В красках осени

Озэму устало тянется и улыбается: ещё два матча и они выйдут в национальные. Всего два матча. Он невольно зевает, следуя за командой. Они садятся на последние ряды, и омега позволяет себе положить голову на плечо Эйдзе. Аомине садится рядом, и запах древесной коры расслабляет его сильнее, вынуждая бороться со сном. — А где Шима? — лениво спрашивает Озэму. — Он пошёл пожелать удачи капитану Сейрин. — Серьёзно? Вот блин, — друг с удивлением взглянул на омегу, — Мне тоже следовало пожелать удачи Такаши… но я так устал, что совсем забыл. Аомине дёрнулся, слегка нахмурившись, однако подростки этого не заметили. — Ты друг года, — усмехнулся Эйдзе. — Так волнуюсь, словно сам сейчас буду играть, — ёрзает Тора, — От этой игры, по сути, зависит то, с кем мы встретимся в финале! — Ну, не совсем от этой… — вставил Тейдзе. — Это одни из самых сильных команд, так что… — начал Мисато. — Да заткнитесь уже! — рявкнул Ханавара, получив щипок от Аяко. Тем не менее, девушка улыбнулась и поцеловала его в щёку. Началось приветствие, подброс мяча. К ним подбежал красный запыхавшийся Шима, и Аомине, тяжело вздохнув, уступил место рядом с Озэму. — С-спасибо, тренер, — сел омега, выдохнув. — Выглядишь так, словно кросс бежал, — заметил Озэму. — Даже два, — усмехнулся Эйдзе. Шима ничего не ответил, только уставился на поле. — Эх, до конца игры мы для него не существуем, — махнул рукой Эйдзе. Озэму также нашёл Такаши глазами. Тот, как и всегда, выглядел уверенно и сосредоточенно. — Что за привычка молоть языками во время игры?! — возмутился Ханавара, — Почему никто здесь не может играть молча?! — На данный момент, тишину в наших рядах нарушаете только вы, мистер Крикуша, — заметил Мамору, на что все тихо рассмеялись. Альфа демонстративно фыркнул. — Ну, ничего, подойду к Такаши после игры и… Эйдзе с Шимой посмотрели на него. Поздравлю или утешу? Оставив предложение незаконченным, он продолжил следить за матчем. — Я думал ты сильнее, Мидорима Такаши, — улыбнулся Хьюга-Айда, — У тебя классные навыки, но тебе не хватает живости. Капитан Сейрин обошёл его и быстро забил мяч в кольцо. — Ого! Хьюга-Айда неплохо так подтянулся за это время, — заметил Эйдзе. — Да, но Шутоку тоже неплохо держатся, — сказал Тойя. — Плохо, потому что сын Мидоримы играет даже слабее, чем я думал, — все обернулись на Аомине, — Такое чувство, что он думает о чём угодно, но не о мяче в руках. — В нём совсем нет огня к победе, — задумчиво произнёс Тора. — Чего тогда болтаться по площадке, — фыркает Ханавара. — Хачиро и Сейрин обязательно победят! — едва не крикнул Шима, покраснев. — Уже по имени? — лукаво улыбнулся Эйдзе. — Ну… эм… ему не очень нравится, когда его называют по фамилии, — смутился омега. Озэму с Эйдзе перегоянулись и тихо захихикали. Первый тайм остался за Сейрин. Хачиро показал пальцами сердечко и отправил Шиме воздушный поцелуй. Он смутился, но улыбнулся. — Что произошло за те пять минут до игры? — поинтересовался Эйдзе. — Ну… эм… они торопились, но Хачиро уделил мне немного времени… ну… в общем… я сказал ему, что буду болеть за него, он ответил, что обязательно победит, я… ну… мне что-то в голову ударило, и я… я поцеловал его… на удачу. Эйдзе с Озэму широко открыли рты. — Чего ещё я о тебе не знаю? — присвистнул Эйдзе, вызвав у омеги новый приступ смущения. — Я не знаю, я просто… переволновался, и… н-но… потом Хачиро прижал меня к себе и… поцеловал ещё раз и… сказал, что теперь не имеет права проиграть… — Это очень мило, — слегка покраснев, сказал Озэму. — Вау, кто-то начал разбираться в романтике, — усмехнулся Эйдзе, — Но вообще согласен с Озэму, правда, нарушать личные границы человека — это плохо. — Я знаю, просто… эм… — Да ладно тебе, — Озэму слегка ущипнул Эйдзе за руку, — На самом деле, это требует