Все альфы попадают в рай

Было бы странно, конечно, если внутри кукурузного початка, с которого Блейк съел все, что можно было съесть, обнаружилось что-либо. И все-таки нельзя было игнорировать возможность того, что там могли что-то спрятать — именно поэтому Блейк разломал огрызок на несколько частей, прежде чем выбросить. Он не хотел, но испытывал разочарование — первые эмоции схлынули, и Рута, который лишь мелькнул перед ним, как призрак, оказалось чудовищно, до слез обиды мало. Блейк даже подумал на секунду, не будет ли слишком, если он не станет выкидывать, а сохранит себе эту дурацкую бумажку с пятнами от масла. Может, даже и потом, на свободе, решит не избавляться от нее, оставит как напоминание о том, что это действительно все было — и прошло. — Идиотизм, — фыркнул он, прежде чем скомкать обертку и кинуть в урну. Но не кинул, заметив буквы с обратной стороны: «Если ты получил мой горячий привет и с тобой все в порядке, закажи в следующий раз кесадилью с курицей. Если над тобой издеваются — вегетерианскую». Блейк подавил глупую улыбку, оторвал край с мелкими буквами, бросил бумажку в урну и обратился к бете, который в это время разбирал овощи в нижнем ящике холодильника: — Было вкусно! Закажи, пожалуйста, в следующий раз кесадилью с курицей. В той же доставке. — Нашел мальчика на побегушках, — проворчал тот, но пообещал выполнить заказ. Конечно, над Блейком издевались, но больше морально. И само собой, Рут это понимает, так зачем спрашивать? Да и что он может сейчас, ворваться в дом и перестрелять всех, как супергерой? Только вот Рут не супергерой, а Блейк не станет жаловаться на обстоятельства, которые сам не в силах изменить. Иногда их нужно просто пережить, как сейчас. Добравшись до своей комнаты, Блейк выбросил оторванный кусок с посланием в унитаз и нажал на слив — это для надежности, чтобы наверняка никто не увидел то, что ему не предназначено. Затем забрался под одеяло и, плотно прижав замерзшие ступни к кровати, еще долго лежал, счастливо улыбаясь в темноту: Рут тоже думает о нем. О них. И пока они думают друг о друге, надежда есть. *** Он проснулся до восхода солнца оттого, что ему щекотно сопели в шею, зарывшись носом в волосы. Ощущение было странным, смутно знакомым, как и тепло чужой ладони над пупком. Однако это был не Рут, ведь Рут не мог пахнуть парфюмом Венсана и у него не было такой маленькой, гладкой руки с накрашенными черном лаком ногтями. На секунду Блейк подумал, что сейчас его хватит удар, однако ему повезло — это был не Венсан. — Не ерзай, Малыш, — пробубнил Микки, еще теснее прижимаясь к нему со спины, и Блейк выдохнул все напряжение разом, расслабляясь и снова проваливаясь в сон. Когда он открыл глаза во второй раз, Микки рядом уже не было, однако в ванной шумела вода. Зевнув, Блейк сел на постели и поправил задравшуюся пижаму. Впервые за многие дни ему стало комфортно — тело не казалось тяжелым и отекшим, в голове было легко и ясно. То ли чудотворная кукурузина Рута, то ли близость Микки, но что-то точно помогло ему выспаться. — О, привет! Проснулся? — кивнул Микки, выходя из ванной вообще без ничего. — Ты всегда будешь отворачиваться, когда я голый? У нас с тобой одинаковые причиндалы, так-то. — Я не люблю, когда кто-то ходит при мне, даже не потрудившись прикрыть зад. — Да? — Микки фыркнул, неожиданно плюхаясь рядом и обнимая его за плечи. — А мне не нравится, когда кто-то нудит, что будем делать? — Эй, фу, ты мокрый! Отстань! — Нет, подожди, мы еще не пришли к компромиссу! Микки встряхнул головой, и капли воды от его волос полетели Блейку в лицо. Как он ни пытался отпихнуть брата, все равно сдался, падая вместе с ним на спину и жмурясь: — Только не прижимайся членом к моей ноге. Микки специально закинул ее выше: — Хорошо. — Ты какой-то… не такой сегодня, — заметил Блейк, и Микки пожал плечами: — Обычный. Просто радуюсь, что мой зад цел и я не чувствую себя шлюхой, которую переимела вся вечеринка. В этот раз мне было даже… А ты чего такой довольный? Я-то ладно, я натрахался, а ты? — Что я? Просто вкусно поужинал вчера. Беременным, знаешь, иногда так мало надо, чтобы быть довольными. Блейк не стал расспрашивать брата о том, что происходило с ним во время отсутствия, Микки бы и не рассказал. Главное, что сейчас он был тут и не выглядел подавленным. Этот день был определенно хорошим. Следующий Блейка тоже порадовал. — Это все, что я могу сделать для тебя, — произнес доктор Маклейн во время запланированного осмотра, протягивая сложенный бумажный пакет, в который могло поместиться только что-то очень небольшое. — Будь осторожен с этим. Под «этим» подразумевались три шприца, наполненных желтоватой жидкостью, которые Блейк нашел, когда развернул