизеринцы идут на своих двоих, после чего Малфой молнией возвращается в класс.       — Я что-то пропустил?       — Ничего, Блэк готовит зелье, — отвечает Забини, не отворачиваясь от своего котла. Малфой замечает то, что он делает, только через полминуты.       — Кто так режет корень? — возмущается он и берет пальцами маленький нож. Блейз закатывает глаза.       Через час заканчивается урок, Сириус выбрал зелье, на которое ему хватит времени. Он никогда не делал зелье Собачьего дыхание, но название заинтриговало, да и его свойствах он немного знает. В конце варево получается прозрачным, с приятным огненно-рыжим отливом, как закат. Сириус какое-то время наблюдает за творением рук своих и тянется за половником.       — Зельевар сам пробует собственное зелье, разве не так?       Снейп наклоняется над котлом и после нескольких секунд раздумий отходит назад и складывает руки на груди, подцепив ими мантию. Блэк выпивает зелье под взглядами студентов. Ничего не происходит.       — А когда оно должно подействовать? Вот черт.       Сириус быстро меняет форму. Студенты начинают поднимать гвалт, Блэк мгновенно исчез, никто не понял, что произошло. В кабинет врывается Амбридж, и теперь стук ее каблуков звучит громче, чем крик голодного тролля. Снейп смотрит на министерскую чиновницу, не изменившись в лице.       — Профессор Снейп! Да будет вам известно, что министр не одобрит подобные выходки за моей спиной! — визгливым криком неинформативно сообщает Амбридж. Снейп отклоняется назад, так как колдунья становится к нему слишком близко. Бродяга выглядывает из-за стола и лает. Амбридж подскакивает как ошпаренная. — Дворнягам не место в классе зельеварения!       — Я даю ему зелья на проверку качества, — невозмутимо говорит Снейп.       — Вы работаете с опасными реагентами, профессор Снейп. Собачья шерсть, и запах, и слюни, — тут Амбридж морщится, а Бродяга лижет морду, специально выставляя два ровных ряда клыков. — всё это неприемлемо во время приготовления зелий. Дамблдор что, набирает преподавателей из подворотни?       — Не учите меня моему ремеслу. — Тон Снейпа холоден, на этот раз он смотрит Амбридж прямо в глаза и не позволяет ей самой приблизиться, вместо этого сам делая шаг. — Если у вас нет никаких претензий помимо моей собаки, прошу вас дать мне возможность продолжить занятия.       — Я этого так не оставлю, профессор Снейп.       Амбридж разворачивается и на своих маленьких ножках практически бежит к выходу. От стука ее каблуков пульсируют окна. Сириус внезапно чувствует, как из желудка поднимается скопившийся воздух. Когда он открывает пасть, на поверхность вырывается столб огня. Студенты на передних партах пригибаются, но их касается только жар, весь огонь пронесся по проходу между партами и чуть не коснулся спины Долорес. Она оборачивается и начинает искать глазами что-то прилетевшее ей в спину, вместо этого видит направленные на нее десятки глаз, в том числе собачьи. Не найдя никаких уловок, она выходит с громким хлопком дверью.       После недолгого шокированного молчания Сириус возвращается в человеческую форму.       — Зелье сработало, — довольно говорит он и широко улыбается Снейпу.       — Не в полной мере, — мрачно отвечает Снейп, сетуя на то, что пламя даже не обожгло Долорес.       — Эй, наш уговор.       — Можешь не переживать, Блэк, — тягуче произносит Снейп.       Сириус улыбается. Драко и Блейз выходят из оцепенения и смотрят друг на друга. Пламя могло бы поглотить их, они сидели на первой парте, но оно пронеслось мимо, как жизнь перед глазами.       У Драко смешанные чувства по этому поводу, он никогда не замечал за старым другом его семьи наклонностей…в сторону львов. Он думает, что следует поговорить об этом с отцом. На мгновение Драко задумывается, а знает ли святой Поттер об этой их невозможной связи со Снейпом… Об этом даже в мыслях говорить больно.       