I'm the flame | Я - пламя

Ее плечи покрылись мурашками, и Лина снова поежилась. Черный шелковый топ, который предложила надеть Ирен, безусловно, был очень красивым, но настолько невесомым, что Лина ощущала себя в нем совершенно голой. Поэтому, снова взвесив все «за» и «против», девушка снова взяла в руки маленькое черное платье из плотной ткани с небольшим разрезом на ноге и надела его. Собирая чемодан в тот день, она определенно не рассчитывала на то, что ей понадобятся нарядные вещи по типу юбок и платьев. И, когда она снова услышала от Ирен, что ей нужно надеть что-то, кроме футболки и спортивного костюма, Лина грустно вздохнула. Она любила наряжаться. Часто носила в школу юбки и нарядные блузы. Даже надевая безразмерное худи или широкие брюки, она знала, что вполне может сесть за стол для самых модных девчонок в школе. Более того, Лина знала, что в ее шкафу было много вещей, которые она могла бы надеть сегодня и чувствовать себя самой красивой. — Помнишь, Алиша говорила про Фестиваль Звезд? — Спросила Ирен за завтраком несколько дней назад. Лине понадобилась пара минут, чтобы вспомнить, кто такая Алиша, и что она ей говорила. Лицо рыжеволосой девушки с большими кукольными глазами было сложно забыть, но вот про Фестиваль она не помнила ровным счетом ничего. — Не припоминаю. — Чародеи живут на Земле очень давно, и у нас, как и у людей, есть традиции и праздники, которые мы ежегодно отмечаем. Фестиваль Звезд — один из таких праздников. В ночь, когда проходит Фестиваль, можно увидеть звездопад и загадать желание. Еще есть особое место, где в этот день можно послушать желания людей и исполнить одно из них. Многие чародеи так делают, это мощный обмен энергией. — Так, стой. Давай ближе к сути. Мы туда идем? — Обязательно. Никогда не узнаешь, будет ли этот праздник последним. — Ирен осеклась. — Я имею ввиду, что нужно наслаждаться моментом, пока есть такая возможность. Нам всем нужен небольшой перерыв. И тебе — в первую очередь. На следующий день вечером Джейсон молча передал Лине большую спортивную сумку с ее вещами из дома. Лина еще раз оглянулась на кровать, которую было не видно из-за образовавшейся кучи ее одежды, и не могла поверить своим глазам. Ее юбки, платья, любимые цветные свитера. Ее вещи пахли кондиционером для белья, который всегда использовала ее мама. Она будто снова оказалась дома, а ее комната вдруг стала казаться ей более родной и уютной. Маленькое черное платье подняло Лине настроение и вселило в нее львиную долю уверенности в собственной привлекательности. Ведь она уже почти забыла, как завивать волосы и ровно рисовать стрелку. Однако девушка без колебаний взяла в руки черную подводку, а потом и все остальное, чтобы привести себя в «человеческий вид». — Почему именно черное? — Спросила Лина, когда встретилась с остальными в коридоре. Черные наряды заставляли девушку невольно задумываться о том, что они собираются на похороны, а не на праздник. — Темная одежда — символ ночи, — объяснил Марк. — Свечи, — он достал из кармана своего пиджака белую восковую свечу, — символизируют звезды. Это значит что-то вроде «все в твоих руках». А если быть точным, «пока ты в темноте, в твоих руках всегда есть звезды, именно они покажут тебе дорогу к свету». Марк сначала было протянул свечу Лине, но затем, заметив, что ей будет совершенно некуда ее положить, молча убрал обратно во внутренний карман своего пиджака. Как и в прошлый раз с Ирен, они добирались до центра города на лодках. Только на этот раз они были не одни. Некоторые прибывшие из Сент-Джонса чародеи с большой радостью присоединились к празднованию. Для кого-то это, как и для Лины, было в новинку, остальные же просто были рады оказаться там, откуда они родом, и присутствовать на празднике, который напоминает им о детстве. Учитывая, что чародеи со всего города собирались на Фестиваль, народу вокруг было достаточно, чтобы лодки, проплывающие по каналу, проходили настолько близко друг к другу, что кто-то мог бы с легкостью продолжить путь, взявшись за руки с чародеем из соседней лодки. Все были одеты в черное, улицы были украшены бумажными фонариками, играла музыка — все