ГЛАВА 3
20 ноября 2023 г., 10:58
Когда мы с Наташкой поступили в один институт, она — потому что у нее не было выбора, так как это было единственное приличное учебное заведение в городе, а я — чтобы насолить отцу, началась веселая жизнь. Мы сразу попали в команду по баскетболу, нашли себе компанию, а также прославились на весь район своими выходками. Отцу не раз приходилось заминать мои проступки, лишь где-то курсе на третьем я более-менее пришла в себя и перестала, как он выражался, «позорить семью». Но на самом деле я просто влюбилась. Девчонка с пятого курса, которая играла в нашей команде на позиции атакующего (ее я и заняла впоследствии), проявила ко мне недвусмысленный интерес. И после одной из гулянок, на которой мы отмечали победу, у нас случился поцелуй. Тайный роман закрутился быстро — у нее тоже уже был какой-то маломальский опыт, поэтому мы обе знали, чего хотим, и тратить время на ломание комедий смысла не было. Мы начали встречаться, хотя об этом не знал никто, даже Наташка. Она подозревала, что в моей жизни что-то изменилось, но не знала, что именно, так как Аня, моя первая девушка, просила, чтобы мы хранили наши отношения в секрете. Меня это не парило, напротив, я понимала: чем меньше людей о нас знают, тем больше вероятности, что до моего отца эта информация не дойдет. Мне не нужны были скандалы, или чтобы он отправил меня «лечиться». А он бы сделал это, я уверена. Так что мы тайно виделись, тайно спали, тайно строили отношения. Потом я узнала, что у Ани был еще один тайный любовник — взрослый женатый мужчина, но выяснилось это уже под конец учебного года, когда наши пары закончились раньше, и я увидела, как он ее забирает на машине, хотя Аня сказала, что у нее планы с отцом. То, что это не ее папа, было ясно сразу — с отцом не сосутся на переднем сиденье. Когда Наташка, которая была в тот момент со мной, увидела, как я смотрю на них, она все поняла. Фыркнула и покачала головой, сказав, что я овца, раз скрывала это от нее. Но надо отдать должное — она не затаила обиды, хотя и была огорчена. Она осталась со мной, чтобы поддержать, и мы сильно напились в тот день. И снова переспали, хотя я этого почти не помнила. Но в моей памяти осталось, как Наташка шептала что-то нежное мне на ухо, когда я засыпала. Больше у меня романов не было.
И впервые за долгое время я ощутила это странное влечение к девушке со сказочным именем, но до конца не понимала его природы. После того короткого разговора в спортзале мы не стали друзьями или добрыми товарищами. Мы даже больше не говорили с ней. Все осталось как есть, с той лишь разницей, что теперь мы здоровались, и ничего больше. Но я все равно как-то неосознанно искала ее взгляд в толпе, ее русую макушку и могла долго наблюдать, как она говорит с кем-то или смеется, потому что мне нравилось, как выглядит ее лицо в момент, когда она улыбается.
Все изменилось во время сессии в начале июня. Было два часа дня, я с языком на плече бегала по институту, чтобы сдать кое-какие работы, дабы получить «автомат». И оказавшись на третьем этаже у последнего кабинета, который был мне нужен, увидела ее. Алена сидела на диванчике с каким-то не то рефератом, не то докладом и была очень сосредоточена.
— Привет, — поздоровалась я и указала на закрытую дверь кабинета: — Нет его?
— Привет, — улыбнулась Алена, подняв голову и рассматривая меня. — Обедает. Минут через пятнадцать, сказал, вернется.
— Ясно, — вздохнула я и посмотрела на часы, висящие на стене над диваном. — Значит, подождем.
— Тоже «хвосты» сдаешь? — спросила Алена, когда я уселась рядом с ней, бросив пакет с тетрадями в угол дивана.
— Ага, «автомат» хочу. И без него куча проблем. А ты как? Как первая в жизни сессия? — Откинувшись на спинку, я постаралась придать позе непринужденный вид, хотя чувствовала себя рядом с ней отчего-то напряженно.
— У меня почти по всем предметам «автомат», — пожала она плечами с улыбкой.
— Заучка, — пошутила я, смеясь. — Так и знала.
— Нет, просто… ответственная.
— Я и говорю — заучка, — снова поддела я ее и тут же добавила: — Но это не минус, скорее наоборот.
— А ты?
— Что? — Золотисто-карие глаза путали мысли, и я изо всех сил пыталась сосредоточиться.
— Насколько ты заучка? По десятибалльной шкале?
