Анонимность

Весь день шестого ноября в отеле, начиная с ночи, девочки рассматривали только окно их номера, спрашивали друг друга лишь одно: «Тебе ответила? Позвонила?» И весь день ответ был лишь один: «Нет. А тебе?» Сутки в грязном пыльном номере наедине со своими мыслями. — Где они могут быть? — спрашивала Олеся, глядя в потолок. Да, она сдалась и прилегла на кровать, на постельном белье которой непонятно кто лежал до этого. — Где угодно, — хмыкнула Вероника. — Ты переживаешь? — Даже не знаю, по правде говоря, — честно ответила Вероника. Она не стала признаваться ей, но себе она призналась с легкостью и облегчением: «Переживаю, но совсем чуть-чуть, только капельку. Всё остальное — твои эмоции, подруга. Я разделяю их, но не в силах поддерживать эту истерику». Да, она рассуждала, где же они могут быть: уехали к Солнцеву? Скрылись? К коллегам, может быть? Поговорить хотя бы с ними, уверить в своей верности Солнцеву? — это единственное, что мучило ее. Вернутся ли они: да! — в этом рыжая не сомневалась. Ксюша вернулась после собственных похорон. Ее не убить просто так. А Жене всегда улыбается удача — пуля сквозь, мимо; всего лишь удар в нос или падение. Они вернутся обязательно невредимыми, в отличии от девушек, ждущих их, которые совсем скоро будут покусаны клопами. Веронике так казалось, потому что она уже начинала чесаться. Олеся тоже подхватила это. «Может, просто стресс?» — предположила девушка. Только ближе к ночи девочки почувствовали голод. Животы злобно зажурчали у обеих одновременно. В любом случае, они в безопасности — на другом конце города! Не мешало бы и пройтись за целый день, подышать свежим воздухом. Подруги собрались быстро. Взяли свои куртки из нелепого старого шкафа, что был одногодкой отелю и скрипучей кровати. Этот шик двухтысячных с этой мебелью из красного дуба поднадоел за день и запах старья не покидал их еще половину пути до ближайшего магазина. Погода неприлично разыгралась, самое то для гадкого ноября. В лицо летел снег с дождем. Под ногами грязь и коричневое месиво. Аромат природы, что увядает и прощается с ними до первых весенних солнечных деньков. Вместо желтых листьев уже были пожухлые, черные. Голые деревья, с ветвей которых падали капли дождя прямо на голову. Они обе не догадались прихватить с собой шапку. Пришлось прятать голову в капюшон куртки. Держать его, ощущая, как леденеют пальцы. Ветер был невыносимый, завывал вдали и настигал их, срывая последние остатки листьев. Облегчение наступило только когда они снова вошли в свой номер, в эту небольшую комнатку с пожелтевшими обоями и разводами у потолка. — Вероник, я так не могу. Давай снимем в другом отеле номер? — У тебя есть деньги? — натянуто улыбнувшись, спросила рыжая, зная ответ. — Нет. — У меня тоже! — рявкнула девушка. — И так лучше, нас точно никто не найдет, если станут. Ты видела, администратору любое имя назови, она и впишет в свою тетрадь. — Под кем бронировала? — Я сегодня Даша, — хихикнула Вероника. — Стой, ты серьезно? — Да. Я специально другое имя сказала. — Да ты чокнулась, — покачала головой Леся, глядя на подругу, как на сумасшедшую. — Возможно. Но они теперь знают мое имя прекрасно. Нужно быть осторожными. — А я кто? — М-м, ну, ты похожа на какую-нибудь Алину! — Какая еще Алина?! — воскликнула Леся. — А кто? — Анжелика, не меньше! — Очень хорошо-о-о, да-а! Девочки рассмеялись вдвоем. Олеся заснула первой. Накрывшись шерстяным одеялом фиолетового цвета в желтую полоску, а чтобы не было ощущений покалывания, сначала накинула на себя тонкую простынь. Постельное белье пахло дезинфицированным средством, запах которого можно уловить скорее в больнице, но точно не ожидаешь его почуять в отеле. Вероника сразу же вспомнила, как волшебно пахли простыни в отеле в Сочи — кондиционером с нежной цветочной отдушкой. Да, кто бы знал, что после отдыха в люксе она окажется в самом грустном экономе из всех возможных. К сожалению, это единственный отель, что брал за полторы тысячи рублей за двухместный номер, к тому же принимающий гостей даже по ночам! Олеся уже сладко посапывала, когда Вероника всё не могла уснуть и, присев у окна, разглядывала мокрые улицы и курила. Даже в три часа ночи люди, прикрывая головы сумками, зонтами, бежали куда-то. Было интересно наблюдать за незнакомцами, что переносили своих дам на руках через лужи. Конечно, таких джентльменов было всего парочку. Рыжая только вздыхала от умиления, глядя на такие сцены, подперев кулаком