Часть 2
5 августа 2023 г., 21:08
На памяти Пульчинеллы, за последние полвека Предвестники собирались вместе всего несколько раз, и все встречи пришлись на последнее десятилетие. В первый раз они собрались, когда Пульчинелла обратился к Царице с ходатайством о рассмотрении нового кандидата в Предвестники – тогдашнего пятнадцатилетнего «Аякса» – так в те дни звали мальчика.
— Это и есть твой выбор? — кривится Арлекино, когда Предвестники, столпившись на обзорной площадке, наблюдают за спаррингом солдат внизу. Скрестив руки на груди, она уточняет, недоверчиво глядя на Пульчинеллу. — Ты хочешь сказать, что намерен сделать из этого тощего карлика следующего Предвестника?
Действительно, маленький Аякс не выглядит воплощением силы. Он как минимум на фут ниже своих ровесников и, вероятно, на двадцать фунтов легче, разница в размерах заметна несмотря на тяжелое пальто и объемный красный шарф, намотанный на его не впечатляющую фигуру. Добавьте к этому тонкие черты: большие голубые глаза на нежном, розовощеком лице в форме сердечка и ярко-рыжие волосы. Малыш больше походит на изнеженного дворянского недоросля, чем на бойца Фатуи.
— Он похож на маленькую куклу, — вздыхает Коломбина. Сидя на балконном парапете и свесив ноги вниз, девушка всем своим видом демонстрирует беззаботность юности, к чему и располагает ее кодовое имя, — Он восхитителен, Пульчи! Можем ли мы оставить его? Пожалуйста-пожалуйста?
— Мы говорим о вступлении в должность нового члена Предвестников, а не о домашнем питомце, — сварливо отзывается Сказитель, не скрывая привычного раздражения.
Тем временем, маленький Аякс подбирается к стойке с оружием. В какой-то момент, голубые глаза, внимательно перебиравшие вариант за вариантом, вспыхивают ярким интересом. Мальчик радостно потянулся к огромному палашу, обхватил рукоять обеими руками, попытался его поднять… И тут же сдулся, когда палаш даже не шевельнулся.
Иль Капитано фыркнул:
— Мелкий негодяй любит откусывать больше, чем может прожевать.
— А палаш-то он не выпускает, — весело замечает Панталоне, наклоняясь и сдвигая очки на переносицу, чтобы лучше видеть. — О, вы только посмотрите, он все-таки его вытянул!
Используя всю свою силу, маленький Аякс стащил меч со стойки, но даже всех его усилий не хватало, чтобы использовать оружие надлежащим образом. Меч упал на пол с тяжелым лязгом, заставившим Предвестников вздрогнуть… всех, кроме Пульчинеллы, который наблюдал за этой сценой, лучась родительской гордостью. Очевидная неудача мальчика, казалось, совсем его не беспокоила.
При этом, противник Аякса, мальчик в два раза больше и тяжелее, терпеливо ждущий на другой стороне арены, выглядел все более и более нервничающим. Даже со смотровой площадки были видны капли пота, выступившие у него на лбу.
И он не ошибся. Неожиданно для всех Маленький Аякс издал радостный вопль, а в следующую секунду из его рук вырвалась голубая вспышка. Свет кружился и извивался, как тонкие сверкающие ленты, вращаясь все быстрее и быстрее, пока не слился в массу густого синего цвета. Масса растягивалась, как будто кто-то тянул за оба конца, становясь все более глубокой и непрозрачной, пока не приняла отчетливую форму.
Странно знакомую. Ту, которую они видели всего за несколько мгновений до этого…
— Палаш! — Иль Дотторе захихикал. — Мальчик – обладатель гидро Глаза Бога, и он сделал палаш с помощью своей силы! О, как оригинально!
— Он способен имитировать любое оружие, которое пожелает, — кивнул Пульчинелла. — Ему просто нужно прикоснуться и посмотреть на него.
Ла Синьора усмехнулась.
— Репликация – это неплохо, но насколько он хорош в бою?
