БАСТИОН

      Атака закончилась так же быстро и неожиданно, как и началась.       - Что ж, Стивен, все могло быть и хуже, - буркнул Роджерс себе под нос, оглядывая поле боя.       Дозорные, которым выпало сегодня дежурство, подняли тревогу за несколько часов до рассвета. Ночная темень уже не была такой непроглядной. Наверное, только благодаря этому пропел звонкий рожок, поднимая всех с коек и ставя под оружие.       Пара, быстро впрыгнув в одежду и хватая оружие, подпихнули Деда, который сладко причмокивал во сне губами, уложив ладошки под щеку. Подскочив и оценив обстановку, Дед схватил копье, напялил шлем и, как был в исподнем, рванул на улицу.       Клинт уже был на улице, прикрывая выбегающих воинов: забрался на крышу соседней казармы и отстреливал слишком ретивых дикарей, прорвавшихся внутрь рубежа.       Старк, успевший облачится в свой привычный доспех, покручивал в руках парные изогнутые клинки, которые предпочитал другому оружию. Стив знал, что у того в специальных карманах припасены его диковинные изобретения, которые могли здорово внести смуту в гуще сражения.       Это нападение было необычным – слишком тихим. Малумы вообще были неразговорчивыми ребятами. Давно утратив навыки речи, они больше свистели и перекрикивались. Но в этот раз была тишина.       На земле, помимо Малумов, уже остывали тела воинов – тех, кому не посчастливилось пережить эту ночь, в том числе и командующего этой точки рубежа.       – Вот Тьма! – Рычал Роджерс в бешенстве, когда к нему стали поворачиваться в ожидании команды. Если быть честным, его и считали командиром.       – Держим строй! Сплотить ряды! Ллойд – сигнальный костер! – Стив понимал, что нужно срочно вызывать подкрепление.       Роджерс обратил внимание, что глаза у дикарей были словно стеклянными. Оттолкнув очередного малума и пронзив его мечом, он быстро оглянулся, оценивая обстановку. Они двигались все в одном направлении – к дальнему углу двора, где за казармами была баня. Это было нехарактерно… Обычно во время сражения они рассредоточивались, старались зажать в кольцо. А тут...       – Они отвлекают внимание! – сообразил Стив и уже было набрал воздух в грудь, как услышал истошный вопль Клинта.       – Стив! Всех стрелков! Навесом по дуге в три пальца! Быстро! – В голосе был слышан испуг. Бартон указывал пальцем за оградительную стену.       – Стрелки! На возвышение! Слушайте Клинта! Остальные! Прикрываем! Держим строй, мать вашу! Два десятка – за казармы! Пленных не брать!       Звон оружия и ругань над ухом, кровь набатом стучала в ушах… Все это создавало атмосферу дурного азарта и поджигало кровь. Поток Малумов, которые просачивались сквозь прореху в стене, стал меньше… Если не будет второй волны, то скоро можно будет перевести дух.       – Старк! Поджигательные!! – Заорал Клинт.       Роджерс прорвался вперед, прикрывая собой Тони, который, сориентировавшись, взобрался по дровянику к Клинту.       – Мать моя! Да это сама Тьма! – заорал Старк, впрочем, не отвлекаясь от своих действий.       Он быстро ударил кресалом, стараясь попасть искрой в добытую из одного из секретных карманов склянку. В ней тут же занялось голубоватое ровное пламя. Обмакивая стрелы в какую-то тягучую мазь из другой банки, он затем поджигал их на пламени и подавал Клинту:       – До пяти…       Роджерс старался не отвлекаться от боя, но бросал взгляды на парней. Он искренне любовался их взаимопониманием и тем, как они работали в паре.       Небольшая задержка. Выстрел. И действия повторяется.       Каждый выстрел сопровождался поддерживающими криками лучников.       – Трое ко мне, остальные пли по Малумам! – рявкнул Клинт.       Бартон сделал еще 4 выстрела и заорал:       – От стены все! Быстро!!!! Прочь оттуда!!!!       Как его крик услышали через гвалт сражения, осталось загадкой. Но рассуждать об этом не было времени. Все бросились врассыпную, стараясь исполнить приказ. Рассуждать или оспаривать не было смысла, когда команду орут ТАКИМ голосом.       Стена с грохотом и скрежетом сложилась, как будто была сделала из тонких лучин и соломы, а не из толстенных бревен и камня. Те, кто уходил последними, попали под каменный град. Кто-то упал, но старался убраться оттуда подальше, пусть даже и ползком.       Черная с зеленью чешуйчатая туша какого-то зверя проломила мощную стену, как лист бумаги.       – Что это за Тьма? – Стив во все глаза смотрел на нечто, не виданное ранее.       – Они отступают, Стив! – Крикнул Клинт, оставаясь все еще не месте и ведя обстрел по убегающим Малумам.       