огромной смелости. Хотелось бы и мне поцеловать так человека, который мне нравится. Озэму вспомнил пальцы на своей талии, запах древесины и чужое дыхание прямо на своих губах. Немного смелости, и он бы накрыл их своими. Омега невольно перевёл взгляд на Аомине, который уже с интересом смотрел на него. Очнувшись, Озэму покраснел и спрятался за Шимой. — Значит, тебе всё-таки кто-то нравится, — прошептал на ухо Эйдзе. — Мы запомнили, — улыбнулся Шима. — Н-нет, — в край смутился Озэму, — Я имел в-ввиду в ц-целом. Омеги тихо захихикали, проигноривав красного Озэму. Начался второй тайм. Казалось, Шутоку стали ещё медленнее и ленивее, в отличие от Сейрин, что держались как в нападении, так и в защите. — Такое чувство, будто всё в Шутоку держится на Мидориме, — заметил Тора, — И как только он слабеет, слабеет вся команда. — Ты прав, Тора-сэмпай, — согласился Мисато, — Единственное, чего я не понимаю, почему Мидорима даже не старается. — Он выглядит очень усталым, — сказала Аяко, — Если я не ошибаюсь, помимо баскетбола он занимается с репетиторами, ещё и музыкой. И баскетбол, судя по всему, у него не на первом месте. — В прошлом году их команда победила, — сказал Озэму, скрестив руки на груди, — Оставив нас на втором месте… — Вот и закрыл гештальт, видимо, — добавил Эйдзе. Второй тайм закончился отрывом Сейрин в тридцать очков. Радостный капитан отправил несколько воздушных поцелуев Шиме. Тот улыбнулся и робко ответил одним. Хачиро прижал ладони к сердцу. — Вот же романтики, — хихикнул Эйдзе, и Озэму улыбнулся вместе с ним. Озэму посмотрел на команду Шутоку, что выглядела подавленной. Бывшие чемпионы сейчас могли не выйти даже в финал — это казалось полным абсурдом. Третий тайм начался ещё более вяло: уверенные в своей победе Сейрин уже чувствовали себя королями площадки. — Даже обидно немного, что я тебя так боялся, — улыбнулся Хачиро, забив впервые за всю игру трёхочковой. Все встрепенулись. Для Такаши это должно было стать пощёчиной, но альфа лишь выдохнул и вытер пот. — Значит, в финале играем с Сейрин, — сказал Тойя. Озэму смотрел на уставшего Такаши, не веря, что этот человек мог обыграть его в прошлом году. Что-то очень больно заскрипело и, хотя он и был рад за Сейрин, но за Шутоку, что буквально сами отдавали свою победу, было ещё больнее. «Такаши, пожалуйста, — подумал Озэму, наблюдая за другом, который упустил ещё один мяч, — Пожалуйста, не забывай наше обещание встретиться в финале». Сирена, ещё два очка у Сейрин. — Мидорима Такаши! — послышался крик в наступившей тишине, и все посмотрели на источник шума: это был Ханамия Джиро с лёгкой улыбкой на губах, — Ты гораздо сильнее, чем ты думаешь! Победа будет за тобой! Такаши с удивлением взглянул на Джиро, пока тот продолжал подбадривающе улыбаться. — Мы должны сыграть в финале! — вскочил в след Озэму, — Не сдавайся, Такаши! — Озэму? — тихо прошептал альфа, почувствовав, как сердце застучало сильнее. Он улыбнулся и вытер капельки пота, одна из которых была слезой. Взглянув на уверенных в себе Сейрин, он начал разыгрывать мяч. — Хей, я думал мы тут за Сейрин болеем, — обидно заметил Шима. — Д-да… прости. Я просто… испугался за Такаши. Он выглядел очень поникшим. Аомине фыркнул, но не привлёк к себе нежеланное внимание. Такаши начал разыгрывать мяч, но, остановившись у трёхочковой линии, приготовился к прыжку. — Что? Он впервые за игру решает сделать бросок? Сетка шуршит, у Шутоку три очка. Сейрин, не успевшие достойно среагировать, переглянулись. — Ты прав в том, что я не люблю баскетбол так, как ты, и в этом я действительно слабее тебя. Но, — он взглянул на Джиро и сразу перевёл взгляд на Озэму, — стоит мне хоть немного захотеть, и проигрывать начнёшь ты, потому что на моей стороне — опыт. Такаши выбивает у разыгрывающего