Все альфы попадают в рай

Чика сказал, что нужный Блейку альфа работает шеф-поваром в заведении, которое держит его коллега, — в «Мескаль». Блейк сомневался насчет законности того, что на самом деле там «варят» — в квартале Красных фонарей редко получалось найти настоящий ресторан с нормальной едой, а не разогретыми полуфабрикатами, мимикрирующими под нее, чтобы замаскировать незаконные дела. Но повар действительно был повар. Блейк таки нашел нужную вывеску с веселым кактусом и просочился через черный вход на кухню — после месяца в Тэнгфэй это получается само собой, если у тебя в руках коробки, которые вечно надо таскать туда-сюда. Никто не обратил внимания на маленького азиата, юркнувшего в распашные двери с круглыми окошками, на что Блейк и рассчитывал. Дряхловатого крупного альфу звали Чуло, и вывеска на главном входе утверждала, что здесь делают лучшие буррито и наливают тот самый напиток с червяком. Единственная зацепка, которая могла пролить свет на происхождение нового тела Блейка, сейчас жарила фарш в большой сковороде, напевая что-то себе под нос и пританцовывая. Широкий зад двигался в такт, а когда альфа поворачивался за специями, большое брюхо натягивало фартук так, что казалось, завязки на спине вот-вот лопнут. — Новенький? — крякнул Чуло, завидев на кухне гостя. — Почему без формы? — Я по делу. — По делу! Все дела ведет Чолито. Я дел не веду. Тем более… — он осекся, будто вдруг разглядев в Блейке что-то, чего тут быть не должно. — Так, а кто ты, напомни-ка мне? — Я ищу одного парня. — Все тут ищут одного парня, — между хмурыми бровями проскочила веселая искорка. — Как правило, на ночь. Блейк фыркнул, опустил коробки на пол и сложил руки в закрытой позе. Чуло глядел, все сильнее хмурясь, так что Блейк готов был в любой момент выхватить свое средство самозащиты и хорошенько отделать альфу, если тот вдруг вздумает распускать руки. Тяжелый металл оттягивал карман, и представить, что там ствол, так было проще. ЗИГ-зауэр с удобным прицелом и предохранителем. Легенда среди стволов — лучше и не пожелаешь, о таком, как на вооружении у морских котиков, все копы мечтают. Блейк действительно ощутил, словно он на службе. И это допрос под прикрытием — все, что от него требуется, — играть роль. Что где-то в баре сидят агенты, еще двое ведут прослушку, у заднего входа дежурит фургон, откуда в любой момент выбежит сержант Колсон, который пасет двери. Все схвачено, Блейку просто нужно играть роль. — Ты знаешь, какого именно. Ты отправил его в гости к нашему общему другу. Блейк, не сводя глаз с повара, наклонился, чтобы задрать штанину и показать тату. Чика настоял, что Блейк должен сделать это лично, иначе Чуло решит, что все подстава. «Даже если это твой кузен, Би, помни: доверять ты можешь только себе. Послушай Чику» — сказал он перед тем, как Блейк, получив порцию одобрения своего внешнего вида от сидевших у стойки альф, вышел из одного бара и отправился в другой. Вот только сейчас Чуло смотрел на него с единственным посылом во взгляде — лучше бы тебе убраться, ходячая ты неприятность. Некоторые вещи Блейку и озвучивать не нужно было — он умел читать чужие настроения. Все, чего он хотел, — узнать, как именно этот загадочный омега, который попал к Чике чуть раньше, выбрался из лап Тэнгфэя. Потому что — Блейк не хотел об этом думать, но время шло, а Микки не возвращался — если вдруг существует хоть малая вероятность, что брат остался у Тэнгфэй, Блейк должен знать, как его оттуда вытащить. И второе — он должен знать, кем было это тело до того, как стать Блейком. Или Блейк стал им — неважно. Хорошо, что к настоящему моменту боли и разочарования в нем скопилось достаточно: глаза сами наполнились слезами, губы задрожали, голос, этот его новый омежий голос, дрогнул, заставляя чудесным образом морщины разгладиться на хмуром и усталом лице немолодого Чуло. — Пожалуйста, я просто хочу знать, все ли с ним в порядке… — Ох! — Чуло схватился за сердце, прижав к груди замасленную тряпку, которую сжимал в руке. — Значит, это ты! Джеремель? Тебе все-таки удалось! Блейк кивнул, боясь сказануть лишнего. И полуправда прозвучала совсем убедительно: — Они подумали, что я умер. А затем он показал Чуло свои руки, и тот и сам едва не