mi amor

      Чёрные, словно тьма, волосы и кофейная радужка лисьих глаз смутно проскользнули в сознании, но достаточно, чтобы Бомгю навсегда запомнил эти черты.       Басистый голос с едва различимой хрипотцой звал по имени, все отдаляясь в пустоту. Человек, чье лицо было слишком знакомо, протягивал худощавую руку, стараясь ухватиться за чужой затуманенный рассудок.       — .i a.or, — прошептал кто-то, растворяясь в воздухе.

***

      Звонкая трель будильника отдавалась в голову болезненной пульсацией. Снова бессонная ночь. Какая по счёту? Бомгю уже сбился, когда цифра переросла в двузначное число.       Мысли о том, чтобы пропустить назначенное событие тут же развеялись, стоило ему вспомнить незначительную угрозу своего друга:       «— Я сломаю тебе руку, если ты не придешь.»       Кан Тэхёна все же стоило бояться.       Поднявшись с кровати, первым делом Бомгю взглянул на себя в зеркало, в котором не признал свое собственное отражение. Тёмные круги под глазами и впалые щёки придавали ему труповатый вид, но махнув на это рукой, он стал собираться на предстоящую встречу. Было желание стащить мамин консилер из косметички, но взглянув на время, он понял, что опаздывал (И кто только ставит будильник за 15 минут до выхода?). Хотя вместо того, чтобы замазать синяки, ему лучше бы выспаться для начала и ничего не нужно было бы скрывать.       Он причесал спутанные ото сна волосы и собрал их в небрежный хвост, намеренно выпуская передние и те, что с боку, пряди. В последнее время мама заставляла подстричься, но Бомгю был непреклонен. Ему казалось, что его волосы — его особенность. Он любил выделяться среди привычной серости окружающих. Даже когда он впервые накрасил себе ногти, наклеив поверх наклейки с названием любимой рок-группы, мать была почти не против, но едва толерантный отец заставил смывать это «гейское безобразие». Но хотел бы он знать, что Бомгю после этих слов осветлит пряди своего вульфката, который родители одобряли лишь потому что, по словам сына, он был похож на своего кумира. Таким он и был — нетипичным семнадцатилетним парнем, плевавшим на стандарты и рамки в обществе.       Попрощавшись с родительницей, что с заботой поправила капюшон его чёрного зип худи, он вышел из квартиры.       В кафе около университета, в котором Бомгю учился от силы пару месяцев, его ожидал Тэхён с новой порцией информации по совместному проекту о роли анатомии в написании портрета. Им предстоял долгий разбор теории анатомического строения головы человека в рисунке, после чего, опираясь на изученный материал, следовательно ожидала и практика. Тихое и уютное кафе, по их мнению, отличное место для работы.       Пройдя мимо знакомых зданий, Бомгю вскоре оказался на пороге маленького заведения, что встретило его звоном колокольчика над дверью и ароматом кофе вперемешку с корицей и тёмным шоколадом. В самом углу светлого помещения за столиком сидел русоволосый парень, по совместительству одногруппник и лучший друг Бомгю. Они знакомы с момента поступления на художественную специальность и с тех пор не отлипали друг от друга.       — Ты точно живой? — спросил Тэхён, глядя на Бомгю, что неуклюже развалился на мягком диванчике напротив него.       Вид Бомгю был мягко говоря… плохим. Отросшие волосы выпадали из неплотно затянутого хвоста. Он выглядел так, словно по нему дважды проехался дорожный каток, а сверху в добавок рухнул космический астероид.       — Я сам в этом не уверен, Тэ, — устало пробормотал он, распуская спутавшиеся от легкого ветра волосы, оставляя черную резинку в виде пружинки на правом запястье. Ему была необходима расческа, но пальцы тоже неплохо справлялись с этой задачей. И почему он только сегодня забыл свою поясную сумку со всем необходимым, которую он носил через плечо, словно приросший к ней?       — Снова сон? — предположил Тэхён и был безусловно прав.       Бомгю буднично промычал, кивая и поджимая бледные губы, двумя пальцами потирая переносицу. Тэхён тяжело вздохнул.       — Что на этот раз?       — Он что-то говорил, но я плохо расслышал, — сказал он, пожимая плечами.       Тэхён было задумался, но не успел сказать ни слова, как Бомгю тут же продолжил:       — Я не знаю, но я слышал: «Are»… и, кажется, «me». Или что-то похожее, я не помню. И я не уверен, что это английская речь.       Повисла тишина и только шум кондиционера на стене рядом с ними разбавлял напряжённую атмосферу. Оба парня что-то обдумывали. Первым голос подал Тэхён.       — Бессмыслица какая-то. Но что бы то ни было, ты не должен зацикливаться на этом.       — Легко сказать, — грустно улыбнулся он.       — Бомгю, послушай, — начал Тэхён, по-дружески накрывая ладонью чужую руку. — У тебя стресс, не забивай голову ненужными мыслями, лучше думай о настоящем. Ты слишком сильно воспринимаешь игры своего разума всерьез. Перестань напрягаться по этому поводу, давай вместе куда-нибудь сходим, развеемся, повеселимся. Я ведь тоже волнуюсь за твое состояние и разделяю твои переживания.       Все это давило на больную голову Бомгю. Он не знал причины таких странных явлений, что происходили все ярче и четче с каждым днем. Мысли о том, что он просто сходил с ума, навязывались, стоило ему хоть на секунду задуматься о своей проблеме. Тэхён хоть и относился к этому с недоверием, но будучи рассудительным и, по мнению самого Бомгю, гениальным, он даже понимал его. Понимал и принимал, потому что было больно смотреть на замученного бессонницей друга, что вздрагивал от малейшего звука и прикосновения. Он понимал, что ему страшно.       — Спасибо, Тэ, — Бомгю согласно кивнул, тепло улыбаясь, получая то же самое в ответ. — Правда спасибо…       «И за что ты мне такой достался?» — думал Бомгю, из раза в раз убеждаясь в том, что Тэхён — самое дорогое, что у него есть. Он наверняка в прошлой жизни спас целую Вселенную от истребления, а сейчас был вознаграждён дружбой с этим человеком.       Бомгю достал разрисованную чернилами тетрадь, звонко бросая ее на лакированную поверхность стола, следом кладя яркую погрызанную ручку.       — Кстати, Чон Сунён-ним сказал, что нам проще начать с пропорций всего тела, — начал Тэхён, следуя его примеру.       — К-кто сказал…?       Тэхён раздражённо закатил глаза, скрещивая руки на груди.       — Ты учишься на нашей специальности уже два месяца и все никак не можешь запомнить имена преподавателей?       — Я в старшей школе даже в конце года имя классного руководителя-то забывал, — улыбаясь своей самой ехидной улыбкой, сказал Бомгю, чувствуя, как Тэхён вот-вот взорвется и снесет его милое личико — Эм… Так что он там говорил.? — проигнорировав чужой многозначительный взгляд, наигранно серьёзно сказал Бомгю.       — Лучше всего начать с пропорций всего тела.       — А это ещё зачем?       Тэхён тяжело вздохнул.       — Для правдоподобности изображения. Это особенно важно, даже если наша конкретная тема об анатомии лица.       — А если мне хочется нарисовать глаз, то нужно знать, как устроено ухо?       — Не паясничай, а, — фыркнул Тэхён, вновь закатывая глаза. Дружить с Бомгю, значит лишиться глаз от этой привычки. — Итак, нам необходимо учитывать пропорции тела человека, в основном головы, а для этого следовательно нужно знать…

