Triumph der Besessenheit

***

И ты, мой юный, мой печальный,

Уходишь прочь! Привет тебе, привет прощальный Шлю в эту ночь. А я всё тот же гость усталый Земли чужой. Бреду, как путник запоздалый, За красотой. Она и блещет и смеется, А мне — одно: Боюсь, что в кубке расплеснется Мое вино. А между тем — кругом молчанье, Мой кубок пуст. и смерти раннее призванье Не сходит с уст. И ты, мой юный, вечной тайной Отходишь прочь. Я за тобою, гость случайный, Как прежде — в ночь.

***

31 декабря 1900 года. — Папа! — именно с такого крика и началось предпраздничное утро России. Не с тихого, мирного пробуждения, не с чашечки кофе, а именно с детского вопля. Работая без продыху всю неделю, он совсем и забыл о том, что сегодня очень важный день для всего мира. Благо, с недавнего времени рядом всегда есть сын, готовый громко и звонко напомнить ему об этом при первой же возможности. — Новый Год!!! Папа, вставай! — резвый мальчишка стал со всей силой толкать царя в бок, пытаясь расшелевить его и скинуть с кровати. Союзу сейчас всего 6 лет, но силы у него не занимать (и усидчивости тоже). Хорошие качества, вот только направить бы их потом в правильное русло, чтобы не вышло Германии номер два. Превозмогая сон и доставания сына, Россия украдкой глянул на настенные часы — 7 часов утра. Обычно он вставал на полтора часа позже, а сегодня надеялся и вовсе бессовестно проспать до обеда. Жаль, но трюк не удался. — Встаю-встаю, — в подушку пробормотал он, прежде чем с неохотой принять сидячее положение. На голове у него творился полный бардак да и внутри неё тоже. — Мама хочет наряжать ёлку! Давай быстрее умывайся и приходи к нам! — только и успел услышать Российская Империя, как Союз пулей вылетел прочь из его покоев, хлопнув дверью. Вот, что делает с детьми праздник и недостаток внимания. Конечно, наследник всегда был окружён кучей придворных и проводил вполне достаточно времени с матерью, но вот отца он видел мало, ведь тот всегда работал или был в разъездах. Праздники — одни из немногих дней, когда Союз мог наконец провести время с ним. До появления сына Российская Империя наивно полагал, что спокойно сможет совмещать работу и семью, успевая везде. По крайней мере, он пытался, чтобы так оно и было, ведь ему самому в детстве никто не уделял внимания, а если и уделял, то часто это заканчивалось побоями и криками, поэтому он хотел сделать детство Союза таким, о каком мечтал сам когда-то давным-давно, но с годами это становилось просто невозможно. Они встречались лишь за завтраком, обедом и ужином — да и то, царь часто пропускал приёмы пищи, лишь бы побыстрее закончить с бумагами, которые, казалось, всё равно никогда не кончались. Сначала наследник предпринимал попытки помогать отцу с работой, но после пары испорченных листов выяснилось, что ничем, кроме кривых человечков и солнышка в углу листа он не мог помочь, а сидеть рядом и в тишине наблюдать часами напролёт было слишком скучно, даже читать исторические книги с Москвой было увлекательнее… Кстати, о Москве. Несмотря на её природную чёрствость к детям, если это можно так назвать, с Союзом она возилась очень охотно, пытаясь с ранних лет приучать его к трудолюбию и любознательности через книги. Ребёнок сначала старался проникнуться всем этим, но затем решил, что просто убегать от неё будет легче и веселее. «Даже со мной ты так не нянчилась!» — как-то упрекнул её русский. Если говорить уж совсем честно, то в свои детские годы он страшно боялся Москву, поскольку часто именно она выполняла большинство указаний Русского Царства и считалась его правой рукой. Хоть сама она никогда напрямую и не вредила ему, но в то же время ни разу не помогла и не защитила, когда это было нужно. Особо эти неприятные моменты не поднимались, но было понятно, что именно они стали одной из главных причин, почему Российская Империя не захотел видеть Москву в качестве своей столицы. «Времена сейчас другие,» — улыбнулась город в ответ на печальный вздох России. А вот с Петербургом мальчик очень любил проводить время, ведь тот не утомлял его книгами и обучением всему на свете, а наоборот — подначивал сотворить какую-нибудь глупость или шалость почти каждый день: то научит пугать прислугу, выпрыгивая из-за угла, то предложит поиграть в догонялки по всему дворцу. В общем, не понадобилось много времени, чтобы все поняли, что столица плохо влияет на ребёнка, поэтому на Петербурга просто накинули побольше работы, чтоб у него не было времени даже голову поднять, не то, что дурачиться.