— Ну-у-у… На троечку, — призналась я. — У меня проблемы с ответственностью.
— Странно, — пробормотала Алена, отводя взгляд.
— Почему?
— Ты спортсменка. Спортсмены дисциплинированы.
— Пф-ф-ф, — фыркнула я. — Ты еще скажи, что спортсмены не пьют и не курят.
— Ну, вообще-то, да, — кивнула она, глядя на меня с детской наивностью.
— Ну, профессиональные-то, может, и да, но я — не профессионал, — закинув одну ногу на колено другой, протянула я. — Я — любитель.
— И ты пьешь и куришь? — с неподдельным удивлением спросила Алена.
— Ну да, — ответила я, и от этого ответа стало почему-то не по себе. Словно я боялась, что она подумает обо мне плохо. — Но нечасто, — тут же добавила, будто пытаясь оправдаться.
— А я не курю и почти не пью, — ответила Алена и вздохнула.
— Да я так, балуюсь, — проговорила я, имея лишь одно желание в данный момент — покурить. Отчего-то я разнервничалась и теперь хотелось успокоиться. — Так, ты помнишь, что обещала мне игру в баскетбол? — переводя тему, улыбнулась я. — Когда вернешь должок?
— Должок? — нахмурилась она в непонимании.
— Игра, — пояснила я.
— А. — Ее брови приподнялись, и она кивнула: — Ну… я не знаю…
— Вечером занята? — решив не тянуть кота за яйца, спросила я. — Тут недалеко площадка баскетбольная, а у меня есть мяч. Если хочешь побросать — пожалуйста. Я часто там по вечерам зависаю, — приврала я. Я и правда бывала на этой площадке, но чаще мы там с Наташкой пили пиво. В качестве трибун там стояли удобные лавки, и почти никогда не было людей. Но иногда я и правда ходила туда «выпустить пар» с баскетбольным мячом.
— Ой, я даже не знаю, — растерялась Алена, но в ее глазах я ясно прочла интерес, поэтому решила чуть надавить:
— В общем, подумай, я обычно часов в восемь там бываю. Если захочешь — приходи, — сказав это максимально равнодушно, я снова посмотрела на часы.
— Хорошо, я подумаю, — тихо ответила она, опуская взгляд.
В этот момент в коридор завернул наш препод, и мы как по команде привстали.
— Так, девочки, заходите, еще две минутки, и я займусь вами, — пробормотал он, открывая кабинет. А мы с Аленой вошли вслед за ним.
***
Почти час я прыгала по площадке, понимая, что никто уже не придет. На что я надеялась, идиотка? Зря с Наташкой встречу отменила, и ради чего? Ради этого странного, непонятного интереса к какой-то малолетке? Да не придет она, и так было ясно. Ну, пялится она на меня уже черт знает сколько, и что с того? Мало ли кто почему смотрит? Может, она любуется мной? А что? Я очень симпатичная, вполне можно и поглазеть. С чего я решила, что этот интерес взаимный? — Если мне все это привиделось, то я сейчас заброшу мяч в корзину, — пробормотала я и, слегка подпрыгнув, кинула оранжевый мяч с боковой стороны площадки. Ударившись о железный обруч, мяч прокрутился и вывалился из кольца, так и не упав внутрь. — Хм, — задумавшись, снова проговорила я сама себе, подобрав мяч, — если я ей… типа нравлюсь, то я заброшу. Кинув мяч, я вновь увидела, как он крутится по обручу и… падает внутрь. Чувствуя какое-то глупое веселье от такого гадания, я покачала головой. Понятно было, что все это — ерунда, но ощущение легкости не покидало меня. Да, я расстроилась, что она не пришла, но… она же не обещала в конце концов. Да и не совсем нормально, наверное, приходить играть в баскетбол с человеком, с которым ты разговаривал два раза в жизни. Решив, что она, вероятно, показалась бы более странной, если бы пришла, я сделала еще один бросок и собиралась уже направиться домой, как услышала сбоку тихий голос: — Привет. Я выронила мяч, не ожидая увидеть ее здесь. — Привет, — после секундной паузы кивнула я. — Прости, я задержалась, были… дела, — ответила Алена, и я осмотрела ее с ног до головы. На девушке были спортивные шорты, футболка. Туго затянутый густой хвост, чтобы волосы не мешали. — Но ты пришла, — констатировала я очевидный факт, подняв мяч и держа его в руке, чувствуя, как что-то теплое заполняет меня изнутри. Какая-то волна эйфории и легкого волнения прокатилась по телу, заставляя губы растягиваться в улыбке. — Как я могла пропустить занятие у капитана команды? — усмехнулась Алена, наклонив голову. — Хорошее начало, — улыбнулась я и, подняв мяч, дала понять, что собираюсь его передать ей, — тогда держи. Урок первый. «Ловкость рук».***