Все кончилось, и воины тяжело опускались на землю перевести дух. Кто-то с опаской подходил к чудищу, хотя в том, что оно мертво, не было сомнений. Старк провел «полевые» испытания своего нового изобретения. Стрела, попадая во врага, взрывалась, так что тело твари было разодрано, а половины черепа не было вовсе.       Старк и его изобретения спасали не только отряд Стива, но и зачастую решали исход всей битвы в случае нападений на дальний рубеж гарнизона. Начальник Гарнизона кусал себе локти, что тогда, несколько лет назад, пристроил двух зеленых мальчишек к опальному наследничку.       Клинт же, как выяснил Стив, тоже был не таким простофилей, каким хотел казаться большинству людей. Он, будучи еще ребенком из простой деревенской семьи охотников, получил Дары от Духов, щедро наградивших юного воина. Мальчишка тогда поставил жизнь близкого человека выше своей, чем и заслужил щедрую награду.       Стив отвлекся от своих мыслей и огляделся.       – Где Ллойд, Тьма вас дери? Почему не зажгли сигнальный костер?       – Стивен! – Обратился к нему Дед, не признающий сокращения имени. – Он убег. Лошадь взял и убег.       – Что? – В побег товарища, с которым столько времени провели вместе, пережили не одну передрягу, не хотелось верить… – Нет… Быть не может…       – Я пытался задержать, но он выстрелил в меня, да промазал. Плохой стрелок. Я нож кинул. Ранил его, но не остановил…       Что больше вывело Стива из себя, он не мог понять даже сам - то ли предательство товарища, то ли то, что Клинт и Старк говорили на кануне об этом… И ведь он отправлял кому-то ворона...              Запылал, пусть и с опозданием, сигнальный костер. Пусть битва и была закончена, но туша огромного незнакомого зверя и разрушенная стена ограждения требовали внимания. Ну и, конечно, срочно нужно было что-то с ними решать. И сил воинов дальнего гарнизона просто не хватало.       – Что это значит, Стив? – Клинт внимательно смотрел на друга.       – Что Пустоши пробуждается. И что Малумы – меньшая из неприятностей. Дожидаемся Командира Гарнизона и подкрепления и отбываем с докладом в Светлый город. Собрать вещи. Лошадей возьмем на каждого члена отряда. Новость в Столицу нужно доставить как можно быстрей.

***

      Выслушав доклад, Командир отвел Стива чуть в сторону:       – Что думаешь?       – Что старые страшные сказки их тех, что рассказывают детям, совсем не сказки. Пустоши пробуждаются. Во время сражения я заметил, что Малумы были не в себе: глаза у них были словно стеклянные и они пытались оттянуть все силы к дальнему углу двора. Видимо, чтоб чудовище пробралось внутрь и разрушило Рубеж полностью. Они больше не хаотичная толпа, они выполняли чью-то злую волю. Ими управляли.       – Пустоши пробуждаются… Я отправлю весть в Светлый город. Попрошу поискать информацию о чудищах Пустошей. Будем двойками и тройками отправлять разведчиков: необходимо узнать, под чьими знамёнами скрывается враг. Раньше мы никогда за все годы не встречали даже слухов о них. Езжай в столицу. Поговори с Государем. Не знаю, что у вас в семье происходит и в чем ты провинился, что отец тебя сослал на годы в эту дыру… Но ситуация становится все серьезней. Нельзя упускать это из виду.       – Провинился я тем, что родился… – Грустно хмыкнул Стив.       – Ты же не вернешься?       – Вряд ли… Но спасибо за огромный опыт, Командир.       – Жаль терять тебя и свою десятку… Ты ж не оставишь своих?       – Они вольны сами выбирать… – Улыбнулся Стив и, кивнув на прощание стоявшим невдалеке воинам, оседлал лошадь.       Надо ли говорить, что следом за Стивом выехали девять всадников, составляющих их отряд.

***

      Отряд ехал молча. Каждому было о чем подумать: новый неизведанный враг, напряженная обстановка внутри государства. Предательство Ллойда. Стараясь не беспокоить Стивена своими домыслами, они вполголоса обсуждали возможные мотивы.       Клинт не выдержал и направил свою кобылу вперед. Вровень, по другую сторону, пристроился и Тони.       – Мы к тебе примкнули пару-тройку лет назад. И ни разу не усомнились в его честности и преданности, Стив, – начал Бартон. – Он или слишком хорошо маскировался...       – Или просто с самого начала это было для него обыденностью… Держаться рядом и передавать сведения... – жестко закончил Роджерс, взглянув на друга. – Я уже ничему не удивлюсь.       – Что-то объединяет все то, что творится в государстве и в мире в целом. Хоть в той дыре, откуда мы выбрались, и мало новостей, но редкие слухи настораживают.       