подбородок. Оторвал ее от наблюдений звонок. Телефон на беззвучном требовательно завибрировал, и Вероника ахнула, когда увидела, что звонила Ксюша. — Алло! — крикнула Вероника в трубку, не сдержавшись. Обернулась на Олесю, что уже раскрыла глаза и с тревогой смотрела на нее. — Вы где?! Почему в квартире какой-то пиздец?! — выкрикнула Ксюша. — Мы в отеле. Объясню при встрече. Приезжайте сюда. Быстрее! — Что произошло? — Потом расскажу! Адрес сейчас скину. Приезжайте. — Хорошо, давай. Вероника не успела сбросить, когда Олеся подскочила к ней, выкрикнула в трубку: «Позови Женю!» Но Ксюша уже успела закончила диалог. — Тьфу ты! — раздраженно выдала Леся и плюхнулась обратно. — Сейчас приедут. — Хорошо, это очень хорошо, — запричитала Олеся взволнованно, усевшись поудобнее. — Скоро всё будет хорошо и мы поедем домой. Девочки приехали только минут через сорок. Ксюша была уставшей, какой-то бледной, с синяками под глазами. Женя выглядела еще хуже, будто эти сутки ее пытались добить. Побитая губа была воспаленной, лицо землистого цвета. Вероника надеялась на то, что это игра света в их номере, но нет. Даже при ярком свете в ванной комнатке маленького размера цвет ее лица оставлял желать лучшего. Широкие зрачки намекали на то, что она даже при Ксюше умудрилась принять дозу. Пока Олеся выясняла отношения с Женей прямо в ванной комнате, другая пара уединились у окна. Рыжая рассказала всё, что происходило с ними, как только они уехали. Шатенка даже не удивлялась, просто слушала. Это ее нейтральное лицо вызвало бурю эмоций. — Неужели тебе насрать на меня?! — не выдержала Вероника. — Ты чё? — не понимая, спросила Ксюша. — Тебе будто насрать! Ты никаких эмоций даже не выражаешь! — Ну, я ожидала такого исхода, — пожала плечами она. — Раз ожидала, то почему заранее не сказала нам, что нужно стоит переехать? Почему не попыталась обезопасить нас?! — накинулась зеленоглазая с вопросами. — Тебе плевать потому что! Что с Женей? А куда вы, вообще, ездили, раз аж бросили нас посреди ночи?! Что мы должны думать по-вашему?! На фоне слышались разговоры двух девушек в ванной комнате, что выясняли отношения. — Остынь, — сквозь зубы прорычала Ксюша. По ее синеющим глазами было заметно, что ей не нравятся эти вопросы. — Отвечай. Где вы были? — Много где. — Нормально ответь. Как нам строить отношения, если ты не можешь делиться со мной своими планами? Как мне жить спокойно, когда ты вот так ведешь себя? — Ох-х, Господи… — устало выдохнула Ксюша, прикрыв лицо ладонями. — Как же ты заебала. — Мы поссоримся в пух и прах, если ты не ответишь мне на мои вопросы. — Мы уехали, чтоб обсудить дальнейший план наших действий, а еще искали Солнцева или просто наших ребят! — Ксюша раздраженно вскинула руки. — Как успехи? — Никак, мы никого не нашли. Шатенка присела на кровать, и уставилась в окно. — Что, прям целые сутки искали? — Да. А еще не хотели ехать домой, пока не решим эту проблему. — В итоге, Женя решила ужраться, да? — тише уточнила Вероника, присев рядом. — Я не смогла ее остановить, — также тихо ответила голубоглазая. — Полдня ссорились, в конце она просто отошла и пришла уже «радостная». — Ее нужно сдавать обратно. — Платить кто будет за ее лечение там? И она нужна мне тут. Пока ее эти игры терпеть можно. — Дальше — хуже, Ксюш, — она накрыла своей ладонью ладонь девушки рядом и глянула ей в глаза. — Знаю, но она мне нужна. Как только всё будет хорошо — отправлю лечиться. Обещаю, Вероник, — спортсменка накрыла второй ладонью ее ладонь. Вероника ее словам не верила, только вырвала руку из ее мертвой хватки и отстранилась. В эту же секунду из ванной комнаты вышли девочки. Женя с видом отчитанного и провинившегося ребенка, Олеся злая настолько, что морщинка меж бровей не пропадала еще час. — Значит, вы ни черта не нашли, — уперев руки в бока, Олеся встала напротив Ксюши. — Что дальше? — Во-первых, снимем квартирку на неделю, — она осмотрела номер за секунду. — Пахнет тут, будто кто-то подох, — хихикнула Женя. — Умолкни, — огрызнулась Леся на Женю. — Ты, — указала она пальцем на шатенку. — Думай, что делать дальше? — Я не знаю, Лесь… — вот это звучало по-настоящему в отличии от всего того, что девушка наговорила рыжей. — Защитницы херовы, — фыркнула Олеся. — Толку от вас! — Ну, тише, — попыталась угомонить Лесю зеленоглазая, но встретилась с темными глазами. — А ты не делай вид, что всё нормально! Мы в полной жопе, на окраине города, в блохастом отеле, будто зечки, сбежавшие из «Черного Дельфина!» Ксюша улыбнулась, а Женя начала громко смеяться так, что со смеху свалилась в постель. Олеся в ответ на это треснула по голове черноволосую. — Сегодня же найду нам квартиру, — пообещала Ксюша, стараясь утихомирить девушку. — А еще заедем за всеми нужными вещами в квартиру Вероники и мой дом. — Что, вот прям нигде нет Солнцева вашего этого? Ну, прям нигде? — Мы тебе клянемся, зай, нигде! — пьяно пробормотала Женя, устраиваясь в кровати поудобнее. Леся только с отвращением глянула на свою девушку и проигнорировала. Она ждала ответа от Ксюши. — Нигде, — подтвердила шатенка. — А к вам ночью приходили Штыковские. Это уже означает, что наши прячутся везде, где только можно, лишь бы к ним также не заглянули. — Это очень плохо! Вас ищут! — Знаем мы, не надо повторять мне это, я не тупая. Не истерить же и плакать теперь! Обстановка накалялась, казалось, Леся сейчас вцепится в Ксюшу. Вероника даже сжалась от страха, представляя эту картину. Только Женьке было хорошо, она уже сладко сопела с легкой улыбкой на губах. — А с этой что делать будем? — Леся кивком головы указала на спящую красавицу. — Ждать, когда отоспится. — Она проснется и снова закинется, Ксюш! — Нет. — Я тебе говорю — да! Чем больше проблем, тем больше и чаще она употребляет! — утверждала темноглазая. — Сколько она успела принять? Говори. — Ну, раза два, может и больше… — Чего?! — подруги заговорили в один голос. — Не знаю! — И ты дала этому случится?! — Девочки, всё, пожалуйста, хватит! — выкрикнула Ксюша. — Следи сама за ней! Я никуда ее не сдам, пока не решим все наши проблемы! Несмотря на ее состояние, мыслит она неплохо. Благодаря ей мы заехали туда, куда бы я не догадалась даже! — М-да, — только и смогла выдать Леся в ответ. — Понятно всё с вами. Спать пришлось вчетвером на двух кроватях. Сдвинув их вместе, девочки кое-как уместились. Олеся показательно отвернулась от Ксюши, что и та сделала в ответ. Женя во сне бредила, что-то говорила непонятное, будто на другом языке. Иногда она подергивалась, просыпалась, и засыпала заново благодаря успокаивающему Олесиному: «Ш-ш, спи-спи». Девушки смотрели друг на друга, сна не было ни в одном глазу. Ксюша хотела сказать что-то, но схватив телефон напечатала в заметках:

«Не смотри так на меня. Я, правда, очень стараюсь. Прости меня»

Вероника взяла из ее рук телефон и напечатала ниже:

«Мне надоели эти игры. Складывается ощущение, что ты сама особо не желаешь решать проблему с Штыком и Солнцевым. Будто ты бежишь от них»

Ксюша напечатала в ответ:

«Это не так»

Спорить можно было целое утро. Веронике это надоело. Она молча отвернулась от нее и закрыла глаза. Проснулась Вероника из-за того, что ее будила Леся. В их номере больше никого не было. — Вставай, собирайся. Сейчас девчонки приедут и повезут нас в квартиру, которую они сняли. — Уже? Сколько времени? Экран телефона загорелся: 15:45. — Ты чего не разбудила меня раньше? — Я сама только встала, зай. Женька позвонила, разбудила, — кинула в ответ Леся и продолжила складывать свои сумки в чемодан. Женя с Ксюшей неплохо постарались. В самом центре их небольшого города им удалось снять трехкомнатную квартиру на восьмом этаже с высокими потолками. Темно-зеленые тяжелые шторы из бархата, пушистый белоснежный ковер, огромнейший такой же зеленый диван, способный вместить в этой комнате сразу четверых. Светло-серые стены с картинами, на которых изображена природа: цунами, шторм, тихий лес. Красивый овальный журнальный столик из дерева с бутылкой кока-колы, которую тут же схватила Женька и отпила из нее. Спортсменки были горды собой. Планировка квартиры — распашонка, окна квартиры выходили в противоположные стороны дома. Олеся тут же побежала выбирать их комнату, да ту, что поудобнее и покрасивее. — Леся, иди в другую! Я уже забила нам ее! Леся молча пробежала мимо ванной комнаты, которая, кстати, просто блестела от чистоты. Рыжая даже ахнула от увиденного. — Да-а! Выбираем ее! Ну, ты моя зайка! Ну, ты, ну, вот ты знаешь, что я люблю! — темноглазая накинулась на Женю и стала расцеловывать ее. Веронику Ксюша взяла за руку и повела в другую. — Она побольше, чем их, — шепнула Ксюша на ухо, будучи позади нее. Перед Вероникой предстала светлая спальня в нейтральных тонах. Это был рай для бежевой мамы. Комод был идеально бежевым, всё постельное белье — белым. Сама кровать из белого дерева. — Ксюша-а-а, — взвыла рыжая. — Это же ужас! — Понимаю, не хватает цвета, но у нас есть балкон! — и