Просроченный Поттер

– Крестражи, то есть то, о чëм я думаю? У Вальбурги была пара книг о них, но даже мне она их не доверяла. Только после еë смерти Регулус разрешил забрать книги своей матери, ведь сам не хотел видеть, — Том действительно удивлëн, что Гарри слышал и об этом. Знания Поттера удивляли Реддла с каждым разом всë больше и больше. Но также его пугало то, что может подумать о нëм Гарри, если знает как создаются крестражи. – И что ты знаешь? Источников пусть и не много, но информация везде разная, я сверял, — Гарри опять сел на диван. – не так много, я не интересовался тем, из-за чего могли умереть люди, умереть, — последнее слово Поттер сказал уже тише, Том затаил дыхание. — Ты убил человека? — Вдруг дошло до Поттера. Сил Реддла хватило только чтобы кивнуть, подтверждая слова Гарри. Тот нахмурился, смотря на Тома, который завëл руки за спину. – Ты убил человека! — Уже громче воскликнул Поттер, Реддл думал, что он опять поступил глупо, так легко всë рассказав. Том не уверен, что будет уточнять, что убил он не одного человека. — Ты должен находиться в Азкабане, а не учить детей. Ты реально претендуешь на звание тëмного Лорда? Должен же знать, что добро всегда побеждает, — Гарри повернулся лицом к спинке дивана и уткнулся туда. – Если хочешь привести в пример Гриндевальда, то тот был идиотом, как ты понял, меня не так легко убить, — Поттер только что-то пробормотал в обивку и ненадолго приподнял голову. – Так и Гриндевальда не убивали, гений! — Прозвучало это явно не как комплимент. Том сжал руки, сдерживая себя от действий, о которых после точно будет жалеть, с Гарри нельзя поступать так, как он поступал с людьми, которые ему грубили до этого. – Зато это обеспечит мне безопасность уже точно, — Поттер что-то простонал в подушку, от высокомерных слов Реддла ему было плохо. – Это неправильно, — наконец совершенно спокойно сказал Гарри и сел обратно в нормальное положение. — В этом и смысл, что ты смертен. Как жить, если ты достиг так называемого «бессмертия», да и точно ли это оно? Всегда есть какие-то условия, из-за которых в конечном итоге осознаëшь, что лучше было бы умереть. Да мы же маги, чëрт возьми! — Совершенно не по-магически выкрикнул Поттер и сгорбился. Том только фыркнул. – Мы и так живëм на порядок дольше остальных, неужели ты лишил кого-то этой возможности, чтобы самому жить припеваючи? Это неправильно, — с каждым словом Гарри становился всë тише и тише. Реддл уже сжал зубы от злости, да ладно, Поттер же был почти такой же, как и он, почему он не мог понять Тома? Да и ничего те жизни и не стоили, они ничего не добились и не добьются в жизни, так зачем они, если Реддл мог прожить дольше за их счëт? Гарри что-то пробормотал себе под нос, Том развернулся, чтобы куда-нибудь уйти, чтобы он не сорвался уже на Поттера. Реддл был уверен, что тот в случае чего отобьëтся, так уже было, но рисковать, когда он в таком ужасном настроении, не хотелось. – Только не говори, что ты ещë и уходишь? — С дивана вскочил и Гарри. — Нет, ты никуда не пойдëшь, особенно когда ты представляешь реальную опасность для других людей, — Гарри схватил Тома за рукав пальто, которое он ещë не успел снять с улицы. Реддла раздражало это всë больше, он-то думал, что Поттер сможет его понять, но оказался не прав, настроение Гарри в последнее время слишком обманывало его ожидания, из-за чего в итоге он и получил то, что получил. Да и вообще, кем себя возомнил Поттер, героем, который спасëт мир от него? Смешно, ведь Том не злодей, особенно если сравнивать его с тем, кто и сам был не лучше, возможно, людей и не убивал, но ведь