Они не отрываясь смотрели, как маленький Аякс со своим новым блестящим палашом занял позицию на арене. Его противник сильно трясся и, казалось, собирался либо потерять сознание, либо обмочиться. Прозвучал сигнал, свидетельствующий о начале раунда.
— Подожди, — с улыбкой сказал Пульчинелла.
Лицо маленького Аякса изменилось. Исчезли его милая улыбка и сияющие глаза, их сменил холодный, кровожадный взгляд, а широкая ухмылка практически расколола лицо пополам, обнажив острые белые зубы. В синей вспышке мальчик исчез, чтобы в мгновение ока возникнуть перед своим противником, лезвие палаша прочертило дугу, грозя обезглавить соперника, который едва успел откатиться в сторону. Свистящий удар меча рассек воздух и врезался в землю, с грохотом разбивая камень.
Предвестники безмолвствовали.
Даже Панталоне не нашелся, что сказать, несмотря на вопиющее уничтожение казенного имущества (и предстоящие затраты на устранение ущерба).
Они молчали, наблюдая, как Маленький Аякс колошматит своего противника, обрушиваясь на него вихрем яростных ударов, которые практически невозможно было отследить невооруженным глазом. Он развернулся и, поймав в прыжке руку соперника в захват, сильно скрутил и вывернул ее. Раздался громкий щелчок и крик боли. Все, бывшие свидетелями схватки, вздрогнули. Ну, кроме Предвестников. Бой длился меньше минуты.
Пульчинелла прочистил горло: — Когда я нашел его, ему было четырнадцать лет. Паршивцу противостояла дюжина или около того наших людей – полностью обученных агентов и застрельщиков. И это при том, что его контроль над Глазом Бога был не таким отработанным, как сейчас, и он мог создавать с его помощью лишь небольшие объекты.
Внизу, предыдущего противника маленького Аякса уносили с поля боя на носилках. Конечности парня, стонущего от боли, были вывернуты, а по полу за ним тянулся кровавый след. Прозвучал гонг, и к мальчику был вызван другой соперник, такой же большой и крепкий, как и тот, что был до него. Нового бойца трясло так сильно, что его колени бились друг о друга.
Пульчинелла продолжал:
— Я был свидетелем того, как он запросто уложил всех наших агентов и застрельщиков. Дюжина мужчин, поверженных одним-единственным мальчишкой, которого едва ветром не сдувает. Тем не менее, он победил полностью обученных бойцов не имея при себе ничего, кроме кулаков и небольшого гидро-кинжала. Ущерб, который он нанес нашим людям, был… по меньшей мере, экстраординарным. Они до сих пор дрожат при виде его. Это было год назад. Как видите, за это время он значительно улучшил свой контроль над Глазом Бога.
Новый противник попытался вступить в бой, но был сбит с ног мощным ударом по коленям. Он упал, крича и истекая кровью.
Маленький Аякс не проявлял пощады. Разрумянившийся, улыбающийся так, будто Праздник Ледяного Очага наступил раньше срока, он с ликующим энтузиазмом обрушился на соперника, размахивая клинком.
Коломбина захлопала в ладоши, заливисто смеясь: — Он идеален! Наша идеальная куколка! Мы обязательно должны его оставить! Обязательно! Только представьте, как красиво я буду его наряжать! Конечно же в красное! Он так прелестно сочетается с рыжим!
Пьеро кашлянул в кулак.
— Мальчику нужно будет развивать свою силу и ловкость, — отметил он. — Иль Капитано, я надеюсь, ты разработаешь для него надлежащий режим тренировок?
Иль Капитано вздохнул.
— Он станет серьезной проблемой. Непреодолимая угроза обществу и заноза в наших задницах.
При этом не то, чтобы он отказывался от предложенной задачи.
— Я буду работать над пищевыми добавками, — пробормотал Иль Дотторе, вытаскивая блокнот и яростно записывая свои мысли. — Что-то, что обеспечит гармоничное развитие мышц и скелета мальчика. Он выглядит слишком тощим для своего возраста. Они морили его голодом или что?