Малфой косится за спину. Рыжий Уизел пихает Поттера под бок, когда тот склоняется над своим котлом с наверняка неудавшимся зельем, Драко даже отсюда чувствует запах Кольцевидного дурмана, из-за него зелье теряет часть своих целебных свойств, а в случае со скудными навыками Поттера в зельеварении еще и может навредить. А может, Поттер занят совсем другими мыслями? Не то чтобы это его оправдывает, если это причина каждый урок зельеварения портить зелья, то лучше прийти к выводу, что ему попросту нечем думать.       — Драко. — Блейз пихает Малфоя в предплечье. — Расскажем Панси?       — Чтобы она вообще перестала дышать? — говорит Драко, когда оборачивается к товарищу.       Блейз пожимает плечами.       — Идея не плохая.

＊＊＊

      Гарри и правда на зельеварении думал совсем о другом. Крестный снова остался у профессора Снейпа, на их сдвоенной паре, даже приготовил зелье и принес Гриффиндору двадцать баллов, но его присутствие теперь скорее беспокоит, чем радует.       — Гарри, куда ты смотришь?       Поттер отворачивается от созерцания озера, а точнее фигуры на берегу. Рон только сейчас замечает, что с его лучшим другом что-то не так, его рот набит куриными крылышками. Гермиона встревожена.       — Ничего. Точнее… Нет, ничего.       — Можешь рассказать нам. Мы поможем, если что, да, Рон?       — Как всегда, брат, — отвечает Уизли и предлагает взмахом запястья курочку. — Хочешь курочку?       Гермиона вздыхает и трет лоб.       — Ты можешь помочь только если речь идет о пустом желудке.       Гарри принимает курочку, но не ест.       — Спасибо.       Гермиона наклоняется вперед, чтобы посмотреть, куда смотрел Гарри. Они сидят на расстеленном пледе на склоне у озера, наслаждаются остатками обеда в тишине, без постоянно надзора Амбридж. Розовой бестии придется постараться, чтобы найти их. Гермиона видит Сириуса, и ей становится интересней, почему Гарри задумчив.       — В последнее время Сириус не так часто заходит в башню Гриффиндора, — тянет Рон и тоже смотрит. — Может позовем его?       — Сириусу не разрешено быть в Хогвартсе, — говорит Гермиона. — Амбридж пока не замечает бродящую по школе собаку, но если он будет ходить по коридорам слишком часто, кто-то это заметит.       Гарри практически перебивает ее:       — Это всё равно не объясняет, почему он каждый раз со Снейпом.       Друзья смотрят на него круглыми глазами. А потом синхронно уводят их в сторону. Снейп прячется в тени среди деревьев, даже более внимательная к деталям Гермиона не заметила преподавателя, а Гарри ухитрился. Но, кажется, Снейп их не видит. Троица тоже пряталась от слизеринцев, Филча и Амбридж, поэтому выбрала место, которые не увидишь с трех сторон на суше, только с одной — с озера. Снейп черной тенью стоит под кронами, завернувшись в мантию, и смотрит вперед себя, наверняка не видит студентов. Если задуматься, он смотрит либо на озеро, либо на Сириуса, который как раз вышел из тени деревьев и поднес лицо к солнечным лучам.       — Объясняет. Они же вместе.       Все трое вздрагивают.       — Что-то расхотелось курочки…       — Я всё еще не понимаю, что Сириус имел ввиду. Они… Не знаю, не могу представить, — говорит Гарри.       — Думаю, они влюблены, — говорит Гермиона, и никто из них не может соотнести «влюбленность» со Снейпом.       Рон косится на девушку.       — Так только у нормальных людей бывает.       — Любовь делает людей ненормальными, не такими, какими они всегда были, так какая разница?       — Мы же сейчас говорим о Снейпе.       Гермиона поворачивается к Рону и произносит язвительным тоном:       — Нет, мы говорим о твоей любви к еде.       Рон, глядя ей в глаза, демонстративно откусывает мясо от косточки.       — Но я-то не менялся.       — Откуда ты знаешь? Любовь затуманивает разум.       Гермиона поворачивается к Гарри, а Рон смотрит на наполовину съеденную курицу так, будто им предстоит серьезный разговор.       — Чушь какая-то. Снейп точно чем-то его одурманил, — говорит Поттер.       Гермиона вздыхает.       — Ты слышал вообще, что я сказала?       — Слышал, поэтому и говорю. Снейп не способен кого-то любить, всё то время, что он в Хогвартсе, он только отравляет людям жизнь. Я уверен, что ему от Сириуса что-то нужно.       — Плотские утехи, — вклинивается Рон, Гермиона подвигает к нему корзинку с едой и просит заткнуться. — А что я такого сказал? Это хотя бы более вероятно, чем какая-то там любовь.       — Так значит, любовь для тебя просто шутка? — холодно говорит Грейнджер. Рон подскакивает и начинает оправдываться.       — Я не то имел ввиду! Герми!..       — Я всего лишь говорю, что нельзя исключать и такой вариант, — говорит девушка, игнорируя Уизли. — Если бы профессору Снейпу было что-то нужно от Сириуса, он вряд ли бы избрал именно этот способ, а ты необъективен, чтобы утверждать обратное.       — Я знаю Сириуса, и знаю, что они друг друга ненавидят. В школе они все время дрались, Сириус даже послал Снейпа к оборотню, они хотели убить друг друга. Какая тут любовь, Гермиона? — Гарри смотрит на подругу из-под нахмуренных бровей. — Только не говори, что от ненависти до любви один шаг.       Гарри вскакивает на ноги и идет к замку тем же путем, что они пришли. Гермиона и Рон смотрят ему вслед. Уизли вздыхает и тоже поднимается, а Гермиона остается сидеть. Она поворачивает голову. Сириус все еще стоит на берегу, на этот раз он снял ботинки и зашел в воду. Если бы он прошел немного дальше, то увидел бы троицу студентов, а может и нет, его взгляд все время устремлен вперед. Сириусу приходится практически все время находится в облике собаки и прятаться по углам, чтобы ни Амбридж, ни слизеринцы его не увидели. Это не хуже, чем проводит всё это время в доме на площади Гриммо, именно так и хотели с ним поступить, Орден Феникса единогласно решил, что Сириусу не стоит появляется в Хогвартсе ради его же безопасности. Близнецы рассказали об этом Рону, Гермионе и Гарри, но Блэк придумал другой вариант. Он не сказал вслух какой, но теперь стало очевидно: во-первых, он проводит время в анимагической форме, а во-вторых, в кабинете Снейпа. Гриффиндорцы могут с ним видится только на парах зельеварения, огромный пес либо наблюдает за всеми с кафедры, лежа на животе и вытянув шею с острыми ушами, как будто охраняет; либо бродит по всему классу.       Когда в классе Гарри, Бродяга в основном проводит время с троицей. Он может лечь кому-то на колени, Гермионе нравится почесывать шею пса, поэтому ее колени — любимое место сна для гримма, что решительно не устраивает Рона, но ругаться с собакой за любовь своей подруги он не может. Иногда он помогает с зельями. Из-за того что в первый раз одно из зелий испортилось из-за собачьей шерсти, Снейп начал угрожать сделать из его шкуры коврик, а после — посылать заклинания, когда Бродяга вставал на задние лапы и заглядывал мордой в чей-то котел. Гермиону пришлось убеждать Гарри, что это мелкие пакостные проклятья, вроде чахоточного или остолбенения.       В других случае Бродяга предупреждал о появлении Амбридж. Он мог слышать ее приближение за несколько дюжин шагов, в таком случае он вскакивал с места и уходил на склад, куда даже Амбридж не могла зайти. На удивление, слизеринцы не говорили ни слова министерской чиновнице о псе. Наверняка из-за профессора Снейпа. Для Снейпа это тоже неудачный план, но лучше уж Блэк будет находиться поблизости и тогда он окажется защищен от Инспекционной дружины, в которой его глупые самонадеянные слизеринцы, чем он будет шастать по всей школе от башни до кабинета директора.       Блэк приносит слишком много проблем, думает Снейп, краем глаза замечая, как гримм бесшумно ползет к первой парте, за которой сидят Драко Малфой и Блейз Забини. Очередное желание пошутить. Снейп неспешно шагает дальше, к задним партам, пока Сириус кладет морду боком на парту и утыкается носом в корень смерти, а потом высовывает язык и закатывает глаза. Забини усмехается, а Малфой брезгливо отползает в сторону и продолжает заниматься своими делами.       