тëмную магию должен был использовать, так ведь? Реддл повернулся к Гарри, который продолжал крепко держатся за плотную ткань. Том медленно высунул руки из пальто и вот то уже лежало на руках у Поттера. – Я не злодей, или кого ты себе возомнил в голове, только из-за этого факта. Тебя предупреждало столько людей! Ты и сам столько раз концентрировал своë внимание на моих глазах, но испугался того, что я мог кому-то навредить? Знаешь, как это несерьёзно и по-детски? Ты должен был знать, что человек так просто не меняется, — Гарри сжал пальто в руках. Том же сложил свои руки на груди, с высока смотря на Поттера, который вот-вот выйдет из себя. Надо же, Реддл наконец смог его разозлить? А всë так просто оказалось, Том даже усмехнулся. – Это ты ведëшь себя по-детски! Обижаясь на то, на что не следует, или ты думал, что я спокойно отреагирую на твои речи тут? Ты убил человека, нельзя считать жизни других расходным материалом, — Поттер нахмурился и с силой кинул пальто на диван. — Меня ты тоже теперь убьëшь? Раз я не принял твою позицию, — несмотря на внешний вид, спокойно спросил Гарри. Реддл сжал руки в кулаки, Поттер не понимал его, это злило и расстраивало. Том мог расстроиться? И ведь даже сейчас он осознавал, что может, но он точно не хочет причинять боль Поттеру. – Ты — другое, — в оправдание только выдал Реддл, он оказался не способен собрать в своей голове воедино всë то, что сейчас хотелось выговорить Гарри. Поттер достал из кармана палочку. – Ну почему мне нравятся только плохие люди? — Вдруг проныл Гарри. Том сложил руки на груди. – Что ты имеешь ввиду? — Поттер сжал палочку в руке и опустил голову. Реддл и сам приблизился к Гарри, вслушиваясь в то, что тот бормочет себе под нос. Поттер резко развернулся на сто восемьдесят градусов и взял пальто, лежащее на диване, обратно в руки. – Я хотел приготовить нам обед или ужин, скорее обед. Ты никуда не уйдëшь, — строго сказал Гарри, мельком взглянув на Реддла. — Возможно, я оказался слишком самонадеянным, — Том не останавливал Поттера, когда он выходил из комнаты, уходить он не собирался, ведь разговор точно не закончен.       Реддл первый раз в жизни не мог сформировать мысль, он просто не мог понять, что именно он хотел сказать Гарри. Да и не знал он, что Поттер отреагирует так остро, всë же тот рос в окружении тех, кто бы поддерживал Тома. Он был в дружеских отношениях с Вальбургой, Регулус Блэк подчинялся Реддлу, никто из них не был «хорошим», так почему он получил так много осуждения? И обиднее всего тут то, что Гарри ушëл, не дослушал его, не продолжил спор, даже не напал, пусть и вытащил волшебную палочку! Но он просто ушëл, это так злило! И каша в голове, и каша в разговоре. Реддл подошëл к дивану, где сидел Поттер, и сел на него, почти скатываясь сразу на пол. Том прикрыл глаза, стараясь наконец сформулировать точную мысль, что вихрем крутилась в его голове, и не бегать с одной темы на другую. Ничего не выходило.       Реддла невероятно бесило всë. Конечно, он понимал, что когда-нибудь расскажет Поттеру, не может же он молчать вечно, но оказывается, что Гарри оказался ещë не готов. Но сейчас радовало и то, что Поттер хотя бы не напал на него, а ведь мог, и Том не уверен в том, что знает, кто победит в этой ситуации. Он явно не был в лучшей форме, даже если не устал, да и как он мог устать гуляя? Были дни намного и хуже, но в итоге уставшим он чувствует себя только из-за реакции Поттера на то, что он убил человека. Было бесполезно сейчас объяснять то, что убил он далеко не одного человека. Для Реддла это было то же самое, что и использовать запрещëнное