Анонимность

(27.01.2021)

Ночь без сна покажется адом. Сон, как типичный бывший, будет приходить и уходить вновь, доводя до исступления. Всю ночь Солнцев будет бежать за ней во сне, и в тумане посреди темноты карие глаза преследуют и с издевкой гоняют по незнакомым тропам леса. Девушка попадает в болото, падает с обрыва, лезет на сосну, срывается и летит вниз с криком. В худшем случае напарывается на нож в руках рыжего маньяка, как глупая свинья истекает кровью, пока мужчина посмеивается и копает ей яму — ее личную убогую могилу, что зарастет травой через пару месяцев, скроется за сухой листвой, заметется снегом, а по весне рыхлая почва… Даже страшно вспоминать, что видела Вероника. В поту, чувствуя мандраж, рыжая будет просыпаться за ночь несколько раз. Утро еще никогда не было таким гадким. Голод не ощущается, только дикая жажда. Вероника пролежала на диване до обеда и наконец-то собралась на улицу. В холодильнике есть всё, но хотелось вредной готовой выпечки. Она закрыла дверь и поспешила вниз. Неизменный мороз заставил сощуриться, спрятать нос в теплый шарф. Снег, крупный, пушистый, как клочки кошачьей шерсти, лез в глаза. Ничего не видно, холодно, руки трясутся не от мороза, а от тревоги. Рыжая рассуждала, стоит ли писать первой Олесе? Она-то не грустила, не писала, в «инстаграме» с той же подружкой уже обедала снова где-то чем-то аппетитным. «Не буду, сама разберусь!» — рыкнула Вероника вслух. Ну да, сама разберется, а в итоге расскажет все темноглазой с намеком на то, что та бросила ее в нужный момент и ей пришлось справляться в одиночку. «Нет-нет, такого не будет!» — пообещала себе она, представив, как это унизительно звучит. Поверит ли ей вообще подруга? Усмехнется, скажет «не выдумывай, нужна ты ему». Пока она вела диалог с вымыленной Олесей и умоляла ее поверить ей, в спину прилетел снежок. Огромный, заставивший обернуться. — Придурок что ли?! — раздраженно выкрикнула Вероника, но увидела лишь темную фигуру, которую не разглядеть в снегопаде. Кто-то спрятался за кустами, покрытыми шапками снега. Это было так далеко, что девушка лишь фыркнула и пошла дальше. Метров через пятьдесят, когда она была уже у дверей пекарни, в голову прилетел второй снежок. Боль пронзила затылок, Вероника пискнула от боли, но, когда повернулась, никого не было. Какой-то мужчина выходил из застекленного помещения, из которого повеяло выпечкой. — Господи, вы в порядке? Это дети! Случайно, наверное. Только что тут игрались, — проговорил он. Вероника заверила, что она в порядке и вошла внутрь. Довольная, с готовыми салатами в пластиковых контейнерах и ароматной выпечкой в пакетике, она вышла из теплого помещения и огляделась по сторонам. Вдали подростки метали в друг друга снежки, но она была не в силах добежать до них и высказать им всё в лицо. Плюнув на это дело, она заторопилась домой. Стоило зайти во дворы, как очередной крепко слепленный снежный будто бы теннисный мячик попал прямо в предплечье. Пакет упал на пол. Вероника развернулась, но никого не было. — Хватит! — выкрикнула она. Мимо проходящая пара глянули на нее, как на сумасшедшую бабку. Она схватила пакет и рванула к дому, до которого точно еще два снежка прямо в затылок. Вероника шла и оборачивалась время от времени, но позади шли размеренной походкой женщины в шубах, какой-то дедок с блаженной улыбкой на губах, дети с портфелями за спиной. Она смогла дойти до подъезда, по пути к нему приготовить ключи, она уже прикоснулась магнитом, когда кто-то толкнул ее со всей силы. Вероника ударилась об металлическую дверь, вскрикнула, но успела услышать: — Привет от Солнцева! Какой-то парень в легкой куртке и капюшоне уже поспешил уходить, но рыжая, не соображая, на автомате смогла ударить его по плечу пакетом. — Иди в жопу, придурок! — заорала Вероника. Бежать за ним не хватило смелости и сил, в отличии от незнакомца, который рванул подальше, как домашняя псина, и исчез в снегопаде. В пакете что-то предательски хрустнуло, но испуганной девушке было плевать. Она быстрее открыла дверь домофона и взлетела вверх по лестнице к своей двери. С грохотом захлопнула ее за собой и замерла, пытаясь прислушаться к звукам в квартире и за ее пределами. Тишина… Сердце стучало, отдавало в виски. Она быстрее разделась, подбежала к окну, но там никого не было. Знакомого вчерашнего автомобиля, никаких поджидающих ее фигур. Лишь снег, что падал еще больше и сильнее. «Что за пиздец?» — спросила она у себя, но ответа не было. Солнцев решил заняться детским садом? Подкидывать ей неугомонных мальчишек, что будут передавать «приветы?» Голова, кстати, разболелась не по-детски после того снежка в затылок. В пакете было месиво. Один контейнер раскрылся, пакет изнутри стал майонезным, но заманчиво пах. Пришлось обедать другим салатом, запивать чаем и игнорируя видео с телефона, поглядывать в окно.       