Ксюша подошла к окну, откинула штору такого же бежевого цвета, как и комод. Зеленые глаза загорелись. Это ее устраивало! — Мы надолго тут? — М-м, я понятия не имею, — пожала плечами Ксюша, с виноватым лицом, пряча руки в задние карманы джинс. — Жить у тебя опасно. — Мне начинать покупать всё для дома или пока подождать? — Погоди пока, не торопись. Мы сняли ее всего на месяц. — Сколько же она стоила? — оглядывая комнату, спросила девушка. — Дохуя, но это не твоя проблема. Как хорошо, что это не ее проблема. Ей проблем достаточно пока. К вечеру боксёрши заявили, что нашли другую работу и им пора ехать. Скрывали они недолго — устроились в клуб фейсерами. Директор клуба долго не желал принимать девушек, хотя изначально принял их за парней, но как только девочки показали свои способности, то с радостью согласился. Когда они успели съездить и трудоустроиться? Официального трудоустройства не существует в этом клубе, но на слове и рукопожатии точно договорились. Пока их девушки спали, они успели поговорить с хозяйкой квартиры. Встреча должна была состояться через полтора часа. Эти полтора часа они решили провести с пользой. Работа курьером надоела, да и Женя так была не под присмотром. Тут работа веселее, всегда вместе, вдвоем, и наконец можно использовать в критических ситуациях свое физическое преимущество. Олеся критиковала за выбор новой работы недолго, пока не узнала, сколько заплатят за смену. Проглотила свои обвинения в несерьезности, улыбнулась и пожелала девочкам удачи. Подругам не спалось, они сели на стулья на балконе, открыли окно и закурили. Холодный ноябрь, отсутствие деревьев, а только крыши панелек вокруг. Свет в каждом окне, своя жизнь, свои проблемы. Олеся как-то мечтательно прилегла на раму, вытянула руку прямо в окно, стряхнула пепел. На губах ее растянулась улыбка. — Вот теперь всё не так уж и плохо, скажи же, — промурлыкала Леся, глянув на подругу. Вероника улыбнулась, кивнула, затягиваясь своей сладкой курилкой. — Завтра вещи из твоего дома заберем, перекантуемся тут какое-то время пока всё не уляжется, — проговорила Леся, выдохнув дым. — Всё хорошо. — Тебе что-то надо еще из вещей? — Не-а, а тебе? — Тоже нет. Документы с собой у тебя? — Да, у тебя? — Тоже. Тогда и домой ко мне не надо. Даже легче! — Ой, супер! — заулыбалась темноволосая. — Может, нам пойти работать тоже? — Я спрашивала у Женьки, она категорически против. Говорит, опасно, — Леся выкинула сигарету и съежилась. — Я уже думала об этом тоже, но честно, так не хочется работать, ой-й, прям фу! — Хм, ну, надо вроде как. Им тоже сложно тянуть нас. — Пусть тянут, справятся, — ухмыльнулась девушка и вышла. — Идём, поглядим какой-нибудь сопливый фильм.

***

(8.11.2021)

В обед Ксюша приказала собираться. — Едем тогда ко мне! Я соберу нужные вещи,— скомандовала шатенка. — Вы же хотите прокатиться? После поедем куда-нибудь поедим. — Ура! — обрадовалась Олеся. Олеся выглядела, конечно, не по погоде совсем. Она собралась самая первая, уже накрашенная, при полном параде, в тонкой курточке. Ответив на всеобщее негодование троих: «А что? Все равно в машине, а потом еще на людях сидеть. Не сидеть в толстовке же мне!» Женька задумчиво глянула на себя, оттянув рукав своей серой толстовки. Олеся успокоила — это касается только ее. Вероника уселась на переднее сидение. Шатенка с легкой улыбкой положила руку ей на колено, когда они ехали уже по широкой трассе, совсем недалеко от ее дома. — А варианты, куда потом поедем обедать уже имеются? — задала вопрос Леся, не отрывая взгляда от экрана своего телефона. — Куда пожелаете, дамы, — игриво ответила голубоглазая. — Оу, такое мне нравится. Ну, держитесь, щас такое выберу! — Так, давай по адекватным ценам, мы уже не те миллионерши, — пробормотала Женя, пытаясь увидеть, что же там выбрала Олеся. — Ладно. Тогда эти три варианта убираем… — грустно вздохнув, проговорила темноволосая. Вероника посмеялась, глянув на девушку за рулем, та показательно закатила глаза. Музыка звучала на весь салон, даже слишком громко, но на таком уровне громкости настояла Женя, что расплылась на сидении позади рыжей и, прикрыв глаза, с легкой улыбкой, откинулась назад. И в эту же секунду запела слово в слово, как в песне: — Мы, вроде бы, не похожи, но сердца долбили в такт Это любовь, это судьба, это мечта, именно так! — Готов до талого с тобой одною время коротать. Ты моя вера, на остальное наплевать... — продолжила Ксюша, сжав пальцами колено Вероники.

