Бегущее семейство

      Наступила ночь и приближалось время, когда они привыкли ложиться спать. Несмотря на протесты Эвы, которая привыкла, что ее укладывают мама или папа, особенно ей нравилось, когда мама придумывала очередную страшную историю, сегодня сие священной действие взяла на себя Энид. Уэнсдей подозревала, что вместо любимых рассказов об убийствах, ее дочь услышит сказку о розовых пони и принцессах. Даже у Торпа они были хоть и скучными, но поучительными. И все же проще позволить волчице поступить по-своему, чем переубедить. Реакция малышки будет лучшим аргументом, чтобы больше Синклер не брала на себя эту обязанность.        Ещё одной причиной была идея, которую ей подкинула волчица, а именно провести страстную ночь с возлюбленным не оглядываясь на дочь. Они осуществили рейд на магазины нижнего белья, выбрав самое подходящее и сексуальное. Энид хотелось больше кружев, а также рюш и бантиков, Аддамс что попроще. И все же они нашли золотую середину и сделали выбор. Ведьма не очень верила в это белье, в конце концов же Ксавье видел ее без одежды постоянно и ему всегда больше нравилось. Ее он больше возбуждал голышом и она часто была готова сорвать с него ненужные тряпки. Вот сейчас девушка представляла, как соблазнит парня, позволит насладиться своим телом, пусть ласкает, как желает, а потом она впустит его внутрь и будет растягивать удовольствие.        Ее размышление прервали шаги. Дверь открылась и в комнату вошёл юноша. Когда писательница увидела его, у нее отвисла челюсть. Кажется не только она готовилась к сегодняшнему вечеру. На голове у художника были длинные белые кроличьи уши, на шее черная бабочка, ниже голого торса — черные обтягивающие шорты, сзади которых виднелся короткий белый хвостик. Кролик из Плейбоя, как сказала бы Энид. Не она ли в этом замешана? Ведьма все ещё была закутанная в халат, поэтому Торп не видел ее сюрприза. Зато решил показать свой. Он включил музыку (от автора: я себе представляла песню «Я шоколадный заяц») и начал танцевать. У гота с косичками просто отвисла челюсть, она смотрела на него, моргая от шока. Однако, когда этот заяц начал размазывать по торсу растопленный шоколад, не выдержала.        Девушка заставила парня лечь на кровать и начала слизывать сладость, хотя и не очень ее любила. Зато можно было насладиться основным блюдом: вкусом его тела. Как же бросает в жар обычно холодную гота от прикосновения к его коже. У него был странный вкус, не похожий ни на что в мире. Он был необычный и притягательный, как наркотик. Даже шоколад на любимом теле ощущался намного вкуснее. Может, начать есть с него на постоянной основе? Нет, лучше не нужно, иначе они не будут вылазить с постели, так как ведьма потребует сразу же десерт. Под горящим взглядом юноши она проводила язычком по худой немного впалой груди, слегка пососала напряжённые соски, щедро обмазанные шоколадом.        Ксавье не сумел сдержать стона, но Уэнсдей заткнула его бесстыжий рот поцелуем, делясь сладостью. Милый зайчик, такой покорный и беззащитный. Плевать на планы, ласкать ее он будет позже, сегодня она будет главной и делать, что пожелает. Маленькие ладошки зарывались в длинные волосы, ему нужно немного подстричься. Его руки сжимали упругую попку. Мягкие губы сливались в долгих поцелуях до тех пор, пока не заканчивался кислород. Шустрая ручка прошлась по торсу, спустившись к шортам. Девушка забралась внутрь, слегка поглаживая линию возле пупка и выступающие тазовые косточки. Она не выдержала и сорвала с него шорты вместе с нижним бельем, полностью обнажая Торпа.        