***

Тем же вечером, когда Вероника уже позабыла о неприятной ситуации, случилось интересное. Ближе к десяти вечера в дверь стали долбить кулаками, а может, даже ногами. Это заставило рыжую вздрогнуть, замереть на месте, успеть отмереть обратно и подбежать к двери. «Я сейчас вызову полицию! Вон отсюда!» — выкрикнула Вероника, застучав кулаком в свою же дверь. — «Я вызываю!» Паренек в дверном глазке исчез только после второго предупреждения, которое проговорила хозяйка квартиры громче и увереннее. «Солнцев?» Что-то внутри без колебаний ответило «да». Ксюшин номер был снова набран, но в ответ лишь «абонент вне зоны действия сети».

***

(28.01.2021)

Прежде чем выйти и выкинуть мусор, Вероника глянула в окно — чисто. Прежде чем уверенно выйти из подъезда, она высунула лишь голову, оглядела улицу — чисто. В девять утра даже снегоуборочные машины почему-то не очистили дорогу. Пришлось кое-как перебирать ногами, вязнуть в сугробах, как в болоте в ее сне. Мусорные контейнеры прямо у старца дома, мучиться оставалось недолго. Пакет полетел в мусорку, она довольная пошла обратно, не забывая оборачиваться назад. Не хотелось торопиться домой, было нехолодно. Люди, проходившие мимо, спешили на работу, в школу, в университеты. Она не успела и глазом моргнуть, когда какой-то парень, скрывавший лицо шарфом, задел ее плечом и намеренно вдобавок оттолкнул от себя ладонями. Она вскрикнула, ощутив наличие копчика, который еще никогда так не напоминал о себе. — Привет от Солнцева, сука, — прошипел незнакомец. — Иди на хуй! — заорала Вероника, сдерживая слезы. Тот на нее даже не глянул, уже бежал прочь от нее. Женщины и мужчины проходили мимо и даже не помогли встать, только недоумевающе глядели на рыжую, что поднялась сама и доползла до своей квартиры. В своих родных четырех стенах она разрыдалась от боли и обиды. Еще никогда не было так больно и гадко. Ее как неудачницу всей школы из драматического фильма толкнули на землю. Только в фильмах героини в огромных очках встают на ноги и дают сдачи, а не падают на задницу и плачут дома. Она, всхлипывая, зашла на страницу Ксюши, на которой ничего не поменялось.

Вероника: «Ксюш, Солнцев приходил ко мне домой. Угрожал, хотел, чтоб я оставила тебя в покое. Я выгнала его.

Теперь уже второй день какие-то парни на улице толкают меня и предают приветы от Солнцева. Приезжай уже быстрее, я боюсь»

В друзьях мелькнула Женька, которая была в сети два дня назад. И почему-то рыжей это показалось хорошей идеей.