Стивен посмотрел на Энтони. Тот был гениальным изобретателем, немного себе на уме, конечно… Он сбежал от отца – такого же гения – за пару лет до того, как присоединился к Стивену на кордоне, из-за каких-то разногласий, о которых Старк не хотел говорить. Но его манеры, речь, стиль боя – все указывало на то, что он не из простых ребят, подавшихся на воинскую службу. Но Тони мало рассказывал о себе, а Стив не расспрашивал. У каждого в его отряде было то, о чем не хотелось вспоминать и не стоило расспрашивать.       Роджерс натянул поводья, скорее на автомате, чем намеренно. Не зная прошлого своих людей, учитывая обстоятельства, как он мог доверять им, верить? Ллойд тоже долгие годы всегда был рядом, получал ранения, спасал, прикрывал… А оказалось…       – Среди нас нет предателей, Стивен, – прокряхтел подъехавший Дед.       – Мои мысли настолько очевидны? – ухмыльнулся Стив.       – Твое опасение закономерно, учитывая, что произошло, – сказал Вдовец и спешился.       Остальные тоже подтянулись и спешились. Трое отвязных рубак, которые присоединились к нему в гарнизоне, оказались братьями. Стив узнал об этом относительно недавно – примерно полгода назад – и очень удивился. Все были разными по внешности, цвету волос, даже цвету кожи. На его удивленный вид они, ухмыляясь, сказали:       – Матушка наша была знатная блудница!       Однако их всех объединяла преданность друг другу и Стивену как Десятнику их отряда. Они на достойном уровне умели пользоваться оружием, которое очень любили. Поэтому, так и не определившись, какое им больше по душе, таскали на себе целый арсенал. Что, если быть откровенным, выручало не раз.       Старший из этой тройки – низкий и коренастый, огненно-рыжий парень – подошел к Стиву. Достал нож и провел по запястью.       – Ну что ты творишь, Тьмаааа! – Роджерс тут же спешился, бросился к нему. Но тот остановил движением руки. Позволив крови стечь в ладонь, сложенную чашечкой, он начал говорить:       – Я, Филлип Виллин, клянусь тебе…       Слова клятвы подхватил средний брат – угрюмой неразговорчивый темнокожий брюнет с чернющими глазами:       – Я Освальд Виллин, клянусь тебе…       Младший подвижный, раскосый, с шапкой мелких белокурых кудрей, подхватил:       – Я, Книт Виллин, клянусь тебе защищать от врагов: явных и скрытых, оберегать твой покой и помогать в любой беде, явной или скрытой. Обещаю не предать твои идеалы и быть верным воином…       Стив от изумления и неверия отошел на шаг, глядя, как остальные воины, все до одного, повторяют их действия: надрезают запястья, собирая кровь в ладонь и читая клятву.       – Я, Энтони Старк….       – Я, Клинт Бартон.. – Он делал надрез кончиком стрелы… Отдавал дань уважения Духам, которые наградили Даром.       – Я, Картон Минт, клянусь тебе, – Вдовец влился в чтение клятвы своим зычным басовитым голосом.       – Я, Абрео Энгэс…       – Я, Астэр Оклер…       Боевая Пара, которую обычно так и называли, ведь они всегда держались друг дружки, присоединилась к остальным.       Дед вздохнул и, неловко перехватив копье, надрезал свое сухое запястье:       – Я, Ануй Корбэн Лильсвейдер Патрисий Марко Пьюирт Просвальд Манджаротти, клянусь тебе… – так все узнали, как Деда зовут на самом деле. А тот, прервав клятву сказал, – вы думаете почему, я всегда говорю, что меня Дед звать, – хрипло хмыкнул он и продолжил зачитывать клятву, – клянусь тебе, Стивен Роджерс…       Стив с трудом вгонял в легкие воздух. То, что творилось сейчас на его глазах, было редкостью. Сейчас подобные клятвы почти не произносились, ведь союзы заключались и расторгались повсеместно. Люди, даже воины, просто боялись приносить подобную присягу, которая бы означала, что они будут рядом до самого конца. До последней капли крови, до последнего вздоха.       Не смея предать такое отчаянное доверие, Стив, согласно ритуалу, подвернул рукав и, сделав продольный разрез на руке не с тыльной, а с внешней стороны, делая поперечные насечки, проговорил:              – Я, Стивен Роджерс, принимаю твою клятву, Филлип Виллин, и клянусь в свою очередь…..       Каждая поперечная насечка – имя.       Закончив читать клятвы, они окропили своей кровью оружие.       – Клянусь!       Остаток дня до глубокой ночи они ехали, переговариваясь и шутя: напряжение спало, ведь они – часть целого, как семья, которая не предаст и не ударит в спину. Стив, не сдерживая слезы, ехал рядом и улыбался, ощущая, как соленые дорожки сушит ветерок.