Он не сопротивлялся, помогая ей. Когда Аддамс сняла халат, показывая эротичное белье, подчёркивающее соблазнительные формы, отчего парень сильно возбудился и хотел перенять на себя инициативу, однако ему не позволили. Она буквально взглядом пригвоздила его к кровати. Не сейчас. «Сегодня ты мой.», — прошептала писательница и он сдался. Ведьма медленно раздевалась, немного охлаждая свой порыв, чтобы растянуть удовольствие. Вначале она расстегнула черный бюстгальтер с кружевными вставками, а после стянула небольшие трусики и отбросила их в сторону. Член Ксавье уже стоял колом, он был давно готов. Прежде чем приступать к воссоединению, Уэнсдей немного подразнила его слегка проводив ручкой по стержню и подарив несколько лёгких поцелуев.        Но не выдержала умоляющего взора и наконец оседлала и впустила его в себя. Несмотря на контроль и то, что именно она задавала темп, он имел над ней буквально магнетическую власть. Даже сейчас растрёпанный, со смешными кроличьими ушками, которые немного съехали на бок, художник умудряется оставаться сексуальным и желанным. Он, при всей кажущейся беспомощности, не был безучастным. Его руки постоянно были на ее теле. Даже при этом сумасшедшем темпе юноша ласкал ее клитор, ещё больше распаляя. Воздух вокруг накалялся и без магии, в глазах темнело, а весь мир замер… Два тела двигались, как единое целое, чтобы в конце буквально взорваться от ощущений… Обессиленная Аддамс упала на грудь любовнику, который и сам тяжело дышал и практически ничего не видел.        Они лежали в объятия друг друга не думая ни о чем. Этот момент был лишь для них. Позже гот с косичками будет ворчать, отмечая, как нелепо он выглядел с этими ушками и хвостом. На что получила резонное замечание, этот, как она выразилась, «нелепый вид» соблазнил ее. В ответ девушка гневно сверкнула глаза, однако промолчала. Ведь это действительно правда. Почему ее соблазнил нелепый вид Торпа в шортах с этими ушками и хвостом? Это же полнейший кошмар, если так подумать на трезвую голову. А идиотская мелодия и танец под нее… Ужас, как она до такого докатилась? Было стыдно вспоминать. Но когда парень предстал перед ней с голым торсом, соблазняя и размазывая по себе шоколад… Как тут устоять? И черноволосая не смогла.        Эва все-таки послушала чепуху, которую несла подруга ее родителей. И если Вещь ещё мог получить удовольствие от сказки о неземной принцессе, которую спас принц от злого дракона, то девочка быстро уснула от скуки. Неинтересно. У ее мамы дракон бы с особым цинизмом сожрал этих бедолаг, растягивая удовольствие. Хотя нет, он бы отравился радугой. Кошмар. Зато Энид обрадовалась, что Ив быстро уснула и решила повторить завтра. По дороге в свою комнату она услышала звуки недетского характера. Интересно, что же произвело такой эффект нижнее белье или костюм кролика, который волчица с таким трудом заставила надеть Торпа? Он ни в какую не соглашался, боясь, что в подобном Уэнсдей выгонит его спать на диване в гостиной и ни за что не подпустит к себе. И все же не только подпустила. Ей явно понравилось.        На следующий день блаженствующий юноша готовил им завтрак, буквально сверкая улыбкой. А вот Аддамс пыталась напустить на себя недовольный вид, что у нее не очень получилось. Удовлетворение буквально читалось на ее обычно каменном лице. Малышка ела пюре, решив пока не капризничать. Оно было не только съедобным, но и вкусным. Вещь что-то печатал в телефоне, Синклер хитро улыбалась. Смотря на ее реакцию, гот с косичками начинала догадываться, чьей идеей было нарядить Ксавье в костюм кролика. Да, у него в голове тоже глупости, однако рискнуть выставить себя идиотом в такой момент и вместо жаркой ночи получить пинок под зад он бы не посмел. Значит это была идея именно Энид. А тем временем Ив доела и начала жаловаться на то, как прошел ее вечер перед тем, как она уснула. — Кошмар. — высказалась она в манере своей матери, но и это у нее получилось мило. — Это точно. — пробормотала Уэнсдей, сверля взглядом подругу. — Ну, почему же вы так категоричны? Прикольно же получилось. Тебе, Ив, нужно больше слушать прекрасные сказки со счастливым концом. — Скучно. — отмахнулась девочка. — Ну, ты же