Дневной свет

      Снейп перестал понимать, сон это или реальность. Он боролся с этим, и иногда зажимал себе голову руками — в иллюзии, а может и в реальности — и все исчезало. Иногда не сразу, иногда терпеть крики и рыдания, свое имя между всем этим, становилось невыносимо, и тогда Северус кричал на них - людей, которые не смотрели на него и не слышали его, таращились на жертву голодными глазами. Когда Северус кричал, пытки быстро заканчивались. Спустя время их заменяли новые. Черити, Дамблдор, Драко, Люциус, Нарцисса, Долгопупс, Седрик Диггори, Уизли, Грейнджер, Поттер… С мертвыми было проще понять, что это только во сне, с живыми помогало только крепко зажмуриться, свернуться калачиком и закрыть уши. Сны отступали, будто им было не интересно крошить остатки уже сломленного человека.       Днем — кажется, это был день — приходил Драко. Из его слов Снейп помнил, что к нему сейчас мало кого пускают. Наверное, из-за внезапных вспышек. Об этом Драко тоже заикается, но быстро себя осекает. Снейп думает, что ему дают, пока Драко рассказывает о Люциусе и матери. Пока отца нет, Нарцисса заправляет большей частью дел, но в поместье Малфои не возвращались. Драко сильно бледнеет, когда говорит об этом. Снейп понимает, почему. В поместье Малфоев происходила большая часть экзекуций.       Перед тем как Помфри выгоняет мальчика, Драко наклоняется и сжимает бледную ладонь с костяшками пальцев, обтянутой кожей, тем самым отвлекая Снейпа от раздумий. Впервые за те минуты, что Драко находился в комнате, Снейп посмотрел ему в глаза. Мальчик улыбнулся уголком губ, заметив это. Снейпа же ни капли не рад... Он видит все страхи и отчаяние мальчика (слишком много для него одного), думает о потерях. Он волнуется за мать. Знает, что не может сломаться, он взрослеет буквально за несколько часов; понимает, что нужно что-то делать, иначе в поместье Малфоев будет куда больше потерявших душу людей.       Подол платья Помфри мелькает перед глазами, и мир снова темнеет. А потом возвращает в поместье Малфоев, где в центре зала висит Нарцисса. Ее голова болтается на уровне груди, платье изорвано, волосы в беспорядке, лицо… Снейп не видит лица, но видит руки, следы борьбы.       Драко привязан к стене, голова у него опущена, но в отличие от Нарциссы он еще в сознании. Рыдает и просит о пощаде.       Снейп все свое внимание направляет на женщину. Скоро вернутся остальные, и их кошмар продолжится… Обычно Снейп просто переживает эту пытку вместе с ними, но не сейчас, сейчас он слишком устал, чтобы кричать. Малфои сыграли не последнюю роль. Люциуса посадили за решетку и его семья осталась без защиты. Пожиратели смерти не позволят им отыграться так легко, а это значит, что они не умрут. Это было бы слишком великодушно.       Снейп чувствует волшебную палочку кончиками пальцев. Его глаза опущены, но когда он поднимает палочку, поднимает и голову…и сталкивается с серыми глазами - яркими, как блики солнца на бутылке. Его глаза широко раскрываются, а руки начинают дрожать.       Сириус…нет…этого не может быть.       — Северус… пожалуйста…       Снейп чувствует, как по щекам скатываются слезы, даже вдоха сделать невозможно без боли. Он просто задыхается.       — Прошу…       Нет.       Черити, Дамблдор, Поттер…       Сириус весь в крови, выглядит несчастным и уставшим. Коленопреклоненная поза вызывает отторжение: Сириус никогда не склонялся перед врагом, не смотрел такими умоляющими глазами, не шептал молитвы о смерти, не просил его…       — Убей меня.       У Снейпа хватает сил, чтобы произнести заклинание, направив дрожащую палочку на Блэка. А после срываются цепи, падает стена. Невозможно больше терпеть: ни улыбку, застывшую навечно, ни омертвевший взгляд, ни мысль о том, что больше в мире не осталось никого. Совсем никого. Есть тьма и бесконечное количество смертей. Мир заставляет за все это расплачиваться. Почему нельзя умереть?       Снейп окончательно впадает в истерику, и на этот раз кошмары, мертвецы долго его не отпускают, прежде чем его насильно погружают в пустоту, где одна только боль, ни сжать руками голову, ни закричать не получается. Она бьется где-то в самом центре вместе с сердцем и ее отзвуки проникают во все уголки души.       