заклинание на сумке. Том в упор не понимал, в чëм разница, ведь и то, и другое — нарушение закона, так какая разница, какой степени тяжести? Реддлу хотелось закутаться в пальто, но то унëс Гарри, видимо, Том не заметил, как тот взял с собой и пакеты с едой. С кухни начали доноситься шуршащие звуки, Реддл запомнил расположение комнат в доме ещë на поттеровский день рождения и ему хотелось пойти сейчас к Гарри, вдруг захотелось есть. Но вместо этого он только нормально сел на диван и схватил не вскрытую пачку печенья, что неизвестно сколько пролежала на столе.       Вскрывая еë, Том подозрительно заметил слишком раннюю дату производства. Печенья оказались просроченными, Реддл цыкнул и всё равно съел рассыпающийся кружок. В его жизни бывали моменты и хуже…

***

      Гарри же с трясущимися руками стоял у плиты, он должен рассказать о Томе. Но с таким же успехом он может рассказать и про свои проступки, коих было достаточное количество. Но убить человека — совершенно другой уровень, особенно ради подобного ритуала, читал как-то о таком Поттер совсем немного, но и тогда ему стало противно и тошно. Да и он, скорее всего, сообщил бы, если бы не считал Азкабан таким же бесчеловечным местом, бывал там пару раз Джеймс и Сириус, и даже со стороны надзирателей — есть чему бояться в этом месте. Гарри и до этого знал о низкой эмпатии друга, но чтобы всё было настолько ужасно? Он не подозревал или не хотел думать, все были правы, когда говорили о том, что ему пора взрослеть. Больше всего злило то, что Малфой оказался прав, первый раз в их жизни, как же тот наверняка обрадуется, когда Поттер скажет «ты был прав».       И как же было страшно от того, что Реддл даже не раскаивается из-за того, что убил человека, буквально изуродовал свою душу и сделал крестражем семейную реликвию. Гарри бы никогда не смог осквернить мантию-невидимку, которую вполне можно считать такой же реликвией. Было не так страшно слышать о каких-то тëмных заклинаниях, которые использует Том, всë же так делают буквально все чистокровные слизеринцы. А Реддл явно восхищался своим родством с основателем этого факультета. Да и слушать, как эти же самые заклинания Том использовал в менее цивилизованных странах, чем магическая Британия, тоже не удивительно, ведь по своему опыту знал, какое беззаконие могло происходить. Но его всë равно пугало это, да и то, что он в безопасности из-за слов «ты — другое» не очень-то и утешало, ведь жизнь — это жизнь, она бесценна, и нельзя говорить, что кто-то ценится выше, а кто-то ниже, это было отвратительное деление.       Гарри тяжело вздохнул и быстро вскочил со стула, он хотел приготовить что-то лëгкое, ведь не мог нормально сконцентрироваться. Но и тут он умудрился забыть о мясе на сковородке и явно его подпалить. Поттер цыкнул, открывая крышку сковородки. Воняло подгоревшим луком, Гарри тут же выключил плиту и взял лопатку, чтобы перемешать мясо. Только сейчас он обратил внимание на то, как рука, в которой он держал ручку сковородки, тряслась, как он не заметил этого? Удивительно, как только не порезался. Поттер застыл на месте, прислушиваясь к звукам в доме, было тихо, но не было абсолютной тишины, Реддл всë ещë находился в гостиной, он не должен был его оставлять, но даже Гарри немного испугался из-за чего и ушëл на кухню, отвлекая себя готовкой. Пусть и глупо в данной ситуации вообще пытаться отвлечься, ведь это всë равно у него не получалось.       