уснула. — Наверное, она уснула потому, что ей было скучно. — объяснила ведьма. — А вот вам с Ксавье скучно этой ночью не было. — парировала волчица. — Вижу, вам обоим понравилось. — Если ты ещё раз попытаешся одеть моего парня в это убожество, то я оторву тебе твои хвост и уши. — Если ты не вышвырнула его с комнаты, значить тебя все устроило. — Даже больше. — вмешался художник. — Она мне не дала оценить свое новое белье, повалила на кровать и… — Вообще-то тут ребенок. — напомнил им Вещь. — Прекратите обсуждать свою интимную жизнь. — Я тебя остановила, иначе мои глаза бы не выдержали дурацкого танца. — Да, конечно. — его эти аргументы не убедили. — Танцевать. — у малышки загорелись глаза. — Давай, танцевать. — Конечно, мой монстрик, мы потанцуем на твой день рождения. — пообещал ей отец. — Папа с мамой приготовили тебе подарок. — А почему вы не готовитесь к Рождеству, оно ведь завтра? — спросила их Синклер. — Не вижу смысла в этом смысла. Я и свой день рождение не желаю праздновать, не говоря уже о навязанных праздниках. Меня раздражают разноцветные огни и игрушки, что цепляют на хвойные деревья. А ещё подозрительный толстый мужик, который умудряется через дымоход пробираться в чужие дома прикрываясь заботой о детях, эксплуатирует животных и низкорослых существ. — Но это же семейный праздник. Эва заслуживает отметить его, как обычный ребенок. — пыталась убедить ее волчица. — А потом будет ее первый день рождение, очень важная дата для нее. — Конечно, нужно отпраздновать. — согласился парень. — Я забыл о Рождестве, так как не праздновал его, да и мы часто переезжаем, не до этого. Но ты права. — Нет, только не Рождество. День рождение, возможно, но не этот противный праздник, от которого рябит в глазах. И сюда заносить хвойное дерево не позволю. Если мы будем убегать, как его быстро убрать? Нет, и ещё раз нет. — Ну, Уэнс, пусть Ив повеселиться. Ей же так понравилось праздновать твой день рождения. — пытался убедить ее возлюбленный. — Скажи, моя злючка, ты хочешь весело погулять? — Дя… Хочю… — Предательница. — Она просто желает повеселиться и расслабиться. Если тебе не хочется обычного Рождества, мы сделаем его в стиле Аддамс. — Развесите кишки вместо гирлянды на ёлку? Повесите пауков, летучих мышей, змей и прочее вместо игрушек? Посадите Санту на электрический стул? Ксавье будет под ёлкой перевязанный черной ленточкой вместо подарка? Последнее можно и не под ёлку, а прямо в спальню. — Ну, не так радикально. Ив испугается. — Давай. — у девочки загорелись глаза. — Видите, Эва в восторге. — Хорошо, мы посмотрим, что можно будет сделать. А я немного добавлю от себя… — размечталась Энид. — Тогда сразу нет. Я этого не перенесу. — Уэнс, не волнуйся, я прослежу, чтобы она не переборщила. — пытался переубедить ее юноша. — Ладно. Но ты, перевязанный черной ленточкой, должен быть обязательно. Без этого я не согласна. — Да, хоть сейчас.        Все, кроме писательницы были довольны. Она согласилась лишь потому, что понимала, все равно будут праздновать и без ее согласия. А так она сможет проконтролировать и, по возможности, исправить. Кипучая энергия Синклер будет направлена на дело, Эва отвлечется, а художника можно будет утащить и повторить вчерашний вечер. Пусть он наконец полюбуется на ее обновку и осуществит то, что девушка не позволила ему сделать вчера. А один или два дня можно перетерпеть. Зато малышка отдохнёт и повеселиться. Постоянное напряжение, беготня и смена места жительства утомляла всех, пусть другой жизни она и не знала. Один день ничего не изменит, они будут начеку и в любой момент могут вновь сбежать.        