＊＊＊

      Сириус тянет время настолько, насколько возможно. В какой-то момент ему все же приходится переместиться по камину в Хогвартс. На время каникул и восстановления замка каминная сеть работает только в кабинете директора, в остальном перемещаться можно было только из комнат деканов и личных покоев мадам Помфри. Больше всех пострадали подземелья. Директор Макгнагалл говорила, что гостиная Слизерина и все коридоры затоплены. Недавно она и группа мракоборцев все там очищали, но что стало с комнатой декана Сириус не знает, а перемещаться в башню Гриффиндора не имеет смысла.       Возле комнаты, которую выделили для Снейпа в медицинском крыле, собралось трое человек: Макгонагалл, Помфри и… Сибли, на удивление. Блэк смотрит на него пока идет к троице и обращается к директору, напрочь игнорируя мракоборца:       — Он же вроде шел на поправку?       Минерва сжимает губы. Поппи выступает перед ней.       — До поправки профессору Снейпу еще далеко, ты должен понимать это. Последний приступ галлюцинаций был самым сильных из всех, что я видела, — говорит Помфри спокойным тоном, будто не ей пришлось успокаивать всеми методами кричащего от внутренней боли пациента, которого не спасешь заживляющей мазью или зельями. — Я успокоила его с помощью лекарств.       Блэк выдыхает через нос.       — Ясно. Сейчас он в… Он спит?       Поппи и директор Макгонагалл переглядываются. Сириус наклоняет голову и ждет от них ответа.       — Что?       — Сириус, профессор Снейп…пропал, — нашлась с ответом Помфри. Минерва взмахнула полами изумрудной мантии, показывая свое недовольство. Подбор слов явно ей не понравился.       У Сириуса падает куда-то в пятки сердце. Первая мысль — похитили. Пожиратели смерти в Хогвартсе, выкрали Снейпа и куда-то уводят, чтобы закончить начатое.       — Прекратите панику, Сириус. В Хогвартсе нет посторонних, нет никаких следов похищения. Профессор Снейп сам ушел, — добавляет Макгонагалл.       — Как это — сам ушел? Его же накачали.       — Это предстоит выяснить, когда мы его найдем. Я попросила мистера Сибли помочь с поисками. Если даже профессора Снейпа и не забрали насильно, всё еще сохраняется опасность, что профессора Снейпа вывел кто-то из Хогвартса.       — Борьбы не было?       — Нет. Северус ушел сам или ему кто-то помог сделать это незаметно. В любом случае, мне не хочется знать, что может случиться, если оставить его один на один с самим собой.       Еще бы. Сириус не присутствовал в те моменты, когда Снейпа охватывали приступы паники…или истерики, или боли, фиг разберешь. Яд Нагайны вызвал галлюцинации. Блэк сказал бы: повезло еще, что не убил, но и сам бы предпочел смерть, чем просыпаться в агонии и засыпать в кошмарах. После того как Снейп чуть не выколол ему глаза ногтями, Блэк не приходил, но спрашивал Минерву о состоянии, когда помогал с восстановлением замка. По словам Помфри, Снейп не причиняет себе боли, когда просыпается, и в целом по большей части выглядит…отрешенным, если так можно описать состояние полного безразличия ко всему. Поэтому трудно понять, освобождается ли он от галлюцинаций в моменты, когда не спит. Спит в кошмарах, не просыпается даже от собственного крика, оказавшись запертым в собственном сознании.       Сейчас Поппи и Макгонагалл выглядели еще более встревоженным, и подключили Сибли. Сириус чувствует, что в этот раз, исключая «пропажу», что-то действительно пошло не так в поведении Снейпа, что-то, что отходит от привычного сценария с галлюцинациями. Изменений следовало ожидать, вот только либо ему стало лучше, либо хуже. Что-то, что могло вывести его из равновесия.       