***

      Через пару дней пути, которые шли ритмично и размеренно, они наткнулись на выжженную дотла деревню. Запах пожарища уже унес ветер, хотя, по ощущениям, пожар бушевал здесь относительно недавно.       Старк, тут же спрыгнув с коня, побежал к ближайшим домам. Он напоминал ищейку, взявшую след. Остальные тоже рассредоточились.       Ни тел, ни выживших, ни скота. Только обгоревшие остовы домов.       – Зажигательная смесь, – буркнул Тони, нахмурившись.       Умельцев, могущих сделать подобное, было полно, поэтому эта информация не стала чем-то неожиданным.       – Если Гарнизон не был прорван, а судя по следам – не был, значит, подожгли изнутри, – предположил Дед.       – Или на Рубежах есть предатели… – Все больше мрачнел Стив. – Ускоряемся.       – Нет запахов… – Клинт вдыхал воздух полной грудью. – Какие бы ни были ветра, нет запахов гари или трупной вони… А угли еще горячие… Судя поэтому, пожар был недавно!       Если раньше они ехали хоть и в темпе, но берегли лошадей, то сейчас гнали на пределе возможностей. Теперь ситуация казалась еще страшнее и пугала своим размахом.       Когда дорога стала поворачивать, вихлять среди леса, на отряд напали. С двух сторон вышли вооруженные люди, по численности вдвое или втрое превосходя их неполный десяток.       Стив и его отряд не успели пройти каких-то пару километров, отделявших их от прямого тракта на Столицу, откуда можно было подать сигнал о помощи.       Их целенаправленно теснили в сторону леса, заставляя уйти с дороги и углубляться все дальше, ломая густой подлесок. Лошадей с поклажей пришлось бросить: уходили пешими, налегке, неся на себе лишь оружие и щиты. Их загоняли, как диких зверей.       Адреналин, страх и отчаяние мешали думать, поэтому ловушку они распознали слишком поздно.       Отряд не расстреляли издалека из луков и арбалетов, потому что уготовили другую судьбу, более страшную и жуткую, чем просто смерть.       Понять это они смогли, выбежав на расчищенную, вырубленную от деревьев и кустов большую поляну, на которой камнями и костями с ошметками мяса был выложен узор-орнамент, вроде змея с множеством голов, каждая из которых венчалась черепом человека или животного. Незачем их было убивать у тракта – слишком рано. Они – жертва для кровавого ритуала.       Ритуала, который вообще не должен был проходить в их мире. Ритуала о призыве Тварей Тьмы.       Когда Стив понял это, его волосы буквально встали дыбом. Тяжело дыша, он приказал отступать с поляны, уходить вглубь. Он помнил из тех скудных крох информации, что ему удалось найти в замковой библиотеке, что такие узоры и орнаменты активируются кровью – огромным количеством крови, и требуют жертв. И чем яростей и способней жертва, тем могущественней становится тварь.       – Старайтесь не напитывать камни кровью. Если будет возможность уйти дальше в лес – уходите.       Видимо, таких действий от них и ожидали, потому что враг замыкал кольцо, не давая отойти, не давая времени продумать план обороны.       – Бартон, Старк…       – Уже… – Тони как раз поджег свой чудный огонь в склянке и лихорадочно готовил стрелы для Клинта. – Выберемся, улучшу формулу, чтоб не во время битвы стрелы макать... – ворчал он, по очереди погружая наконечники и вязкую жидкость.       – Теперь понятно, почему у прошлой деревни мы не обнаружили жертв, тел… Скорее всего, там вызвали подобную тварь… И она пошла крушить Гарнизон, проделывать бреши, открывая путь врагу… – сказал Вдовец.       Наползал туман. Белесый, жуткий... Он скрадывал звуки и порождал тревогу. На них не нападали, ждали. Стив тоже не решался начинать бой: неизвестно, к каким последствиям это может привести. Может быть, эта ритуальная штука сработает сразу же, стоит только оружию лязгнуть.       – Да быть не может… – раздался над ухом шепоток одного из братьев.       Вперед вышел Ллойд. Это было логично... И больно...       – Вот и свиделись, – чистым звонким смехом рассмеялся юноша.       – Тьмой выкормленный сучёныш… – буркнул Дед. Видимо, к нему у него были свои счеты.       – Почему?.. – Выдохнул Стив, сжимая оружие. Как же ему хотелось прикончить этого гада, аж пелена застила глаза.       – Стив… Стив… Какой же ты глупец… Все рисовал свои картинки с тем желтоглазым Волхвом, Тьма его побери… Думал, что не видел никто… И не замечал все это время, кто был рядом с тобой… Кто добивался твоего внимания… К счастью… К счастью мне встретился человек, который открыл мне правду про реалии этого мира и про твою детскую проклятую влюбленность... В Волхва? Серьезно? И где сейчас твой Волхв? Они теперь носу в Столицу не суют…       – Под чьи знамёна ты встал, Ллойд? Кому продался? – тянул время Стив, лихорадочно ища выход.       – Пять, – шепнул Тони, легонько подпихивая Стива.       – Под знамена великой силы! Под знамена Арены! – крикнул Ллойд, поднимая руку. Окружавшие их отряд люди натянули тетиву, придерживая стрелы, готовясь отправить их в смертоносный полет.       – Три, - Клинт тоже натянул тетиву, держа наконечник стрелы в землю шагах в 5 от их десятка.       – Врассыпную, – ровно сказал Стив, но был уверен, что свои его услышали и подготовились.       – Один! – Клинт выстрелил. Стрела воткнулась в землю и с глухим «Пффф» взорвалась.       Отряд бросился в разные стороны. Замелькали запоздалые вражьи стрелы, раздались крики. Не было возможности оглянуться на своих, проверить, не подпал ли кто «под раздачу».       