Ночной страж Вайирии

      К счастью, посадка на корабль проходит спокойно, когда приходит время. Чимин чувствует себя гораздо лучше, хотя тревожное ощущение после странного сна его до конца так и не отпускает. Но море всё ещё спокойно, и это вселяет надежду на лучший исход их путешествия. Небольшое крепкое судно, довольно простенькое, которое не идёт ни в какое сравнение с кораблями Эшу-Аро или официальной торговой гильдии Роуны, отплывает от причала, когда солнце окончательно прячется за домами, а с моря начинает понемногу наползать ночная темнота, накрывая мир усеянным звёздами небом. Чимин наблюдал за отдаляющимся берегом, за понемногу исчезающим в сумраке подступающей ночи портом. За тем, как свет в окнах портового городка превращался сначала в маленьких светлячков, а потом вовсе гас, оставляя вдали лишь туманные очертания. Через некоторое время исчезли и они. Ночь наступает сегодня как будто быстрее, чем обычно. Словно кто-то подгоняет время, боясь, что оно может остановить своё полноводное течение. Чимин ощущает лёгкую нервозность теперь. Его жизнь неожиданно изменилась, хотя вряд ли случилось хоть что-то, что могло бы повлиять на привычный ход вещей. Да, он узнал правду о своём происхождении, но эта правда ни на мгновение не перечёркивала того, кем он являлся до сих пор. И всё же что-то неуловимо поменялось, являя для Чимина привычный мир немного в другом свете. Он неожиданно понял свою страсть к изучению всего, что связано с Вайирией, узнал смысл ночных кошмаров. Обрёл того, кто должен был быть с ним с самого его рождения. Сейчас, пусть прошло не так много времени с момента отъезда из Нгуина, Чимину казалось, что позади целая жизнь. И совсем немного ему хотелось вернуться обратно во времени, чтобы сохранить привычный порядок в своей жизни, в мыслях. Возможно даже отказаться от полученных знаний. - Всё хорошо, сэфу? - негромко звучит чуть позади, а потом Чимина обнимают со спины аккуратно, но крепко. Юноша прикрывает глаза. Все глупые и малодушные мысли сразу уходят, оставляя лишь понимание того, что рано или поздно всё это всё равно бы произошло. - В порядке. Почему ты спрашиваешь? - Ты слишком тихий с тех пор, как тебе приснился тот кошмар, - Юнги устроился подбородком на его плече. - Не думай, что я не заметил. - Просто много всяких мыслей, - отвечает Чимин, поглаживая обнимающие его руки. - Я даже думал о том, что немного хотел бы, чтобы всего произошедшего с нами не было. Так хорошо было жить в Нгуине, заниматься ежедневной рутиной, понятной и простой. Открывать магазин, продавать заклинания, иногда позволять себе отдых на пару дней, чтобы снова вернуться к работе. А теперь... - Что теперь? - голос Юнги звучит мягко. - Ничего не поменяется. Обещаю. Твоя привычная жизнь вернётся к тебе. С одним маленьким изменением. - Правда? С каким же? Они прижимаются друг к другу крепче, оба прекрасно знающие ответ на этот вопрос. Юнги теснее льнёт к его спине, Чимин чуть поворачивает голову, чтобы уткнуться носом и губами в его щёку. Как же хорошо. Удивительное чувство, которое, он уверен, никогда не станет чем-то привычным. Сердце от него заходится взволнованно в груди, всё сладко замирает внутри и становится немного трудно дышать. Как будто он падает с большой высоты, но упругие потоки ветра подхватывают его, лёгкого и податливого. - Я хочу остаться рядом с тобой, - шепчет Юнги. - Ты позволишь, сэфу? - Это лишний вопрос, - отвечает тот ему в тон. - И мой ответ у тебя уже есть. Мы же оба знали, что так будет, ещё в самую первую встречу. Когда я впервые коснулся ножен меча. Разве нет? Юнги поворачивает голову, чтобы поцеловать коротко его губы. - Да. Только я всё ещё не свыкся, что моё долгое одиночество окончено. Чимин ласково потёрся кончиком носа о скулу мужчины. Он не мог представить, насколько тяжело было Юнги все эти долгие столетия, пока его мотало по миру. Из одних рук в другие. Но он точно понимал радость и неверие от обретения чего-то настолько драгоценного и важного. - Ты привыкнешь, - обещает он. - Я постараюсь. * Капитан оказывается очень общительным и свойским несмотря