***

      Бомгю обессиленно рухнул на кровать, зарываясь головой в подушку после длительного изучения теории. Он думал вовсе не о том, что почти буквально вбивал в него Тэхён. Он думал о странном парне, что на протяжении достаточно времени, чтобы вызвать страх, снился ему практически ежедневно. И все бы ничего, но впервые за все время подобных сновидений, Бомгю наконец-то смог услышать его голос. Низкий и слегка хриплый тон, словно заевшая пластинка, прокручивался в голове. Он не знал, что пытался донести до него этот таинственный парень, но его преследовала мысль о том, что это не просто сон и не просто от переутомления, как говорил Тэхён, относящийся ко всему скептически.       Достав ноутбук из прикроватной тумбочки, он с нетерпением включил его. После недолгой загрузки на экране показался рабочий стол, на котором творился настоящий хаос из ненужных папок и документов с интересными названиями. Открыв поисковую систему, пальцы замерли над клавиатурой. А что ему искать? «Почему мне снится парень, который шпарит на неизвестном мне языке и пытается затянуть меня с собой?» или «Правда ли, что психопатам снятся вещие сны?». Насчет последнего он конечно сомневался, но всякое бывает.       Он как всегда ослушался Тэхёна, в очередной раз впадая в раздумья о своих снах и состоянии после них. Он не мог понять, почему после пробуждения, все еще ощущалось чужое присутствие и чувство страха, хотя как таковой опасности в сновидениях незнакомый парень не представлял.       Чтобы не казаться глупым даже для искусственного интеллекта, он перешел на режим «Инкогнито», дабы не засорять историю поиска своим бредом.       Первым делом он набрал то, что мгновенно пришло в голову:       «К чему снится незнакомый парень?»       Нажав на первый попавшийся сайт, он начал вслух вчитываться с самого начала:       — Если вам приснился незнакомый мужчина, который вам нра-… вится… — Бомгю опешил, округляя глаза. — Так, отмена.       Зайдя на следующий сайт, он пролистал ненужную информацию и остановился на той, что была более менее похожа на его ситуацию.       «Если встретились с незнакомцем, в реальной жизни ждите неожиданных новостей», — он, не думая, пролистнул ниже.       «Если разговаривали с ним, предстоят приключения, интриги романтического характера», — Бомгю хмыкнул, устраиваясь поудобнее.       — Это уже интересно…       Он, конечно, не особо верил в подобные вещи, но собственное любопытство не давало ему покоя. К тому же, он бы чувствовал себя увереннее, внушив себе найденную информацию. На самом деле только если это будет что-то хорошее по типу: «Много денег», «Успехи в учебе» и прочая банальность.       Ругнувшись себе под нос, когда реклама казино перекрыла нужную вкладку своей яркой картинкой, он перешел на другой сайт с каким-то мистическим оформлением, не особо внушающим доверие.       Белым по черному было написано:       «Незнакомый парень, если он приятный и красивый, снится во сне, согласно сонникам — к приятной встрече. Если вы не замужем…» — он прыснул со смеха, прикрывая рот рукой.       — Ну да… мне же только замуж и выходить.       Нужно было искать информацию от лица парня, но Бомгю это ни капли не смутило, хотя должно было, поэтому он продолжил.       «…и вам приснился сон с незнакомым парнем — в скором времени у вас появится жених.»       Он нервно захлопнул крышку ноутбука, с особым презрением складывая его обратно в тумбочку.       — Этого мне ещё не хватало, — цокнул языком он, накрываясь с головой одеялом.       Спать совсем не хотелось, но веки становились тяжелее, а сознание проваливалось куда-то в бездну. Он не хотел засыпать, не хотел снова испытывать страх и беспокойство, зная то, что стоит ему на секунду прикрыть глаза, то вместо привычного мира, он увидит его. Того, кто пугал и притягивал его одновременно, заставляя бояться самого себя и своих ощущений. Непонятное чувство после пробуждения отбивало у него желание начинать день. Всегда хотелось остаться в кровати, зарыться в постель, но не засыпать. Только бы не закрывать глаза.       Бомгю, лежа под одеялом, моргнул медленно, но достаточно, чтобы погрузиться в сон.