пакет. Он не знал, что это за вещество, Маклейн лишь дал понять, что штука не наркотик, но вырубает быстро, и ее эффекта хватит на пару часов. Пояснил, что колоть желательно в шею или, на крайний случай, в задницу, так что если оно поможет Блейку сбежать, то остальные детали вовсе не имели для него значения. Шприцы он спрятал туда же, где Микки хранил свои сокровища, и планировал ими воспользоваться так скоро, как представится шанс. — Пусть этот блядский бог хоть раз признает, что налажал! — заявил Микки, стоя у окна с сигаретой. — И поможет нам все исправить. В такие моменты, когда говорил серьезно, он казался слишком взрослым для своего возраста, и Блейк как обычно отвернулся, чтобы не видеть его лица, лишенного всякой надежды. Благо, длилось это недолго, Микки сразу натягивал обратно маску равнодушия и не заставлял его чувствовать себя никчемным. После ужина Венсан потащил их обоих в свою гардеробных, где помимо них нарисовался тенью у двери Чон — альфа больше походил на восковую статую, глядя перед собой, но Блейк ухитрился поймать мгновение, когда его сосредоточенный и отстраненный взгляд вдруг упал на Микки. Это был тот самый взгляд, который трудно расшифровать, но Блейк точно знал, что так не смотрят на тех, кого считаешь просто декорацией в пространстве. Таким Чон считал Блейка, это было очевидно. А вот Венсан и Микки удостаивались другого отношения. — Я купил тебе рубашку, которую ты выбрал с показа, — Венсан подошел к Микки, который стоял к зеркалу лицом, и застегнул пуговицу под самым его горлом. — Я хотел синюю, — ответил тот, встречаясь с ним взглядом в отражении. Пальцы Венсана замерли у его горла, касаясь кружев: — Тебе больше идет белый. — Но я хотел синюю. Услышав немного капризные, повелительные нотки в его голосе, Блейк с любопытством вскинул голову, отрываясь от натягивания очередных безразмерных штанов, что притащил для него Венсан. Невольно он залюбовался ими, стоящими рядом — а ведь они были слишком похожи, Микки и Венсан. Сейчас даже оказалось сложно определить, чье лицо надменнее. Они так и смотрели друг на друга через отражение, словно играли в гляделки, и первым взгляд отвел внезапно Венсан, ускользающе улыбнувшись. — Ты что, запутался в своих тряпках? — произнес он, обращаясь уже к Блейку и зачем-то помогая ему завязать шнурок на штанах, хотя тот справился бы и сам. Блейк покосился на Чона — тот продолжал пялиться на Микки, как смотрят на предметы искусства в музее. Да что за балаган у них творится?! — Ты и Чон?.. Что за бред, Микки! — Блейка прорвало, как только они снова остались одни, вернувшись в спальню. — А ты бы хотел, чтобы я и кто? — с вызовом отрезал тот и сложил руки на груди. — Давай, не стесняйся в догадках! Новая рубашка ему ужасно шла, и Микки, судя по всему, решил не снимать ее пока она не истлеет на его теле, потому что спать он тоже лег в ней. Конечно, Блейку было очевидно, зачем на самом деле: чем более неаккуратно носить такую дорогую вещь, тем быстрее та придет в негодность. — Ты и Венсан?! Микки откинулся затылком на подушки, поднял вверх руки и стал разглядывать свои ногти, то и дело теребя ажурные манжеты: — А как тебе такое, Малыш, — Я, Чон и Венсан. Забавно, да? — Ты бисексуал? — Разве это имеет значение, когда твоя жизнь вот-вот кончится. То ли Микки действительно прокачал свое чувство юмора до самого высшего, черного уровня, то ли его накачали чем-то, то ли он просто поехал крышей. В любом случае, Блейк лишний раз убедился, что делает все правильно, даже если придется в этот раз пойти по головам. И то, что брат снюхался с Венсаном и Чоном, каким-то странным образом на них влияя, могло бы очень сильно им пригодиться. — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сказал он брату. — Я просто пытаюсь выжить по-своему, как и ты. *** Кесадилья с курицей оказалась очень вкусной. Настолько, что в какой-то момент Блейк вообще забыл, зачем он ее заказал. Он спрятал бумажку в карман своего огромного плюшевого худи и едва не извелся, пока не заперся в сортире, чтобы прочитать без лишних глаз. Конечно, был небольшой риск, что Дракону захочется наблюдать, как его ручные омеги делают свои омежьи дела, но Блейк понадеялся на отсутствие камер в подобном месте. В новом послании он обнаружил инструкцию, состоящую всего из нескольких мелко написанных, почти незаметных слов: «Праздник, танцы, желтая кукурузина, выезд для работников, люблю». Очевидно, идея устроить побег в самый разгар китайского Нового года пришла в голову не только Блейку, но и тому, кого при других обстоятельствах мог бы смело звать своим напарником. А при его новых реалиях… Если получится выбраться, Блейк, пожалуй, подберет Руту должность получше и поважнее.