прослезился. — Бедные мальчики, что же с вами там сделали эти звери! Гэби сейчас не здесь, но я все устрою, устрою вам встречу, — затрещал он так быстро, что поначалу Блейк даже не разобрал, что это не по-испански. — Сюда больше не ходи, здесь… Не успел Чуло договорить, как в те же двери, через которые зашел Блейк, влетел запыхавшийся омега примерно одного с поваром возраста. — Опять люди дракона! Пор фавор, сколько тебя и твоего кузена проклинал за мальчишку и еще столько же буду!.. — а потом его глаза, остановившись на Блейке, округлились. — Папи Чуло, это еще кто?! — Никто, Чолито. Чуло с тяжелым вздохом посмотрел в сторону служебного входа: оттуда сквозь приглушенную музыку доносились не очень радующие звуки какой-то возни. Казалось, еще минута, и вторые незваные гости тоже будут здесь. — Вот что, сынок, иди через общий зал к сортирам, это сразу направо, мимо бара и в коридор, в сортире окно, вылезешь через него и по пожарной лестнице подымешься наверх, там тату-салон Симона, он привык, что омеги так сбегают от нехороших кавалеров, он пропустит. Только не шуми. Потом, пообещав связаться с ним через кузена, Чуло схватил бутыль с маслом, разлил его перед входом и толкнул Блейка в противоположную сторону, откуда слышались только биты латиноамериканского рэпа и легонько несло марихуаной. *** Блейк ворвался в большой зал, и его облепила темнота. Резкий блэкаут, опустившийся на глаза, ошеломил на мгновение, отчего один из официантов задел Блейка локтем прямо в бок, и резкая боль тут же сняла оторопь. — Аккуратнее, боже! — официант цокнул, обходя Блейка и на мгновение заслонив собой высокого крепкого альфу в черном костюме знакомого кроя. Синие фонари приперлись в квартал красных — это не случайность. Блейк прекрасно понимал, за кем они могли прийти: если здесь укрывали того самого Гэби, ищейки Тэнгфэя уже это разнюхали. От глаз цилиня не укроется ничего — только Блейк находился пока в слепой зоне. Однако, его тело нет, и это было проблемой. Совпадений быть не может. Вряд ли они следили за Блейком и вообще знали о его существовании, но вот за баром вполне могли следить. И почему он об этом не подумал? Из-за частых слепящих вспышек в темноте и грохота басов Блейк пошел в ту сторону, куда указал Чуло, практически на ощупь. Он рассчитывал затеряться в толпе, вот только никакой толпы в «Мескале» не было. Парочка явно обдолбанных омег танцевали, извиваясь, перед баром, а остальные посетители торчали за столиками, растекшись на диванчиках и покуривая электронные парилки или что-то еще, отчего по воздуху ползла белесая дымка. А в ней, как в замедленном кино, разрезая струи плечами, к Блейку шел сорок девятый, старший. И тогда Блейк побежал. Сортиры находились в конце зала, пришлось обогнуть бар, попутно сметая чей-то сет из маленьких шотов и слыша вдогонку непереводимое ругательство. Завернув в тупик с двумя дверями, Блейк не раздумывая юркнул в ту, где значилась большая «А». По привычке. И, конечно, застыл в растерянности: никакого окна тут не было и в помине. — Черт! Выходить обратно было рискованно: сорок девятый видел Блейка и явно последовал за ним, всего несколько минут форы, и он поймет, что искать нужно не в омежьем толчке. Если бы только Блейка туда не смыло в прямом смысле, ха-ха. Вдруг кто-то дернул ручку, и Блейк инстинктивно шагнул в ближайшую кабинку, но запираться не стал — да и не успел бы — просто замер в слепом пятне за дверцей. Если сорок девятому не приспичит проверить все открытые кабинки, может, и прокатит. Хотя сомнительно, чтобы жизнь выдавала столько много кредитов на шансы разом. Однако дальше произошло странное. Тяжелые медленные шаги протопали вбок, затем зашумела вода в рукомойниках и зажужжала сушилка. Сорок девятый что, решил отлить между делом? За такое промедление в клане если и не оторвут пальцы и член, то как минимум отобьют. Блейк сунул руку в карман, сжал пальцы вокруг холодного металла своего импровизированного оружия. И замер. Если он услышит скрип дверцы, то у него будет шанс оглушить фонаря и выбраться, пока остальные не подняли тревогу. Но это еще один шанс в кредит — и Блейк не знал, потребует ли от него жизнь что-то в оплату таких больших долгов. Все-таки самый большой он