Верю в тебя, бэйба-судьба Только ты лишь знаешь, куда мы дули и куда дули ветра Время назло, никак назад Но, видимо, надо поднажать, видимо, надо успевать

В этот момент девочки подъезжали к дому. Женя даже не успела пропеть второй раз припев, когда Ксюша резко выключила музыку. — Женя! — рявкнула Ксюша и та как по команде резко подняла корпус, схватившись пальцами за сидение Вероники. Прямо в ухо Женя прошептала: — Вот же ж блядство… Вероника обратила свое внимание туда же, куда и спортсменки. — Что происходит, девочки? — успела задать этот вопрос первая Леся. — Разворачивайся! — приказала Женька. — Быстрее, быстрее! У ворот дома Ксюши припарковалось автомобилей семь, не меньше. Ворота, которые шатенка закрывала на замок, были открыты настежь. С высоты идеально асфальтированной трассы было видно даже двор за воротами. Там валялись пакеты, все возможные сумки. В вещах, лежащих на черной сырой траве рылись люди. — Ксюша, бегом! — выкрикнула Женя и ударила ее в плечо. — Заметили! Черноглазая была права. Мужчины в спортивных костюмах, стоявшие у ворот, сразу же обратили внимание на автомобиль, проезжавший мимо. Началась какая-то суета. Некоторые молодые парни стали усаживаться в свои авто, не сводя взгляда с черной тонированной «Лады». В эту секунду Ксюша так резко развернула машину, что всех четверых в салоне повело в сторону. Олеся даже взвизгнула, и послышался визг шин. — Гони, гони, блять, я сказала! — заорала во всё горло Женя, смотря назад на машины, стоявшие пока что еще у ворот. Ксюша вжала педаль газа, вцепилась в руль, сгорбилась, прижимаясь грудью к рулю. — Какой гони? Это ваши, да?! — громко выкрикнула Олеся. — Да! — Остановись, выйдите и поговорите с ними! — Олеся ударила по плечу шатенку. — Прекрати! — воскликнула Вероника. — Поговорите! Вы же их искали! — запричитала девушка. — Завались, иначе я тебя выкину и будешь сама с ними базарить! — зашипела Женя. — Блять, Ксюша, гони! Они сзади! Где-то под ногами Вероники всё зашипело, задребезжало. Несмотря на это, черная «Лада» разогналась до невозможной скорости. Игнорируя все знаки ограничения скорости, Ксюша вылетела на общую трассу. Автомобиль позади них, обычный человек за рулем, посигналил, возмущаясь. Солнцевские обогнали поток нескольких авто, что разделяли их. Люди стали сигналить. Ксюша маневрировала туда-сюда, вылетая порой на встречную полосу. Вероника вжалась в сидение, не замечая даже как, она кричала от ужаса. — Да заткнись ты! — рявкнула Женя на нее и схватила ее за плечо. — Успокойся! — Где они? Где?! — выкрикнула Ксюша. Машина будто вот-вот развалится. От скорости и шума закладывало уши. Голубоглазая нервно поглядывала в зеркала заднего вида, но так как ее приоритетная цель была не врезаться в машину перед ней, она вечно отвлекалась на дорогу. — Догоняют! Сейчас скоро город, там завернем, они нас потеряют! — Надеюсь! Всех, кого обгоняла Ксюша, сигналили ей. Олеся затихла. Вероника кое-как повернула голову на подругу. Та будто даже не дышала, вцепилась в свое кресло, нацепила ремень безопасности. Выпучив глаза, смотрела в сторону. — Девочки, мы сейчас врежемся! — взвыла темноглазая. — Не бойся, казак! — подбодрила Женька и засмеялась, как сумасшедшая. — Ксюха в этом профи! — Господи, господи… — повторяла Олеся. — Сейчас на право! Объезжай их! — резко выкрикнула Женя, Вероника даже вздрогнула, потому что орали прямо ей в ухо, вскинув руку вперед, указывая пальцем. На светофоре машины спокойно стояли. Пешеходов, к их счастью, не было. Ксюша вылетела на встречную полосу, объехала всех тех, кто ждал сигнала светофора и рванула дальше. — Щас налево! — снова выкрикнула Женя. — Давай-давай! Такими извилистыми путями они ехали минут десять. Женя дала выдохнуть всем в салоне, когда наконец сказала: — Всё! Всё, Ксюх, оторвались! Их автомобиль окружили обычные водители в своих автомобилях, что никуда не торопились и ехали по своим делам. — Блять… — выдохнула Ксюша и будто только задышала. Глубоко, что даже ноздри носа вздымались. — Твою же мать! — выпалила спортсменка и ударила по рулю кулаком. — Нормально-о-о всё, спокойно, — засмеялась Женя с облегчением. — Щас припаркуешься где-нибудь подальше от дома, пешком дойдем. — Жень, там было всё, что нам нужно! — Что — всё? — уточнила Вероника. Ксюша кинула озлобленный взгляд на нее и проигнорировала, тронувшись с места. — Деньги