Они пытались максимально углубиться в лес, но противник, хоть и был обескуражен их действиями, тоже не дремал. Зазвенело оружие, крики стали громче.       Стив, отмахнувшись мечом от направленного на него копья, врезался щитом во врага, отбрасывая его. Развернулся, пронзив мечом кожаные доспехи другого, удачно попав меж сочленений пластин. Клинт, которого зажимали с двух сторон, благодарно кивнул и, прикончив другого нападавшего мечом, тут же снова взялся за лук. Стив старался держаться рядом, прикрывая единственного лучника. Тут и там слышались хлопки – Клинт старался, чтоб каждая его смазанная едким варевом и подожжённая стрела попадала в цель.       Роджерс пытался найти взглядом всех. Пара, прикрывая друг другу спины, успешно давала отпор нападавшим. Вдовец пробивался к ним с Клинтом, сокрушая врага трофейной булавой с шипами.       Тройка братьев отбивалась, прикрывая Тони, который, ругаясь на все лады, быстро перетягивал окровавленное бедро.       Вдовец встал плечо к плечу с Роджерсом, отбивая атаки врага, давая командиру их маленького отряда оглядеться и принять решение о прорыве или обороне.       – Дед!!! – Заорал Стив, устремляясь вперед, смаргивая пот и отпихивая врагов, не глядя. Взводя арбалет, к нему подбирался Ллойд. Дед, упрямый старик, принципиально не носил плотного доспеха – лишь легкую кольчужку, которую тяжелый арбалетный болт пробьет навылет, не замедлив даже полета.       – Уж если суждено помереть от удара в спину, и литые латы не спасут, – вечно отшучивался он.       Дед вертелся как уж на месте, отмахиваясь копьем на длинном древке, не позволяя никому подойти к себе со спины. Иногда он делал очень меткие хищные тычки, пронзая острием копья зазевавшегося воина в шею или прорези шлема.       Стив рубанул одного из заступивших дорогу противников и бесхитростно ударил другого кулаком в лицо, без сожалению добив упавшего мечом.       Уперев копье в землю, дед подпрыгнул и ударил ногами в грудь близко подобравшегося врага.       – Дед, – истошно орал Стив, продвигаясь вперед и глядя, как Ллойд прицеливается. Роджерс понимал, что не успевает. Не успевает добежать, прикрыть. Своими ножами, которые можно было метнуть в предателя, он прикрыл Пару, на которую напирали больше, чем на остальных.       «Вжжж», – пропел болт. Дед, замерев, начал заваливаться на бок. Из-под ребер торчало древко болта с подрагивающим коротким оперением.       – Неееет!!! – На Стива напирали, заставляя отступить, отбиваться. Махая клинком и прикрываясь щитом от ударов, сыплющихся на него со всех сторон, он услышал бархатистый голос Ллойда.       – Возвращаю тебе нож, старик…       Прикончив врага, Стив нашел взглядом Деда, бросился к нему.       Взгляд серых, как вечные льды на горах, глаз смотрел неподвижно в небо. Из уголка рта текла густая темная кровь. Рубаха расцветала багровыми пятнами. Из центра груди торчала рукоятка его же ножа, который всем клинком, до самой гарды, вошел в тело Деда. Воина. Друга.       Дед так и замер, смотря в бесконечное небо стекленеющим взглядом, с легкой ироничной ухмылкой, сжимая рукой верное копье.       Стив провел ладонью по его лицу, закрыв глаза. Повернулся на коленях, принимая на щит летевший ему в спину меч. Прощание с Дедом заняло секунды, а, казалось, долгие часы. Вряд ли он когда-нибудь сможет забыть юмор и живой нрав этого старика.       Губы беззвучно шептали обращение к духам, прося принять душу их воина и проводить к небесным благам, в то время как тело двигалось: отбить удар, прикрыться щитом, крутануться на месте, оценивая обстановку, и разить врага без жалости, без сожалению, с яростью сказочного дракона.       Люди, его люди, его воины, поклялись ему в защите. А он дал клятву в ответ и не смог сдержать ее. Гнев и боль утраты застила ему глаза. Стив пытался прорваться к Ллойду, который спокойно отошел к выложенному камнем и частями тел многоголовому чудовищу. А из леса стали выходить люди, таща по двое-трое огромные чаны.       Страшная догадка – там кровь… Они напитают камни кровью, пока Ллойд читает заклинания и рисует в воздухе знаки замысловато изогнутой палкой. А их – тех, кто еще дышит и сражается – принесут в жертву.       – Клинт!!!!! Клинт!!! – Орет Стив, срывая голос. – В чаны! Целься в чаны!!!       Клинт успел убить двоих, и один чан пролил из своих недр багровую жидкость под корни деревьев. И Бартона оттеснили враги, заставили перейти на ближний бой.              Они устали… Долгий выматывающий день, гонка по лесу, битва… Силы их были на исходе, в то время как их противник был полон сил и явно дожидался их. Несмотря на то, что трупы врагов лежали кругом, им было не сдюжить… Это понимали все, стараясь вкладывать все оставшиеся силы в удары.       Упал Абрео – один из пары, второй прикрывал его, но тоже выбился из сил. Клинта и Вдовца оттесняли с леса к расчищенной поляне… На дальнем конце поляны несколько арбалетчиков брали их на прицел…       Кажется, это конец.       Помощь пришла внезапно, откуда не ждали. Из подлеска во врагов влетело нечто.       – Чудовище! – воскликнул Стив, увидев габариты.       Здоровое, лохматое, в кусках какого-то чуднОго доспеха. Громко визжа, оно раскидывало врага, как хворостины. Но только врага! Оно пролетело мимо Пары, даже не обратив на них внимание. Лишь сбило нападавших, яростно топча их ногами, превращая в кровавую кучу в мятых доспехах.       