I'm the flame | Я - пламя

В последнюю секунду перед тем, как Ава и Ванесса могли заметить в проходе Лину, она успела тихо уйти в свою комнату, лечь обратно в кровать и накрыться одеялом. Она уже не думала о том, как она себя чувствует. Оголодавшая минутой ранее, она уже была готова забыть о вкусном горячем сэндвиче, так как все ее мысли занял некрасиво, но так удачно подслушанный разговор. Еще одна частичка паззла. — Как себя чувствуешь? — Вошедшая в комнату дочери Ванесса была приятно удивлена, что Лина проснулась, и поспешила сесть на ее кровать и измерить температуру, приложив ладонь к ее лбу. Норма. — Не очень. Кто-то приходил? — Ава. Ты потеряла сознание. Я позвонила ей. Ты же знаешь, она — единственная, кому я могу и хочу доверить здоровье нашей семьи. —И что она тебе сказала? — Ты просто переутомилась. Ава выписала тебе рецепт, нужно будет приобрести кое-что в аптеке. — Она старалась говорить уверенно, но она не любила врать Лине, ведь она искренне ее любила. Однако было в их семье негласное правило, что существует что-то более важное, чем любовь, взаимопонимание и правда. — Мам, я слышала, о чем вы говорили. Что это значит? Что за препараты? Что за анализы? Не запинается, ни заикается, говорит твёрдо и немного нагло: — Я разочарована в тебе, Лина. Подслушивать некрасиво. Но лучше уж так. Знаешь, Лина… Эта правда… Она тебе не нужна. Только не сейчас. Сейчас она не была готова рассказать ей все. И уж тем более она не хотела быть тем человеком, который в лицо собственной дочери, с которой на протяжении всей ее жизни тяжким трудом выстраивались доверительные отношения, скажет, что ей просто врали всю ее жизнь. Врали обо всем: начиная с того, как ее зовут и кто она на самом деле, заканчивая тем, на что она способна и для чего она здесь. За ужином Ванесса старательно пыталась сгладить появившееся в семье напряжение. Она накрыла стол, украсив его главным и всеми любимым блюдом — куриными грудками с картофелем в грибном соусе, и надеялась, что Лину это хотя бы немного смягчит. Однако по одному ее взгляду можно было понять, что разговор не закончен, что она обязательно добьется своего, и даже самое вкусное в мире блюдо не остановит ее. На самом же деле, она не особенно хотела выяснять правду прямо сейчас — воспитание не позволяло испортить семейный ужин — событие в их семье такой же великой важности, как празднование нового года или дня рождения. В общем, это праздник, на котором должны присутствовать все. И во время ужина нельзя уйти, не рассказав, как прошёл твой день. Роксана, как самая разговорчивая в семье, что-то говорит про мальчика, который прилепил на её стул жвачку. Патрик рассказывает о новом партнерстве их компании, в котором он выступает в качестве переводчика, и какой стресс испытывает, понимая, что от него зависит, состоится сделка, или нет. Знал бы Патрик, что Лина расскажет о ссоре со своим «парнем», он бы не стал говорить, что самые большие его переживания связаны исключительно с его работой. Вечерние разговоры за семейным ужином, детские рассказы о первом дне в школе, небольшие ссоры, конфликты и недопонимания… В какой-то момент Лине даже показалось, будто все нормально, все так и должно быть. Ведь у всех семей происходит именно так, ну, по крайней мере, у большинства семей. Ведь не бывает идеальных родителей, не бывает идеальных детей и уж точно не бывает идеальных подростков. Но тут совершенно точно было что-то не так. Что-то выходило за рамки их привычной жизни, и Лину это жутко бесило. А поскольку она не понимала, что именно происходит не так, она не могла первой начать разговор, поэтому искренне ждала и верила, что Ванесса все ей объяснит. Ждала, когда она мыла посуду после ужина. Ждала, пока она укладывала Роксану спать. Ждала, украдкой наблюдая, как мама распределяет по коже рук приятно пахнущий