есть, купим, — успокоила Женя. — Ты знаешь где? — усмехнулась Ксюша. — Все, кого знаем мы — поставщики Солнцева. — Знаю одного мужика. Он продаст. — Вы о наркоте что ль? — недовольно спросила Олеся, осмелев. — Да какая на хер наркота! — рявкнула Ксюша раздраженно. — Тогда, о чем вы? — снова спросила рыжая. — Там целых два чемодана добра было, Жень, — горько проговорила Ксюша. — Нам столько и не надо. Успокойся, ладно тебе. Я еще приберегла своё. — Серьезно? Где? — Покажу попозже. — О чем вы?! Говорите! — потребовала Леся. — И что это было вообще?! — Хватит! — гавкнула Женька. — Заткнись, умоляю тебя! Олеся смутилась, взгляд ее поменялся. Она ничего даже не ответила, не возмутилась, не стала затевать ссору, а это было не похоже на нее. Девочки припарковали автомобиль в квартале от их съемного жилища. Боксёрши проводили своих девушек до подъезда, велели подниматься и ждать их в квартире, запершись на ключ. Куда они — не ответили. Надолго ли — тоже оставили этот вопрос без ответа. — Закажите себе там что-нибудь сами! — кинула вслед Женя, торопясь обратно к машине. Ксюша даже не обернулась, затопала быстрее обратно. — А деньги?! — крикнула Леся. — Щас кину! — пообещала Женя. Деньги поступили на карту Олеси только через тридцать минут. Раздевшись, девочки уселись на мягкий зеленый диван. — Что это было? — начала Олеся, раскинув руки. — Олесь, я не знаю… — Какого черта они не поговорили с ними? — Они перевернули весь ее дом. Они явно пришли не вино пить к ней домой. — Да понятно, но… — Думаю, они боялись еще за нас. Разговор их ждал не самый приятный. Мало ли, что могло случится с нами. — Я считаю. Они боялись только за свои шкуры, Вероник. Я сомневаюсь, что эти дни они искали, вообще, Солнцева! — Он сам их ищет, да, — задумалась рыжая. — Невозможно потеряться в таком маленьком городе. — Они настроены негативно на девочек, ты видела? Вылупились как звери на нас. — О чем они сейчас говорили в машине? — Не знаю, чемоданы с чем-то! — С чем же, хм… Девочки задумались. Олеся всё говорила о наркотиках, поставщиках запретных веществ. Вероника молчала. Подругу было уже не остановить. Она рассуждала, ходила по залу вперед-назад. Предлагала глупые идеи. Два часа не прекращаемых обсуждений и наконец силы подруги иссякли. — Закажем еды? — устало предложила девушка. — Давай.

***

Девочки не появились ни вечером, ни ночью. При попытке дозвониться, сотовый оператор предупреждал о том, что абонент недоступен. Они отключили свои телефоны совсем. Так прошло утро, обед, ужин. Олеся тревожилась, да и чего скрывать, Вероника тоже, но не поддавалась общей панике. Ближе к ночи девочкам надоело бояться. Сигареты кончились, продуктов не было. Доставка — дорого. Решив заодно прогуляться, девочки вышли на улицу. Вдохнули сухой холодный воздух и не спеша пошли по освещенным улицам города. Была тишина, только шум машин на дороге мешал общаться. Как только они вышли на улицу, Леся закурила. Весело шагая с тяжелым пакетом в руках, она глубоко затягивалась прямо по пути и выдыхала. Дым вместе с паром выходил из ее рта, а рыжая провожала его взглядом, наблюдая за тем, как тот рассеивался в воздухе выше них на пару метров. — Запечем сейчас мяса! — предложила темноглазая. — Ты же не хочешь спать? — Не хочу. Давай запечем, да. — Можешь не помогать, просто посиди со мной на кухне. — Ой, самое то. Договорились! — посмеялась зеленоглазая и выхватила из пальцев подруги сигарету. Спеша, затянулась, подавилась и закашляла. Леся засмеялась громко и заливисто: — Ты как пятиклашка, что впервые пробует курить! — Отстань! — задыхаясь от дыма, прокашляла девушка. Они подходили прямо к своему подъезду, когда мимо них в другом направлении, вдоль подъездов шли двое. Девочки даже не успели отреагировать, когда резко получили кулаком под дых. Обе согнулись, зашипели. Леся закричала что есть мочи, но ей тут же прикрыли рот и потащили куда-то. Следом потащили и Веронику. Их закинули, как мешки с картошкой, в салон машины. Вероника навалилась на Лесю, пытаясь просто восстановить дыхание и осознать произошедшее. Осознавать не было времени, машина, в которой они лежали, уже тронулась с места. Кто-то навалился на рыжую сверху. — Руки! Руки давай! — потребовал мужской молодой голос. Вероника без сопротивлений протянула свои руки фигуре над ней. Неприятная колючая веревка обвила кисти, сжала их. Олеся закричала, громко