Тем временем к ним направлялся монстр с жаждой мести. Два года он провел в заточении в специальном закрытом заведении после победы над воскресшим пилигримом. С одной стороны ему стало лучше после освобождения от этой психопатки Мэрилин. Убивать ему было не так приятно, как он говорил тогда Аддамс, когда Хайд это делал, то представлял ту, которая использовала его по-своему желанию, выпуская пар. Нет, убивать ему не хотелось, скорее найти себя, освободиться. Когда Торнхилл рассказывала юноше правду, он был в ярости, хотелось выть и раздирать себя от ненависти.        Ведь всю сознательную жизнь Галпин ненавидел изгоев. Он видел этих богатых снобов, что пользовались своими способностями ради того, чтобы занять лучшие места. Тогда как сам парень вынужден был находиться в этой дыре и смотреть с завистью на тех, кто пользуется благами этого мира. Его отец с дня до ночи работал на них игнорируя сына, прикрывая «шалости» этих тварей. В Джерико мер на них чуть не молился, а жители ненавидели, особенно понимая, что именно эти монстры поддерживают город. Осознание зависимости от них бесило горожан, однако они ничего не делают, чтобы освободиться. Даже старший Галпин при всем своем отвращении чуть не отхлестал сына ремнем, когда услышал слова ненависти.        Лишь Лукас и его друзья поддерживали стремление Тайлера показать изгоям их место. Более того, это Галпин к ним присоединился. Они пугали одиноких изгоев, отбирали деньги, издевались, чувствуя превосходство. Не то, чтобы парень не понимал, что они делают неправильно. Видя заплаканные лица детей и страх в их глазах, совесть мучила его. Внешне они ничем не отличались от нормальных людей, не спешили, за небольшим исключением, пользоваться своими способностями против них. Да, изгои защищались, однажды Лукас чуть не попал в больницу, когда напал на оборотня. Кажется, это был маленький мальчик, который ещё не пробудил свою вторую сущность. Но сила была при нем и хулиганам не повезло.        И все же раскол произошел из-за художника с соломой на голове и тощими конечностями. Его наглую рожу парень терпеть не мог. Сын знаменитого экстрасенса, который родился с золотой ложкой во рту, был популярен, особенно среди противоположного пола, хотя по мнению других парней, там смотреть не на что. Сам же Галпин тоже был популярен, но девчонки казались ему глупыми, только хихикал, строили глазки, называли милашкой и были готовы на все. Неинтересно. Нет, умные тоже были, однако быстро глупели из-за гормонов. Ксавье выбрал королеву Невермора, Бьянку Барклай, и, казалось, был на коне. Это ещё больше бесило. Когда Торпу дали разрешение нарисовать фреску на одной из стен дома в Джерико, конечно же, компания Лукаса уничтожила ее. Не будет здесь клейма этих ненормальных.        Но Торп это не те слабые запуганные изгои на которых они отыгрывались. Он собрал свою компанию и тогда была большая потасовка. Один Роуэн раскидал всех и, кажется, с тех пор начал сходить с ума. Об этом инциденте узнали мер, директриса и шериф. Конечно, все замяли, однако со своими приятелями юноша поссорился и вышел с компании. Ему хотелось уехать и не видеть этих монстров, особенно самодовольной рожи Торпа. И все же не получилось. Он остался здесь и устроился в кафе баристой, надеясь накопить денег и вырваться из этого города. Там он и встретился с новой учительницей Невермора, которая оказалась нормой.        Она быстро сблизилась с ним и раскрыла правду о его происхождении. А после насильно пробудила в нем монстра. Раньше Галпин считал, что его ограничивают и ему приходится притворяться. Но что такое рабство и ошейник он узнал только сейчас. Даже наяву, он был, как будто во сне и чужие желания выдавались за его собственные. Хайд раздирал жертв и приносил части тела хозяйке, как она и приказывала. Интересно, что это были, в основном, нормисы, хотя Гейтс уверяла о своей ненависти к изгоям и желая помочь обычным людям. На самом деле она просто сходила с ума и ею двигала месть. Он это понимал и все же помогал, так как испытывал похожие чувства.        