Вот несносный болван. Возможно, они оба.       После того как Амбридж посещает Снейпа, Сириус, который скрылся в кладовке, но мог слышать их разговор, всё еще считает эту беседу смешной. Он видит, как Филч развешивает «правила» на стене и каждый раз ждет, что появится что-то вроде «с этого момента в школе запрещено иметь домашних животных» и тогда Бродяге придется уйти. Или прятаться лучше. Но, кажется, его присутствие все еще не замечено, даже кошка Филча помалкивает. Бродяга заговорил ей зубы, чертовски пугливая оказалась миссис Норрис.       Потайными ходами Бродяга покидает Хогвартс и ведет свое расследование. В отличие от остальных, Сириус пока один убежден, что армия Воландеморта набирает обороты. На его стороне не только волшебники, которые борются за чистоту крови, но и лесные твари, великаны, чудища, оборотни.       Бродяга чувствует, как Запретный лес начинает оживать.       — Тебе нельзя здесь находится.       Пес поворачивает морду. Снейп как всегда подкрался. Сириус меняет облик.       — В Запретном лесу что-то происходит. Что-то нехорошее.       В небе сверкает молния и на секунду освещает все помещение Астрономической башни и две фигуры.       — Дамблдор пошлет меня, если ты вдруг пропадешь. Не добавляй мне лишних хлопот.       Сириус подходит ближе.       — Что-нибудь слышно от…твоих друзей?       Снейп наклоняет голову.       — Петтигрю?       — У Петтигрю сейчас положение лучше, чем у многих из…моих друзей.       — Есть шанс, что он выйдет из норы куда-нибудь погулять?       — Если бы и был, я бы не сказал тебе.       Сириус хочет возмутиться, но сейчас его разум чист от всяких дурных эмоций, поэтому он быстро смекает, почему Снейп при любом раскладе отгородил бы Сириуса от некоторых вещей. В последний раз он едва перебирал ногами. Особых изменений в нем не было, но то, как он передвигался… Сириус сразу уловил, что что-то не так.       Когда вернулся Воландеморт для Пожирателей смерти это стало триггером. Он дал им полный карт-бланш на все, что они пожелают и сам возглавил первое нападение на волшебников, которые поддерживают политику дружественных отношений с магглами. Это была молодая пара. Мужчину долго пытали у его возлюбленной на глазах, Пожиратели смерти устроили из этого ритуал Посвящения или ритуал в честь возвращения повелителя. Потом они накинулись на девушку, но та уже ничего не соображала от пережитого. Снейп вспоминал всё это в мельчайших деталях и гадал, как быстро их постигнет та же участь. Постигнет ли такая судьба его и Блэка. Он не хотел об этом думать, они не «возлюбленные» или вроде того, и всё же. Блэк не перед чем не остановится, пока не убьет Петтигрю и обязательно кинется в адское пламя. Снейп не мог себе признать, что не собирается допускать подобного. Война должна закончится, и она оба нужны в ней.       Сириус слышит хлопки крыльев. Ворон прорезает крыльями ливневой поток, влетает под крышу и приземляется на плечо Снейпа, на его лапке письмо. Он не просит ничего взамен письма и быстро испаряется во тьме, а Снейп читает письмо без единой эмоции на лице.       — Какие-то новости? От Ордена? — нетерпеливо спрашивает Сириус. Снейп бросает на него взгляд.       — Нет.       — Я могу помочь.       — Можешь, если не будешь высовывать нос.       — Если мы покинем Хогвартс, его гораздо легче будет не высовывать.       Снейп сощуривает глаза и идет по ступенькам вниз.       — Не задавай вопросов и не шуми.       — Ты меня знаешь.       — Вот именно, Блэк.       Когда волшебники покинули Хогвартс, Сириус повел Снейпа за руку к домику Хагрида. Там, замаскированная от чужих глаз, стояла любимица Сириуса еще с годов обучения в Хогвартсе. Снейп скептически оценил состояние маггловской машины на двух колесах.       — Ты умудрился нарушить один из пунктов, хотя мы даже не вышли за пределы школы, — говорит Снейп. Он еще несколько секунд таращится на «Тень», а потом молча садится позади Сириуса. Слышит усмешку Блэка, а потом как обычно оборачивает руки вокруг его поясницы.       Аппарировать все же пришлось, но «Тень» была заколдована как аппарицонный предмет, и перемещаться в небе было гораздо интересней, чем аппарировать с земли. Снейп велел приземлиться на пляже. Неполная луна освещала путь, вперед Сириус увидел несколько теней, а потом несколько вспышек. Он сворачивает в лес и за несколько десятков метров оставляет «Тень», волшебники идут уже осторожно в тени деревьев.       — Подожди, — говорит Снейп и пригибается к земле. Сириус делает точно так же и смотрит вперед.       Один из волшебников в черной мантии повелением палочки поднимает на уровень груди женщину. Она в приталенном костюме, который выглядел бы эффектно, если бы не был порван и испачкан в нескольких местах. Она могла бы быть похожа на офисную сотрудницу, маггла, если бы не узорчатый рисунок из нитей по швам костюма, обычные люди не носят что-то настолько магическое. Рубашка окончательно выпала из-под ремня брюк и расстегнут настолько, что почти открывал грудь. Зрелище представлялось довольно откровенным, к тому же женщина без ботинок и при жизни ее внешность можно было считать красивой. Глянцевые черные волосы скорее всего еще недавно были гладко расчесаны и ниспадали с плеч водопадом, сейчас в них запуталась листва и ветки, будто тело долго водили по земле.       Двух волшебников удается вырубить очень быстро и без лишнего шума. Подойдя к ним, Снейп проклинает Авадой каждого, а затем подходит к этой женщине. Министерская чиновница распластана на земле как марионетка. Блэк узнает истощение без воды, голод. Следы пыток конечно же невозможно не узнать.       Сириус молча наблюдает за тем, как Снейп убирает с ее лица волосы и проверяет пульс, а потом водит палочкой над телом. Женщина уже мертва, хоть это случилось и недавно. Кожа уже приобрела синюшный оттенок, первыми закоченели пальцы и так и остались после смерти согнутые в охапку, будто она долго страдала или держалась за что-то, пока не умерла.       Снейп поднимает ее на руки. Втроем они умещаются на «Тени» и пока это происходит, Сириус успевает повнимательнее разглядеть немолодое лицо. Кажется, он ее уже где-то видел. Круглое лицо, лисий разрез глаз, черные волосы… Точно, та девушка с фотографий в кабинете Невыразимца, Сибли, кажется. Сейчас она совсем не похожа на женщину с фотографии, но это точно она и одета почти так же. Ее голова лежит у Сириуса на плече, сидит она боком и кажется, будто спит. Снейп рассказывает, куда ехать, Блэк понимает, что они передадут тело, только не в министерство. Когда они прибывают на место, догадки оправдываются. Снейп говорит не подходить к барьеру, ограждающему неприметный дом пока он несет женщину к нему. Сириус отклоняется на мотоцикле и смотрит. Входная дверь намного выше обычной, почти как в хижине у Хагрида, и становится понятно почему. В доме живет — или прячется — очень высокий человек, смахивающий на полувеликана, но все же с чертами больше человека. Он не похож на Хагрида: без бороды, волосы светлые, глаза голубые, бледная кожа. Блэк откидывается назад, чтобы видеть лицо незнакомца. Открыв дверь, он сначала сверху-вниз смотрит на зельевара, а затем замечает человека на его руках. Из озадаченного оно стало ошеломленным, а затем пришло болезненное осознание.       Снейп передал незнакомцу мертвое тело, а затем дверь закрылась.       Сириус не знал, что сказать, пока они мчались по пляжу. Но и молчать долго он тоже не умел.       — Это была пропавшая из твоего отдела?       