Влетевший в тварь арбалетный болт чиркнул по металлическим пластинам, не причинив вреда.       Воодушевлённые воины, раненые, обагренные своей и чужой кровью, окрыленные внезапной подмогой, подбадривая себя криками, добивали упавших и врезались во врага с новыми силами, вырывая, выгрызая себе право на жизнь.       Отпихнув очередного врага, Стив увидел высокую фигуру в плаще с накинутым капюшоном. Человек неспешно выходил из леса. Под плащом было не видно очертаний тела или оружия. В руках у него был посох, с которыми путешествовали некоторые воины из Прибрежной зоны - в бою он был грозным оружием, но лишь в умелых руках. Посох незнакомца был оплетен серебряным узором. Его фигуру окутывали клубы тумана, то скрывая совсем, то проявляя. Он приближался неудержимо, хоть и не спеша.       Приняв удар вражеского меча на щит, Стив с досадой отпихнул его, стараясь не выпустить незнакомца из поля зрения. Какое-то воспоминание промелькнуло в сознании и тут же погасло. Незнакомец же без всякого сомнения взмахнул посохом, перекрутил его в руках и без эмоций начал крушить врага точными выверенными ударами, не делая ни одного лишнего движения. Это завораживало...       Какое-то чутье заставило Роджерса отпрянуть в сторону. Удар прошел по касательной - ощутимый, но не смертельный. Да и доспех оградил от ран. Ллойд настолько яростно махал мечом, что Стив едва успевал отбивать удары или укрываться за щитом.       – Ты же был мне другом… – просипел Стив, когда клинки скрестились.       – А хотел быть для тебя всем: любовником, любимым… – рычал Ллойд в ответ, отталкивая от себя Роджерса.       Пот градом катил по лицам обоих.       – Кто надоумил тебя на такое зло? – Стив ударил щитом, а после сделал обманчивый выпад, умудрившись зацепить бедро мечом.       – Тот, кто долгие годы ослаблял Светлоград и служил на благо Арены!       Громкий визг на секунду отвлек Стива и он не уследил за противником. Колкий удар и Стив, зажимая рану, начал заваливаться назад. Он пытался подняться, но в глазах темнело. Перед его глазами появилось красивое раскрасневшееся лицо Ллойда:       – Я же любил тебя… А теперь ты умрешь в мучениях…       Лицо предателя исчезло. Звон оружия, крики, яростный визг смешались в сплошной слитный гул, и сознание накрыла тьма.       

***

      По ощущениям, Роджерс пришел в себя через минуту. Клинт – бледный, с окровавленным лицом, вливал ему в рот какое-то снадобье – одно из тех, что были у каждого в запасе в поясном кошеле. Он же запихал под доспех комок тряпиц, прикрывая рану, помог подняться.       Ранение было несерьезным, но потеря ясности сознания заставляла насторожиться.       Все кончилось. Стив оглядел вырубленную поляну: гора трупов. Поверженных, истерзанных, истоптанных. Опрокинутые чаны и разбросанные камни и останки тел, которые ранее составляли единый рисунок. Посреди всего этого бедлама стоял мужчина. Незнакомец. К нему подошёл монстр - кабан, но огромных размеров! Исполин! Его холка была чуть ли не по грудь мужчине, а тот, подняв руку, почухал его за ухом, будто любимую пушистую собачку.       Не обращая внимания на настороженно затихших воинов, загадочный мужчина, не опуская капюшона, подошел к тому месту, где еще оставались черепа животных и людей, которые венчали головы чудовищного змея.       – Он активирует его! – Закричал испуганно кто-то из братьев, но его тут же одернул Старк, спешно обновляя повязку на своей ране.       – Не говори ерунды. Даже если он выпустит всю кровь из своей зверушки, этого не хватит для активации.       Стив, не слушая ничьих окликов, устремился следом. Глядя, как человек в очевидно точном порядке разрушает сложный узор и засыпает какими-то порошками ключевые элементы рисунка, Стив понял, боясь даже поверить в это.       – Брок?!       Закончив шептать, незнакомец опустил капюшон и повернулся всем корпусом к Стиву.       Стив замер, до побелевшей кожи сжимая рукоять меча. Глаза в глаза. Яростный, затихающий огонь в звериных желтых – Брока – и спокойная глубина самого голубого неба широко распахнутых Стивовых.       Оба напряженно оглядывали друг друга изучающими внимательными взглядами, впитывали каждую черточку тела, оглаживая каждый изгиб. Кажется, каждый из них ослеп и оглох на мгновение, каждый был сосредоточен так, словно сохранял этот момент – такой сладкий и напряженный – в свою память навсегда. Впрочем, так и было.       Воины замерли вокруг, не опуская оружия, не зная, чего ожидать от этой встречи. Казалось, даже воздух замер в оцепенении.       Обстановку разрядил Тони, который только дохромал до остальных членов отряда. Насмешливый голос разрезал напряженную тишину:       – Что опальный Волхв делает в Светлом государстве?       Брок, оторвав взгляд от Роджерса, перевел его на Старка. Тот немного поёжился, но смотрел твердо, не опуская глаз. Рамлоу ухмыльнулся и хрипло ответил:       – А что делает ученый в государстве, которого, по сути, уже нет?       Старк открыл рот, намереваясь ответить, но его удержал Клинт, схватив за руку. Брок хмыкнул еще раз и вновь повернулся к Стиву. Тот бледнел на глазах. Лицо покрылось испариной. и дыхание стало тяжелым и прерывистым.       – Эээ, парень… Я тоже рад тебя видеть!.. Но ты ж не будешь терять сознание, как томная барышня? – Сказал Брок и шагнул вперед, поддерживая заваливающегося на бок Стива.       