вице-капитана Сейрин мяч и снова делает бросок. Хачиро испуганно оглядывает табло: за тридцать секунд Шутоку уменьшили разрыв уже на шесть очков. — Моими учителями были лучшие из лучших в Японии. На моей стороне — отточенные техники и годы тренировок. Ещё три очка. Хачиро хмурится и хочет отдать пас, но Такаши перехватывает. И снова — три очка. Сейрин решают закрыть Такаши, но вместе с бомардиром просыпается и остальная команда: они ставят заслоны, и Мидорима спокойно угадывает направление паса. — Иногда я забываю, зачем я играю в баскетбол, — сетка снова шуршит, — Но моя причина стоит не меньше твоей. Третий тайм закончился тем, что Шутоку стали отставать лишь на три очка. Уставшие и шокированные, Сейрин с опаской смотрели на соперников, что планировали вытащить весь следующий тайм по полной. — Может мне тоже крикнуть, чтобы подбодрить Хачиро? — взволнованно сказал Шима. — Не отнимайте у Ханавары-куна его фишку, — сказал подошедший Мамору и предложил поки. — Чего?! — закричал названный альфа, вызвав у всех смешки. — Мне кажется, капитан Сейрин итак на взводе, — сказал Тойя. — Да, а убийственную ауру его сестры я аж отсюда чувствую, — вздрогнул Шима. — Похоже, его мотивация играть все же сильнее, чем я думал, — нахмурился Аомине и взглянул на Озэму. «Пацан Мидорим определённо влюблён», — выдохнул Аомине, невольно скрипнув зубами Четвёртый тайм начался с агрессивного прессинга Сейрин, но против Такаши, к которому мяч всё равно попадал, это никак не спасало. Замена, одна, вторая, тоже никак не способствовали улучшению ситуации. — Нет! Это не кончится так! — вкладывая последние силы, сказал Хачиро, но промазал с трёхочковым: подбор выиграли Шутоку, и мяч снова был в руках Такаши. — Осталась минута, — сказала Аяко и, как и другие, с замиранием сердца ждала итога. Разница в шесть очков — Сейрин вполне могут победить, но уставшие и отчаившиеся, они лишь выжимали из себя последние соки. Хачиро прорвался к кольцу, сделал данк, но в следующие несколько секунд Такаши снова забил, увеличив разрыв. Сирена. Это конец. — Победила команда Шутоку! Хачиро, тяжело дыша, смотрел перед собой. Всё перевернулось с ног на голову за несколько секунд, из-за нескольких слов, и теперь он видел эту пропасть, разделявшую их с Мидоримой: каждое движение — фундаментально и отточенно до идеала. Как можно было полагаться на энтузиазм, когда он играл с человеком, который держал мяч в руках едва ли не с детства? И когда его учили действительно сильнейшие в Японии: бывшие игроки Поколения Чудес. Слёзы скатились с подбородка. Он автоматично пожимает руку каждому игроку, но от Такаши намеренно отводит взгляд. Порою он ненавидит себя за то, то не пришёл в баскетбол раньше. Может, было бы больше шансов, может, не было бы так больно от горькой мысли, что, возможно, ему уже не достичь подобного уровня. — Хачиро! Шима налетает на него, крепко обнимая. К ним подошла все остальные игроки Мочимоно, за исключением Озэму. — Вы прекрасно сыграли! — Шима успокаивающе гладил его, пока Хачиро прятал лицо в его плече. — М-мы… м-мы опять п-проиграли… — Это была достойная игра, — вмешался Тойя, — В вашей команде была настоящая сила. — Какая разница, — дрогнувшим голосом ответил Хачиро, — Мы ведь… проиграли… Камэ переживала больше за брата, нежели за сам факт проигрыша. В тот момент, когда Такаши очнулся, она уже осознала исход. — Хэй, — к ним подошёл Аомине и смутился, обратив всё внимание на себя. Все ожидали, что сейчас он скажет то, что снимет все напряжение, — В наших поражениях — наши же победы. Хачиро нахмурился. Легко говорить, когда ты игрок Поколения Чудес. — Без поражений нет роста. Я понимаю, как вам сейчас плохо и невыносимо, но поверьте, в поражениях нет ничего сильно страшного. Хачиро, немного успокоившись, оторвался от