на его довольно бандитскую внешность. Он любит своё судно всей душой. И пусть на нём нет названия, но нежное «Кальелли» - что в упрощённом с языка безымянных островов значит «дыхание», - звучит от него очень часто. Когда Намджун спрашивает, почему именно так капитан называет свой корабль, тот рассказывает довольно печальную историю. - Десять лет назад у меня была совсем другая жизнь, вот что, - голос его звучит хрипло и немного тяжело, словно мужчина силком выталкивает из себя слова. - У меня была жена и дочка. И занимался я торговлей, но на суше. И, если подумать, мне стоило бы ненавидеть море сейчас, потому что оно забрало у меня тогда два моих сокровища. Мы путешествовали из Роуны вдоль берега материка в сторону укрытых пеплом и снегом руин старого королевства. Хотели обогнуть его, чтобы добраться до королевства Тхис. Но налетела буря. Неожиданно, будто ту часть вод охраняло какое-то разъярённое божество, недовольное тем, что мы посмели нарушить его покой. Капитан замер, погрузившись в воспоминания. На лице у него отразилась боль пережитого. Даже годы не смогли притупить горечи его потери. - Я чудом выжил. Меня нашли жители безымянных островов. Они же подарили мне это судно. «Кальелли» - потому что оно стало моим вторым дыханием. Я будто обрёл новый смысл. И верю, что мои жена и дочь стали морскими духами, сопровождая меня повсюду. Есть те, кому не нравятся говорящие с духами, - мужчина смотрит на слушающих его неожиданно цепко и серьёзно. - И я не знаю, какое дело ведёт к ним вас. Но я могу сказать, как получивший от них помощь, что они ничем не хуже материковых обитателей. Они никому не желают зла. И не хотят зла по отношению к себе. Может быть, я знаю их не так уж хорошо, но мне не страшно вести с ними торговлю, как большинству. - Наверное, многие всё ещё видят в говорящих с духами тех, кто разрушил прежний мир семи королевств, - негромко замечает Юнги. - Нельзя винить их в этом. Впрочем, как и жить прошлым постоянно тоже - не лучшее решение. Капитан кивает согласно. - Нас ведёт дело на безымянные острова, - говорит Сокджин. - Я один из говорящих с духами. И у нас нет злых помыслов. Его окидывают долгим внимательным взглядом. - Я слышал, - говорит капитан, - что среди народа безымянных островов есть дриады. Слышал, что ваш народ бежал туда, спасаясь от гонений на материке. В Роуне никогда не было ваших лесов, большинство её жителей вообще считает дриад вымыслом. Но рассказы не лгут - дриады в самом деле прекрасны. Жаль, мне не доводилось встречать ваших сородичей за всё время торговли. Сокджин слабо улыбается. Заметно, что сквозь нежно-зелёное сияние кожи на его щеках пробивается слабый румянец. Чимин на это улыбается. Как и на поджимающиеся губы Намджуна. Оказывается, он ревнивец! - Мои сородичи живут обособленно, они даже на безымянных островах больше любят единение с природой, а не с другими жителями, - отвечает Сокджин. - Я один из немногих, кому по душе компания людей, а не деревьев. Думаю, потому в итоге и выбрал уйти на материк. Их неспешный разговор с капитаном продолжается довольно долго. Он рассказывает несколько историй из своих плаваний, кажется, истосковавшийся по такому общению, а потом обещает забрать их с островов при следующем их посещении. Если, конечно, они того захотят. Расходится их компания далеко за полночь. Ночь, посеребрённая светом большой белой луны, кажется спокойной. Море - ласковое и тихое, а на душе воцаряется почти такой же штиль. Особенно когда Юнги прижимает Чимина к себе, накрывая их одеялом. В небольшой каюте пахнет слегка деревом и немного табаком. Чимину нравится этот запах. Убаюканный любимым теплом, он засыпает в считанные мгновения. * «Кальелли» подходит к берегу безымянных островов ранним утром, ещё до восхода солнца. За бортом туманно и безмолвно, только плещется вода о покатые борта корабля. Чимин с удивлением замечает, что тревога ушла, уступая место уверенности. Ему не особо хочется думать о возможном провале их миссии, он надеется на то, что Оракулы готовы будут выслушать их и понять. В конце концов, если каждая из сторон