Уложив его лицом вверх, Волхв быстро пробежался руками по телу Стива, пощупал пульс. Страшно ругаясь и отгоняя суетившихся вокруг воинов, замысловато просвистел, повернув голову куда-то вглубь леса. Не обращая больше ни на кого внимания, он стал срезать со Стива доспех, затем и рубаху.       Шелест оружия и сдавленные ругательства заставили его поднять голову и рявкнуть:       – Не сметь! Это мой!       Выжившие из десятка Стивена Роджерса с ужасом и каким-то благоговением смотрели на огромного чернющего страшного коня. Гигантского. Тот, вышагивая мягкими лапами, подошел к Волхву и лег рядом, будто теленок молочный к мамке под бок. Во все глаза люди смотрели.       Брок, не глядя, провел по шкуре животного и запустил руку в сумку, перекинутую через спину коня. Достав какие-то склянки и свертки, волхв тут же перемешал, перетер и заложил получившуюся кашицу Стиву в рану и зашептал едва слышно, рисуя по телу мужчину непонятные знаки. После заставил пришедшего в себя Роджерсу разжевать корешки и травы и запить их водой из фляги.       Буквально на глазах Стиву становилось лучше. Дыхание стало ровней и спокойней, взгляд прояснился.       – Лежи, – сильной рукой Брок удержал порывающегося встать мужчину на земле. – Полежи немного. И пей. Пока всю воду не выпьешь, встать не разрешу.       Стив с сомнением посмотрел на небольшую флягу, которую ему протянул Брок. И тут же рядом с ним приземлилась еще одна – Старк перебросил ему свою и ухмыльнулся, поймав взгляд друга.       – Давай без глупостей, парень. Сейчас я помогу твоим воинам, а после поговорим спокойно. Все закончилось… Просто пей, ладно. Мы все будем у тебя на виду.       Стив кивнул и осмотрелся еще раз. Повернув голову, он увидел Деда, что лежал в окружении поверженных врагов.       – Не вини себя, Стивен. Свое обещание ты сдержал и заботился о каждом из нас, – рядом присел Вдовец. – Дед часто говорил, что хотел бы уйти в бою. Да и знал он, что от руки предателя встретит смерть – давным-давно ему предсказали. Не ты тому виной. Не бери это зло на себя.       Стив медленно перевел взгляд на Картона. Его отчасти возмущало спокойствие Вдовца. Однако Роджерс заметил след от слезы, прочертившей дорожку по его щеке и спрятавшейся в бороде. И осознание докатилось до мозга: скорбели все. Не только он – все тяжело переживали и предательство Ллойда, и потерю Деда.       Вдовец, сжав плечо Стива ободряющим жестом, кивнул парням: тем, кто отделался в этом бою царапинами и синяками:       – Надо отдать последние почести Деду… Давайте, парни…       Волхв уже закончил сводить края раны Тони, обмазывая их едкой субстанцией, похожую на смолу. Он что-то тихонько спрашивал, и Старк так же тихонько отвечал. Стив, как ни старался, ничего не услышал. Огромный конь лежал рядом, будто не происходило вокруг ничего удивительно и рядом не остывала груда тел.       Роджерс, выполняя наказ, допил всю воду. Чудо, но с каждым глотком будто силы возвращались к нему. Он сел и осторожно повернулся из стороны в сторону – рана больше не беспокоило. Тогда он подобрался ближе к коню и протянул тому маленький кусочек лакомства из теста и орехов, которое называлось гебёг.. Стив, как правило, с утра и крошки проглотить не мог – организм не принимал. А до обеда еще далеко. Поэтому взял за привычку, кулек лакомства впихивать в поясную сумку: наравне с голодным дотянуть до обеда.        Конь недоверчиво фыркнул. Но Стив не отнимал руки и спокойно сидел рядом, предлагая лакомство на открытой ладони.       Старк уже было хотел вставить язвительный комментарий, но Брок больно сжал его рану, отвлекая и призывая к молчанию. Сам же Волхв с удивлением смотрел на происходящее: чтоб Беда лояльно относился к человеку без приказа? Тем более впервые увиденному? Да еще если тот руки близко подносит??       Если бы Брок так хорошо не владел своими эмоциями, то, наверное, его челюсть бы соприкоснулась с землей.       Беда, поломавшись, аккуратно слизнув угощение с руки и сжевав, потянулся за добавкой. Не найдя вкусного, конь просто привалился к бедру Стива мордой. Стив мягко рассмеялся и чухал по морде ладонями.       – Тьма меня побери… – бормотал Брок, не отрывая взгляда от происходящего. – Вот уж не думал, что еще могу удивляться.

***

      Пока Стив приходил в себя и знакомился с Бедой, а Волхв обрабатывал серьезные раны членов отряда, остальные нашли небольшую полянку. Рядом в окружении темных ёлок росла одна единственная березка. Там и выкопали могилу.       Смастерив носилки, они переложили Деда на них, накрыли плащом. Нож, который унес жизнь одного из их отряда, обтерли и вложили в ножны. Старик любил его… Говорил, сын подарил. В руку вложили копье, с которым тот тоже не расставался. Стоя вокруг павшего друга, каждый из отряда нашел, что рассказать хорошего, доброго, веселого.       – Дед не любил чрезмерной серьезности и заумных слов. Поэтому скажу просто: нам будет очень не хватать тебя, но память о тебе будет всегда в наших умах. Спасибо за то время, что ты был рядом.       Тело опустили в яму, засыпали землей. Подошел Брок, что во время прощания стоял поодаль, и, бросив из горсти что-то на холмик земли, пробормотал несколько слов.       Никто из отряда не понял их значения, но вскоре из земли показались ростки, длинные зеленые листочки – и это осенью! А после распустились белые цветки с желтой серединкой.       – Ромашки… – Улыбнулся Стив. – Дед всегда любил их.