***

      В носу стоял запах сырости и дыма. Ему казалось, что глаза были все еще закрыты из-за кромешной тьмы вокруг, но слабое свечение где-то в далеке доказывало обратное. Он осторожно сделал пару шагов к источнику света, оглядываясь по сторонам, тщетно пытаясь разглядеть окружающее пространство. Каждый его шаг отдавался звонким эхом, оглушающим уши. Он продолжал идти, ускоряясь, но казалось бы очевидный выход только отдалялся от него, стоило ему приблизиться. Перейдя на бег, он споткнулся о что-то, падая на холодный пол, больно отбивая колени и локти.       — Блять… — шикнул он, не узнавая собственный голос.       Поднявшись на колени, он вздрогнул от холода, внезапно появившегося со спины. Руки задрожали, а по коже пробежали мурашки, отчего казалось, что волосы на загривке встали дыбом. Он почувствовал чужую руку на голове, что медленно поглаживала его по затылку. Ему не нужно было видеть или слышать его. С первых секунд он все понял. Он хотел было отпрянуть, но словно прирос к поверхности пола, не в силах пошевелиться.       — К-кто… кто т-ты… — едва слышно прошептал он.       Бомгю отчетливо слышал чужое умеренное дыхание за своей спиной. Он чувствовал как некто с агрессивной заботой поглаживал пряди его волос, перебирая их между пальцами. В этом действии было что-то недоброе и навевающее чувство опасности, но пошевелиться удавалось лишь губами, стараясь промолвить хоть единое слово. Но рот бесполезно раскрывался, не издавая ни звука.       — Soy tu miedo… — прошептал кто-то, сжимая отросшие волосы.       Чужая ледяная рука медленно развернула его лицо, заставляя смотреть в глаза.       Он снова увидел его.       Пелена перед глазами не давала разглядеть все черты лица полностью, но он знал, что это он. Лисий прищур и едкая ухмылка были настолько знакомы ему, что он почти привык. Привык бояться чужого нечитаемого взгляда. Привык чувствовать страх от хриплого голоса. Привык ощущать себя загнанным в угол, слушая речь на неизвестном языке.       — Soy tu felicidad…       Голос становился громче, а холодная ладонь опустилась на шею.       — Soy tu amor…       Он чувствовал слабое давление на глотку, хрипя от нехватки воздуха. Его безжалостно душили, продолжая сверлить взглядом. Бомгю видел перед собой настоящего дьявола в обличии человека. Человека, что с равнодушием смотрел сверху вниз, продолжая что-то повторять:       — Soy tu vida…       Чужая рука до боли сдавила шею. В глазах начало темнеть, а остатки воздуха в легких стали заканчиваться. Он безнадёжно хрипел, пытаясь сделать вдох, но выходило только хуже: хватка усиливалась, сдавливая тонкую кожу до красных следов. Ему казалось, что еще мгновение и он потеряет сознание, но все также продолжать видеть чужие губы, что озлобленно шептали:       — Soy tu muerte…       Темнота.

***

      Бомгю проснулся от нехватки воздуха. Он заснул под одеялом. Скинув его с себя, отчего то повалилось на пол, он схватился за шею, жадно вдыхая кислород. Его лоб покрылся каплями холодного пота, а руки мелко дрожали от страха.       Что все это значило? Почему вдруг нейтральные сновидения стали такими кошмарными, от которых ледяной пот лился ручьем, а тело дрожало от любых движений? Почему он вдруг стал таким агрессивным, когда до этого не представлял никакой опасности, напротив, был всегда в отдалении? Теперь же ближе, чем когда-либо. Это пугало ещё больше.       Он не мог отойти от кошмара, отчего казалось, что он еще не закончился, что Бомгю все еще видел сон. Казалось, что все вокруг нереальное, что он все еще ощущал чужие руки на своей шее. Но фантомная хватка медленно развеялась, оставляя лишь саднящую боль в глотке.       Восстановив дыхание, он привстал и потянулся к телефону, стоящему на зарядке возле кровати. На часах было ровно «три». Ночь снова обещала быть бессонной. Он во что бы то ни стало не должен заснуть.