— Я полагаю, что остальные из нас будут работать над его образованием, — отметил Панталоне. — Очень полезно прививать молодежи чувство финансовой ответственности!
Пульчинелла рассмеялся: — Видите? Я так и знал, что мальчик придется всем вам по душе!
напряженного процесса ремонта и обустройства жилья по его вкусу.
Несмотря на то, как ярко юноша любит одеваться, убранство его покоев, на удивление, сдержанно. На стенах простые голубые обои, на полу мягкий бежево-голубой ковер, придающий пространству уют. Минимум мебели: диван, несколько стульев, письменный стол, кровать – лишь самое необходимое, чтобы сделать жилое пространство функциональным и удобным.
При этом мальчик содержал свое жилье в абсолютной чистоте. У каждой вещи, большой или маленькой, имелось свое место на столе, в шкафу или в ящике стола. Его сапоги, начищенные до блеска, аккуратно выстроены в ряд на обувной полке, куртка висит на нужном крючке, рядом с длинным шарфом, а перчатки и шапки – в отведенном им месте у камина, где они могут быстро просохнуть.
Это то, чем Чайльд гордится. В конце концов, «чистое пространство означает ясный ум», любит повторять юноша. «А ясный ум означает, что я могу придумывать лучшие тактические решения во время боя!».
Сегодня Пульчинелла ничего этого не видит.
Ботинки Чайльда валяются у двери. Куртка и шарф брошены на спинку стула. Его перчатки и шапка… на полу. Как будто он снял их и не глядя бросил, раздеваясь на ходу.
Сам Чайльд тяжело валится на стул, сжимая открытую бутылку огненной воды. При ярком свете Пульчинелла может разглядеть, то, что не было заметно в сумраке зала – насколько плохи дела. Мальчик выглядит бледным и изможденным, с большими темными кругами под погасшими глазами. Он сгорбился и баюкает бутылку, как будто в ней заключен ответ на все его вопросы.
Пульчинелла подвигает себе стул.
— Аякс? Мой мальчик. Что случилось? Почему ты грустишь?
— Я не грущу, — равнодушно врет мальчик.
— Аякс.
— Я в порядке!
— Дорогой, ты глотаешь эту огненную воду, будто она необходима тебе как воздух. Не лги мне.
Слушая в ответ лишь упрямое молчание, Пульчинелла вздыхает.
— Значит, твоя поездка в Ли Юэ пошла не по плану?
Напряженные плечи юноши говорят о том, что Пульчинелла на правильном пути. Хм, хорошо. Продолжим играть в «холодно-горячо».
— Ты успешно выполнил свою миссию. Ла Синьора вернула гнозис…
Еще больше напряжения. Ой?
— Я знаю, что ты задумал. Перестань, — ворчит мальчик. — Миссия прошла нормально. Все было довольно просто. Но финал вышел неожиданным.
Величайшее преуменьшение века.
— «Неожиданным» в каком смысле?
— Синьора рассердилась, — бормочет Чайльд. — Я думал, что должен буду сразиться с Мораксом, но у меня ничего не вышло. Оказывается, у него была сделка с Царицей, а Синьора за всем следила. Моракс хотел уйти с поста Архонта, но не мог, пока не удостоверился, что Ли Юэ выстоит в случае бедствия, так что…
— Ты был тем, кто испытывал Ли Юэ на прочность, — Пульчинелла протягивает руку и хлопает юношу по спине. — Прости, мой мальчик. Я знаю, как сильно ты хотел поединка с Мораксом. Мне очень жаль, что тебя так использовали.
Чайльд пожимает плечами.
— Все в порядке, я не против быть мечом Царицы.
Взгляд Пульчинеллы становится острым.
Интересно. Сейчас Чайльд не напряжен и не похоже, что он лжет. Он действительно не переживает из-за того, что его использовали как орудие.
Значит ли это, что мальчик так расстроен из-за пропущенной схватки с Мораксом?