Почти полтора часа я учила ее играть. У Алены были проблемы с ведением мяча и пробежками, но с меткостью вопросов не возникало. Стоя на месте, она почти всегда попадала по кольцу, что меня одновременно и радовало, и вызывало восхищение. — Если что, могу взять тебя в команду. У нас свободно место запасного, — пошутила я, когда мы сидели на земле у сетки и пили воду, которую я принесла с собой. — Нет уж, лучше шахматы, — тяжело дыша, проговорила Алена, вытирая лоб футболкой. — Жарко ужасно. — Сними футболку, — пошутила я и поднесла ко рту бутылку. — Точно, — на полном серьезе кивнула она и, резко встав на ноги, начала снимать широкую майку. Я захлебнулась, когда увидела, как все больше тела появляется перед глазами. И в себя пришла лишь после того, как поняла, что под футболкой на ней был спортивный топ, который многим заменял форму на физкультуре. Невольно разглядывая ее тело, мысленно поблагодарила за то, что играла она в майке. Иначе бы я ни разу не попала куда нужно, так как пялилась бы на грудь, плоский живот и аккуратный красивый пупок. — Так гораздо лучше, — кивнула Алена, покручивая в руках футболку, как вентилятор, чтобы охладиться. — Можешь облиться водой еще, только предупреди, я сниму это на камеру, — пошутила я, стараясь говорить спокойно. Хотя мысли мои были далеки от спокойствия. Я готова была признать: ее тело было красивым. Привлекательным. И мне нравилось. А так как у меня довольно давно уже ничего и ни с кем не было, оно мне нравилось еще сильнее. — Думаю, конкурс мокрых маек оставим для второго урока, — пошутила она в ответ, снова усаживаясь рядом. — О, мы заговорили о втором уроке? — в шутку закинула я удочку. — Думала, ты сдуешься после этого вступительного теста. — Это был тест? — драматично воскликнула она. — А ты как хотела? Спорт — не для слабаков, — все еще сохраняя интонацию, ответила я. — Ну, тогда придется пройти весь курс. — В конце еще экзамены будут. — В данное время звучит очень актуально, — хихикнула она. — А «автомат» можно будет получить? — В индивидуальном порядке, — говоря серьезно и даже строго, кивнула я, а Алена прыснула со смеха. — Тогда я, конечно, буду стараться, уважаемая Кетеван… Как вас по батюшке?.. — со смехом спросила она, и я слегка поморщилась. — Обойдемся без батюшки, просто «уважаемая Кетеван» будет достаточно. — Что, отчество еще сложнее, чем имя? — даже не догадываясь об истинной проблеме, спросила Алена. — Нет, — уклончиво ответила я. — Просто без отчества мне нравится больше. Ее улыбка чуть спала, словно она почувствовала что-то. Что-то важное — то, о чем я только заикнулась, но не хотела говорить. И, помолчав пару секунд, пока усаживалась рядом, наконец сказала: — У меня тоже с отцом сложные отношения. Я вскинула голову, удивляясь тому, как четко она поняла всю проблему, хотя я даже слова про это не сказала. — Правда? — Да, — кивнула Алена задумчиво. — Он оставил нас, когда мне было всего три месяца. А год назад решил вернуться. — Куда? — не поняла я. — К вам, в семью? — Да, — грустно усмехнулась Алена. — То есть почти восемнадцать лет он просто периодически платил алименты, не думая о том, как я, что я, как мама… А сейчас он хочет все начать заново. — Ого. А… а что мама? Как так вообще получилось? — Сорвав травинку, я вытянула ноги в кроссовках и положила их на мяч. — Они встретились в магазине, разговорились, — скорчив гримасу, проговорила Алена. — А самое ужасное, что мама, кажется, готова его простить. Говорит, это любовь всей ее жизни. И что она не хочет остаться в одиночестве, когда я окончательно вырасту и заведу свою семью. — Ну, она имеет на это право… — начала было я, но Алена прервала меня: — Она — имеет! Он — нет. И как так? Он уже один раз предал ее, предпочтя другую, а теперь решил, что раз ничего не вышло, то можно пойти по проторенной дорожке? В ее голосе звучали обида и злость. И я не знала, как помочь ей. — Я