***

В зале Россию уже ждала роскошная ёлка, а возле неё неустанно скакал Союз, отчаянно пытавшийся дотянуться до верхушки, чтобы поставить звезду. Рядом сидела супруга царя, украшавшая нижние ветки дерева. Женщина в последнее время была отчего-то задумчива и грустна, но сегодня слегка оживилась и, проникшись атмосферой праздника, с радостью помогала сыну в украшении дерева. Император же помог только тем, что поднял Союза, чтобы тот смог дотянуться до макушки ёлки и водрузить звезду. Помогать дальше родителям запретили, ведь ребёнок захотел доделать всё сам. Вот так сонным России и Шарлотте пришлось сделать заинтересованный вид и наблюдать за тем, как мальчик усердно пыхтел над декорированием дерева целый час, по истечении которого взрослым наконец разрешили сдвинуться с места и оценить плод трудов. Ёлка была украшена только наполовину, а верхняя часть, до которой ребёнок не смог дотянуться, осталась голой, но Союз всё равно с гордостью ждал реакции родителей. — Очень красиво и необычно, — первой отозвалась Шарлотта, захлопав и всячески нахваливая полупустое дерево. Проходившие мимо слуги тоже одаривали способности юного декоратора комплиментами. Мальчик с улыбкой кивнул и перевёл пытливый взгляд на отца. Его мнение для него было почему-то самым важным. — Пап, а тебе как? Нравится? Если нет, я могу всё переделать! — Мне очень нравится, — Империя одобрительно улыбнулся малышу, и тот засверкал от счастья. — Думаю, Дедушка Мороз обязательно оценит твои старания, ты ведь не забыл приготовить ему письмо? — Не забыл! Я уже положил его под ёлку! Он опять передаст мне подарок через тебя за ужином? — спросил мальчик со слегка грустным видом. Он всегда хотел увидеть Деда Мороза и Снегурочку вживую, но ему каждый год говорили, что они слишком заняты, чтобы прийти. — Конечно. Ты же знаешь, у него и Снегурочки очень много дел. Они и так лично забирают все письма, не хотелось бы утомлять их ещё сильнее, — Россия уже думал, как бы на этот раз отвлечь Союза, чтобы забрать письмо самому, либо же через слуг. Зная своего сына, он на полном серьёзе может просидеть возле дерева часами, лишь бы застать, как Дедушка Мороз лично берёт эту несчастную бумажку. — Знаю… — с расстроенным видом пробормотал он, опустив взгляд в пол. Мать поспешила его утешить, параллельно кинув на Россию взгляд, мол, придумай что-нибудь сейчас же. «Боже, что я-то сделаю? Я ведь не волшебник и Деда Мороза лично тоже не знаю,» — подумалось русскому, но почти в тот же момент его осенила другая мысль: «Или знаю.» — Хотя у меня есть предчувствие, что сегодня они всё-таки зайдут к нам на огонёк, — он притянул сына к себе, приободряюще обнимая и ловя вопросительный взгляд супруги. — Правда? — мальчик сразу оживился и вмиг повеселел. — Правда. Я очень постараюсь убедить их, хорошо? Вот увидишь, вечером они точно придут. — Ох, тогда нужно приготовить подарки и им! — встрепенулся малыш. — Скорей, поехали в город! Надо найти что-нибудь для них! — не успели родители и слова сказать, а мальчик уже убежал одеваться и донимать слуг с просьбой подать им карету. — Ну и что ты сделал? Он ведь расстроится, когда узнает, что ты солгал ему, — укорила его Шарлотта. Россия подошёл поближе к дереву и, наклонившись, забрал конверт из-под него. — А я и не солгал. Погоди, сейчас всё расскажу, — он с улыбкой развернул письмо, внимательно вчитываясь в корявые буквы, так старательно выведенные некрепкой рукой.

«Дарогой дедушка Мароз!