захочет мира - почему бы ему и не настать, наконец? Проблемой будет наличие фанатиков в Ордене. Но и с ними, Чимин уверен, они как-нибудь справятся. Туман медленно расступается перед носом корабля. Из его сизовато-молочного марева проступают неторопливо причал и небольшой городок у воды, потонувший в густом лиственном лесу. Невысокие маленькие домики, мельница чуть в стороне, лодки, покачивающиеся на воде медленно и умиротворяюще. До уха долетает звонкий щебет птиц, а щёк касается робкий ветер, словно неуверенный в том, что ему тут будут рады. Но поражает Чимина вовсе не тихая красота этого места, будто сошедшего со страниц сказочных историй, а встречающая их небольшая деллигация из двух мужчин и одной женщины. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто это. Когда компания сходит по трапу на крепкие доски причала, воцаряется недолгая тишина. - Простите, - вздыхает Сокджин. - Я должен был предупредить вас, что отправил в Орден весть о том, что мы прибудем. Мне не хотелось, чтобы мы оказались неожиданными гостями. Чимин с интересом изучает мужчин перед ними. Те облачены в лёгкие длинные балахоны приятного зелёного цвета. Ткань без нашивок и орнаментов кажется довольно приятной наощупь. Зато лицам Оракулов досталось внимания больше. На их щёки и лоб нанесены замысловатые тонкие узоры - у каждого свой, - возможно, указывающие на их положение в Ордене. Внимание у них взаимное, но, что не может не радовать, без агрессии или недоверия. - Здравствуй, мой мальчик, - вперёд выходит невысокий полноватый приятного вида мужчина. - Я рад, что ты прислал нам весть. О тебе давно не было слышно. - Мастер Кавис, - Сокджин безропотно вкладывает пальцы в протянутые ладони Оракула, и это так разительно отличается от его памятной встречи с Фаэтом. - Я рад вернуться. Признаюсь, не думал, что это произойдёт при таких обстоятельствах. - Никто из нас не думал, - качает головой мужчина и переводит взгляд на Чимина. - Добро пожаловать на безымянные острова, наследник северного трона. Удивляться, конечно, нечему. Чимин знал, что Оракулы не шарлатаны, им многое ведомо. Но такое обращение всё равно будто бьёт наотмашь. Он всё же кланяется почтительно, не желая показаться невоспитанным. - Благодарю Орден Оракулов за тёплый приём, - говорит он, слыша приглушённое поражённое ругательство их капитана. Происходящее кажется немного странным, но забавным, только забавляться Чимин предпочтёт позже, когда все нюансы будут улажены и они с Оракулами придут к какому-нибудь соглашению. - Предлагаю сразу отправиться в башню Ордена, - говорит один из пришедших с мастером Кависом. - Вероятно, нам многое нужно обсудить. - Спасибо, мастер Соран, - кивнул Сокджин второму мужчине - высокому и статному, с пронзительными серыми глазами и светлыми волосами. - Это, в самом деле, так. Чимин ещё никогда не видел, чтобы порталы открывали прямо в воздухе. Одним взмахом руки, словно разрывая пространство одной своей прихотью, сжимая так просто его между «здесь» и «там», будто это ничего не стоит. Для магов материка доступны только механизмы, оснащённые магией, которые могут, однако, допустить неточность и не всегда являются лучшим решением для путешествия. Даже те, кто занимается их созданием, чаще всего предпочитают старую добрую езду верхом на лошадях, считая её куда более надёжной. Мастер Кавис открывает переход прямо перед ошеломлённой компанией, которая вряд ли может поверить в увиденное. Но всё же каждый из них следует за Оракулами в портал, перед этим немного отвлёкшись и тепло попрощавшись с капитаном. Башня Ордена встречает их приятной прохладой большой круглой залы. Такой же круглый стол, стоящий в её центре, уставлен зажжёнными свечами и блюдами с едой. От свечей исходит еле заметный хвойный аромат, и они кутают залу в мягкий рыжий свет - Чимин также видит свечи в канделябрах на стенах. Несмотря на разгорающееся за стенами башни утро, оно всё равно не способно подарить много освещения - окна тут стрельчатые и не очень широкие, пропускают не так уж много утреннего света. Чимин чувствует, как у него сводит желудок от