розой крем. Но я не могу ждать вечно. Следующий день в школе начался с новых испытаний для Лины Митчелл, потому что у школьных ворот ее ждал Рэй. Он избегал меня почти неделю… Думает, принес мне цветы из школьной оранжереи, и я прыгну в его кровать? Пока они разговаривали (точнее выразиться, просто молча смотрели друг на друга, ожидая, что каждый из них первым начнет разговор), подростки, проходящие мимо, откровенно пялились на них и указывали пальцами. Рэй Ясма, высокий и мускулистый, натуральный брюнет с модной укороченной стрижкой… В общем, вы, наверняка поняли, что он был не самым последним в списке школьных красавчиков. Еще в мае он ходил за ручку с первой красавицей среди выпускных классов, а в сентябре на глазах у всей школы целует какую-то «невзрачную мышку». И тут, когда пошли слухи об их «ссоре», естественно, добрая половина девушек была готова сделать все, чтобы они не были вместе. Даже самая малая доля вероятности их примирения наверняка вводила их в ступор и заставляла бросать косые взгляды. — Я имею в виду, что был неправ. Я не хочу, чтобы ты думала, будто я какой-нибудь женоненавистник, я просто очень переживал за матч, вот и все. — Наконец, вырывается из его рта. Это было определенно не то, что он изначально планировал сказать, но лучше, чем могло бы быть в одном из возможных вариантов. — И? Рэй протягивает руку и пытается положить ее на плечо Лины, но та упрямо отворачивается. — Что не так? — Что не так?! Ты серьёзно? — Лина, давай просто забудем. Я был неправ. Я уже сказал это. Что еще ты от меня хочешь? — Ты избегал меня почти неделю. Хочешь сказать, все это время ты страдал и осознавал, что поступил подло? — Нет. Послушай, я не хочу больше ругаться. Мне жаль, блин. Понимаешь? Лина уже почти не злилась. Единственное, что ее беспокоило, помнил ли Рэй, что случилось, и совпадала ли его версия происходящего с тем, что помнила она. — Позже поговорим. Скоро урок начнётся. — Холодно и строго. Звонок на урок прозвучал ровно в ту секунду, когда Лина только ступила на порог школы. Вот блин! Опаздывать на историю было равноценно прогулу урока. Поэтому она покрепче сжала в руках сумку и начала протискиваться через толпу собравшихся у шкафчиков и совершенно никуда не опаздывающих учеников. — Ауч! Полегче. В спешке она совершенно не заметила, как толкнула плечом какого-то парня. Обернувшись, чтобы извиниться, она застыла на месте с открытым ртом, так и не выдавив из себя ни слова. Перед ней стоял высокий смуглый парень. Его каштановые волосы были немного растрепаны, длинные смолистые брови чуть приподняты от удивления, а его идеальной миндалевидной формы изумрудные глаза смотрят прямо на нее и явно не хотят отводить взгляд. — Прости, я опаздываю. — Только и смогла пробубнить Лина, а затем помчалась на урок, умело скрывая нотки едва уловимого смущения на своем лице. По правде говоря, если бы не строгие правила преподавателя по истории, Лина ни за что на свете не стала бы так бежать на его урок, учитывая, что в коридоре сама судьба решила познакомить ее с невероятным красавчиком. Итак, по порядку. Дело в том, что, когда Лина была на домашнем обучении, ее «вечерним» образованием целиком и полностью занимался отец. Именно он на протяжении семи лет преподавал историю в ее школе и всегда являлся примером историка, которого волновали не только даты и сухие факты, но и интересные и занимательные события. Каждый чертов по мнению Лины вечер (видит Бог, историю она не очень любила), они вдвоем проходили минимум одно столетие, причем так досконально, что Лине становились известны довольно занимательные и не всегда соответствующие ее возрасту факты. Например, от отца она узнала, что именно в Канаде был впервые придуман баскетбол, а в Нанаймо каждый год проходят гонки на ваннах. Однако даже крупинки сахара в виде небольших интересных