Нет, с этим выводом что-то не так. То, как он ведет себя совершенно не соответствует разочарованию, которое могло его настичь из-за упущенной драки с Архонтом. Назовите Пульчинеллу излишне мнительным, но на такой простой ответ он просто не купится.
Мальчик не выглядел бы настолько изможденным и измученным из-за такой мелочи. Что бы ни расстраивало его, должно быть, оно поразило Чайльда гораздо, гораздо глубже, чем простая печаль от упущенной битвы.
— Почему ты сразу не вернулся домой? — спрашивает Пульчинелла, стараясь, чтобы его голос звучал мягко, маскируя продолжающиеся расспросы. — Мы бы устроили тебе любые поединки, какие ты захочешь. Это был бы не Моракс, но они бы точно заставили твое сердце биться чаще. У Иль Дотторе всегда есть автоматоны, которые необходимо испытывать. Недавно он изобрел что-то совершенно новое.
— Н-н-ничего особенного, — отвечает Чайльд, и его спина снова напрягается. — Я просто хотел остаться еще немного, чтобы уладить кое-какие дела.
«О-о-ой?» — думает Пульчинелла, выжидая, пока Чайльд сделает глоток огненной воды, чтобы спросить. — Может быть эти дела как-то связаны с господином Чжун Ли из похоронного бюро?
Пульчинелла еле успевает пригнуться, чтобы избежать фонтана брызг огненной воды изо рта Чайльда.
— Т-ты! Откуда… как ты узнал это имя? — сипит он между приступами удушающего кашля.
Пульчинелла снова садится и скрещивает руки на груди, одаривая Чайльда взглядом, которым строгий родитель посмотрел бы на своего непослушного ребенка.
— Вижу, ты не отрицаешь сказанного. Какие вопросы вы пытались решить?
— Это просто личные дела!
— Личные дела? Какие личные дела?
— Я... Нет... Это не важно!
— Если это не так важно, то почему ты отказываешься об этом говорить?
— Ничего особенного! — упирается Чайльд, взглядом обшаривая комнату в поисках спасительного выхода. — Между Чжун Ли и мной ничего не происходит…
От неожиданности Пульчинелла приподнимает бровь:
— Я не предполагал, что между тобой и господином Чжун Ли что-то происходит, но теперь мне определенно интересно. Так, хорошо. Что же между вами происходит?
Не то чтобы Пульчинелла не планировал поднимать информацию об этом господине Чжун Ли после их разговора, но теперь он действительно, действительно собирается добывать все возможные данные.
Чайльд вскакивает, своим резким движением чуть не опрокидывая бутылку с огненной водой.
— О, ты только посмотри на часы! Уже поздно! Мне пора готовиться ко сну и все такое. Спокойной ночи, Пульчинелла!
— Мальчик, ты даже не пытаешься быть вежливым!.. Перестань игнорировать меня, Чайльд! Мы не закончили… Чайльд! Не смей закрывать передо мной эту дверь, молодой человек!
— Спокойной ночи, ПУЛЬЧИНЕЛЛА!
Чайльд выталкивает его в коридор и захлопывает дверь у него перед носом.