понимаю, но… — Вздохнув, я осознала, что никакие умные и вдохновляющие слова не помогут ей разобраться в проблеме, поэтому сначала резко замолчала, а потом выпалила: — А мой пытается контролировать всю мою жизнь! Вплоть до того, что уже начал говорить, что пора думать о замужестве! Алена посмотрела на меня с растерянностью, а потом рассмеялась. И, слушая ее смех, я тоже не смогла сдержаться и расхохоталась. — Я где-то слышала, что друг к другу притягиваются люди, имеющие схожие проблемы, — отсмеявшись, проговорила Алена. — Думаешь, это наш случай? — улыбаясь, спросила я. — Как знать, — она пожала плечами и откинула голову на сетку, — мне вообще кажется, что я живу не свою жизнь… — Что ты имеешь в виду? — Ну, словно то, что у меня есть, мне мало, понимаешь? Я про то, что… Хочется чего-то большего. Каких-то перспектив, не знаю… — Ну, у нас не деревня все-таки… — Не деревня, но мне всегда хотелось вырваться куда-то, где больше возможностей. — В столицу? — усмехнулась я, думая, что амбициозность Алены пришлась бы по душе моему отцу. — Да необязательно в столицу, что у нас, кроме Москвы, городов мало? — всплеснула она руками. — Так что тебя останавливает? Заканчивай институт и уезжай. Или бросай и уезжай. — Смеешься? — хмыкнула она. — Во-первых, в крупном городе не поступишь на бюджет, это давно всем известно. А на платное обучение сложно накопить, когда отец платил копеечные алименты, а мама — воспитатель в детском саду. А во-вторых, как там жить и на что? Тут хоть и учеба бесплатная, и жилье. — Ну, значит, после обучения можно рвануть куда-то… — пробормотала я, раздумывая над ее словами. — Я тоже иногда ловлю себя на мысли, что хочу уехать. — После — можно бы, но… — Алена вздохнула и покачала головой: — У меня мало веры в то, что можно выбиться из грязи в князи. Даже если много трудиться. К тому же то, где я учусь, — не моя мечта. Я просто пошла сюда, потому что это почти единственное приличное место, а не какой-нибудь колледж или техникум. — А чем ты вообще хочешь заниматься? — поинтересовалась я. — Ты сказала, что это не твоя мечта. А какая мечта? — Мечта… — протянула она с улыбкой и прикрыла глаза. — Студия. Своя студия танца. Куда будут приходить люди, которых я буду обучать движениям, пластике, вот это все… — Танцы? — подняв брови переспросила я. — Я с трех лет занимаюсь, — усмехнулась Алена, наклонив глаза. — Серьезно? И ты молчала? — Я даже сгруппировалась как-то от удивления. Теперь ясно, откуда у нее такая фигура. — Ну, как-то речи об этом не было, — пожала плечами Алена и смущенно улыбнулась. — Но это моя мечта. — Круто, — кивнула я. — А ты о чем мечтаешь? — Она повернула голову и согнула ноги в коленях. — Я? — Вопрос был хороший. Но я не знала, что на него ответить. — Еще не разобралась. Думаю, как окончу институт, возьму отпуск, чтобы понять, куда двигаться дальше. — Хорошая идея, — кивнула Алена и снова посмотрела на небо, вздыхая. — Черт, чувствую себя какой-то Кэрри Брэдшоу в поселке Зюзино. — Кем? — переспросила я, не расслышав, так как в соседнем дворе у кого-то заорала сигналка. — Кэрри Брэдшоу. Ну, кучерявая такая из «Секса в другом городе». Когда я вопросительно посмотрела на Алену, она слегка покраснела и тут же поправила себя: — Ой. В большом. «Секс в большом городе». — Я поняла, — медленно кивнула я, чувствуя, как почему-то у меня начали потеть ладони. И решила, что нужно воспользоваться моментом. — К слову, сериал с «в другом городе» тоже есть… Не глядя на меня, она тихо ответила: — Я знаю. Я не имела понятия, что это было. Может, глупость, но мы словно подтвердили догадки друг друга. Будто ответили на незаданные вслух вопросы, понимая все без слов. Мы обе поняли, что хотела спросить каждая из нас. И обе поняли, что каждая из нас хотела сказать. Мы проболтали еще почти час, мягко съехав с темы про лесбийский сериал, и этот вечер был определенно лучшим за очень долгое время. И даже ворчание отца, что я снова пришла поздно, не испортило моего настроения. А когда я легла спать, мне всю ночь снились золотисто-карие глаза, от которых веяло теплом и спокойствием.