В этот новый год я очень прошу тебя о двух вещях я хочу проводить больше времени с папой и мамой они очень занятые прям как ты и мало уделяют мне внимания и мне грусно

И ещё попроси пажалуйста папу что бы он не наказывал Питербурга он не виноват! Мамину вазу разбил не он а я когда мы играли в салки!

Спасибо!

— РСФСР»

На душе осел тяжёлый камень. Царь как будто сам вновь ощутил себя маленьким брошенным всеми ребёнком. — Ну что там? — Москва научила его правильно писать своё имя, — Россия в задумчивости передал письмо Шарлотте. — А ещё он не понимает, за что на самом деле наказали Петербурга. — Конечно, не понимает! Он же ребёнок, — женщина быстро пробежалась глазами по строчкам и тоже погрустнела, почувствовав себя плохой матерью, даже несмотря на то, что уделяла сыну столько времени, сколько могла. — Ему не хватает нас. Нужно нанять больше гувернанток и нянь… — Нет, ему нужны именно мы, я что-нибудь придумаю. А насчёт Деда Мороза сегодня… — Мам, пап, я готов! Поехали! — заботливо укутанный слугами Союз уже стоял в полной боевой готовности, одни золотые глаза и торчали из-под шапки. — Сейчас!

***

— А где мама? — с нетерпением спросил Союз, топчась на пороге дворца в ожидании. Сегодня он был полон энергии на любые подвиги. — У неё появились дела, но не расстраивайся, вечером мы обязательно соберёмся всей семьёй. Ну, и твои любимые герои тоже придут, — он потрепал сына по голове. — Погода хорошая, давай лучше прогуляемся пешком. — Угу! Предновогодний город был окутан густым, морозным туманом, который, словно волшебная вуаль, накрыла все улицы. Витрины магазинов, словно яркие драгоценности, манили прохожих своим великолепием. Игрушки, изысканные наряды, сладости — все это создавало атмосферу приближающегося праздника. В кондитерских на прилавках красовались имбирные пряники и разноцветные леденцы, а аромат свежеиспечённых пирогов и шоколада заполнял улицы. Руководил всем процессом выбирания подарков, естественно, Союз. Придирчиво оглядывая каждый магазин и лавку, он размышлял, что из бесчисленного количества товаров может правда порадовать духов Нового Года. — А Дедушке Морозу можно подарить кружку? — очень кстати на ближайшем прилавке продавали симпатичную фарфоровую посуду, пёстро раскрашенную в новогодние цвета. — Он будет пить из неё чай или какао и согреваться! — Почему-то мне кажется, что Дедушка Мороз очень любит кофе и точно оценит твой подарок. — Хорошо! Только можно я сам оплачу всё? Я копил себе на сладости, но мне совсем не жалко, — вытащив из кармана пару купюр по несколько копеек, он отдал их стоявшему за прилавком продавцу и радостно загрёб покупку к себе в ручки. — Так, а что же подарить Снегурочке? — Снегурочка очень мудра, ей нужно подарить что-то соотвествующее. — Какие-нибудь книги? О, я знаю одну книжную лавку, Москва мне показывала! Пошли! — взяв отца за рукав, он потянул его за собой, уже вполне уверенно ориентируясь в многочисленных и извилистых улицах города. «Запоминай город, в будущем всё это станет твоим.»

***

Наконец после выбора подарков они уже были готовы возвращаться, но по пути Союз увидел, как народ катался на коньках и захотел к ним присоединиться. Всунув все подарки в руки отцу, он с радостью убежал кататься. Так они провели ещё два часа, вернувшись домой только ближе к одиннадцати. Успели. Ребёнок, измотанный, но до невозможности счастливый, упрыгал переодеваться в свежую одежду да рассказывать маме все впечатления о прошедшей прогулке, а Россия смог наконец передохнуть и выделить себе немного времени, чтобы разобрать письма от других стран. Британия, Франция, Сербия, США, пресловутый осман, Японская Империя, даже Австро-Венгрия и Германская Империя… Два последних письма Россия предпочёл не вскрывать, чтобы не портить себе настроение перед праздником. Успеется. А в конверте от Франции, помимо традиционного поздравления, он обнаружил снимок. Британия, Россия, Пруссия, Австрия и сам француз — все они счастливо улыбались в камеру. Кажется, это одна из фотографий, сделанных в прошлые праздники… В очень старые праздники. На часах было полдвенадцатого. Император накинул на плечи парадный мундир и заплёл волосы, а фотографию спрятал в нагрудный карман мундира. — Скоро полночь. Идём, — позвала его жена. — Я уже всё подготовила.