это создавало волшебную атмосферу и заставляло Лину то и дело оглядываться по сторонам, рассматривая каждый уголок города. Когда лодки причалили, Лина, Марк, Ирен и Джейсон, сидевшие в одной лодке, ступили на выложенный камнем тротуар и, стараясь смешаться с толпой, направились к главной площади. Лина оглянулась. — Разве мы не подождем остальных? — Брось, они не маленькие, — с улыбкой ответила Ирен, — мы точно встретимся с ними позже. А пока нам нужно тебе все показать. Сейчас мы будем проходить мимо ярмарки. Вчетвером они миновали еще две улочки, затем свернули направо и оказались на открытой площади, уставленной рядами палаток. Чего там только не было: еда и напитки, одежда и украшения, свечи, гадальные карты, статуэтки. Лина хотела посмотреть сразу все, поэтому тут же ускорила шаг. Джейсон шел, наблюдая, следом. Он смотрел, как Лина, словно маленький ребенок восхищается каждой мелочи. Сначала она несколько минут стояла у палатки, хозяйка которой продавала оживленные деревянные фигурки животных. Они смотрели из стороны в сторону и мило улыбались, когда кто-то обращал на них внимание. Затем ее привлекли чародеи, создающие бумажные фонарики буквально из воздуха и продающие их всем желающим. — Не хотите взглянуть? — Голос хозяйки одной из палаток остановил Лину, которая уже хотела было пройти мимо. Лина обернулась и встретилась взглядом с хозяйкой палатки. Она мило ей улыбнулась и подмигнула. В этот момент ее глаза на секунду сменили цвет на зеленый, а затем снова стали темно-голубыми. Или это свет так падал? Девушка стала рассматривать украшения, аккуратно разложенные на столе перед ней. Очевидно, это была ручная работа: крошечные полевые цветы, залитые прозрачной или цветной эпоксидной смолой, на тонких серебристых цепочках, некоторые — на шнуровке. Все они выглядели довольно интересно, и Лина не могла не задержаться, чтобы рассмотреть их все. — Очень красиво. — Все мои украшения — амулеты. Некоторые — приносят удачу, некоторые — защищают от темной магии. А некоторые, — она указала на миниатюрные браслеты на тонкой цепочке, — привлекут в вашу жизнь настоящую любовь. Не хотите выбрать себе один? — Лина. — Девушка обернулась на голос Ирен. — Идем, уже начинается. Ирен взяла ее за руку и потянула в толпу. В ответ женщине Лина успела лишь улыбнуться, затем поспешила за Ирен. Народу заметно прибавилось. Ирен уверенно вела Лину куда-то, но каждый раз Лине приходилось кого-то обходить или извиняться за то, что она случайно врезалась в кого-то. В конце концов, проверяя, идет ли Джейсон следом, Лина завернула голову назад, из-за чего столкнулась с кем-то и больно ударилась лбом. Ее рука выскользнула из руки Ирен, когда она остановилась, чтобы извиниться. — Простите, я не специально. Человек, которого Лина чуть не задавила, обернулся, и Лина увидела перед собой невероятной красоты девушку. Белоснежная кожа, светлые блестящие волосы. Она вся словно светится. И кажется Лине до боли знакомой. Она точно видела ее где-то раньше. Но вспомнить, где именно, казалось, не представлялось возможным. Каждый раз, когда Лина мысленно приближалась к ответу, он словно нарочно ускользал от нее. По удивленному взгляду незнакомки Лина поняла, что и девушка узнала ее. Она слегка приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но не издала ни звука. Лишь коротко улыбнулась, а затем, отвернувшись, исчезла в толпе. — Лина! Она попыталась увидеть в толпе Ирен, выкрикнувшую ее имя, когда заметила, как та машет ей рукой. Медленно, стараясь больше ни на кого не наступить, Лина пробралась к тому месту, где ее уже ждали Ирен, Джейсон и Марк. Теперь вчетвером они стояли у фонтана. Того самого, который так привлек внимание Лины, когда она оказалась здесь впервые. Сейчас, в свете ночных фонарей он выглядел немного иначе: желтые огни нашли свое отражение как в воде, так и в позолоте на статуе, от чего та казалась еще более могущественной. Лина не заметила, как Марк протянул ей одну из свечей, которые он взял с собой. — Ну что, зажжешь? Она ловко щелкнула пальцами, и фитиль на ее свече тут же загорелся. Заиграла музыка. Приятные мелодии гитарных струн и до этого