Вероника: «Пожалуйста, помоги мне. Мне угрожает Солнцев и ваши ребята»

Остаток дня она провела дома, поглядывала в окно. Во дворе было пусто, только дети, что безобидно валялись в снегу и визжали. Вечером всё повторилось вновь. Громкие удары в дверь, угрозы Вероники и тишина. И ладно бы… В три утра повторилось тоже самое. Рыжую будто прижало к постели, она окаменела. Кто-то сверлил входную дверь! Она была уверенна в этом. Страх быть прирезанной в своей постели заставил встать с постели и тихонько прокрасться к дверному глазку. Орудовали какие-то два парня. — Я, блять, вызываю полицию! — заорала Вероника и застучала в собственную дверь ногами. — Слышите меня! Я вызываю полицию, придурки! На удивление, ночные гости услышали ее с первого раза и сразу же сбежали.       

***

28 числа она не выходила. Незнакомцы стучали в дверь несколько раз, но Вероника настойчиво делала вид, что ее нет дома. Не реагировала совершенно. К ее удивлению, к вечеру, когда пора бы уже включить свет, а она этого не сделала, парни постучались лишь раз и больше не побеспокоили, будто бы поверили в отсутствие хозяйки.

***

(29.01.2021)

Зато другим днем настойчивый стук в дверь в восемь утра разбудил ее. Казалось, кто-то считает дверь барабаном, раз с такой силой бьет, создавая ритм. Но Вероника не поднялась с дивана. Было интересно, сколько это будет длиться. Оказалось, нужно вытерпеть пятнадцать минут и наступит вновь тишина. Вероника заснула снова. Проснулась она в одиннадцать от того же знакомого утреннего барабана. Видимо, это тот же человек, любящий так утро и желающий разбудить все-таки Веронику. Что ж, пришлось встать. Она поднялась с дивана, поставила чайник, стала нарезать колбасу на завтрак под все еще ту же барабанную дробь. Яичница жарилась с тем же звуковым сопровождением. Прекратилось все как раз вовремя, когда вскипел чайник и на столе все было готово. Рыжая с улыбкой принялась завтракать. Улыбаться расхотелось ближе к обеду, когда она осознала, что холодильник пуст. Пришлось собираться на улицу. Она уже была одета и обута, когда решила глянуть в глазок, в котором заметила темную фигуру, стоящую у двери. Кажется, этот кто-то собирался снова настукивать свою мелодию. В рыжей вспыхнул огонек храбрости и ключ в замочной скважине показательно стал крутиться громче прежнего. Незнакомец испарился. Когда Вероника отперла дверь, она увидела только мокрые следы у входа, услышала топот ног и как открывается дверь домофона. «Резвый, ничего не сказать, так просто не поймать, но легко напугать!» — вдохновившись своей победой, она вышла из подъезда, ощущая себя увереннее. К счастью, игр в снежки сегодня не было, и она быстро добежала до магазина. Пакеты в руках были просто огромные, она с трудом подняла их возле кассы. Настолько было тяжело, что хоть вызывай такси! Как-то не хотелось сдаваться, вдруг караулящие ее подумают, что она так напугана, что придвигается теперь на такси? Нет уж, такому не бывать, пусть видят ее! Снежки и толчки — этим ее не запугать на улице. «Если что, этим пакетом и изобью его!» - похихикала злобно рыжая и на своих двоих побрела до дома. Обед, все на работе, учебе или просто дома. На улице никого, двор чист, ни души. Девушка даже повернулась пару раз назад — точно никого. Она остановилась у заснеженной скамьи возле своего подъезда в поисках ключей в кармане. Черт, как назло они провалились именно в ту дырку, что проделал нож, который она нервно пихала перед встречей с Солнцевым у себя дома. Матерясь в полголоса, пришлось рвать карман, просовывать свою руку и искать, согнувшись вдвое. Незаметно сзади оказалась фигура, Вероника краем глаза заметила кого-то быстро приближающегося к ней. Она успела пикнуть, прежде чем услышала очередное: «Привет от Солнцева, дура!» и этот кто-то схватил ее за капюшон и развернул к себе. Она вскрикнула, одной рукой попыталась оттолкнуть незнакомца. Темно-зеленые глаза и черные густые брови — только это она успела разглядеть. Парень схватил девушку за грудки одной рукой. Во второй показался нож, что опасно блеснул в крепко сжатых пальцах до побеления костяшек. Вероника заорала во все горло что есть мочи, когда лезвие оказалось внутри нее. Где-то под ребрами закололо, девушка завыла, как настоящий раненный зверь. По двору прошлось эхо. Зеленоглазый парень откинул ее от себя в сугроб с отвращением и побежал прочь. — Помогите! Помогите… — задыхаясь от страха и боли прохрипела она, но рядом никого не оказалось. Вероника поднялась на ноги, стала расстегивать пуховик, задыхаясь от слез. Не справляясь с молнией, психовала и руки, как назло, тряслись так, как никогда в жизни. Наконец молния поддалась и посреди белого свитера на месте удара, под ребрами появилось… ничего. Ничего! Она задрала свитер, в котором оказалась небольшая дырочка, будто бы только кончиком ножа смогли пробраться под пуховик. На коже не было ни следа, и она стояла как местная сумасшедшая посреди двора в -25 полураздетая, в слезах, что жгли лицо. Зеленые глаза заметили соседку-бабушку, что с подозрением оглядывала девушку, выглядывая из-за шторы. Она покачала головой и пропала из окна. Вероника поняла, что нужно уже точно домой и вытащив ключи из кармана с первой попытки, побежала наверх по лестнице. В квартире притаилась истерика, которая напала на хозяйку стоило ей пройти дальше коридора прямиком на кухню с тяжелыми пакетами в руках. Тушь, которой она накрасилась, видимо, ради горячих соленых будущих слез, размазалась по всему лицу. Болело все тело, будто ее отпинал зеленоглазый незнакомец, а не просто порвал пуховик. Кстати, о пуховике! Испорчен, совсем испорчен. В нем была не просто дырка, он был порезан. Зияющая дыра размером в сантиметров десять длинной. Зашивать такое, ходить со швом полное позорище. Выбора нет, ей нужен снова новый пуховик. Обидно было за пуховик, обидно было за себя. Она не справилась, расклеилась, увидев жуткие глаза, цветом похожие на болото, как в ее сне. Испугалась! Она же обещала себе продержаться до приезда Ксюши, а сообщения отправленные, но не доставленные двум боксершам напоминали ей о собственной слабости и жалкости…