фактов в бочке с ядом в виде всего остального так и не смогли заставить Лину до конца полюбить такую науку как история. Поэтому, когда Патрику предложили должность переводчика в крупной компании, а Лина перевелась в государственную школу, девушку наполнила надежда, что ее глубокие познания в истории сыграют ей на руку. Ну или она так думала именно до тех пор, пока не познакомилась с преподавателем истории. «Мистер Орландо Джонс» — он писал свое имя на доске в начале каждого урока, видимо, потому что оно ему уж очень нравилось. Самый молодой учитель в школе, безусловно, выглядел как краш с обложки журналов. Но на деле это был настоящий профессионал и любитель своего дела, а его возраст лишь помогал ему быстрее найти общий язык с учениками. Именно поэтому он усердно попытался сделать вид, что не заметил, как Лина вошла в его кабинет через три минуты после звонка, сосредоточившись на том, чтобы красиво вывести на доске свою фамилию. Разве он мог сделать замечание своей любимой ученице? — Итак, сегодня мы поговорим о коренном населении Канады. Есть идеи? — Индейцы? — Рука Лины взмыла вверх одновременно с ответом. — Верно. — И он улыбнулся. Ему нравилось видеть детей, смотрящих далеко за экраны своих телефонов. — Могу я войти? — раздался незнакомый голос за спиной учителя. В кабинет медленно и неуверенно вошел новенький парень. Да-да, тот самый, которого Лина чуть не сбила в коридоре. Теперь, когда она может оценить его рост и мускулистое телосложение, сидя на первой парте, трудно вообще представить, что она могла его толкнуть. Со стороны это, наверное, выглядело, как если бы муха врезалась в слона. — Ой, Джексон, верно? — Джейсон. Джейсон Мэйв. — Да, да, проходи, занимай любое место, и мы продолжим. И тебе лучше не опаздывать на уроки, Джейсон. Он быстро нашел свободную парту и молча сел. Осматривая одноклассников, он поймал на себе множество приветливых и буквально пожирающих его взглядов, девять из десяти из которых принадлежали, безусловно, прекрасной половине человечества. Это заставило его смутиться и опустить взгляд. К такому вниманию он совсем не привык. Он знал ответы на все вопросы преподавателя, которые тот задавал в течение урока, но он не привык высовываться, поэтому оставшиеся сорок минут Джейсон просидел в тишине, ни на секунду не отводя взгляда от первой парты. Парень безостановочно вглядывался в светлые волосы девушки, рассматривал ее тонкие маленькие руки. Ему было не видно ее лица сейчас, но он хорошо запомнил его, когда они столкнулись в коридоре. Джейсон еще надолго запомнит эти глаза цвета охры, кажущиеся слишком большими на ее худом лице, ведь именно тогда он впервые увидел ее так близко. Сейчас его главная задача — узнать о ней все. Она — его новое задание. От мыслей его отвлек звонок с урока. — Я надеюсь увидеть от вас сочинение про индейцев до конца следующей недели. Лина Митчелл, не подведи. С тебя жду не меньше пяти страниц. Лара, не забудь забрать свои учебники в библиотеке. И новенький, Джейсон. Попроси ребят ввести тебя в курс дела. Вижу, ты сегодня не особо слушал. Во время обеда, пока ребята были увлечены разговорами друг с другом, Лина и Лизи решили уединиться за угловым столиком, чтобы обсудить последние события, да и просто приятно провести время в компании друг друга, поедая наивкуснейшие сэндвичи. Да и несмотря на то, что они сидели вместе на нескольких уроках, плюс сегодняшний день не отличился ничем, кроме появления зеленоглазого мачо, Лине явно было, чем поделиться с подругой. — Ты же в курсе, из-за чего мы поругались с Рэем? — Мне Томас рассказал. Но не переживай, слухи об этом не ходят. Им достаточно одного факта, что у вас какие-то проблемы в отношениях. — Короче, он сегодня утром встретил меня у школы. С цветами. Оправдывался и хочет мириться. Потом еще после английского подкараулил меня