Закрученные рога

Когда Минги пришёл на следующее утро, чтобы разбудить Юнхо, Сан уже был в его покоях. Он сидел на кровати Юнхо, пока тот, ругаясь под нос, ходил вокруг и одевался. Увидев Минги, Юнхо тут же заулыбался. — О, Минги, доброе утро. Как видишь, сегодня меня не нужно будить. Один хулиган решил взять эту обязанность на себя и успел быстрее тебя, — он посмеялся над собственными словами. Минги поставил поднос на стол, а потом пошёл помочь принцу с украшениями. Сан фыркнул, не скрывая возмущения, но отодвинулся в сторону, чтобы Юнхо мог сесть на кровать. — Не хочу обидеть твоего слугу, но мои методы пробуждения намного приятнее. Юнхо поднял запястья, чтобы Минги надел на него браслеты. Они стояли очень близко и не обращали внимания на то, что их хвосты бездумно касались друг друга. Минги был учтив и молчал, но в голове у него продолжали крутиться многочисленные вопросы. — Откуда тебе знать? Ты же не видел, как Минги меня будит, — сказал Юнхо, не прекращая смотреть на слугу. Тот вспыхнул улыбкой. Юнхо улыбнулся в ответ и наклонил голову, чтобы легче было надеть украшения на шею. Сан глядел на них, перебирая в пальцах завязки своих сандалий. — И что тебе больше нравится? То, как тебя будит он, или мои поцелуи? Минги сглотнул. Движение кадыка не ускользнуло от быстрых глаз Юнхо, но они продолжили так же спокойно блестеть. Значит, Сан так же, как и королева, хочет их союза. И как так вышло, что Юнхо ни разу не говорил об этом? Возможно, дело было в том, что Минги до сих пор чувствовал себя немного не в своей тарелке, и принц не хотел грузить его такими новостями. А сплетен об этом он не слышал. Когда Минги подумал о том, что Юнхо тоже мог хотеть этого брака, сердце кольнуло ревностью. Вряд ли он любил Сана. — Тебе не понравится ответ, — нахально ухмыльнулся Юнхо, глядя на него. Сан возмущённо вздохнул и смерил Минги взглядом. Тот почувствовал на себе подозрительно счастливые глаза своего принца и с трудом пытался справиться с ожерельем. Заметив это, Юнхо выпрямился, чтобы Минги положил руки на его плечи и они не тряслись. Они коснулись друг друга. — Не пойми меня неправильно, я люблю утренние поцелуи. Но когда ты пришёл так рано, я подумал, что это Минги. И пока ты целовал меня, я мысленно был с ним. Минги резким движением застегнул цепочку и шагнул назад. Он спрятал своё удивлённое лицо, отвернувшись к стене и притворившись, что ищет украшение для рогов. Прежде, чем Сан заговорил снова, Юнхо отпустил хвост Минги. — Да? Значит, вот почему ты впервые ответил на мой поцелуй. Я так и думал. Тебе нравится этот слуга? Сан поднялся с кровати, шелестя простынями. Когда он возник рядом с Минги и положил руку на его плечо, тот окаменел. Мускулистая грудь Сана, обтянутая красным топом, касалась руки. — Не объективизируй его. Он не игрушка, и я не хочу ввязывать его в это, — ответил Юнхо, продолжая сохранять дипломатичный тон. Минги выдохнул, чуть не уронив цепочку, когда Сан потянулся, чтобы коснуться его рогов. Его пальцы прошлись по всем изгибам и померили толщину. Затем он повернул Минги к себе лицом, заставив еле слышно замычать. Минги избегал смотреть на Сана и закусил губу, чувствуя на себе его испытующий взгляд. — Он неплох, — прокомментировал Сан, словно говорил о чём-то очень простом. Он ухмыльнулся, показывая клыки. — Значит, ты не забавляешься с ним? — Нет. Отстань от него. Прежде, чем Юнхо встал с кровати и показал Сану где его место, тот отстранился от Минги. Вскинув руки вверх, он медленно прошёл назад и сел, закинув копыто на колено и принявшись рассматривать его. Минги приходил в себя некоторое время. Юнхо, признавшийся в том, что находит его привлекательным, и Сан, стоявший секунду назад очень близко, сводили его с ума. Взяв себя в руки, он вернулся к Юнхо. Тот терпеливо улыбнулся и наклонил голову, чтобы Минги украсил его рога. — Значит, он мне не соперник. В следующий раз я снова разбужу тебя поцелуем. По утрам ты теперь не нужен, слуга. Пока я здесь, я сделаю всё, чтобы Юнхо как можно дольше был со мной наедине, — улыбка Сана напоминала Минги волчий оскал. Она сочилась угрозой. Но не беспокоила Юнхо. — Останавливать тебя бесполезно. Но Минги всё равно будет приходить по утрам, потому что он носит завтрак. За это время у тебя не получится ничего сделать со мной. Заинтригованный Сан подпёр подбородок рукой. — Значит, у нас остаётся только вечер? Как только твой слуга