Камелот

      Всю следующую неделю Джихё будто пыталась проверить, смогут ли кадеты выживать, если будут тренироваться по восемнадцать часов в сутки. Они готовились к очередной миссии, и, судя по внезапно возросшему число генералов Камелота на один квадратный метр, в этот раз следить собирались за всеми. Даже Йеджи словно насторожилась, потому что на тренировках сохраняла молчание и серьёзное лицо.       На всех, кроме тех, которые проводила лейтенант Пак.       – Итак, – Джихё вышагивала перед ними как командующий перед небольшой армией. Все тянули подбородки так, будто планировали поймать ими потолок, если тот внезапно рухнет, и Рюджин видела, с каким трудом Хван сдерживала смех. – Некоторые из вас будут работать на острове Чеджу, так что я хочу, чтобы вы были готовы ко всему. Назовите мне лучшие способы тренировки дыхания. Кадет Чхве.       – Аэробный упражнения.       – Кадет Шин.       – Боксёрское дыхание.       – Кадет Хван.       – Кун…       Рюджин успела закрыть ей рот рукой, но во взгляде Джихё мелькнул огонь. Не дожидаясь приказа, Йеджи резко упала на пол и начала отжиматься, пока не отсчитала сама для себя пятьдесят повторений.       – Это того стоило, мэм.       Лейтенант Пак отвесила ей подзатыльник.       – Теперь, когда кадет Хван наглядно продемонстрировала какие проблемы может принести тупость, я напомню, что все миссии должны быть изучены вдоль и поперёк. Продумывайте план заранее. Когда вы приедете на место выполнения миссии, у вас уже должна быть полностью сформировала картина выполнения задания. Ясно?       – Да, мэм! – Ответили кадеты хором.       – Сегодня практической тренировки не будет. Вместо этого можете взять материалы ваших дел и начать работать над стратегией. Завтра жду вас всех в гараже для проверки автомобилей. Свободны.       На секунду Рюджин показалась, будто Йеджи скажет что-то ещё, но Хван, схватив её за руку, провела их через толпу и почти дотащила Шин до своей комнаты.       – А как же…       – Бумаги? Уже у меня. Заходи скорее.       Папка с документами по их миссии лежала на столе, но Рюджин интересовало другое, – свёрнутый вчетверо листок с именами тех, кто путешествовал с родителями Йеджи. Им всё ещё нужно было найти адреса, но Шин знала, что справиться с этим меньше, чем за час. Все данные сейчас можно было найти в Интернете, и то, что тот, с кем общались господин и госпожа Хван, был агентом СПРИ, ничего не меняло. Он уже оставил цифровой след, когда купил билет, поэтому отследить его – дело техники.       – И каков план?       – Выстрел в голову, – пожала плечами Йеджи. – Скучно, но практично. Небольшая эстетика в виде ошмёток мозга, разлетающегося вместе с кусками черепа.       – Я не об этом.       – Я знаю, но тяну время.       – Мы должны разобраться, Йеджи.       – У нас и так не очень много времени, а мы тратим его на погоню за призраками. Ладно, – она улыбнулась. – Судя по документам, у нас есть три дня, однако за нами будут следить, так что любой сход с маршрута пойдёт в личное дело, что для нас то же самое, что смертный приговор.       – И что ты предлагаешь?       – Ты сможешь найти информацию с помощью мобильного телефона?       – Вполне, – кивнула Рюджин.       – Тогда сделаем так: доедем до Сеула и заселимся в мотель в квартале от офиса жертвы. На ресепшене я украду у кого-нибудь телефон.       – Почему ты?       – Потому что у меня магические руки. Во всех смыслах. Я тренировала эти чудесные пальцы с пятнадцати лет, котёнок.       – Ясно, – Шин усмехнулась. – Ты вытаскиваешь телефон.       – Я раздобыла карту канализационной системы Сеула. Выполним миссию, вернёмся в мотель и немного поиграем в Энди Дюфрейна.       – В кого?       – Парня из «Побега из Шоушенка».       Поняв, что Рюджин это ни о чём не говорит, Йеджи отмахнулась.       – Неважно. Просто прими к сведению, что нам придётся ползти по канализации.       – Бывало и хуже.       – Ну, я бы предпочла ползти по тебе, но, раз какая-то месть для тебя важнее…       – Йеджи, – Шин скрестила руки на груди.       – Извини. Это весь план. Будем проверять по одному, пока не доберёмся до того, кто сотрудничал с моими родителями. Вопрос только в том, как мы узнаем, кто именно нам нужен.       – Может, ты его узнаешь? Даже если твой отец был параноиком, он не смог бы полностью изолировать тебя, поэтому ты могла видеть агента.       – О, я знаю, что видела агента, но это было семь лет назад. Люди меняются, Рюджин.       – Это всё, что у нас есть.       Йеджи покачала головой.       – А ты – всё, что есть у меня.       Шин мягко притянула её к себе и провела рукой по спине. Это был риск. Генералы ясно дали понять, что вмешательство в дела СПРИ грозит Йеджи смертной казнью, однако отступить сейчас, когда всё, что нужно, уже лежало перед ними на блюдечках с голубой каёмочкой, было бы нечестно как минимум по отношению к родителям Рюджин.       СПРИ убили их и заслужили наказание за это.       СПРИ знали, кто взорвал родителей Йеджи, и ничего не сделали с этим.       Их следовало уничтожить, стереть в порошок, просто смахнуть с лица Земли как пыль.       – Когда всё закончится, я отвезу тебя на Чеджу, – прошептала Шин.       Уткнувшись в её плечо, Йеджи усмехнулась.       – Правда?       – Обещаю. Мы прогуляемся по пляжу, искупаемся, а потом наедимся персикового мороженого. Может, ты даже съешь его с меня.       Смешок, который сорвался с губ Хван, звучал как перезвон колокольчика.       – Ты знаешь, как меня успокоить.       – Потому что забочусь от тебе.       В воздухе повисло тяжёлое, липкое молчание. Когда Йеджи отстранилась, в уголках её глаз блестели слёзы, а сам взгляд был странным, словно она искренне пыталась поверить в слова Рюджин, но не могла. Шин нахмурилась.       – Что?       – Ты меня любишь?       – Очень.       – Скажи правильно, Рюджин.       – Я очень люблю тебя, Йеджи.       – Если бы я предложила тебе убежать, ты бы согласилась?       – Нас найдут.       – Это не ответ, Рюджин, – Хван покачала головой. – Да или нет? Просто скажи честно.       Соврать было легко. Она могла бы сказать, что побежала бы до Йеджи вплоть до края света и даже дальше и бла-бла-бла, но Рюджин не привыкла врать. Побег приносил с собой огромное количество неприятностей: постоянные прыжки с места на место, прятки от агентов Камелота, разорванные отношения с юнитом. То, что Юна и Джису ничего не знали о побеге, не избавило бы их от допросов и пыток. Шин не стала бы ими рисковать.       – Нет.       Удивлённой рыжая не выглядела.       – Хорошо.       – Что?       – Просто подумала, что люблю твою честность.       – Ты злишься?       – Я не в состоянии злиться на тебя, котёнок, – Йеджи провела большим пальцем по скуле Рюджин, пока не остановилась у уголка глаза. Она поцеловала сперва родинку под глазом, затем на носу и дальше, пока не дошла до линии челюсти. Шин вжалась в неё. – Я люблю тебя. Я сделаю всё ради тебя. Если ты хочешь найти того, кто убил твоих родителей, то я найду способ это сделать, чего бы мне это ни стоило.       – Спасибо.       Снова отстранившись, Хван бросила короткий взгляд на книгу на столе. Она была невзрачной и старой, со сбитыми уголками, но обложке сохранилась позолоченные название – «Калигула» и имя автора – Альбер Камю.       – «Любовь – болезнь такого сорта, что не щадит ни мудрецов, ни идиотов».       – С чего ты вдруг заговорила цитатами?       – Просто вдруг поняла, что ты точно не идиотка, – усмехнулась Йеджи.       Подставившись под лёгкий удар от Рюджин, она снова поцеловала её.       – Давай разберёмся с планом на миссию. Джихё сломает нам пальцы, если мы облажаемся или вернёмся с травмами.       – В этот раз мы ничем себя не выдадим.