Шимы и кивнул. — Я… сделаю всё, чтобы победить в следующем году, — вытер он слёзы. — Вот это уже нужный настрой, — улыбнулся Тора. — Да! Никуда не денетесь, пока мы с вами не встретимся с финале! — закричал Ханавара. Все немного приободрились и улыбнулись. — Может в Маджи сходим? — робко предложил Мисато, — Я чертовски голодный. Команды кивнули, и Мочимоно отправились к выходу, чтобы подождать. *** — Поздравляю с победой, — улыбнулся Джиро, грея руки в рукаве толстовки. — Спасибо. Такаши неловко отводит взгляд. Ему стоит поблагодарить Ханамию за то, что он поддержал его, но для него в сознании он все ещё был лмцемером и лгуном. — Буду болеть и дальше за тебя в финале, Мидорима Такаши. — Спасибо… и… — он покраснел, — Спасибо за то, что крикнул во время матча. Капитан Кирисаки улыбнулся. — Рад помочь. Если что-нибудь понадобится, ты всегда можешь обратиться за помощью. — Да, — растерялся Такаши, — И ты. Джиро улыбнулся, смутив альфу сильнее, и ушёл, оставив Такаши в недоумении. — Такаши… Он встрепенулся, словно его вывели из транса. Озэму улыбнулся. — Прости. Я лишь хотел поздравить с победой. — Спасибо, Озэму, — улыбнулся в ответ Мидорима, — И тебе спасибо за помощь. — Да не за что, — смутился омега, — Если честно, я бы не додумался до этого, если бы не Ханамия… мне стыдно, что я не пришёл пожелать удачи перед игрой… Такаши оборвал его, взяв за руку. — Ты очень помог мне Озэму. Если честно, в какой-то момент мне стало всё равно на победу, но, — он погладил его ладонь и нежно поцеловал тыльную сторону. Омега сильно покраснел и вздрогнул, — Твои слова и наша цель встретится в финале напомнили мне о том, для чего я играю в баскетбол. — Э…х-хорошо… Такаши… меня команда ждёт… и… ещё раз поздравляю… — он уносится из коридора как можно скорее. Альфа выдыхает. — Идиот, — шепчет он и тянет пальцами волосы. Его последние силы остались на баскетбольной площадке. *** Озэму выбегает на улицу и выдыхает. Команда удивлённо оборачивается на него. — О! Хорошо, что вы здесь, — улыбается он, — Мы кого-то ждём?.. — Сейрин, хотим с ними в Маджи посидеть, — ответил Шима. — Отличная идея! А как они себя чувствуют? — Лучше, — сказал Эйдзе. — А как ты себя чувствуешь? — спросил Тора, — Ты словно от призрака бежал. Кажется, этот вопрос хотели задать все. — Ну… я искал вас… боялся, что уже все ушли… — Если что, телефоны уже придуманы, — заметил Мамору, на что все тихо хихикнули. — Да я… не подумал. Озэму обернулся, надеясь, что сейчас не выйдет Такаши. — Можно вас на минутку? — шёпотом спросил Озэму у омег, на что те кивнули. Они отошли подальше от команды, — В общем… Такаши поцеловал мне руку… — Чего?! — воскликнули омеги, чем привлекли к себе внимание Аомине. — Тише, пожалуйста! — он обернулся, посмотрев на входные двери, — Я… мне кажется, вы были правы… мне нужно с ним поговорить… — А ты этого так и не сделал? — вспылил Эйдзе, — У тебя была неделя! — Я… мне просто не верилось! Ведь… Такаши для меня как брат, я был уверен, что он чувствует тоже самое, ведь… у меня никогда не возникало других мыслей! Это даже и неправильно как-то, поэтому я даже не думал об этом… но… то, как Такаши взял мою руку и поцеловал… Озэму выдохнул. — Что мне делать? Мы встретимся на вечере у Мидорим, но я не знаю, как это сказать… — Очень просто, — фыркнул Эйдзе, — Подходишь, просишь поговорить, спрашиваешь у Такаши, какие у него чувства к тебе. — Главное, чтобы дурачка не включил, — добавил Шима. — Если включит, то это будет только на пользу. — В смысле? — спросил Озэму. — Если вдруг будет делать вид, что ты его неправильно понял и так далее, то выдохни и скажи всю правду. Хотя, правду нужно сказать в любом случае, просто так будет легче, — сказал Шима. — Понял. Спасибо вам, — он слегка улыбнулся, — Надеюсь, что я действительно