Блэк, Макгонагалл, Помфри и Сибли разошлись по сторонам, чтобы обыскать как можно больше мест. Детей подключать не стали, у них и так не всё в порядке с нервами. Сириус взял след в анимагической форме и сразу направился на несколько этажей выше. Если и были преступники, похитившие Снейпа, то у них не было намерения вывести его из школы… Если только они не хотели его убить. Макгонагалл проверяет Астрономическую башню, и Блэк мысленно чертит путь от медицинского крыла до башни, а потом шагает в другую сторону, превращается в Бродягу и берет след. Портреты замолкают всякий раз, как пёс проходит мимо и с интересом наблюдают за ним. Сириусу не пришло в голову расспросить у них. Он преодолел пару капризных лестниц, запутавшись на пол дороги, и вышел к классным кабинетам. След обрывается неожиданно. Блэк замирает на месте, минуту принюхивается и прислушивается. Затем возвращается к лестницам, находит след и снова идет той же дорогой. Запах снова пропадает. Но ведь секунду назад он еще был, а теперь нет… Как-то странно след обрывается, Снейп же не мог исчезнуть прямо посреди дороги. Рядом даже потайных дверей нет. Сириус садится рядом с местом, где обрывается след, скрещивает ноги и позволяет себе закурить.       

＊＊＊

      Снейп бредет по пустым коридорам, когда перед ним появляется пара пустых глазниц. На секунду он морщится. Белый свет, из которого состоит призрак, режет ему глаза. Он давно не видел света, приходится привыкать даже к такой малости.       Снейп запоздало понимает, чего Пивз так испугался, когда пролетал минуту назад. Кровавый Барон наверняка гонял призрака по всему этажу, а когда увидел Снейпа в одном белом больничном халате, испугался до чертиков, подумав, что это призрак факультета Слизерин. На самого Кровавого Барона Снейп кинул только один взгляд и прошел мимо. Призрак никак не выказал своего удивления, он был все так же пугающе спокоен и невозмутим. По его виду всегда возникало ощущение, что где-то в Хогвартсе спрятан труп, о котором знает только призрак.       Кровавый Барон повернул худое лицо с пугающими провалами вместо глаз, «посмотрев» вслед декану, и медленно слился со стеной.       Снейп дошел до конца коридора, дернул за ручку двери и та беспрепятственно распахнулись. Он столкнулся с тьмой в классе, закрыл за собой дверь и дал время глазам привыкнуть, а затем на ощупь направился к другому концу. Все стулья и парты сложены у одной стены, но на другом конце стоит кафедра для преподавателя, на две ступеньки выше места, где располагаются студенческие парты.       Снейп останавливается, услышав посторонний звук. В недолгой тишине раздается еще один. Всхлип. Вспоминать больно, но Снейп роется в памяти, минуя самые жуткие, и вспоминает, кто остался в замке. Поттер, об этом рассказывала Минерва. Драко помогает в восстановлении замка. Несколько добровольцев… Некоторые родители приезжают сюда оплакивать своих мертвых детей, но никто из них не прячется в темных углах в одиночестве. Северус идет на звук, и по мере того как он приближается, все чётче слышаться несдерживаемые рыдания. Впервые за долгое — как ему кажется — время, Снейп не думает о том, чтобы где-нибудь уснуть навеки. Все мысли занимают эти слезы, страдания, которые охватывают кого-то наедине с самим собой…и преследуемой его болью.       — Поттер.       Мальчик вздрагивает, оборачивается и стирает слезы рукавом со щек, но они продолжают заливать все вокруг. Снейп понимает, что его голос звучит гораздо страшнее из-за несдерживаемых криков и укусов змеи.       — Профессор Снейп, — отзывается раздавленным голосом Поттер.       