Снейп молчит, и тогда Сириус медленно останавливается. Он на секунду оборачивает, потом берет руки Снейпа, которыми он вцепился в кресло, и заставляет обхватить свою поясницу. Видимо от страха падения Северус не выпускает рубашку и неосознанно облокачивается на спину водителя.       — Просто ты там молчишь, а мне бы не хотелось в конце пути выяснить, что ты где-то выпал.       Снейп фыркает и устраивается поудобнее.       — Как ты ее нашел?       — У меня есть свои люди.       — Шпионы в министерстве? Или у Пожирателей смерти?       — На начале игры не начинают с козырей, Блэк.       — Но это же конец игры, нет? Для той девушки. Как ее кстати зовут?       — Ее звали Шифун.       Северус останавливает себя. Внезапно в голове проносится мысль, и еще одна часть пазла складывается. Он не мог найти связь, но она была так близко.       — Что-то вспомнилось? — спрашивает Блэк, когда чувствует сильное напряжение тела позади себя.       — Шифун было маглорожденной волшебницей.       Снейп не видел лица Блэка в тот момент. Он так сильно вцепился в рубашку анимага, что даже вперед себя боялся посмотреть.       — Не сжимай ты так сильно, я контролирую ситуацию.       — С тем же успехом можно сказать, что контролируешь падение самолета.       — Я впечатлен, Снейп. Ты знаешь маггловскую технику.       Блэк молчит какое-то время, пока посылает «Тень» вихлять от одного облака к другому.       — Почему ты так переживаешь? Ты ее знал?       — Она была сотрудником отдела Тайн.       — И со многими ты знаком в отделе?       — С теми, кто мне по зубам.       — Значит, она была перспективным, молодым мастером, которая показала себя умнее своего поколения?       — Она не задавала вопросов. Останови здесь.       — Мы почти у Норы…       — Я не планировал заходить в гости и распивать чаи. Обо мне вообще никто не должен знать, ты меня понял, Блэк?       — Ясно, ясно.       Сириус останавливается и ждет, пока Снейп встанет на землю.       — Очередная миссия? — спрашивает Блэк. Снейп смотрит на него черными глазами. — Не мое дело?       — Быстро улавливаешь.       — Я имею хранить тайны, знаешь. Особенно если от этого зависит чья-то жизнь.       — От этого зависит твоя жизнь, Блэк.       — Как это понимать?       — Понимай как хочешь.       Снейп аппарирует на месте, оставляя Сириуса в раздумьях. Блэк в очередной раз думает, что совершенно не понимает этого человека. Это была угроза? Или недоверие? В случае со Снейпом может быть и то, и другое.       Снейп появляется около кованых ворот поместья Малфоев. Сейчас это огромная темная глыба угрожающая, как гора, в окнах не горит свет. Если хозяин и не спит, то наверняка засел где-то подальше от окон. Северус останавливает на минуту и позволяет себе обдумать и успокоиться. После того как он отнес мертвую женщину Невыразимцу, он чувствует, как нить — самая крепкая, связывающая его с прошлой жизнью, — обрывается, и ему кажется, что до этого он висел на волоске, а теперь падает в пропасть. От этого ощущения надо оправится. Прошлое теперь действительно позади, а будущее во тьме близко, смерть приближается с бешеной скоростью. Слишком много мертвых за один день. И один из смертных будет несчастен всю оставшуюся жизнь, если только не найдет в себе силы забыть.       В прошлой жизни была Лили. Снейп думает, что забыл, но в таком случае, он бы и пальцем не пошевелил, чтобы позаботиться о ее сыне. Забыть не так просто. Он вспоминает, как Винсент посмотрел на мертвую девушку. В тот момент он все потерял: и надежду, и подругу, и работу, всё, что было в прошлом, оборвалось, утаскивая его в пропасть. Сириус…чувствовал ли он себя так же? Что случится на этот раз, если не будет Поттера, Люпина?.. Поттер лишится последнего кусочка своей семьи. Или наоборот. От этого Блэк никогда не оправится, а это значит, что Снейп потеряет их обоих.       Сириусу будет гораздо проще выжить, если рядом не будет бомбы замедленного действия. Решение дается легко… Разорвать связь, пока из-за нее Блэк не погиб.