разносились по улицам Денома, но сейчас народ стих, и музыка стала более громкой, настойчивой и яркой. Лина вздрогнула от неожиданности, когда ее свеча медленно взмыла в воздух вместе с остальными, и проводила ее взглядом. Они поднимались ввысь до тех пор, пока не достигли вершины фонтана, затем остановились и начали распределяться таким образом, что получилось большое огненное кольцо зажженных свечей. Затем кольцо медленно начало кружиться. Сперва медленно, позже набирая скорость, пока не растворилось в темноте ночи, рассыпавшись на миллион маленьких огоньков, посыпавшихся обратно на землю, словно огненные хлопья январского снега. Она поймала взглядом одну такую «снежинку» и проследила ее путь до самой земли, пока та, коснувшись ее, не потухла. Ирен со стороны наблюдала за ее восхищением. Ей нравилось видеть, как Лина искренне улыбается, как ребенок первому снегу. Будучи старшей, она чувствовала свою ответственность за девочку, и ни разу не пожалела, приведя ее сюда даже в такое неподходящее для веселья время. Один вечер ничего не изменит. По крайней мере, ей так казалось. Когда народ немного разошелся, Ирен подошла ближе к Лине, чтобы объяснить суть происходящего: — Мы зажигаем свечи, чтобы Высшие Силы увидели нас. В ответ они посылают нам звездопад, и мы можем загадать свои самые сокровенные желания. Лина задумалась. Наверное, даже Высшие чародеи не были такими могущественными, если сами просили Вселенную об исполнении их желаний. Остаток вечера в ожидании звездопада они вчетвером провели, медленно прогуливаясь по волшебным улочкам Денома, улавливая запахи неизвестных блюд и пробуя их на вкус. Танцуя в толпе под струны гитар уличных музыкантов, рассматривая лавочки с сувенирами-символами Фестиваля Звезд. Лина не могла не признать — сейчас она впервые смогла бы назвать это место своим домом, ведь все это было ей до боли знакомым. Каждая радостная эмоция возвращала ее к воспоминаниям из детства, когда они всей семьей на выходных выезжали на долгие прогулки, посещали ярмарки с аттракционами, ели сладкую вату и покупали бессмысленные безделушки, делая их своеобразным символом, напоминанием о хорошем дне. Она и сейчас была бы не против купить себе что-нибудь ненужное, но такое памятное. Единственное, что останавливало ее — это слишком большое разнообразие, не позволяющее сделать окончательный выбор. Проще говоря, она была готова купить абсолютно все, что видела, но постеснялась спросить кого-то из ребят денег. Своих у нее, очевидно, не было. — Пора подниматься, — сказал Марк, когда Лина остановилась у очередного павильона, — если хотим увидеть звездопад, нужно забраться выше. — И он кивнул в сторону холма. Толпа постепенно начала продвигаться в ту сторону. Лина уже сделала шаг в указанном Марком направлении, когда Джейсон остановил ее. — Стой. — Он взял ее за руку и медленно потянул обратно. — Идите без нас. Я хочу показать Лине другое место. Ирен коротко кивнула и, подтягивая за собой Марка, присоединилась к толпе. — Ты уверена, что их можно было отпустить? — А ты думаешь, он спросил бы у нас разрешения? — Ирен усмехнулась. — Все будет хорошо. Давай не думать о плохом, ладно? — Ты же знаешь, что Джейсон… Марк не успел закончить фразу. Ирен перебила его: — Знаю, Марк. Я знаю. Улицы постепенно начинали пустеть. Чародеи, прежде наслаждавшиеся времяпровождением на Фестивале, расходились, занимая самые интересные места, чтобы наблюдать приближающийся звездопад. Большая их часть направилась к холму, откуда открывался невероятной красоты вид на ночной город, заполненный бумажными фонариками. Парочки занимали скамейки в надежде встретить звездопад в объятиях друг друга. Некоторые, заранее захватив с собой плед, ложились прямо на влажную от ночной прохлады траву, устремив свой взгляд в небо, оставив за его пределами все остальное. Джейсон, безусловно, любил это место за его простоту, за возможность смотреть на город свысока. Однако он как никто другой знал, что есть и более интересные места для наблюдения за звездопадом. Он любил находиться в окружении других чародеев, даже обычных людей, но искренне считал себя самого лучшей компанией для долгих