голода, и смущённо краснеет. Он даже не представлял, что так сильно проголодался, пока не увидел такое разнообразие блюд на столе. - Присаживайтесь, - приглашает мастер Соран. - У нас будет долгий разговор и провести его лучше в комфортных условиях. Никто не спорит. Осматриваясь с любопытством по сторонам, изучая тканные гобелены на стенах, изображающие разные обряды Ордена и картины, видимо, из повседневной жизни, Чимин усаживается за стол, радуясь, что по бокам от него усаживаются Сокджин и Юнги. - Итак, мой мальчик, - мастер Кавис внимательно и немного озабоченно смотрит на Сокджина. - В своём сообщении мне ты дал понять, что обеспокоен действиями некоторых Оракулов. Что случилось? - Фаэт, - говорит дриада, пригубив перед этим немного вина. - Что вы знаете о его действиях? - Давно не слышал о нём ничего, - мастер Кавис покачал головой. - Духи не позволяют увидеть его. Если честно, я даже подумывал, что он сгинул, но... - Последний раз я слышал о нём от капитана «Кальелли», - заметил мастер Соран. - Мы с мэтрессой Дажи тогда прибыли в Льяну по делам Ордена, когда увидели нашего старого друга, привезшего партию товара. Он и рассказал, что встречал Фаэта в порту Роуны в сопровождении странного вида людей. - Странного вида люди? - переспросил Намджун. - По его словам, хоть они и говорили на языке безымянных островов, но он никогда никого подобного не видел тут с тех пор, как стал вести с нами дела, - пояснил Соран. Намджун переглянулся с Сокджином, Чимином и Юнги. Каждый из них сейчас вспомнил ночь похищения Чимина и тех людей, которых Сокджин назвал наёмниками. - Почему ты так интересуешься Фаэтом, Джини? - спросила до этого хранившая молчание Дажи. Голос у неё был необыкновенно глубоким и красивым. Чимин только сейчас будто смог нормально рассмотреть женщину. Словно всё время что-то отводило от неё его взгляд. Мэтресса Дажи, невероятно эффектная и поражающая своей яркой красотой, оказалась полукровкой. Кровь эльфов и дриад текла в её жилах - не было никаких сомнений. Длинные острые уши покрывало множество серебряных колец с красиво посверкивающими в них драгоценными камнями. Смуглая кожа отдавала знакомым зеленоватым оттенком, а тёмные густые волосы крупными локонами спускались по её тонким плечам. У неё единственной из присутствующих Оракулов рисунки не затрагивали щёки, а тонкими витыми узорами располагались по лбу, у самой линии роста волос, и на переносице. Сокджин вздохнул. - Что ж. Вы знаете уже, кто такой Чимин. Человек по правую руку от него - Дух Меча, известный как «Ночной страж Вайирии». - Это нам также известно, - кивнула Дажи. - Мы, конечно, очень удивились, когда эта правда всплыла наружу. Но, с другой стороны, однажды это всё равно бы произошло. - Когда я был последний раз в Ордене, ваши настроения были совсем другими, - заметил удивлённо Сокджин, и Чимин также разделил с ним его удивление, потому что не ждал такой спокойной реакции на эту новость. Кавис мягко, но немного грустно улыбнулся. - Нам нечего сказать в своё оправдание. Твоё давнее предсказание потрясло нас. И долгое время мы страшились мести шести королевств. Но в какой-то момент стало понятно, что никому из нас больше не нужна война. Поколения меняются, меняются и желания людей. Когда-то нами двигала жажда мести за свои поломанные судьбы. Но теперь мы хозяева самим себе. Мы научились, хочу верить, на ошибках прошлого. Сокджин кивнул. Он, кажется, был особенно рад услышать такие слова от Оракула, которому доверял. - Но ты не ответил на мой вопрос, - заметила Дажи с лёгким упрёком в голосе. - Фаэт пытался пленить нас, - неожиданно ответил вместо Сокджина Юнги. - Желая захватить «Ночной страж Вайирии», чтобы развязать с его помощью кровавую бойню на материке. Он считает, что таким образом восстановит справедливость. Дажи смотрит на него широко распахнутыми глазами. Недоверие, страх и боль читаются в её взгляде. И Чимину горько, что правда так сильно ранит эту женщину. Он протягивает руку и сжимает пальцы Юнги, тут же чувствуя, как пальцы мужчины сжимают его ладонь в ответ. Над столом повисает гнетущее молчание.