***
Когда они сообщили Царице о своем решении готовить Маленького Аякса к роли следующего Предвестника (приложив папку с его личным делом и фотографией невинных голубых глаз), она не ответила отказом. Вместо этого, бросив заинтересованный взгляд на фото мальчика, Владычица рассмеялась. — О, это будет интересно, — сказала она, и вихрь ледяных кристаллов закружился вокруг трона, наполнив воздух тысячами искр от удовольствия крио-архонта. — Было бы неплохо видеть здесь детское лицо. Я так скучаю по чему-то милому и очаровательному во Дворце. И, как говорится, остальное уже история.***
Сказать, что Маленькому Аяксу удалось моментально завладеть их сердцами, значит ничего не сказать. Благодаря объединенным усилиям Предвестников мальчик рос как на дрожжах, оттачивая свои навыки, интеллект и физическую силу. Особенно последнее, благодаря экспериментальным смесям Дотторе. К восемнадцати годам, через два года после того, как он стал самым молодым Предвестником в истории Снежной, Аякс вытянулся настолько, что даже возвышался над некоторыми из Предвестников. Коломбина не переставала дуться, когда в очередной раз обнаруживала, что все милые костюмчики, сшитые для него, снова не подходят его долговязому телу. Впрочем, каждый раз быстро забывая обиды ради прекрасного повода заказать новый гардероб для мальчика. Но, несмотря на внушительный рост, для них он по-прежнему остается Маленьким Аяксом, даже если с тех пор они привыкли называть его «Чайльд». Чайльд — их маленький кровожадный монстр, безжалостный убийца с прелестным детским лицом, плод их совместного воспитания. Именно с мыслью о том, чтобы мальчик был счастлив, они и предложили Царице отправить его в Ли Юэ с грандиозной миссией по краже гнозиса Гео Архонта. В конце концов, ведь Чайльд стремился исследовать мир и сражаться с новыми противниками. Так что может быть лучше, чем отправиться в Ли Юэ, с его бесконечным разнообразием богов и волшебных существ, с которыми он может помериться силами? — Увидишь, Пульчинелла, я стану еще сильнее! — заявил Чайльд вечером перед отплытием к солнечным берегам Ли Юэ. — Это будет потрясающе. Мне не терпится найти Моракса и вызвать его на настоящую битву! Как ты думаешь, а смогу я вызвать кого-нибудь из Цисин на поединок? Было бы неплохо, если бы я смог устроить какой-нибудь разминочный бой! — Помни о своей миссии, мальчик, — наставлял его Пульчинелла. Жестом велев Чайльду наклониться, он поправил красивый красный шарф на его шее – один из многих подарков от Коломбины. — Ла Синьора также будет наблюдать за ситуацией. Не забывай следить за ней и ее махинациями! И ни в коем случае не злоупотребляй своим Глазом Порчи. Ты же знаешь какой вред он наносит твоему организму. — Да знаю я, знаю! Буду следить за ней и ее интригами. Перестань уже меня воспитывать, старик! На следующий день Пульчинелла наблюдал за тем, как Аякс покидает Снежную, в полной уверенности, что мальчик вернется абсолютно счастливым от открывшихся перспектив сразиться с новыми и сильными противниками. Он ожидал грандиозного праздника по случаю возвращения Чайльда, на котором они будут обсуждать его приключения в Ли Юэ. Но Пульчинелла совершенно не собирался топтаться перед дверью Чайльда, осторожно постукивая костяшками пальцев по дереву, чтобы не спугнуть молодого человека, который едва не забаррикадировался внутри, как только проводы Ла Синьоры закончились. — Чайльд? — Пульчинелла снова стучит в богато украшенную дверь его комнаты. У каждого Предвестника есть свои покои в Заполярном дворце, чтобы сделать пребывание на службе максимально комфортным. Снова, как в детстве, обращается: — Чайльд? Это Пульчинелла. Могу ли я войти? Раздается тихий щелчок, и дверь открывается. Чайльд смотрит на него через щель, его лицо несчастно, глаза покраснели. — Привет, Пульчи, — бормочет он. — Что случилось? — Ты сбежал с собрания до того, как я успел с тобой пообщаться, — говорит Пульчинелла. — Итак, я могу войти? Дверь распахивается. Пульчинелла входит, прежде чем мальчик успевает передумать. Это не первый раз, когда Пульчинелла видит комнату мальчика изнутри. Он бывал там, когда помещение было только-только предоставлено в распоряжение Чайльда, а также оставался рядом с мальчиком на протяжении всего***