Прежде чем мальчик успевает накинуться на него с вопросами о самочувствии, что Снейп явственно видит в его голове, мужчина его перебивает.       — Что вы здесь делаете? Почему не с крестным? Уизли?       Поттер замирает, повернувшись и глядя снизу-вверх.       Снейпа охватывает волнение. Что-то с Уизли? С Сириусом?.. Сириус…убит?       — Профессор Снейп?.. Вы в порядке?       Вероятно, мальчик замечает перемены в настроении профессора. У Снейпа дрожат руки, он хочет схватиться ими за горло. Но остатками разума понимает, что для мальчика и так хватает стресса.       — Отвечайте на вопрос, — говорит Снейп чуть резче, чем намеревался.       — Не хочу их расстраивать.       Однако, Поттер не расстраивается грозному тону, говорит спокойно. Он громко хлюпает, и у Снейпа возникает желание предложить ему платок. Но он выполз из своего крыла в одном больничном халате и не прихватил с собой волшебной палочки. Он также не знает, что делать дальше: уйти или остаться? Это ведь Поттер, а не первокурсник слизерина, который забился под кровать от шума грозы. Поттер отличается от других, в особенности в глазах Снейпа.        — Блэк…       Северус выдавливает из себя имя и горло в мгновение перехватывает. Он не может спросить, действительно ли он мертв, потому что боится услышать ответ, боится даже представить это, и он знает, что если его предположения подтвердятся, он точно испугает мальчика еще больше охватившей истерикой. Поэтому оставляет вопрос в воздухе, Поттер сам на него отвечает, поняв по-своему:       — Крестный собирался…к Ремусу.       Поттер что-то недоговаривает, но у Северуса нет никакого желания выпытывать из него правду. Достаточно знать, что Сириус в порядке. Живой и где-то там шастает, когда крестник забивается в углу и рыдает в одиночестве без поддержки.       Гарри расценивает молчание профессора как знак продолжать говорить, и он говорит, запинаясь в словах:       — Просто кошмары снятся.       Больше этот ребенок ничего не говорит. Снейпу надоедает молчание, он сам смотрит. Гарри замирает.       — Не читайте мои мысли. Пожалуйста.       Министерство? Мракоборцы? И о чем он только думает… О чем думает Блэк?! Мальчик еще даже не смирился с тем, что с ним случилось, он не готов к новым испытаниям.       — Вы вместе? Теперь, с моим…с крестным?       Этот вопрос застает врасплох. Желание убежать возрастает в тысячу раз.       — Нет. Не знаю. Не думаю.       Больше Поттер ничего не спрашивает, а Снейп не может отфильтровать свой ответ. Он действительно понятия не имеет, что между ними происходит и не хочет прямо сейчас забивать этим голову. Достаточно знать, что с Сириусом все в порядке. И что в противном случае Снейп бы не пережил следующую ночь.       Поттер двигается в сторону, освобождает место. Снейп слишком устал, чтобы идти обратно, к тому же действие зелья не позволяли полностью бодрствовать, оставаться в сознании становилось все труднее, поэтому Снейп позволил себе провалиться в пустоту ненадолго, на этот раз не преследуемый кошмарами о смерти Сириуса…об убийстве. Перед тем как заснуть, Снейп всеми силами, которые у него остались только на то чтобы не закрывать глаза, старался думать лишь о том, что смерть Сириуса была всего лишь сном. Еще одним подарком от яда Нагайны, от Воландеморта. Но возвращаясь вновь и вновь к миру, в котором смерть преследовала на каждом шагу, реальность быстро забывалась. И провоцировала новые приступы. Возможно, когда-нибудь смерть настигнет Снейпа именно в одном из таких снов, возможно даже он умрет вместе с Сириусом… Он на это надеялся, о такой милосердной смерти просто мечтать не мог.       