понял что-то не так. Омеги переглянулись, покачав головой. — Скорее нет, чем да, — мягко сказал Шима. — Да уж, — буркнул Озэму. Сейрин вышли из корпуса. *** — Спасибо, что проводил, — сказал Мамору. — Не за что, — пожал плечами Дзеро, слегка смутившись. Начался мелкий дождик. Мамору цокнул языком. — Через несколько минут будет ливень. Не хочешь переждать у меня? Дзеро, почесав затылок, смутился сильнее. — Мне в принципе не так далеко… — Нет, лучше переждать. Брось, заодно и уроки вместе сделаем. — Ну, спасибо тогда… Дзеро снял обувь и прошёл в дом. Мамору пригласил его на кухню, предложив дорояки. — Наверное, не так вкусно как у Фурихаты-сана, но мы с сестрой старались. Альфа покраснел, на что Мамору усмехнулся. — Сейчас принесу учебники. Может, найти какую-нибудь футболку? — Если несложно… Мамору кивнул и скрылся на втором этаже. Через несколько секунд кто-то закрыл ему глаза и альфа чуть не вскрикнул — но этот кто-то захихикал и сразу убрал руки. — Прости, не хотела тебя напугать. Милая бета с высоким хвостом светлых волос и грудью, на которой расходилась молния толстовки (благо под ней был топ, иначе Дзеро бы снова сидел красный). Одетая в яркое, она лукаво улыбалась, разглядывая альфу. — Я Мамору Аи, — она приблизилась едва ли не вплотную, — А вы? — Дз-зеро М-Мачида… — А! Из баскетбольного клуба, да? — Д-да… — Приятно познакомиться, я сестра Иссикая, — она протянула руку. Чувствуя себя крайне неловко, он пожал руку в ответ. Девушка была полной противоположностью тихого и спокойного Мамору. — Мой брат обо мне ничего не говорил, да? — улыбнулась она. — Угу. — Сволочь, — улыбнулась она шире. Раздались шаги. Мамору, увидев сестру, закатил глаза. — Разве ты не должна быть сейчас на танцах? — А я что, испортила тебе вечер? — съязвила она в ответ, чем опустила Дзеро в жар. — Ага, с самого того момента, как научилась говорить. — Не переживай, твои секреты не выдала. — Не успела? — Нет, у тебя просто жизнь скучная, — она улыбнулась, — Даже сейчас заманил к себе каким-то чудом такого красавчика, и держишь его над учебниками. Дзеро аккуратно посмотрел на Мамору, и заметил на его щеках редкий для него лёгкий румянец. — Если не придумаешь досуг лучше, то телевизор свободен. — Надо же, ты всё-таки уходишь? — Нет, даю твоему гостю шанс не помереть со скуки, — она отправила им воздушный поцелуй и вышла. — Мигера, — шикнул Мамору. Дзеро же, не выдержав, улыбнулся. Бета быстро перевёл на него взгляд, смутившись сильнее. — Тебе к лицу румянец. Он покраснел сильнее, но, не зная что ответить, лишь уткнулся в учебники. — Сделаем математику, а потом посмотрим… что-нибудь? — Да, можно. — Прости, футболку не нашёл. — Ничего. Через полчаса началась гроза. Мамору выдохнул, посмотрев в окно. — Ненавижу дожди. Слякоть, лужа, темнота, влажность… — он касается слегка вьющихся волос. — Зато дома в такие моменты всегда очень уютно. Мамору, увидев улыбку Дзеро, отвёл взгляд, снова слегка покраснев. — Я поищу какие-нибудь снеки. Можешь выбрать фильм в гостиной? Там на полке коллекция дисков. Дзеро кивнул. В гостиной сидела Аи, которая читала мангу. — О, недолго он тебя мучил, — улыбнулась она. — Да… мы хотим посмотреть фильм. Он начал перебирать диски. Сплошные дорамы и аниме. — Дзеро-сан? Альфа обернулся. Бета улыбалась. — Могу я попросить? Он кивнул. — Береги моего брата. Дзеро удивлённо приподнял брови. — Он тихий малый, да ещё и язва. Друзей у него всегда было немного, и те уже разъехались. Он сильно привязался к команде, — она улыбнулась, — Если открывает рот чаще, чем раз в день, значит, ему с вами комфортно. Он смущённо кивнул. — Мне кажется, вы ему нравитесь, — альфа вспыхнул, — Но чертяка этого в жизни не покажет. В любом случае, просто… берегите его. В гостиную вошёл Мамору с тарелкой чипсов. — Кажется, это