уйдёт спать, мы сможем поболтать о личном, — он кокетливо захлопал ресницами, глядя на Юнхо. Оставив попытки прочесть что-то в жестах Юнхо и понять, действительно ли Сан ему неинтересен, Минги просто восхищался тем, как он парирует любую фразу второго принца. Чхве Сан был воплощением сексуальности и лез из кожи, чтобы соблазнить Юнхо. Минги подозревал, что если бы взгляды и дразнящие словечки Сана были направлены на него самого, он бы уже свалился ему под ноги, как последний дурак, и готов был бы выполнить любую прихоть. Но Юнхо демонстрировал холод и стойкость скалы посреди штормового моря. Когда Минги закончил, он поднялся, и слуга быстро убрался в угол, не зная, стоит ли ему завтракать с принцем, пока здесь Сан. Он уже накинулся на одну из мисок, которые принёс Минги, убеждённый, что она для него. Он даже думать об этом не стал — просто решил и всё. Ум и хитрость, которые Сан прятал за озорными искрами в глазах, пугала. — Прости, Минги, но могу я тебя попросить предупредить Чонхо о том, что мы сегодня поедем на прогулку? Соберись, и мы встретимся в конюшне после завтрака. Минги тут же простил Юнхо за то, что чувствовал себя как в ловушке между двумя принцами. Уйти было самым лучшим выходом. Когда Минги быстро кивнул и испарился, Сан удобно расположился на диване с Юнхо. Тот подмигнул Минги, закрывавшему за собой дверь. Между ним и двумя принцами возникла преграда из тёмного дерева, и Минги почувствовал, что наконец свободен от чар. Приглаживая волосы, он злился на себя. Сердце подпрыгивало от мысли о том, что Юнхо ответил на поцелуй Сана, думая, что это Минги. Как быстро Юнхо смирился с этой мыслью, даже не подумав, что Минги бы просто-напросто не посмел! Чувствуя головокружение от всех этих мыслей, он поспешил спуститься по лестнице. В столовой хохотал Ёсан и слышались чьи-то грубые голоса. Предположив, что там может быть Чонхо, Минги просунул к ним голову. Так и оказалось — круглолицый стражник сидел со своими друзьями. Ёсан стоял сбоку, придя сюда, очевидно, по какому-то поручению. Неловко приблизившись к ним, Минги увидел на лице Ёсана ухмылку. — Здравствуй, Минги! Тебя и не видно. Юнхо загонял совсем? Когда тот встал напротив него, чувствуя себя не в своей тарелке, стражник потянулся к Ёсану и положил руки на чужие бёдра. Он посадил Ёсана к себе на колено, чтобы освободить пространство. Тот весело рассмеялся. — Да нет, нет. Но мне нравится выполнять его просьбы, — Минги смотрел в пол, играя с прядью пальцами. На него смотрел весь стол. Стражники переглядывались, понимая, к чему всё идёт. — Что ж, и чем мы тогда обязаны такой чести? Ты поел? — Пока нет. И я, вообще-то, искал Чонхо. Один из стражников похлопал по пустому месту на скамейке, приглашая сесть, и собрал мяса и хлеба, чтобы поделиться с Минги. Благодарно кивнув, тот с трудом протиснул длинные ноги под стол. Чонхо поднялся, привлекая внимание. Он ещё не прожевал; товарищи заулюлюкали, хлопая его по плечам. — Ничего не произошло. Просто Юнхо хотел передать тебе, что они с Саном хотят выехать на прогулку. Я так полагаю, с нами поедет группа из стражи? Чонхо прополоскал рот большим глотком воды. Вытерев рот тыльной стороной ладони, он кивнул. — Хорошо, спасибо, что сказал. В таком случае, отпустите Ёсана по делам, ребята, и заканчивайте есть. Пойдём мы четверо. Минги было немного не по себе среди кучи незнакомцев, но общаться с ними было просто. Вскоре он уже смеялся над их шутками и даже узнал несколько дворцовых сплетен. О Юнхо же не было ни одной, потому что он был спокойным и уравновешенным. Закончив есть, Чонхо и три других стражника дождались, пока доест Минги, чтобы ему не пришлось сидеть за столом в одиночестве, и они вместе отправились в конюшню. Чонхо с Минги молчали, и им было комфортно в этой тишине, а остальные стражники шутили и гоготали, шагая позади. Достигнув конюшни, где ещё не было принца, Минги позволил себе ненадолго отдохнуть. Стражники отошли от него, чтобы собрать своих лошадей. Минги смерил Ави взглядом, исполненным настороженного уважения. С их прошлой встречи она не растеряла своей ужасающей красоты. Двигаясь медленно под её взглядом, Минги подошёл к стойлу и протянул руки к морде. — Х-хорошая девочка, — он поглаживал её, вспоминая, как лошадь принимала прикосновения Ёсана. Ави дёрнулась к нему. Она узнала его, и её напряжённые плечи опустились, когда Минги провёл рукой по боку. — Разрешишь сесть