＊＊＊

      Сириус докурил сигарету, но на ум так ничего и не пришло, пока в поле зрения не появляется полупрозрачное сияние. Привидение. Что Кровавый Барон здесь забыл, он же любит издавать эти непонятные звуки в Астрономической башне? Отсюда до нее довольно далеко, да и Пивз громыхал где-то в другой стороне… Наверняка, от того места, куда шел по следам Сириус, он и бежал.       Сириус поднимается на ноги и вместо приветствия чуть наклоняет голову, когда призрак Слизерина подплывает к нему по воздуху. Кровавый барон точно так же делает легкий реверанс, не издавая ни звука. Сириусу все еще интересно, почему Кровавый Барон ошивается где-то здесь, как раз в том месте, где потерялся след Снейпа, поэтому спрашивает:       — Вы не видели Сн…профессора Снейпа? Он проходил здесь недавно.       Сириус неудобно смотреть в пустые провалы вместо глаз, пользуясь случаем, он разглядывает серебристые пятна крови на одеждах многовековой давности, прежде чем Кровавый барон важно кивает. Сириус, помедлив, идет за ним, когда призрак, сложив руки за спиной, плывет над полом вглубь коридора. В последний момент он исчезает, и Блэк останавливается. Больше Кровавый Барон не появляется, а у Сириуса ощущение, будто его хотят замуровать в стене живьем. Он несколько секунд пережидает припадок инстинктов, а затем шагает к ближайшей двери и дергает за ручку. Дверь не поддается. Неиспользуемые классы закрывают. Сириус упрямо пытается открыть каждую дверь, пока не натыкаются на открытую, в самом конце коридора. Стоило догадаться.       — Сириус!       Блэк чуть не роняет палочку и ругается вслух. Он светит туда, откуда донеслось его имя, и видит взволнованного Гарри и человека рядом с ним. Поначалу кажется, что это какой-то призрак, но Гарри придерживает его за плечо. Сириус подходит ближе и узнает Снейпа. Тут же в груди пропадает тяжесть.       — Профессор Снейп не просыпается, — говорит Гарри.       Сириус садится рядом на одно колено, убирает с лица черные волосы и проверяет дыхание. Ровное.       — Всё нормально. Просто действие зелий еще не кончилось. Умеешь создавать патронус?       Гарри поспешно кивает и достает палочку из заднего кармана джинс. Сириус закидывает руки Снейпа на свою шею, подхватывает под спиной и коленями и поднимает, пока крестник наколдовывает патронус. Через полминуты класс освещает серебристо-голубое сияние, исходящее от магического зверя. Олень.       — Точно. Тебя ведь Люпин научил… — говорит Сириус задумчиво. Он с трудом выуживает из памяти воспоминания, где Ремус говорил, сколько всего Гарри добился. Умеет создавать патронус в свои годы, надо же… Да к тому же олень.       Гарри пропускает похвалу мимо ушей, он неотрывно смотрит Снейпу в лицо. А когда Снейп в сознании, даже не подумал так бесцеремонно глазеть на декана слизерина.       — Не волнуйся. С ним всё будет в порядке.       — Но в прошлый раз… Профессор Снейп может умереть от этого? Это ведь из-за яда Нагайны ему плохо.       — Яда в его организме осталось мало, мадам Помфри практически полностью его вывела. Те остатки, что есть в его организме, не могут причинять столько вреда.       — А галлюцинации? Они могут?       Сириус задумался на мгновение. Галлюцинации мучают Снейпа уже неделю, несмотря на то что Поппи вывела большую часть яда из организма. Единственный раз он захотел разодрать Сириусу лицо, во все последующие только пытался выйти из кошмара, но не ранил себя, чтобы кошмар закончился. Сейчас он ушел подальше от медицинского крыла после приема успокоительных зелий. Хотел ли он, чтобы сегодня все закончилось?       Сириус моргает и поворачивается к патронусу. Олень таращится на них пустыми глазами.       — А, забыл.       Поттер говорит несколько слов патронусу, и тот исчезает в дымке. Они втроем доходят до медицинского крыла, всё это время Снейп ни разу не пошевелился, не закричал и не начал вырывать кому-то пальцами глаза. Это радовала с одной стороны, с другой — слишком уж умиротворенным он выглядит. Из этого обязательно должны быть последствия.       