была моя пачка, — она нахмурилась. — У тебя диета. — Ага, называется «обнаглевший брат». — Нет, называется «вечер пятницы без тренировки». — Ладно, так уж и быть, ешьте, — она помяла его щёку, — Смотри только, не слопай всё сам. — Не переживай. Аи подмигнула и вышла из гостиной. Мамору сел по-турецки, протягивая Дзеро чашку с чипсами. — Она что-то наговорила про меня? — Нет, — автоматично сказал Дзеро, получив скептичный взгляд, — Только то, что твоё любимое аниме — Наруто. — У кого же оно не любимое? — Мне в детстве больше нравились супергерои, вроде человека-паука. Наруто я так и не досмотрел до конца. — Ты не японец. Дзеро засмеялся. — Может, посмотрим Атаку титанов? — Давай, — пожал плечами бета. Альфа сел рядом, слегка коснувшись его коленки. Мамору упёрся взглядом в экран, но Дзеро заметил, как порозовели его скулы. Он улыбнулся. *** — Здравствуй, Коки. — Привет, — улыбнулся Фурихата, — Проходи. Он поставил чайник, но, думая, чем себя занять лишь бы не смотреть лишний раз на альфу, наткнулся взглядом на Юкимару, которую хотел подарить. «Потом, — говорит себе Фурихата, — потом… сейчас, — говорит другая часть, — так и будешь мямлить». Чайник закипел. Он накрыл на стол, и, замявшись, всё-таки потянулся к фигурке. — Эм… Сей… м-мне бы хотелось сделать тебе подарок. Он протянул белую глиняную лошадь. Акаши, коснувшись его пальцев, улыбнулся, вызвав у Фурихаты густой румянец. — Очень красиво. Как и все твои работы, — вкладчиво произнёс Акаши. — Спасибо… Внутренне, Фурихата надеется на Озэму, который сейчас обязательно забежит, но этого не происходит. Только и самому омеге не хочется разрывать их контакт. — Я-я думаю… может… ну… было бы здорово, если бы ты снова занялся верховой ездой? Акаши задумывается. — Ну… я в том смысле… тебе ведь это нравилось, верно?.. я просто подумал, что… после… — Фурихата вовремя прикусывает язык, не говоря об умершем отце Акаши, — Ты давно не занимался, хотя тебе это очень нравилось… пока лепил Юкимару, я вспоминал, как ты рассказывал, что чувствуешь свободу, когда ездишь верхом… я просто подумал, ты наверняка целый день на работе, и… немного свободы было бы здорово… я помню, каким счастливым ты выглядел… и прости за всё то, что я несу… Альфа улыбается и, откладывая фигурку, целует руки омеги. — Спасибо тебе за подарок. И спасибо за совет, — проходит губами по костяшкам, — Я совсем забыл о том, что есть верховая езда. — Н-не за что… Он гладит ладони Фурихаты, вызывая у него сладкую дрожь. Омега сразу вспоминает касания пальцев по позвоночнику и поцелуи. — Сей… Фурихата сглатывает и делает глубокий вдох. — Я вытащу на стол ещё булочки для Озэму. Акаши, слегка улыбаясь, отпускает его ладони. Фурихата мигом разворачивается к холодильнику. «Ещё немного, и из глины мне нужно будет лепить свою выдержку» — закусил губу Фурихата. *** — Аомине-сан, не хотите сыграть? — Ты вообще когда-нибудь устаёшь? — улыбается альфа. — Ну… за эти два дня я мяч не возьму в руки, так как у Мидорим будет вечер и нам с папой нужно будет помочь организовать его… а в воскресенье буду готовиться к контрольным. — Ясно. — А вас пригласили на вечер к Мидоримам? — Да, как ни странно. — Классно! Аомине улыбнулся. Они дошли до дома Озэму. — Так как насчёт предложения сыграть? — Тебе нужен отдых, иначе опять перенапряжёшь ноги. Поэтому, позволь мышцам расслабиться, — он потрепал Озэму по голове. Омега улыбнулся в ответ. Аомине слегка потянул прядки волос, прошёлся подушечками пальцев по коже. Озэму прикрыл глаза слегка покраснел. Это вывело Аомине из транса. Он резко отдёрнул руку. — В общем, отдыхай. — Хорошо, — Озэму открыл глаза, оставаясь в расслабленном состоянии, — До встречи на вечере. Аомине кивнул и ускорил шаг. С каждым разом он всё больше теряет над собой контроль.