и неожиданно, что оглохли в салоне двое мужчин, что сидели на переднем, они оба вжали головы в плечи. — Заткни ее! — рявкнул тот, кто был за рулем. И парень, сидевший прямо на Веронике, с одного удара в челюсть выключил Олесю. Та резко замолчала и голова ее ударилась об стекло. — Если заорешь еще и ты… — Я поняла! — прижав связанные руки к лицу, будто бы защищая лицо, она повторила: — Поняла, молчу. Пожалуйста, не трогайте только меня. — Умная, видно — Ксюхина баба, — ухмыльнулся мужчина над ней. — Двигайся давай, чё разлеглась. Вероника пододвинулась ближе к Олесе, что, раскрыв рот лежала, раскинув руки в стороны. Незнакомец на переднем пассажирском сидении оказался мужчина лет 30-35, не больше. Он с грозным выражением лица оглядел девушку и отвернулся обратно. — Кто вы? Коллеги Ксюши? Парни в голос захохотали. В этот момент мужчина над ней залез во все карманы, достал ключи от квартиры и их телефоны. — Вы от Штыка? Те промолчали. Ехали они долго. Олеся успела очнуться, стала стонать от боли, говорила, что болит челюсть, но больше не кричала и не возмущалась. Вероника успела заметить десятки припаркованных машин в темноте, которые осветили фары автомобиля. Олесю грубо вытащили из авто, схватив за шкирку, как котёнка. Человек, сидевший рядом с ней, просто потянул Веронику за руки. — Не дергайся, поняла? — прорычал мужчина лет пятидесяти, тряхнув Олесю. — Поняла, — тихонько ответила темноглазая. — Дернешься — пристрелю на месте, — пообещал незнакомец. Парень, что тащил за собой Веронику, глянул на нее. — Мне повторять не надо, я всё поняла, — убедила его зеленоглазая. Обходя автомобили, они приближались к четырехэтажному заброшенному зданию. Бетонная коробка возвышалась над ними в ночи. Небо было фиолетовым, складывалось ощущение, что оно пожирало это помещение. Войдя в него, пасть захлопнется. Они в логове зверя с фиолетовым языком. Мужчина подтолкнул темноволосую девушку вперед к лестнице, та, съежившись, остановилась перед ней и перевела взгляд на него. — Шагай. Второй этаж, — проговорил тот и пошел за ней. Вероника пошла следом за ним. Крутая лестница без перилл вела на второй этаж, перед ними появилось офисное помещение — большой холл с огромным широким коридором и кучей комнат в нем. Бетонные стены, покрытые грязью, какой-то мусор на полу, который приходилось переступать. Откуда-то издали звучали голоса, мужской смех. Там из дальней комнаты виднелся свет. Мужчина напоследок поиздевался над Олесей: толкнул ее грубо вперед, та влетела в одну из комнат и десятки мужчин засмеялись в голос. Девушка упала прямо на колени в пол, пролетев до этого пару метров в попытке остаться на своих двоих. Вероника напряглась, ждала того же отношения, но ее не стали толкать сзади. Парень молча указал на два стула в углу огромной комнаты. Она, опустив голову вниз, прошла мимо мужчин и уселась на стул. Парень стал связывать ее ноги, привязывать тело к стулу. Олеся пискнула прямо перед тем, как незнакомец ее снова толкнул прямо к стулу. Та ударилась коленом, устояла на месте и уселась на него кое-как. Две девушки оказались привязанными. Перед ними было тридцать человек мужского пола разного возраста и национальности. Все поглядывали на них с ухмылкой, гадкой, будто задумали мерзкий план. В чьих-то лицах читалось сожаление, в чьих-то глазах читались мерзкие мысли, и их глаза скользили по телам молодых девушек. Не скрывая своих желаний, некоторые даже не стеснялись разглядывать их. Будто раздевали мысленно. Небольшой костер они разожгли прямо на бетонном полу. От него веяло теплом. Девочки не были готовы к такому путешествию и оделись все же легко. Рыжая ощущала, как ее ноги мерзнут, а руки уже горят от холода, да к тому же веревки перетянули все сосуды, способные согреть ее, пригоняя кровь к конечностям. Пахло бензином, пивом и сигаретами. — Итак! — послышался знакомый громкий голос и Вероника устремила свой взгляд вперед. Рыжий мужчина вошел в комнату расслабленной походкой. Окружающие его сразу вытянулись, будто вдохнули в лёгкие побольше воздуха. Все притихли. — Где эти твари? Отвечайте, — рыжий мужчина стал рыться у себя за поясом, глядя на девушек. — Да не знаем мы. Сутки уже как нет дома. Сами их ждем, блять, — пьяно ответила Олеся, будто не соображала, кому она отвечает. — Еще раз спрашиваю: где они? — повторил он. — Мы не знаем, — подала голос