Поттер тяжело вздохнул и решил наконец взглянуть страху в глаза и опять поговорить с Томом, может сейчас они смогут договориться. А если нет, но Гарри ведь надо предпринять какие-то действия? Поттер медленно зашëл в гостиную, нервно теребя рукав, ему действительно было страшно. Сейчас Гарри не мог предугадать действия Реддла, как делал до этого, это невероятно пугало. Гарри поднял голову и увидел мирно сидящего на диване Тома, который ест печенья, что лежали на столе, кажется, ещë с его прошлого дня рождения. Реддл лениво взглянул на него и сам опустил взгляд на свои руки, наверняка разглядывая кольцо. Гарри волновало это уже час, волновало больше всего на свете, поэтому он просто не смог сдержать в себе этот вопрос: – Кого ты убил из-за него? — Том выглядел всë так же расслабленно, как и до этого. Поттер облокотился на дверной косяк, он немного боялся слышать об этом, но было слишком интересно. Когда-нибудь эта его тяга к неизвестному его погубит, даже его отец с крëстным говорили ему то же самое в детстве, они все были правы. Ведь теперь из-за своего любопытства и восхищения он спрашивает у человека о том, как он убил человека. Когда сам чувствует омерзение ко всему, что могло лишить жизни человека, иногда ему было жалко и животных, но Поттер не мог отрицать пользу одежды из чешуи, что может быть огнестойкой, или питательность и вкусность мяса. Но Гарри никогда не поймëт, какую пользу может принести смерть человека. Каким бы плохим он ни был, этого не заслуживает ни один человек! – Для кольца? — Поттер закусил губу, этот тон звучал так странно. — Точно, чего же ещë, — вдруг усмехнулся Том. Глаза Гарри округлились, это дошло до него быстрее, чем то, что Реддл убил человека. Но что, если Том убил не одного человека? – Том, кого ты убил? — Перефразировал свой вопрос в более удачную форму Поттер. Реддл вздрогнул от такого, в комнате повисла тишина. Реддл не спешил отвечать на вопрос Гарри, он же терпеливо ждал ответа. – Семью своего отца, — коротко ответил Том спустя несколько минут. Поттер продолжал сверлить его взглядом. — Отец, его жена, мой дед и бабка, все маглы, так правда ли, что я должен понести наказание за убийство маглов? — Вдруг оскалился Реддл. – Но он же был твоим отцом! — Гарри сжал руки в кулаки. Он невероятно удивлëн тем, что услышал. Убить свою семью? Как вообще так можно? Поттер никогда этого не поймëт. – Моя мать опоила его любовным зельем, а когда забеременела, перестала поить его, надеясь, что он останется с ней из-за меня. Естественно, моя мать осталась на улице, ведь еë отец и брат никогда бы не приняли того, кто спал с маглом. Она так и умерла, родив меня на пороге приюта и дав имя, имя как у моего поганого папаши, который все эти годы знал о моëм существовании, но предпочитал игнорировать. Это ты хочешь назвать семьëй? Людей, что не умеют думать и брать на себя ответственность? Люди, за чьи действия приходилось отвечать мне? — На удивление совершенно спокойно сказал Том, Гарри и сам теперь не знал, как реагировать, ему вдруг стало так жалко Реддла, даже если тот убийца, он не мог ему не сострадать. — Продолжать? Я не упомянул о том, что семья моей матери много поколений смешивала кровь, чтобы сохранить так называемую чистоту крови, отец моего деда был отцом и бабушки. Только моя мать разрушила всë это, по совершенно случайному стечению обстоятельств, — Поттер скривился, он не знал, как реагировать на подобное. Даже те, кто переживал за свою кровь, понимали, что спать с родственниками — ужасно. Но чтобы какая-то семья жила так до сих пор, и жила бы? Это по-настоящему было невероятно. – Я не знаю, это просто ужасно, — только смог выдавить из себя Гарри. Реддл продолжал усмехаться. Том фыркнул, подозревая о том, о чëм думал сейчас Поттер. – Только не смей