***

Следующие три дня в квартире Вероники копился бытовой мусор и страх за себя. Зато хорошо экономился свет. Девушка не включала вечерами его нигде, чтоб хулиганы думали, что ее нет, но, к сожалению, те, как хищники чуяли свежую кровь или слезы испуганной рыжей, и стучали в дверь. Обязательно ночью пару раз, в качестве «доброго утра» в девять утра. Обед пропускали, возвращались к вечеру. В общем, план со светом был плохой. Приняв факт, что отсутствие света не спасет ее, она зажгла его первого февраля. Она не спала до двух ночи. И в 2:05 она услышала, как что-то ударилось об окно на кухне, в которой она находилась и пила чай, уткнувшись в телефон. Она не решилась подойти, ведь не успела, когда в окно прилетел снежок. Врезался в стекло и постепенно сам отвалился, оставив после себя мокрый снежный след. Не успела Вероника даже задаться вопросом «что за чертовщина?» когда третий прилетел выше, следом четвертый и пятый без пауз. Вероника быстрее выбежала из кухни, погасив свет. Побежала в зал, окно которого уже было атаковано тоже, хотя свет в этой комнате не горел. В спальню не хотелось, и она рванула в туалет, прижав к груди единственное спасение — телефон. Вероника слышала, как хорошо слепленные снежные мячи летят в окно спальни. Она сидела на унитазе, поджав под себя ноги и прислушивалась к глухим ударам о стекло и молилась лишь бы выдержало оно эти письма счастья. В какой-то момент всё притихло и когда Вероника, осмотревшись по сторонам, прошла на цыпочках в спальню, она услышала удары во входную дверь. Бороться с этим не было храбрости, там на улице у своего подъезда с дырой в пуховике, она растеряла все остатки желания бороться с этим беспределом. Будто вместо крови из нее вытекла вся отвага. Внутри нее беспомощность и слабость перед ситуацией. Она не справляется. Она слаба, она сдается. Сдается, но не соглашается с условиями Солнцева! Рыжий дед не получит ее согласия. «Никогда!» — прошипела Вероника и завернулась в одеяло. — «Хрен тебе!»