планировал просить у судьбы за Микки. А затем дверь снова открыли, и на этот раз шаги были такие же тяжелые, но резкие и стремительные, а голос, который принадлежал сорок девятому, грубым и злым: — Где он?! — Что? О чем ты, бро? — отозвался первый. Видимо, именно он зашел раньше. Черт возьми, гражданский. Впутывать в это еще и гражданских было очень, очень плохой идеей — они непредсказуемые и обычно являются помехой при исполнении, которую нужно как можно быстрее изолировать или нейтрализовать. — Омега, ты его видел? Бритый азиат в куртке-бомбере? — Н-нет, чувак. Ты же в курсе, что это толчок для нас с тобой? — Я не спрашиваю, чей это толчок, амиго. Я говорю, ты видел тут омегу? Бритого? Секундная тишина, словно первый альфа раздумывал, отвечать сорок девятому или дать по морде. Блейк вот дал бы в морду. Но точно не стоило пачкать такой красивый шелковый костюм — дедушка Тэнгфэй, как говорят, их очень любит и к порче своего имущества относится крайне негативно. Похоже, первый был такого же мнения, потому что спокойно произнес: — Здесь никого не было. Глянь, может, он свалил через окно в омежьем? От меня один раз так свалили… Эта деталь слегка повеселила. Блейку даже стало интересно, что же могло так не устроить — его собственные свиданки, пусть и редкие, всегда заканчивались на приятных стонах. И вот этот первый с его спокойными интонациями, в которых читалось послание на один конкретный орган, Блейка сейчас вполне устраивал. Но до тех пор, пока он не зашел именно в ту кабинку, где Блейк стоял. И не встретился с ним взглядом. Блейку захотелось расхохотаться — вечер памятных встреч! Он смотрел на знакомого латиноса перед собой и мог бы сейчас поздороваться с ним по имени, но вместо этого приставил дилдак, не вынимая из кармана, к его ширинке и одними губами прошептал: — Меня тут нет. Альфа медленно моргнул, словно с первого раза до него не дошло. Затем перевел взгляд вниз и обратно, в Блейка. Стоило догадаться, что в мескалиновом баре вполне можно встретить, например, того, с кем это самое нелегальное бухло ты перевозил из доков, чтобы втереться в доверие «Черной руке» и заручиться его рекомендацией в Тэнгфэй. За месяц, что Блейк не видел этого чувака, тот успел отпустить легкую бородку и, кажется, стал еще смуглее — жара в последние месяцы лета стояла адская, а этот чел почти все время, когда не занимался своими теневыми делами, проводил или в гараже, или под палящим солнцем. Хорошо, что по вечерам ближе к осени уже дышалось иначе. Или, может, Блейк теперь был меньше и тоньше, оттого и мерз. Вот озноб сейчас точно пробежал по коже. — Рут Эрнандес, — прошептал Блейк, когда альфа медленно поднял руку, собираясь положить ее сверху на импровизированный «ствол». — Не двигайся, пока он не уйдет. С той стороны все еще кто-то был. Видимо, ждал, что его жертва может забрести сюда, потому что вскоре после того, как за латиносом закрылась дверь, Блейк услышал, как сорок девятый командует что-то по-китайски. Скорее всего, раздавал указания проверить пожарную лестницу. Это было очень хреново — не известно, когда вообще он отсюда свалит. — Сейчас обоссусь, — выдохнул тем временем альфа. Совсем над ухом, отчего Блейку захотелось его тут же отпихнуть, но в подобной ситуации это было невозможно. Эрнандес был похожего мнения: — Эй, если я сейчас не начну отливать, это будет как минимум… — Подозрительно, — кивнул Блейк. Толкнув его на шаг назад, к унитазу, он уверенным отработанным приемом заставил альфу повернуться и снова ткнул в него свое оружие, только теперь, из-за того, что этот чертов латинос был выше нового тела Блейка, пришлось вытащить дилдак из кармана. Но этот Эрнандес вел себя расслабленно, словно его нисколько не парило, что в него упираются чем-то похожим на дуло пистолета. Вжикнула молния, зажурчала вода, альфа со вздохом облегчения откинул голову назад, будто Блейка рядом с ним и вовсе не было. Ну что за выпендрежник! С прежним Блейком он вел себя иначе. Хотя не ясно, как бы сам Блейк себя повел, если бы внезапно появившийся в самом неподходящем месте омега угрожал отстрелить ему сначала член, а потом и задницу. Наконец послышалось, как сорок девятый вышел. В воздухе снова повисло ощущение облегчения, но уже другого