Вероника, который предательски задрожал. — Это поможет вам вспомнить. Из-за пояса он достал пистолет. Направив на них дуло пистолета, он застыл вместе с ним. Губы его расплылись в гадкой улыбке. — Где они? — повторил он. — Мы не знаем, — выдохнула устало Леся, нейтрально глядя на мужчину с пистолетом. — Трубки они не берут, отключили телефоны. — Я знаю, что вы были с ними. Вас заметили мои люди. — В этом и дело, что после этого они высадили нас и уехали, — хмыкнула темноглазая, уставившись на мужчину. — М-м, а ты пиздливая больше, чем эта, — заметил Солнцев и улыбнулся. — Ага. — Видно — баба Женьки. Только таких и выбирает, — усмехнулся он и позади него мужчины поддержали его тем же сдержанным смешком. — Спасибо, чё. Солнцев медленно подошел к ним поближе. Мужчины на фоне поднапряглись, замерли на месте. В комнате все перестали дышать, кроме Леси, которая не сводила взгляда с фигуры, приближавшейся к ней. Огромный крест висел на шее под водолазкой, но его очертания были заметны. Обычные джинсы и кроссовки, запачканные грязью. Он подошел максимально близко к Олесе, та с вызовом смотрела на него, не опуская головы вниз. Солнцев перевел свои ярко-карие глаза на рыжую, усмехнулся: — А она прям храбрая в отличии от тебя! Вероника не успела ничего сказать, когда он замахнулся и прикладом пистолета ударил Олесю по лицу так, что та чуть не слетела со стула, склонившись в сторону. Стул удержал ее, не дал свалиться на пол. Олеся не издала ни звука, только засопела, грудь ее вздымалась, она задрожала, но молчала. — Вот, что мы делаем с такими, как ты, — он вцепился в волосы девушки, намотав их на кулак, запрокинул ее голову наверх, чтоб та посмотрела ему в глаза. — А теперь говори, блядь, где они?! Вероника с ужасом увидела рану на скуле, из которой потекла кровь. — Не знаю я! — захныкала темноволосая. И Солнцев с отвращением откинул ее от себя. Развернулся и зашагал на выход. — Звоните им, пришлите видео-открытку с мордой этой шлюхи! — рявкнул Солнцев. — Сеня, за мной! Какой-то паренек выбился из всей стаи и пошел следом за ним. Мужчины переглядывались между друг другом. Кто-то спокойно взял телефон в руки, сфотографировал их двоих. Кто-то подошел к Олесе, поднял ее голову за волосы и со вспышкой сделал пару кадров. Вероника только мысленно молила Ксюшу: «Пожалуйста, приедь. Пожалуйста!» В какой-то момент это так вымотало рыжую, что она отключилась и очнулась только когда светало. Олеся спала, склонив голову вниз. У огня сидели пара незнакомцев. — Пожалуйста, — прохрипела Вероника. — Можете усадить нас ближе к огню? Один из мужчин встал со своего стула и нехотя переместил девушек ближе к огню, по просьбе Вероники, именно спиной к очагу тепла. Руки, связанные за спиной, совсем околели. Когда зеленоглазая почувствовала наконец тепло, что стало распространяться по всему телу, в этот момент очнулась Олеся, будто оттаяла. — Сколько времени, подскажите? — спросила она. — Десятый час. — Что-то не ищут вас ваши бабы. Говорю же, не умеют бабы любить. — Да насрать им на них, — поддержал второй. — Помрут эти — они других найдут. — Помрет-то кто? — уточнила темноглазая, не соображая. — Вы. Темноволосая истерически засмеялась. Ее подруга и мужчины уставились на нее. Из нее, казалось, выходили бесы и вся боль этой ночи. Засохшая кровь на лице и спутанные волосы мешали разглядеть ее лицо. Это была совсем не она. Раздавленная, избитая, униженная. Смех медленно превратился в плач — горький, с хрипами, по пустому зданию прошлось эхо. Пошло по коридорам, ударялось о бетонные грязные стены и гуляло там свободно еще пару секунд пока совсем не утихло. — Где они?! — вырвалось из нее, но голос был не похож повседневный. — Где они, Вероника?! — Я… я н-не знаю, Лесь, — тихонько ответила рыжая. — Блять, да сколько можно так жить?! Сколько нам еще так жить?! — Много, пока они снова не примкнут к Солнцеву, — ответил один из мужчин, про которых девушки успели забыть. — Я так устала. Как же я устала… — захныкала Леся. Зеленоглазая молча наблюдала за тем, как слезы подруги падали ей на джинсы, впитывались, и ткань темнела. «Нельзя, нельзя слабеть» — уговаривала себя рыжая, — «Нельзя плакать, нельзя!» Через какое-то время темноволосая совсем притихла. Мужчины даже расслабились и покинули помещение. Вероника пыталась поговорить с подругой, успокоить ее, но та сидела смирно и не отвечала.