Помфри и Макгонагалл вбегают в палату ровно тогда, когда Сириус укладывает Снейпа в постель и накрывает одеялом. Сибли подходит спустя пару минут, спокойно, сложив руки в карманы брюк. Он бросает взгляд на Снейпа и отворачивается. Поппи выгоняет всех нежелательных посетителей, тогда Блэк и мракоборец садятся на пустующую койку, а директор Макгонагалл ждет у дверей комнаты, чтобы как можно быстрее узнать новости.       — От него одни проблемы, — говорит Сибли и поворачивается к Блэку. — Ты согласен?       Сириус задумался о чем-то своем, и когда к нему обращается Невыразимец, точно этого не ожидает.       — Что?       — Говорю, Снейп приносит неприятности.       — Да, ваш отдел нужно было назвать отдел Неприятностей. Ты так и будешь здесь ошиваться?       — Ревнуешь?       — Это же не тебе Снейп пытался вырвать лицо. Можно считать это признанием в любви.       — У меня никаких шансов, верно?       Сириус и Винсент смотрят друг на друга, пока один из них не начинает улыбаться. Совсем не смешно, но они посмеиваются еще пару минут, позволяют себе такую вольность. Макгонагалл бросает на мужчин неодобрительный взгляд, но из-за волнения она ничего им не говорит.       Прошло много времени, Сириус устает ждать. Он наклоняет голову, чтобы найти Помфри, медиведьма чем-то занята в своем кабинете, поэтому Блэк поднимается и тихо идет в палату Снейпа. Легким движением руки открывает дверь и очень удивляется, когда не видит пациента на койке. Приходится сощуриться, может, он просто ослеп? Снейп все-таки очень сильно сливается с простынями, кроме черных волос.       Одни только инстинкты спасли от удушения, Блэк мгновенно перехватывает руки, которые тянутся к его шее и прикладывает все усилия, чтобы отвести их от лица. Снейп скалится. Он сопротивляется напряжению в руках, но его физической силы и массы после болезни не хватает, а Блэк для этого дня пресс качал.       — Не сопротивляйся, — рычит Блэк, подавляя волшебника. Он совсем не хочет причинять Северусу дополнительную боль, но он не сможет этого не делать, если Снейп будет постоянно выкидывать что-то подобное.       Снейп выкинул ногу и ударил ей по щиколотке. Блэк падает на колени, но, сжав зубы, поднимается. Снейп уже заимел преимущество, поэтому он толкает со всей силы, и Сириус врезается спиной в шкаф с зельями. Стеклянная дверь лопается с оглушительным звоном, голова запрокидывается назад от силы удара, по спине будто волна иголок пробежалась. Прежде чем Блэк успевает перехватить руки Снейпа, его уже отволакивают назад. Сибли держит обеими руками, как капкан, пока Северус не ослабевает в его руках. Блэк видит, как опускает его голова и колени подгибаются, будто его разом лишили всех сил. Невыразимец кажется просто громадиной, в сравнение с худощавым слизеринцем, и Блэку хочется немедленно оттолкнуть руки Сибли.       — Ты ему ребра сломаешь, — рявкнул Блэк, на что Невыразимец только поднял брови.       — Прямо сейчас я в принципе не против, чтобы он сломал тебе шею.       Сибли не из благих побуждений не дал Снейпу убить анимага, вообще для мракоборцев сложно стоять в стороне, когда кто-то кого-то пытается убить. Блэк был уверен в другом: Сибли удерживал Снейпа в половину для того чтобы Блэк не дал сдачи. Сируис бы не стал бить лежачего, он, конечно, мерзавец, но мерзавец с принципами. Кроме того, сейчас он ощущает только жалость.       — Пусти, я поговорю с ним.       Сибли кривит губы, но говорит:       — Как скажешь. Но не вини меня, если Снейп все-таки сломает тебе шею.       Да он сейчас даже пальцами двигать не в состоянии.       Снейп остается на ногах, но выглядит так, будто вот-вот упадет. Сириус велит жестами Невыразимцу отойти в сторону. Сибли хмурится, но подчиняется и делает шаг.       — Снейп. Слушай меня, ладно?       Не то чтобы Блэк знает, что сказать в такой ситуации. Он чувствует, как тревога давит где-то на уровне грудной клетки, как будто легкие стали меньше. Снейп скорее ошеломлен, нежели что-то другое, по его глазам нетрудно понять только то, что он не в себе и явно не слушает, что ему говорят. Да что тут думать, он даже не понял, что его куда-то оттащили.       