на тебя? Ты должна показать мне тут всё. Ави с подозрением оглядела его. Минги сглотнул; в горле пересохло. Он вдруг перестал верить в свои навыки верховой езды, глядя на её жуткие клыки. Дымообразная грива скользила сквозь пальцы. Она была ледяная на ощупь, и Минги с шипением отдёрнул руку. Когда Ави встала смирно, не выказывая враждебности, Минги взял узду. В его руке висела тяжёлая кожа; он осторожно вошёл в её стойло. Он боялся, что лошадь выбежит, как только он откроет дверцы, а потому быстро закрыл их за собой. В загоне пахло не лошадьми, а пеплом. — Давай подружимся, хорошо? Ты меня пугаешь, и я знаю, что тебе нравится всех пугать. Я могу продолжать тебя бояться, если хочешь, только давай не ссориться, — прошептал Минги. Он не знал, поймёт ли она, но верил, что видит в её глазах удовлетворение. Когда он потянулся, чтоб надеть узду, Ави подалась навстречу. Минги долго пытался разобраться, как обернуть её вокруг её рогов, но в конце концов смог сделать это, не оказавшись растоптанным. Он благодарно погладил Ави по боку. Её позвоночный хребет был похож на дракона — подобные обитали в горах на юге. Косточки выстраивались, будто чешуйки, в линию толщиной с палец — сидеть на них наверняка было больно. Минги пробежался по ним рукой с видом зачарованного. Он не понимал, как сможет надеть седло, не причинив лошади боли. Насколько правильно он надевает седло, Минги видел по её морде — он периодически оглядывался и искал недовольство в горящих глазах. Ави толкала его мордой, чуть не сбивая с ног. В этом жесте не было жестокости, а когда Минги отшатнулся назад, она вздёрнула уши. Прежде чем он позвал её, рискуя умереть, сзади открылись дверцы. Пригибаясь под аркой, чтобы не задеть её рогами, к ним вошёл Юнхо. В руке у него было седло, такое же чёрное, как и его сегодняшний наряд. Сегодня на нём не было пирсинга, и Минги почти скучал по нему. — Ну как вы тут вдвоём? Ави дёрнула ушами, заметив его присутствие. Она тут же метнулась к принцу, чтобы поприветствовать и успешно вдавила их с Минги в угол. Она напирала на них боком, и принц придерживал Минги за спину; тот чувствовал его тёплую большую ладонь. — Ты приняла его, да? Хорошее начало. Давай, веди себя хорошо, пока я буду показывать ему как на тебя сесть. После нескольких поглаживаний Ави сдалась. Она неспеша поджала ноги, чтобы сесть на землю и выровняться на комфортной высоте. Отойдя снова, Юнхо перевернул седло, показывая Минги нижнюю часть. — Смотри, здесь есть вырезы для начала хребта. Лучше прощупать их пальцами прежде, чем надевать. Для демонстрации Юнхо провёл рукой по седлу и бросил его на спину Ави. Она продолжала сидеть, чавкая сеном, пока он поправлял седло. — Ты не сломаешь ей спину, не бойся. У неё очень крепкий позвоночник, и позвонки не двигаются, даже если я перемещаю свой вес в сторону. Это хорошо видно вот здесь, — Юнхо указал на позвонок, у которого начиналась мускулистая шея. — Она скинет тебя только если ты поставишь седло слишком далеко. Всё ещё сомневаешься? Минги покачал головой. Это выглядело легко. Пока Ави не сопротивлялась, по крайней мере. Юнхо перекинул через неё ноги, и лошадь приняла это за призыв подняться. Они нависли над Минги огромным силуэтом. Тот испуганно смотрел снизу вверх на демонического принца, который теперь выглядел ещё более дико и свирепо. Но улыбка у него была нежной. — Не мог бы ты открыть стойло? Минги засеменил к противоположному углу, чтобы сбросить канаты, удерживающие тяжёлые дверцы. Позади Юнхо шептал Ави что-то, а затем, взяв в руки поводья, развернул её. Конюшня выходила во двор, который представлял из себя горное плато. С другой стороны ко двору примыкала дорога, ведущая к вулкану. Остальные стражники и Сан уже стояли снаружи. С Чонхо была ещё одна лошадь, и Минги выцепил фигуру незнакомой демонессы; она жалась к Сану. Это была, судя по всему, его служанка, которую он отсылал, отправляясь к Юнхо, чтобы она им не мешала. Минги дали ту же лошадь, на которой он вёз вещи во дворец. Она поприветствовала его сдержанным фырканьем, и он забрался ей на спину. Юнхо смотрел на них всех сверху. Когда Минги устроился на лошади, он вскинул руку вверх и крикнул: — Ступаем! Сан оторвал взгляд от Минги и повернул к Юнхо лошадь, которая с Ави даже рядом не стояла по размеру. Минги следовал за ними вместе с молчаливой служанкой. Стража замыкала колонну, двигаясь тихо и незаметно, будто тени.