рода — так всегда происходит, когда нежеланный человек выходит за дверь. Даже дышать стало свободнее. Но зря Блейк так расслабился. Видимо, сказалось то, что он знал этого альфу, вот и потерял бдительность — доля секунды, и тот уже прижимал Блейка к дверце, с грохотом оттеснив собой. Штаны даже не застегнул, чтобы застать врасплох. Рука в черной кожаной перчатке сдавила горло, а другая нащупала «оружие». Глянув вниз, Эрнандес вдруг рассмеялся. — Ха! Этим мне еще ни разу не угрожали! — Отпусти. — Так откуда ты меня знаешь? Трахались? — Н-нет. Не думаю, что ответ, кхм… Тебе понравится, — с трудом произнес Блейк, задыхаясь, и Эрнандес чуть ослабил хватку. — Ты этой рукой свой хер держал, убери ее от меня! Альфа фыркнул, будто Блейк как-то смешно пошутил. Взгляд у Эрнандеса был серьезный и пронзительный, в отличие от явно приподнятого настроения. Это маска — решил Блейк. В своей голове он, скорее всего, так же обрабатывает информацию, а не пытается плыть по течению. Например, прямо сейчас он мог бы выйти, вытащив Блейка за шкирку, будто нашкодившего кота, и сдать парням Тэнгфэя, повысив свою репутацию перед их боссом. У «Черной руки» были дела с Тэнгфэй, но полиция не знала, какие именно, и Блейку под прикрытием так и не удалось это выяснить. Эрнандес мог бы его сдать, но не сделал этого. Наоборот, он отпустил Блейка, подняв руки и показывая ладони в безопасном жесте, стащил свое худи, ухватив ткань со спины, и протянул Блейку. — Твоя куртка и голова слишком заметные, — сказал он. Блейк, морщась, натянул чужие шмотки. Опять. Но в этот раз его вдруг резко заштормило, обдало терпким, чуть горьковатым и совсем немного сладким запахом альфы, от которого закружилась голова. Хотя, возможно, это произошло потому, что от одежды Эрандеса так же несло каннабисом. Хорошо, что за спиной была дверца сортира. Блейк выскочил быстрее ветра, совсем забыв, что так и оставил там дилдак вместе с Эрнандесом и своим неозвученным ответом. Спрятавшись под капюшоном, он просочился через бар, надеясь, что Чуло выкрутится, и испытал почти радость, когда мельком увидел его башку в круглых окошках кухни. Чудом прокравшись к выходу, что заняло довольно много времени, потому что народу чуть прибавилось, но не настолько, чтобы можно было спокойно пересечь зал по диагонали, Блейк наконец оказался на улице и уже собирался слиться с толпой, как вовремя заметил одного из фонарей. Он тут же пригнулся, нырнув за припаркованную тачку. Большая удача, что натренированным взглядом легко удавалось срисовывать как подозрительных людей в гражданской одежде, так и определенные униформы разных группировок. «Черная рука» носили банданы в пейсли и клетчатые рубашки, их босс, Рут Эрнандес, не появлялся без черных кожаных перчаток, словно боялся оставить свои отпечатки. Похоже, даже на собственном члене. Наркоторговцы одевались как миллениалы или хиппи в цветастых пончо, а в Пало-Рико косили под офисный планктон. Но у всех, кто что-то скрывает или занимается чем-то незаконным, был похожий взгляд. У Эрнандеса там, в толчке, взгляд был другой. Блейк даже не задумывался, как альфы могут вести себя в моменты, когда не занимаются своими делами. Нужно было это использовать, как омега, а он по привычке начал быковать. Тупица. И сейчас, когда парни Тэнгфэй торчали на перекрестках с трех сторон от бара, Блейк должен был придумать обходной маршрут. Благо, он нашелся сам, — в соседней тачке завелся движок. Блейк дернул дверь, когда хозяин уже начал выруливать с парковки, быстрым движением запрыгнул внутрь и заблокировал замок. — А! То-то я думаю, ты забыл свою дубинку, — хмыкнул водитель. — Ну и куда тебя? Блейк глянул в зеркало заднего вида — знакомые глаза будто улыбались ему оттуда. У жизни действительно странное чувство юмора касательно вторых шансов, но выбирать не приходилось. — К тебе, — ответил Блейк, едва скрывая разочарование в голосе. А затем сполз по сиденью ниже, чтобы его башки было не видно, когда они будут проезжать перекресток и парней Тэнгфэй на светофоре. Конечно, он рассчитывал выскочить, как только они окажутся на безопасном от квартала расстоянии. И больше сюда и к этому латиносу — ни ногой, решил Блейк. Однако у жизни, как обычно, были другие планы.