размышлений в одиночестве. В один из таких дней, когда ему хотелось побыть одному, он забрался на смотровую башню, откуда был виден весь город, словно на его ладони. Башня была высокой, но места в ней было немного, поэтому она почти всегда пустовала. За исключением, безусловно, тех дней, когда сам Джейсон туда приходил. Когда они вдвоем поднялись туда, первое, что бросилось Лине в глаза — это два теплых пледа, аккуратно сложенные на полу, и две подушки. А стоило ей только поднять взгляд, она утонула в синеве ночного неба, разбавленного желтыми красками уличных фонарей. — Очень красиво! Лина глубоко вздохнула в себя прохладу ночного воздуха, положив ладони на перила. По коже пробежал холодок, и она немного поежилась. В конце концов, на ней все еще было одно лишь маленькое черное платье. Джейсон бросил взгляд на наручные часы. Еще примерно десять минут. Он молча поднял один плед и укутал Лину в него. От нее приятно пахло лавандой — он почувствовал это, когда поправлял ее волосы, вытаскивая их из-под пледа. — Ты уже придумала, какое загадаешь желание? — Желание? Конечно же, у нее были желания. Если бы она была вынуждена ответить на этот вопрос пару месяцев назад, Лина могла бы с полной уверенностью назвать хоть сто желаний, которые она хотела бы осуществить. Научиться кататься на скейтборде, написать на отлично итоговые экзамены, быть самой красивой на выпускном, побывать на настоящем свидании, как в кино, поступить в классный университет… Она могла бы перечислять долго. Сейчас, когда Джейсон ждал от нее ответа, мысли путались в ее голове. Она не знала, что было бы лучше: чтобы это неожиданное приключение, наконец, закончилось, или чтобы оно вообще никогда не начиналось. Загадывая успешное окончание войны с Мрачными Душами, она даже не могла на сто процентов быть уверенной в том, что готова к тому, что ждет ее дальше. — А что ты загадаешь? Джейсон усмехнулся и посмотрел вдаль. — Шутишь? Видела где-нибудь, чтобы о желаниях рассказывали? Не сбудется же. — Эй, нечестно! Ты же сам меня спросил. Думал, можно спросить и не делиться? Парень понимал, что Лина шутила, но ее вопрос заставил его задуматься. Хотел бы он сам поделиться с Линой своим желанием? Ведь он хранит его в своем сердце уже довольно давно. Но… здесь было слишком много «но». Наступила тишина. Казалось, каждый думал о своем, однако, Лине было тяжело размышлять в одиночку. Бесконечный водоворот собственных мыслей захватывал ее каждый раз, когда она пыталась схватиться за одно из своих желаний. Лина посмотрела на Джейсона. Его длинные ресницы отбрасывали тени на его лицо, прохладный ветер щекотал его волосы, а взгляд был устремлен вдаль. Затем она посмотрела на его руки. Пальцы Джейсона ловко отстукивали по перилам, имитируя игру на пианино, и Лина невольно засмотрелась на эти движения. Она подняла голову, и их взгляды встретились. Он смотрел на нее иначе — не так, как всегда, и это ее немного пугало. Сердце Лины забилось быстрее. Она была уверена, что даже Джейсон мог услышать его бешеный ритм. В этот момент все вокруг исчезло — и звёзды, и ночь, и даже ожидание звездопада уже не казалось таким волнующим. Оставались только они вдвоём. — Хочешь, я загадаю желание за нас обоих? Лина улыбнулась. — Думаешь, ты точно знаешь, чего я хочу? Джейсон сделал несмелый шаг навстречу. Левой рукой он осторожно взял ее за запястье, а правой рукой нежно провел по холодной коже ее щеки. Лина была готова утонуть в этом мгновении и почти закрыла глаза, когда ее взгляд поймал мелькающее свечение. Это был яркий свет первой звезды, уходящей вдаль. Она вздрогнула и повернула голову. — Джейсон, смотри. Они затаили дыхание в ожидании. Затем небо сверкнуло снова и снова. Вот уже третья звезда упала с неба, тут же исчезнув в темноте. Лину полностью охватил момент, в то время как Джейсон ни разу не оторвал от нее своего взгляда. Он ловил звезды в отражении ее золотистых глаз, и это казалось ему самым прекрасным зрелищем на свете. Чувствуя его взгляд на себе, Лина повернулась к Джейсону лицом. — Почему ты не смотришь? Ты уже загадал желание? — Я хочу смотреть только на тебя. Каждый день. Вот мое желание.