— Мальчик совершенно разбит и это имеет прямое отношение к господину Чжун Ли! Пульчинелла разглагольствует перед своими коллегами, в полном составе (за исключением Пьеро и Иль Дотторе, которые ушли творить Царица знает что) собравшимися для очень важного обсуждения. — Вы знали, что причина, по которой он остался в Ли Юэ, вместо того, чтобы вернуться в Снежную, заключалась в улаживании дел с этим человеком? Это важно! Панталоне смотрит на него: — …Каких дел? — Личных! — выплевывает Пульчинелла так, будто это ругательство. — Сначала он говорит, что это не важно, а затем настаивает на том, что между ним и господином Чжун Ли ничего не происходит. — Между ним и господином Чжун Ли что-то происходило? — тут же вмешивается Панталоне. — Вот и я спросил! Так мальчишка вышвырнул меня из комнаты прежде, чем я успел его хорошенько прижать! Меня! После всего, что я для него сделал! Непослушный сопляк! Пульчинелла получает свою долю сочувствия, что заставляет его почувствовать себя немного лучше. — Кто же этот господин Чжун Ли? — спрашивает Иль Капитано. — Что мы на данный момент о нем знаем? Панталоне достает из кармана пальто небольшой сложенный листок бумаги и начинает неторопливо его разворачивать. Постепенно листок превращается в длинный список, который волнами опускается на пол. — Товарищи, у меня есть перечень покупок, которые наш Чайльд сделал либо для похоронного бюро Ваншэн, либо для господина Чжун Ли лично. Да, очевидно, что этот господин Чжун Ли работает в похоронном бюро. Как видите, этот список весьма…обширен. При этом здесь не все покупки, а только те, которые мои сотрудники смогли отследить. Я отдал приказ провести полную проверку расходов. Но давайте вместе рассмотрим некоторые из этих пунктов, хорошо? Панталоне откашливается и начинает читать: «2 августа ХХХХ – обед в Глазурном Павильоне. Стоимость: 28 500 моры. 22 августа XXXX — ужин в ресторане Народный Выбор. Стоимость: 31 000 моры. 27 сентября XXXX — антикварная ваза в Ювелирном доме Минсин. Стоимость: 20 000 моры или более…» Это продолжается и продолжается. По мере того, как Панталоне продвигается дальше по списку, Предвестники начинают обмениваться понимающими взглядами. Пульчинелла уверен, что картина вырисовывается вполне отчетливая. Во-первых, ясно, что Чайльд тратил деньги на этого господина Чжун Ли. Много денег. Во-вторых, много денег потрачено на роскошные обеды и антиквариат. В-третьих, ко всеобщей тревоге, траты на обеды и антиквариат начинают видоизменяться. Они становятся спектаклями – операми и премьерами с местами в ложах – и личными безделушками, вроде гребня здесь, пары сережек там, набора кистей для макияжа из тончайшего волоса… И все высочайшего качества. В-четвертых, и последних, меняется скорость, с которой Чайльд тратит эти деньги. Когда мальчик только прибыл в Ли Юэ, он тратил крупные суммы тут и там и ничего не покупал для этого господина Чжун Ли. Но затем, в течение года, эта разница во времени сокращается с одного раза в месяц до одного раза в несколько недель, затем одного раза в несколько дней. К концу года Чайльд покупал вещи для господина Чжун Ли несколько раз в день. — Мальчика использовали! — шипит Сандроне, как кошка, которой наступили на хвост. — Причем откровенно! — вторит сквозь зубы Арлекино — А болван хоть замечал, как выдаивали его мору? — Мне это не нравится. Мальчик обычно более осторожен, — отмечает Иль Капитано. — Он проявляет такое великодушие только по отношению к любимым людям. В комнате воцаряется тишина. — ЛЮБИМЫМ?! — Мальчик влюбился в этого господина Чжун Ли?! — Н-н-но он еще совсем мальчик! Наш Маленький Аякс! — Как это