***

(2.02.2021)

С утра после типичного дверного будильника, Вероника поставила чайник. Собрала весь мусор в кучу и вынесла за порог квартиры, поставив его рядом. «Вынесу попозже» — пообещала она себе. Три мусорных пакета ждали ее целый день и только к вечеру кто-то постучал в дверь. Она очнулась. Она провела весь день в квартире, ела ли она что-то на обед? А ужин? Кто-то аккуратно, но с просьбой открыть дверь постучал снова. Рыжая поняла — это точно не те самые незнакомцы. В дверном глазке она разглядела женщину средних лет и открыла ей. Не успела она поздороваться с соседкой, как та стала неразборчиво кричать, требуя убраться. В нос ударил запах мусора, от которого она избавилась по утру. К ужасу Вероники вся лестничная площадка ее этажа была в мусоре — пластиковые банки, фантики валялись на полу! Вероника стала извиняться, оправдываться. Это сделала не она! Зачем ей в собственном подъезде мусорить?! Соседка слушать не хотела, приказала убрать, пригрозила полицией и убежала к себе наверх. Пришлось убираться, пытаясь прикинуть в каком же часу эти придурки поднялись к ней на этаж и вытряхнули все пакеты? Они же не захаживают к ней в обед. Неужели это случилось недавно? Точно, никто бы из соседей не стал такое терпеть с обеда до вечера. Входная дверь оказалась измазана тухлой сметаной, которую она выкидывала, заткнув нос. Дыр в двери, кстати, не было, зато была в стене рядом. Все-таки сверлили стену, не стали портить имущество. Злость охватила Веронику ненадолго. Когда время пришло выйти в магазин и выкидывать мусор, страх долгое время не отпускал ее из квартиры. Она в слезах какое-то время сидела на диване с колготками до колен, как школьник ранним утром перед первым уроком в школе, и не желала даже вставать. Пришлось. В холодильнике снова пусто. Пора пройтись, проветрить голову. Перспектива быть вскрытой как свинья на скотобойне не устраивала рыжую. Приходилось идти быстро, пряча в тонкой куртке маленький кухонный нож. Белый свитер под весенней курткой был как защита, как оберег. Успокаивал, защищал и грел. Сжимая ручку ножика (целым ножом это называть было трудно) она бежала к магазину. Закупилась всем необходимым и побежала обратно. И, к ее счастью, на обратном пути ее никто не настиг, и это было невозможно. Она больше не стояла у подъезда в поисках ключей. Она залетела стрелой в подъезд без остановок. Вонь мусора, смешанная с белизной, сохранялась на этаже, пришлось открыть окно в подъезде и запереться на все замки дома. Отсчет пошел. Она снова проведет в своей квартире еще пару дней до следующего похода в продуктовый. Доставки отменяются, теперь неизвестно, хватит ли ей денег на оставшуюся жизнь без Ксюши? Нужен пуховик, а тут еще какая-то часть мебели скоро приедет, и доставщики будут ждать оплаты своих услуг.