***

      Итак, план был идеален.       Утром они забрали «Импалу», бак которой был до упора заполнен бензином, закинули на заднее сидение рюкзаки с вещами на первое время. Рюджин закрепила на ремнях пару пистолетов, – «Глоков» с рамками из полимера, – а Йеджи никогда не меняла оружие.       – Только револьвер, только хардкор, – говорила она и изображала ковбоя перед дуэлью, пусть даже это чертовски бесило Джихё.       С точки зрения реальной перестрелки её оружие было бесполезным, но и Йеджи была достаточно умна, чтобы избегать подобных ситуаций.       Первая часть пути до Сеула прошла нормально, но, когда они проехали заправку примерно на середине шоссе, то оказалось, что большую часть дорог в этом районе перекрыли из-за нескольких крупных аварий. Пробки тянулись на километры. Водители то и дело высовывались в окна, сигналили и просто кричали, но полицейские, которые следили за порядком в заторах, не обращали на них внимания.       Убедившись, что оружие спрятано достаточно хорошо, Хван улыбнулась.       – Я схожу за мороженым.       – Может, мне стоит пойти с тобой?       – И оставишь машину без присмотра? Тут оружия на несколько миллионов вон.       – Чёрт…       – Но ты всё ещё не идиотка. По крайней мере, по Камю.       Заправка находилась всего в трёхсот метрах от машины, поэтому Рюджин не волновалась. Да, за ними следил кто-то из руководства Камелота, но даже человек, которому пересадили мозг курицы, понял бы, что у пары кадетов ни при каких обстоятельствах не получилось бы организовать такую пробку. Они не могли ни съехать на другую дорогу, ни развернуться, поэтому просто пытались скоротать время. Ничего необычного.       Через двадцать минут Йеджи вернулась с двумя стаканами газировкой и рожками шоколадного и персикового мороженого.       – Две машины от нас, – сказала она.       – Руководство?       – Ага. Выглядят так, будто вынуждены дежурить у общественных туалетов.       Рюджин справилась со своим мороженым за пару минут. Отодвинув кресло, чтобы прилечь, она повернулась к Йеджи и увидела, что всё время она не сводила с неё глаз. Ухмыльнувшись одной половиной пухлых губ, Хван нарочито медленно провела языком по краю вафельного рожка. Оранжевый пломбир остался в уголке её губ.       – Ты испачкалась.       – Вот как, – ухмылка стала шире. – Какое несчастье…       – Салфетки.       – Используй язык, Рюджин. Понимаешь намёк?       Она всё поняла ещё в тот момент, когда поймала на себе взгляд Йеджи, но ей нравилось, когда Хван показывала, как сильно её хочет. Это поднимало самооценку.       Наклонившись, Шин провела языком по уголку её губ.       – Сладко.       – Хочешь ещё?       – Очень.       Положив мороженое на салфетку на приборной панели, Йеджи протянула Рюджин пальцы. По ним оранжевыми пятнами стекало мороженое, и в другое время Шин бы назвала это грязным и велела ей прекратить, но сейчас ей до безумия сильно захотелось прикоснуться к своей девушке.       Бросив взгляд на заднее стекло, Шин обхватила указательный и средний пальцы Хван губами и мягко втянула их в себя. Язык прошёлся по подушечкам. Сладкий вкус разлился по рту, и глаза рыжей потемнели почти до космического цвета, поэтому Рюджин начала медленно посасывать их, попутно лаская подушечки языком.       Она отстранилась только после того, как рядом раздался сигнал.       – Как думаешь, эти стёкла достаточно тонированные? – Спросила Шин.       – Что ж, давай проверим. Иди сюда.       Перекинув их обеих на заднее сидение, Йеджи перекинула ногу через Рюджин, чтобы оседлать её. Угол был неудобным, но Хван всё равно легко справилась с ремнём на джинсах и замком на ширинке и скользнула пальцами под ткань нижнего белья. Два пальца круговыми движениями начали ласкать набухший от возбуждения клитор.       – Тебе придётся немного подвигаться, котёнок.       Вцепившись в подголовник заднего сидения, Рюджин приподняла бёдрами и начала двигаться. Она хотела бы большего, – почувствовать пальцы Йеджи внутри себя, – но Хван не торопилась, а наслаждалась каждой секундой, наблюдала и запоминала.       – Если тебе что-то нужно, то придётся попросить.       – Но ты ведь знаешь.       – Да, но я хочу услышать это от тебя. Если ты не можешь говорить о чувствах, то давай постараемся хотя бы делиться друг с другом желаниями, ладно?       – Я хочу почувствовать твои пальцы внутри.       – Видишь, это не так уж и сложно.       Йеджи ввела два пальца, и Рюджин с готовностью подалась навстречу. Она пыталась двигаться быстро, чтобы не привлекать лишнего внимания, даже зажала рот рукой, но Хван свободной ладонью отвела её в сторону.       – Я хочу тебя слышать.       Рыжая даже не двигалась. Согнув пальцы, чтобы обеспечить лучший угол и прижав ладонь к клитору, она наблюдала, как Рюджин сама скользила по её пальцам. Её лицо было прижато к шее Йеджи. От её кожи пахло порохом и персиком, и Шин подумала, что ни один аромат ещё не казался ей настолько приятным. Она даже подумала, что одного этого запаха было достаточно, чтобы заставить её кончить.       От жара, разлившегося по телу, Рюджин выгнулась, в последний раз простонала и обмякла на заднем сидении. Хван навалилась сверху.       – Ты была великолепна, – прошептала она.       Губы прижались к губам.       – Ты тоже.       – Это всё мои волшебные пальцы, – Йеджи подняла руку, но Рюджин остановила и обхватила её пальцы губами.       Рот Хван открылся и расслабился. Глаза заблестели от удовольствия.       – Вау…       – Тебе понравилось? – Спросила Шин, отстранившись.       – Ты была просто потрясающей. Твой язык… как теперь я смогу выпустить тебя из номера мотеля?       – Нам придётся.       С фальшивым мелодраматичным вздохом Йеджи отстранилась.       – Подожди, я хочу…       Рюджин потянулась к поясу спортивных брюк Хван, но она мягко оттолкнула её.       – Не сейчас.       – Почему?       – Просто… – взгляд Йеджи снова стал странным. – Просто не сейчас, ладно? В любое другое время, но не в этот раз.       – Что-то не так?       – Давай сделаем вид, что я просто очень хочу съесть мороженое.       Хван легко перебралась на переднее водительское и подняла рожок с уже подтаявшим мороженым. Сперва Рюджин почувствовала, как раздражение поднялось от живота к груди, но заставила себя успокоиться. Если Йеджи не хотела заниматься с ней сексом, значит, на это была действительно серьёзная причина, и Шин не должна на неё давить.       Она расскажет.       Да, позже, но обязательно расскажет, потому что Йеджи не станет от неё ничего скрывать.       «Она меня любит», – успокоила себя Рюджин. – «Ей просто нужно время».       – Эй, Йеджи.       – М?       – Я люблю тебя.       – Я тоже очень тебя люблю, котёнок. Слишком сильно люблю.