И все же эта маленькая гот с косичками отличалась ото всех, даже изгоев. Хрупкая, на первый взгляд, она отличалась стальной волей и характером, упрямством смогла уложить троих парней. Вначале это было лишь задание от Мэрилин, однако потом он начал привязываться к ней и ощущать нечто большее, чем тягу к симпатичной девушке. Это было похоже на состязание, кто кого опередит. Юноша начал верить, что ему отдадут Уэнсдей, как игрушку, забывая, что и сам был не более чем рабом. Она не таяла и не растекалась лужицей от его слов, не спешила падать в объятья, а была неприступной, хотя Галпину повезло больше, чем меланхоличному художнику, которого после засадила за решётку.        А потом все посыпалось прахом. Вначале Аддамс раскрыла всю правду. Несмотря на свои слова, парень не ощущал тогда триумф, скорее странную пустоту. А в конце ему приказали убить девушку, если она выживет. Его называли противоречивые чувства. Он не знал, как дальше действовать, поэтому просто покорился. И проиграл. Хайд внутри злился, особенно когда умерла Лорел и они освободились. Хотелось отомстить, показать наглой девчонке ее место и одновременно оправдаться. Как и ее подружке, которая казалась такой слабой, а сумела победить монстра. Хайд же давил и понемногу Галпин все чаще склонялся к варианту мести. В этом состоянии их и обнаружила загадочная ведьма.        Кем она была он не знал и не интересовался. Явно более сумасшедший, чем Гейтс, но и сильнее. Женщина под видом медсестры прокралась в больницу и вытащила парня оттуда. На место хозяина она не претендовала, ей было достаточно осуществить свою цель. Со слов Патриции, так она назвалась, Уэнсдей украла ее дочь, обладающую сильной магией. Для чего и как девушка это сделала непонятно, но женщина поклялась вернуть себе ребенка и отомстить нахалке. Они договорились, что Хайд может убить любого, кроме малышки, которую заберёт ведьма. Конечно, Тайлеру она не нужна. Он предпочитает месть. Вначале Аддамс, а потом Торпу и Синклер. Они за все ответят. Хайд был в предвкушении, ожидая кровавой расправы.        Добрались они к небольшому городку, где со слов Патриции, находилась Уэнсдей лишь в канун Рождества. Ехали они на машине почти без без отдыха. Ведьма оставила вместо Галпина другого парня под его личиной, но магия недолговечна, она в любой момент может развеяться без подпитки и тогда вскроется факт побега. Через окно виднелись огни, силуэт людей, празднично украшенные дома. Даже тот дом, что на первый взгляд был пуст, окружали чёрно-белые гирлянды в форме черепов, на воротах виднелись отрубленные головы оленей, прибитая к двери розовая летучая мышь с большими глазами и ушами в виде бантиков. Ведьма попыталась незаметно снять систему оповещения, пока Тайлер превращался в Хайда, давая свободу внутреннему зверю. Он предвкушал кровавую расправу, как неожиданно для себя ощутил присутствие другого зверя.        Огромный волк с розовой шерстью напал на него рыча, выпрыгнув, словно, из неоткуда. Хайд узнал ту самую волчицу, которой он так позорно проиграл. Нет уж не сегодня. Он яростно набросился на нее, пытаясь достать и разобрать когтями. Волчица увернулась, вцепившись ему в лапу. Хайд, скрипя зубами от боли, вырывался и старался нанести удар другой. Однако, ему не позволили это сделать. Раздался выстрел и боль пронзила вторую лапу. Это был ненавистный ему Торп с пистолетом в руке. Позади стоял маленький ребенок около года с черными волосами и бледной кожей, с любопытством рассматривая монстров совсем не пугаясь, возле него находился Вещь. Патриция тем временем билась с Аддамс, они обменивались заклинаниями, направляя их друг против друга.        