***

Четвёртого февраля позвонил мужчина и радостно оповестил, что кровать привезут и соберут сегодня, но после обеда. Третьего февраля позвонила женщина из салона штор, она ждала Веронику, шторы на заказ были готовы и ждали ее. Дел было полно, а рыжая боялась просто выйти на улицу! Незнакомцы продолжали настукивать в дверь уже в хаотичном порядке. Придут они ночью или днем, закидают ли снежками ее окна — неизвестно. В 16:00 два крепких молодых парня подняли кровать на этаж. А мужчина в возрасте, чей голос она и слышала в трубке, собирал ее по частям в спальне, обучая двух парней этому делу и указывая на разные детали. Когда все было готово, Вероника оплатила кругленькую сумку, дав купюры в руки опытного человека, тот довольно улыбнулся и пожелал всего хорошего. Все трое поспешили на выход, они топтались на пороге, Вероника наблюдала за этой суетой. Они снова попрощались, мужчина уже открывал дверь, как один из них тихонько проговорил: — Девушка, вы, кстати, такая красивая! Вероника не ожидала, сжалась вся от стеснения и покраснела. — Спасибо, мне приятно3 — пропищала она смущенно. — Я бы хотел вам подарить вот это, — и сунув руку в нагрудный карман куртки, вытащил оттуда маленький стеклянный флакончик объемом где-то в десять миллилитров. — Я занимаюсь духами. У меня точка в ТРЦ «Снегири». Заходите, как сможете. — Оу, — она замялась на месте, не позволяя себе взять флакон из рук. — Да как-то неудобно, я… — Вы ассоциируетесь у меня с этим ароматом. Возьмите, пожалуйста, — он подошел еще ближе, вручая флакон, вставленный в картонную книжечку, как типичный пробник из старых журналов по продаже косметики. Вероника взяла, поблагодарила парня и закрыла за ними дверь. Отложив подарок, она поспешила побыстрее убраться в комнате. После них осталось немало мусора: следы от ботинок и стружка от деревянной конструкции ее новенькой кровати. Когда все было убрано, она взяла в руки флакон, прошла в спальню, присев на свою новую кровать, открыла флакон и совершив несколько нажатий, вошла в облако аромата. Удивительно, но распылитель был хорошим, казалось, дозатор был не от маленького флакона, а от настоящих духов. Такого объемного облака аромата она еще не видела. — Господи! — выкрикнула она, когда вместо ожидаемого цветочного аромата, она почувствовала, как жжется в носу и разъедает глаза. Она стала тереть глаза, которые невозможно было открыть. С криком она побежала в ванную комнату, принялась намывать лицо, но легче не становилось. Это была настоящая перцовка, действие которой впервые на себе ощутила Вероника, но по слухам знала, как это ощущается уже давно. Жгло до слез и соплей, жгло до тех пор, пока не утихла даже истерика и девушка вспомнила, что молоко поможет в борьбе с раздражением. Она еще никогда не обливалась в душе молоком, никогда еще не хотелось залить его себе в глаза и нос. Наконец полегчало… Она вышла из душа, прикрыв нос и рот толстым полотенцем, открыла все окна в доме. Пришлось покинуть квартиру прямо в домашнем и рваном пуховике. Она закрыла ее на ключ и с флаконом в кармане поднялась на пару пролетов выше. Стоя в подъезде у батареи, она достала флакон духов с ароматом «сладкой» перцовки и стала разглядывать. На весь флакон была наклейка, на которой описывался аромат, как «ирис, жасмин — основные ноты» и прочая лабуда. Ее заинтересовала информация ниже. В самом конце этикетки, мелкими печатными буквами красовалась надпись: «Привет от Солнцева!» Разъяренная в порыве гнева, она открыла окно и выкинула чертовы духи подальше в сугроб. Стоя в подъезде, она вспомнила глаза парня, что протягивал ей этот подарочек. Те самые темно-зеленые глаза разглядывали ее все время… Он просил воды, он просил зарядить телефон. Как же она сразу не догадалась! Это был он, тот, что порвал ее пуховик! Она совсем забылась, пропустила мимо знакомые глаза цвета болота. Его лицо впервые было не скрыто за шарфом, а она доверилась, забылась, пустила в свой дом. «Вот дура!» — разозлилась на себя Вероника. — «Дура-а!» Захотелось рвать на себе волосы, порвать пуховик уже изрезанный этим же придурком. Колотить стены и кричать, чтоб испугать всех соседей, орать до тех пор пока не вызовут психиатрическую помощь! «Доверчивая дура!» — повторяла рыжая, усевшись в угол у батареи. — «Глупая, беспомощная дура…»