***

      Не сговариваясь, они пошли дальше от места битвы и ритуала. И от могилы своего товарища.       Все устали, людям был нужен отдых. Поэтому, когда им встретилось подходящее местечко – уютная поляна близ тракта – было решено остаться там на ночь.       – Не выставляйте дозорных. Мои присмотрят. Если вдруг что – шум такой поднимут…. Не захочешь – проснешься, – хриплым голосом сказал Брок.       Он невероятно устал, мчась сюда по воле Зова. Но тот было таким сильным, что игнорировать его при всем желании не получилось бы. Беда сам повернул в нужном направлении, даже не получив команды.       Рамлоу, свистнув коню, сказал:       – Иди приведи…       Брок подпалил небольшой костерок из найденных на полянке веточек и прутьев, пока мужчины, не сговариваясь, натаскали дров для костра и лапника – спать на земле уже было холодно. Из-за деревьев послышался шорох, и все на полянке напряглись.       – Успокойтесь. Кони ваши идут. Беда привел.       И действительно, из-за леса показались лошади. Нетронутые, с поклажей. Ровно такие же, какими их оставили.       – Не волнуйтесь, ничего не тронуто. Располагайтесь. И поговорить надо.       За нехитрым перекусом Брок рассказал, что собрался в Светлый город за знаниями. Ему необходимо было посетить библиотеку, чтоб подтвердить свои догадки. Однако на границе его не пропустили, более того, напали, крича, что все волхвы козлиным молоком мазаны и разрушают светлый и сильный город.       Брок напрягся, но нахрапом проходить оградительные кордоны не решился, и пошел лесом. Увидев тушу огромного чудовища, не виданного ранее, он смекнул, откуда ветер дует. Невдалеке нашел сгоревшую небольшую деревню и тела людей.       – Что все это означает? Что творится в мире, Брок? Под чьи знамена встали племена изгоев из Пустошей? Арена?.. Это правда?       – Арена… Все дело в ней, Стив… – Брок задумчиво чертил палочкой на земле возле костра, решая, какую информацию стоит рассказать. – Единственное, что мы можем сейчас, - это сдерживать напор врага. То, что происходит сейчас – это мелкие укусы. Враг оценивает свои силы, пробует ритуалы. То чудовище, что я видел – это эксперимент, тварь, вызванная из недр самой тьмы… Это уроды провели кровавый ритуал, но не смогли добыть достаточно крови, чтоб этот зверь выполнил предназначение. Те знаки, что я видел, говорят о том, что это – не боевое создание. Его цель – устрашить и переть вперед. Боевые – другие. Всех, и своих и чужих бы разметали, не остановили бы…       – То есть как, он – не боевой? – Передернул плечами Клинт. – Если этот не боевой, страшно даже представить, какими будут боевые… И что будет дальше…       – Скорее всего, будет еще несколько нападений. И все затихнет. Возможно, на годы. Потому что хозяева Арены будут ждать подходящее время для заверения своего главного ритуала, который сейчас проводится там, на белых песках.       – Почему вы, Волхвы, не разберетесь с этим? Ритуалы и прочее это же ваше дело? – Вклинился Старк, что с неодобрением смотрел на желтоглазого Волхва и наблюдал за движениями его рук.       – Далеко не всегда ритуалы можно легко прервать… То, что ты видел там, на поляне – это ерунда… Даже слабый знахарь сумел бы исправить все… Но ведь у вас и их не осталось? Почему Светлый град истребляет и изгоняет Волхвов со своих территорий? Я б на вашем месте подумал об этом… А что касается Арены… Не все так просто… Ритуал, что происходит там, – жуткий и опасный. Напитать знаки кровью мало. Недостаточно вырезать пару деревень и залить кровью жителей камни… Кровь не та… Это должна быть кровь воинов - тех, кто будет бороться до последней минуты и последнего вздоха. А прервать напитывание кровью нельзя до определенного момента – иначе те твари, что принимают кровавые подношения, вырвутся и уничтожат все. Для них не будут важны ни сословия, ни чины….       Все молчали, обдумывая сказанное.       – Когда Волхвы решили действовать на свой страх и риск, у них ничего не вышло… Все действия, направленные на разрушение знаков и прерывание ритуалов, просто не сработали. Долгие годы ушли на изучение и поиск ответов. Теперь мы знаем, что нужно делать. Осталось только узнать временные рамки… Ритуал проводится в несколько этапов…       Брок опустил в своем рассказе то, что остановить гибель мира может только прямой потомок Властителя…       Все устали… День был тяжелым и печальным. Каждый переваривал информацию в своем режиме. Тем не менее, усталость брала свое, и люди стали расходиться спать. Кто пологи натянул, кто просто завернулся в теплые шерстяные одеяла...       Отдых... Спокойная ночь без дозорных и тревог.