у шкафчиков. — Ну и? Вы помирились? — Вроде как. — Рэй не плохой парень. Просто… наверное, он очень любит футбол. — Томас тебе так сказал? — Да ты посмотри на него, Лина. У него над головой субтитры «футбол — моя жизнь». — Чего? — Подруги рассмеялись. — Слушай, Лина, золото мое, моя великая повелительница сочинений по истории… Помоги, а? Прошу-у… — Она вытянула свои губы в самой широкой улыбке, какую только можно было изобразить, одновременно держа подругу за руку, чтобы у нее не было возможности сбежать, ну, и чтобы на жалость заодно надавить. — Ладно. Пойдем. У нас еще впереди информатика. Девушки убрали свои подносы и направились к выходу. Единственным препятствием на пути оказалась уже знакомая белая футболка зеленоглазого парня, которому на этот раз Лина умудрилась наступить на ногу. — Черт, прости, прости. — Она подняла голову и встретилась взглядом с Джейсоном, который ну вообще не выглядел рассерженным. — Я тебя сегодня всего покалечила. Он ухмыльнулся. Из-за улыбки на щеках появились ямочки, и Лина смогла разглядеть маленькую родинку в одной из них. Господи, вы когда-нибудь видели родинки в ямочках? — В твою защиту скажу, что меня довольно сложно покалечить. Боже, это что, голос ангела? — Я Лина, а это Лизи. — Джейсон. — Он каждой протянул свою руку, чтобы пожать ее. Лина сразу обратила внимание на две вещи: первое — у него были чертовски суперкрасивые руки и длинные пальцы. Она даже предположила, что он, возможно, играет на пианино или гитаре. Второе — на запястье его правой руки была маленькая татуировка в виде римской цифры три. Очень уж хочется спросить о ее значении, но Лина сдерживается, понимая, что это может быть нетактично с ее стороны, учитывая, что они только познакомились. Лизи это не остановило. — Вау. Тоже хочу тату. Как ты уговорил родителей? Мои ни за что не согласятся. — Эм. У меня нет родителей. — Оу. Прости, парень. — Лизи одарила его самым добрым взглядом, надеясь, что она не задела его чувства. — Да все в порядке. Слушайте, девчонки, никак не могу понять, что нужно написать в сочинении по истории. Да и история — вообще не мое. — Поверь, это нормально. Мы тоже ничего не понимаем. — Пытается шутить Лизи. — Ну, вернее, теперь нас двое. У меня за всю жизнь ни разу выше «удовлетворительно» по истории не было. А вот Лина у нас гений. — Я буду помогать Лизи писать сочинение в понедельник после уроков в библиотеке. Присоединяйся. — Правда? — Джейсону кажется, что он слишком легко добивается своей цели. Почему она такая открытая? Почему так легко доверяет ему? — Да. Мне не сложно. — Класс. Увидимся. До встречи, Лизи. До встречи, Ангелина. Стоп. Это имя. Она слышала его очень редко просто потому, что ее так никто не называл. НИКТО. Родители с детства звали ее только Лина и никак иначе. Ангелиной она была только для тех, кому нужно было удостоверение ее личности. До тех пор она была Линой и только Линой. Осознание, что Джейсон только что обратился к ней, назвав ее полное имя, пришло не сразу. — Как ты меня сейчас назвал? Это ни капельки не странно. Вообще нет. Ангелина — довольно распространенное имя. Лина — довольно распространенное его сокращение. Нет никакого повода что-то подозревать или надумывать. Он просто предположил и случайным образом оказался прав. От мыслей Лину отвлек знакомый дворик — она уже подошла к дому. Остановившись на убеждении о том, что Джейсон совершенно случайно назвал ее полное имя (может быть, она и сама ему так представилась, слишком заглядевшись на его очаровательные глаза и все остальное), она вошла в дом. Чтобы вы понимали серьезность всей ситуации, следует сказать, что ее полного имени не знали даже ее друзья. Для всех она была просто Линой. И сам факт того, что Джейсон назвал ее Ангелиной, заставил девушку сомневаться в том, что их знакомство было абсолютной случайностью.