***

На протяжении всего ужина Союзу не сиделось, он вертел головою во все стороны, старательно выискивая взглядом хотя бы намёк на волшебное присутствие. Он ведь так старался, выбирая подарки, да и папа обещал, что они придут, а отец врать точно не может! Пока взрослые оживлённо обсуждали что-то, ребёнку становилось всё грустнее. Неужели его обманули? Но окончательно повесить нос он не успел, ведь сзади послышались тяжёлые шаги и шорох ткани. — Хо-хо-хо! Хорошо ли вы все себя вели в этом году? Ну-ка, расскажите всё доброму Дедушке Морозу! В залу вошёл высокий старец, облачённый в длинную и тёплую шубу, обитую белым мехом. Половину его лица скрывали густая седая борода и шапка, но отчётливо виднелись добрые, блестящие глаза. В правой руке он держал волшебный посох, которым стучал по земле, а другой волочил за собой огромный мешок. За ним шла, чётко отстукивая каждый шаг, девушка в белой шубе и шапке, с русой косой на плече. Светлый, ясный лик красавицы был приветлив и мил. — Дедушка Мороз!!! Снегурочка!!! — Союз пулей выскочил из-за стола и понёсся сломя голову к ним, со всей дури влетая в объятия сказочных персонажей. Дед Мороз стоически выдержал такое столкновение, даже не пикнув, хотя Россия и боялся, что ребёнок просто сметёт всё своей недюжинной силой. — Наконец-то вы вспомнили про меня!!! Я так вас ждал! Весь год вёл себя очень хорошо, ни разу не ослушался маменьку с папенькой! Помогал слугам и почти не задирал придворных дам! — Хо-хо-хо, вижу ты очень постарался в этом году! Ну, такое не останется без моего внимания! Что скажешь, Снегурочка? — старец усмехнулся. — Всё верно, Дедушка, — она кивнула. — Но одно твое желание, считай, уже исполнилось, ты ведь весь день провёл с семьёй, правда? А насчёт второго нам с Дедушкой Морозом нужно всё-таки хорошенько подумать и посмотреть на поведение уже самого Петербурга. — Он правда очень-очень хороший! — заверил ребёнок. — Хо-хо, совсем не сомневаюсь! Я думаю, нам всё же стоит проявить к нему милость! Ай! — Снегурочка резво дала Морозу отрезвляющий подзатыльник. — Мы подумаем, хорошо? А пока возьми, — она передала красный мешок Союзу. — Это всё тебе. Внутри мешка были горы игрушек и сладостей на любой вкус и цвет. Глаза мальчишки засветились и засверкали, он уже представил как этой ночью съест всё в гордом одиночестве. Ну, может поделится с родителями и городами, но только совсем чуть-чуть. — А, чуть не забыл! Дедушка, Снегурочка, я тоже приготовил вам подарки! — Какой чудный мальчик! Спасибо тебе большое, — оба потрепали его за волосы. — Ой, а вы не знаете, где Питер и Москва? Уже поздно, они ведь опоздают к Новому Году! — Они сегодня очень заняты. Не бойся, поздравишь их утром, — вставил слово Российская Империя, успокаивая пыл сына. За окном уже послышались залпы пушек, возвещающих о наступлении нового века, а небо осветили яркие фейерверки. — С Новым Годом! — С Новым Годом!!!

***

За пару минут до этого…

— Так, Москва, а кто из нас кто? — В смысле? — Ну… Кто Генерал Мороз, а кто Снегурочка? — Питер, ты головой не бился? Во-первых, не генерал, а дедушка, это два совершенно разных персонажа… — Ну я просто спросил! На всякий случай! Мне кажется, я бы больше подошёл на роль Снегурочки, а то ты вечно угрюмая, Союз тебя сразу вычислит по недовольному лицу, а так под бородой не видно будет… — Одевайся быстрее, у нас осталось 15 минут от силы. И помоги мне заплести косу. — О, это ты зря попросила, я в этом ужасно плох. — Случаем не на себе ли ты это пробовал пару лет назад? — Да… — Вот, почему ты тогда резко решил отстричь себе половину волос? До сих пор полностью не отросли. Я же тебе всегда говорила… — Забудь!

***