Тайлеру было некогда рассматривать, что там происходит вокруг, его больше волновало собственное состояние. Волчица, пользуясь тем, что он отвлекся, швырнула его, Хайд немного пролетел и сильно ударился об дерево, сломав его. Шатаясь, он поднялся и хотел направится к сопернице, как его настигла ещё одна пуля, попав в ногу. А потом почувствовалась волна магии и из земли вырос большой крокодил, нагло ухмыляясь. Монстр почувствовал холодок, особенно когда тот открыл пасть и двинулся на него. Превозмогая боль, Галпин бросился удирать от кусающего его крокодила. Малышка залилась смехом, понятно кто управлял этим чудовищем. Неужели это тот самый ребенок, которого нужно спасать? Это от нее нужно спасать других. Ковыляя, Хайд сделал несколько кругов во дворе, откуда не смог убежать после чего упал, потеряв сознание.        Очнулся он в людском обличии, связан, чувствуя недовольство монстра внутри себя, его ограничивали заклинанием. Судя по всему, они были в гостиной, украшенной в готическом стиле. Боль в руках и ноге исчезла. Возле ёлки, увешанной костями и чучелами грызунов на виселице, где виднелись небольшие розовые шарики и красные смешные рожицы. Девочка под ёлкой отрывала голову плюшевой собаке, а Ксавье пытался примерить на себя черную ленту, Вещь находился возле пленника. В комнату вошла Уэнсдей, она выглядела гораздо женственнее, чем раньше. В ней появилась… небольшая мягкость? Аддамс двигалась более соблазнительно и грациозно, немного похоже на свою мать. Да, и одежда не была такой закрытой. — Вначале нужно раздеться, а после наматывать на себя ленту. Иначе я сама распакую подарок, разорвав упаковку. — спокойно указала девушка. — Я хотел распаковать свой подарок ещё раньше, но ты ведь в которой раз не позволила. — в голосе художника послышалась обида. — Чтобы распаковать свой подарок нужно ещё заслужить. А ты меня все время отвлекаешь. Сегодня ночью будешь связанный, я лично обвяжу тебя этой лентой. — Садистка. — Ап. — девочка, наконец оторвала голову собаке. — Энид будет недовольна тем, что ты сделала с ее подарком. — указал Торп. — Пусть бы не дарила это убожество. — И где она? — Уехала избавляться от тела. — Я думал, та женщина выжила после того, как ты окончательно отправила дух Патриции на тот свет. — Наверное, выжила. Но находится здесь она не будет, хватит нам и Хайда… Вижу, ты очнулся, Тайлер. — Да. Что вы со мной сделали? — Всего лишь усмирили монстра. Пока будет действовать заклинание ты будешь тут сидеть в людском облике. А если будешь пытался убежать или врать я испробуют на тебе все пытки. А потом отдам Эве поиграть. — Уря! Играть. — Я представляю, как Ив будет выгуливать его вместо собачки. — хихикнул Ксавье. — И заставит приносить палку. — Собачка. — обрадовалась Эва. — Вы серьезно? — недоверчиво спросил Галпин, глядя на милую малышку. — Я когда-нибудь шутила? — Это же ребенок. Тем более вы его украли в той ведьмы. — правда, в этом Тайлер не был уверен, малышка не была похожа на Патрисию. — Мы? — удивилась писательница. — Эта сумасшедшая пыталась похитить нашу дочь. — Дочь? — настал черед Хайда удивляться, хотя девочка действительно была похожа на Аддамс. — Да, у нас с Уэнсдей родилась дочь. — подтвердил художник. — Так вы вместе? — в душе у парня начал подниматься гнев, ему хотелось разорвать более удачливого соперника. — А ты думал, что я буду убиваться и плакать за тобой? — фыркнула Аддамс. — За это время многое изменилось и не в твою пользу, Тайлер. — Как будто бы мне нужна чокнутая готка. — Галпин пытался выглядеть презрительно, но обида жгла ему сердце. — Что ты сказал? — художник отбросил ленту, сжал кулаки и начал угрожающе приближаться к нему. — Ксавье, успокойся. Мне наплевать, что он там думает. Сейчас Тайлер связанный и в моей власти. — Это ненадолго. — разозлился тот. — Сейчас я не та девушка, что ты знал ранее. У меня пробудилась магическая сила и я стала ведьмой. Твой монстр не проблема для меня. И Эва тоже сильная ведьма, как ты видишь. Поэтому и не надейся на побег. — Ты… — Да, я… Готовься, Тайлер, у тебя будет веселая жизнь. — Не сомневаюсь. — кисло пробурчал Хайд. — Ты никогда не забываешь обиды. — Да, я не злая, просто у меня память хорошая. — Очень хорошая.