произошло? Мелкое чудовище никогда раньше не проявлял ни к кому никаких привязанностей! — Вот именно! Именно потому что он этого не делал, — говорит Пульчинелла. — Он никогда раньше не проявлял интереса вообще ни к кому. Минутная тишина взрывается еще большим хаосом. — Что?! — Наш мальчик впервые влюбился! И в какого мерзавца! — Как посмел этот негодяй так использовать мальчика! Как он мог расстроить нашего малыша?! — Он испытает на себе гнев Предвестников! — Дамы, господа, возможно, мы делаем поспешные выводы, — вмешивается Панталоне. Он складывает свой список в аккуратный квадратик бумаги и убирает его в карман. — Знаем ли мы изначальную причину, почему мальчик расстроен? Мы знаем, что он расстроен, мы знаем, что это может быть связано с господином Чжун Ли… — Нет, Пульчинелла, то, что Чайльд решил остаться в Ли Юэ, чтобы уладить, — он морщится, — личные дела с господином Чжун Ли, вовсе не означает, что господин Чжун Ли сделал что-то, что расстроило мальчика. На данный момент у нас просто недостаточно информации. Предвестники смотрят друг на друга. Арлекино откашливается: — И что теперь?***
— Чайльд? Малыш? Пожалуйста, открой дверь, мы просто хотим немного поболтать! — Открой дверь, Чайльд! Мы знаем, что ты там! — Что он там делает? Почему он не отвечает! — Сейчас же открой дверь, засранец, а то мы ее вышибем! — Как это должно помочь? Мы пытаемся сделать так, чтобы он расстраивался меньше, а не больше! — Прекрати нянчиться с ним, Пульчинелла! — Ладно, с меня хватит, — рычит Сандроне и повернувшись к своей гигантской марионетке, командует: — Открой дверь! Механическая кукла делает то, что ей говорят – отводит руку назад и со всей силы обрушивается на дверь. Деревянная дверь выламывается со страшным грохотом, осколками щепок и облаком пыли. Пульчинелла отчаянно кашляя, отмахивается от мусора. — Ты сошла с ума, женщина?! Сандроне не отвечает и не ждет, пока осядет пыль, чтобы ринуться на штурм. Ворвавшись в комнату впереди всех со своей огромной марионеткой на буксире, она кричит: — Мальчик! Мы здесь, чтобы поговорить! Кто этот мистер Чжун Ли и что он для тебя значит? Мне приказать моим куклам поколотить его? Но в комнате совершенно тихо. В ней просто никого нет. — К-куда он пошел? — Пульчинелла утирает выступившие от кашля слезы, когда толпа вносит его внутрь. — Он только что был здесь! Иль Капитано протискивается в дверной проем из-за спины Пульчинеллы. — Его пальто нет, — отмечает он. — Как и зимнего снаряжения, но камин все еще дымится. Должно быть, он сбежал только что. — Нам нужно пойти за ним! Коломбина сжимает пальцами подбородок. — О, пирожочек, должно быть, сбежал в страхе после того, как Пульчинелла заставил его признать свои отношения с этим господином Чжун Ли. Что делает всю эту загадочную историю с Ли Юэ еще более любопытной. Панталоне вздыхает. — Коломбина права. Нам нужно найти как можно больше информации об этом господине Чжун Ли, чтобы мы могли не гоняться за Чайльдом, добиваясь от него ответов. Предлагаю разделять и властвовать. Двое из нас отправятся в погоню за мальчиком, а остальные займутся расследованием. Общим решением было отправить вслед за беглецом Пульчинеллу (из-за его способности разговорить мальчика) и Иль Капитано (на случай отказа от переговоров, он может попробовать вытянуть из Чайльда информацию посредством спаррингов). Все остальные обязаны найти всё и вся о господине Чжун Ли, включая то, кто он такой, сколько ему лет, есть ли у него живые родственники, чем он конкретно занимается, где живет, что любит есть, его отношения с Чайльдом, что ему нравится и так далее. Всё и вся под солнцем должно быть раскопано и вытащено на свет. Никакая крупица информации не может считаться несущественной. — К тому времени, когда мы закончим, мы будем знать об этом парне все, включая точную секунду, когда его матушка вытолкнула его на свет божий, — обещает Арлекино. Сандроне хихикает. — Да начнется великое докопательство!