Должно быть, Сириус тоже был невменяем, когда подошел слишком близко. После удара об стену и попытке убить жизнь его ничему не научила. В любом случае, даже если бы Снейп и правда имел достаточно сил, чтобы сломать ему шею, он бы не стал просто стоять и смотреть.       Снейп был прав. Я никогда не думаю, прежде чем сделать что-то опасное. Но это и не плохо.       Блэк смеется над собственной глупостью и никогда не признает никакой из своих ошибок, что совершил под влиянием момента, не подумав над тем, как это все для него обернется. Он и не думает о том, чтобы отступить, когда острый осколок впивается ему в плечо. Секундная вспышка боли быстро проходит, место, куда вошел осколок, немеет. Сириус остается стоять с раскинутыми руками, глядя на свое плечо. Снейп и сам поранился, его кровь смешалась с кровью Блэка. Где-то за спиной громко вскрикнули. Блэк переводит глаза на Снейпа, делает шаг и прижимает к себе, хватая обеими руками, как это делал Сибли, только без намерения обездвижить. Пальцы сжимают черные волосы и тянут лицо к плечу, а другая рука накрепко обвивается вокруг спины. Блэк смотрит перед собой. Он не чувствует дрожи, не чувствует тепла, Снейп холодный и твердый, как камень.       — Всё хорошо, — говорит Блэк, не зная, что еще сказать, впервые жизни. Язвительность ему лучше дается, но когда всерьез отгоняешь от себя мысли, что на руках лежит труп, страшно даже слова сказать.       Сзади шуршит чья-та одежда.       — Сириус…       — Не подходите.       Блэк жмурится и обнимает сильнее, так, что слышно, как у Снейпа прерывается дыхание.       — Я здесь. Я никуда не уйду.       Сириус слышит, как быстро бьется чужое сердце о грудную клетку, и это его немного успокаивает. Прерывистое дыхание слишком горячее и касается шеи.       — Я убил тебя.       Глаза Сириус округляются. Во время недолгого молчания он и правда думает, что мертв, но боль и онемение в плече, кровь, стекающая по спине, говорят об обратном. Он жив как никогда и еще будет жить и проживет столько, сколько сможет. Он выдавливает из себя:       — Это неправда.       Но Снейп помнит это как сейчас, все время вспоминает.       — Северус…пожалуйста…       Чарити Бербидж висит над столом, под хищными ухмылками своих мучителей. Северус знает, о чем она просит, и ему хочется сказать последнее слово, которое покончит с ее страданиями, но если он это сделает, следующим подвесят его. Все пойдет прахом. Снейп не может этого допустить, так же как не может допустить собственной смерти, еще ничего не кончено, еще надо многое сделать ради тех, кто будет жить.       — Северус, пожалуйста…       Когда с губ срывается смертельное проклятье, палочка в руках не дрожит. Вместе с тем, как Дамблдор падает с башни, осколки разбитого сердца падают вслед за ним. Чтобы этого никто не увидел…       Сириус…       — Северус…       Нет.       Этого не должно было произойти.       — Убей меня.       Сириус не молит, никогда не просит, это выше его гордости. Перед лицом смерти он смотрит ей в глаза и улыбается окрашенными кровью зубами.       Зато Снейп начинается молится, чтобы этого не случилось с ним. Разве он уже не достаточно натерпелся, разве не достаточно потерял? Почему это происходит с ним? Почему он вынужден убивать снова и снова тех, кого любит?!       Сириус смещает руку и подхватывает волшебника за поясницу, чтобы тот не скатился вниз. В плечо врезается острая боль, Снейп все еще держит осколок, вцепился в него насмерть, и когда он начинает падать от бессилия, осколок смещается вслед за ним. Блэк шипит и прижимает слишком худое тело крепче. Сбоку бесшумно появляется Поппи, так, чтобы не попасть в поле зрения Снейпа. Сириус мотает головой. Я сам. Медленно перемещает Снейпа на постель, отдирает пальцы от стекла (за ними тянутся ниточки крови), а затем и сам вытаскивает осколок из плеча. Поппи неодобрительно шикает на него, но дело уже сделано. Она передает полотенце и сначала проверяет состояние Снейпа. Всё это в такой тишине, что мышь незаметно не проскочит. Напряжение почти можно разогнать взмахом ладони.       — Мне стоит знать, о чем вы говорили? — спрашивает Помфри, пока вылечивает рану на ладони Снейпа.       — Он сказал, что убил меня.       Поппи замолкает ненадолго. Блэк смотрит на нее, потому что сам не может прийти к выводам. Он хотел бы знать, что колдунья думает по этому поводу.       — Говори, Поппи.       Помфри заканчивает и перемещается к Блэку. Очень аккуратно убирает полотенце с раненного плеча, а Блэк только что вспоминает, что ему засадили стеклом в плечо, и еще ударили им по стеклянной двери. Спина, наверное, похожа на решето. На хмурый взгляд колдуньи Сириус улыбается.       — Совсем не больно, заживёт как на собаке.       — То, что Северус ударил вас, значит, что он все еще во власти своих кошмаров. Не столько из-за яда Нагайны, сколько из-за страхов. Северус заговорил с вами, он осознает, кто перед ним, но для него грань между сном и реальностью все еще размыта. Он знает, что это вы, но думает, что вы мертвы, как в его кошмарах, которые усугубил яд.       Попытка убить это всего лишь попытка избавиться от призрака, которые его мучает. Эта мысль приходит с болезненной ясностью. Снейп все еще борется только потому что его преследуют призраки.       — Если это не яд, то что мне делать?       Сириус вздрогнул, когда Поппи промыла рану. Она заставила его снять рубашку и сделать это аккуратно, чтобы не порвать края раны.       — Совет номер один: когда кто-то кинется на вас с острым предметом — уворачивайтесь.       Поппи направила кончик волшебной палочки на кровоточащую царапину.       — Не залечивай. — Сириус кладет ладонь поверх руки Поппи.       — Совет номер два: проявите терпение. В этот раз все прошло хорошо, — Блэк издал мычащий звук, — в следующий раз Северусу станет лучше.       — И он попробует убить меня уже в трезвом рассудке.       — Если это случится, профессор Снейп будет на сто процентов здоровым.       Поппи остановила кровь и перебинтовала плечо. Блэк накинул поверх рубашку, не застегивая ее и стал ждать.       — Я хочу кое в чем признаться, Сириус.       Блэк поднимает брови.        — Я догадываюсь, о чем вы хотите поговорить. Вам стоит знать, что Северус позвал меня, когда мистеру Поттеру было плохо. Когда ему было только десять. Насколько я поняла из случившегося, первое то, что с мистером Поттером обращались очень жестоко.       Блэк кивает. Он это знает и хочет знать подробности, но Поппи больше ничего не добавляет.       — Второе, Северус позаботился о том, чтобы мальчику было комфортно.       — Это то, что ты хотела мне сказать?       — Чтобы у вас не было сомнений на этот счет.       — Это все равно ничего не изменит.       — Когда профессор Снейп позвал меня по каминной сети, я задумалась, что должно было случится настолько страшного, чтобы он поступился со многими своими принципами. Мистер Поттер был истощен, растерян и слишком мал для своего возраста, и в то же время взрослее многих детей в десять лет.       — Вы надежный человек, это даже Снейп знает.       — Многим ли профессор Снейп оказывает такое доверие? Ситуация была опасной. Северус не всегда признает, что и он нуждается в чьей-то помощи. То, что с Гарри сотворила жизнь, в конце концов сделает его сильнее, но порой те, кто верят в собственную силу, несут груз ответственности на своих плечах. Не могу представить, сколько шагов назад Северус сделал, чтобы переложить этот груз на кого-то другого, пусть даже всего на полчаса. Могу поспорить, борьба с самим собой стоила ему тех же усилий, сколько он потратил на войне. Дайте ему время привыкнуть к вам.       — На это не хватит и жизни, — усмехается Блэк. — Мне до сих пор нет доверия после всего.       — Если Северус считает вас другом, это друг на всю жизнь. Если врагом, это доверие на всю жизнь. Никто никого так хорошо не знает, как своего врага. Могу поспорить, ему нужно время, чтобы просчитать, с чем он столкнется, если свяжется с вами.       Поппи улыбается, когда это говорит, и Блэк заражается ее улыбкой.