говорить о том, какой я бедный и несчастный, — Гарри нахмурился. – А что мне делать? Пока ты тут признаëшься мне в убийстве твоей, — Поттер замялся. — Твоих родственников, я должен просто кивнуть и принять всë это? Или какой реакции ты от меня вообще ожидаешь? — Реддл закатил глаза, Поттер ждал ответа, хоть какого-нибудь ответа. – Чтобы ты меня понял, чтобы хоть кто-нибудь меня не боялся, мы ведь так похожи, — спустя пару секунд молчания тихо сказал Том. Гарри не понимал, как он не мог жалеть Реддла, если он рос так плохо, что всë привело именно к этому?       Поттер понимал, что это далеко не оправдание, но ведь и Реддл вряд ли так сильно виноват? Даже если разорвал свою душу на две части, Гарри бы также не хотел чувствовать ту же боль, что явно испытывал Том. – Разве не все тебя любят? — Неосознанно вырвалось из Поттера. Реддл тяжело вздохнул и встал с дивана. – Любят, когда я подлизываюсь к ним, чтобы получить желаемое? Возможно, но даже тогда меня ненавидят, — Том сжал в своей руке медальон, что висел на шее. — Никогда я не получал что-то просто так. Кольцо, которое принадлежало мне по праву, мне пришлось красть. Медальон на моей шее, который продала моя мать, видимо для того, чтобы выжить, мне пришлось унижаться перед продавцом какой-то лавки, чтобы получить это! — Гарри хмурился, смотря на медальон, на который он раньше не обращал особого внимания. – Том, это, это ведь тоже? — Гарри хорошо запомнил, какая энергия исходила от кольца, то же самое сейчас он чувствовал на груди у Реддла. Том усмехнулся, подтверждая догадки Поттера…

***

      Пусть Гарри и не смог уснуть сегодня ночью из-за волнения, он был счастлив, что наконец смог навестить своих друзей и их дочь. Поттер смотрел на спящую Розу в колыбельной и улыбался. Рон, сидящий рядом с ним, явно уснул ещë десять минут назад, когда Гарри и пришëл к ним, а Гермиона отлучилась, чтобы принести чай. Поттер не собирался будить друга, тому явно самому не удалось вздремнуть сегодня ночью, Гарри не знал, как тяжело с детьми, ведь до этого максимум нянчился с детьми животных. Поттеру даже представлять не хотелось, как тяжело может с ними быть. Гарри ещë раз взглянул на спящий комочек, а после на такого же спящего друга, сходство очевидно, Поттер усмехнулся. В детскую наконец вернулась Гермиона с двумя кружками, из одной она пила сама, а вторую передала Гарри.       Грейнджер села рядом с Поттером, дала ему чай, а сама облокотилась на его плечо и тяжело вздохнула. – Рон спит? — Только тихо спросила она, Гарри хмыкнул и кивнул. — У тебя как с твоим Реддлом? Я, кстати, пару статей его нашла в старых журналах, талантливый человек. Всë не могла с совой их отправить, может так найду, куда положила? — Шëпотом разговаривала Гермиона. Поттер тяжело вздохнул, не хотелось выливать на и без того уставших друзей свои проблемы, правда Реддла уже тяжело считать личной проблемой, когда он столько натворил. Три крестража, это немыслимо, и Гарри казалось, что невозможно, разве есть какая-то необходимость в нескольких крестражах, когда и один так тяжело создать? А тут целых три, и Том не планировал останавливаться. Но он прекратил, возможно ли, что уже Поттер смог повлиять на это? Если да, то это уже отличный знак, сможет ли Реддл раскаяться в конечном итоге? – Вчера ходил с ним на свидание, потом мы пошли ко мне домой и, — Гарри прервала Гермиона. – И теперь у тебя есть парень? — Поттер тяжело вздохнул. – И теперь я первый раз в жизни скажу, что Малфой был прав, но наполовину. Ладно, на большую половину, — Гарри почти сорвался на обычный голос, эмоций были слишком много, чтобы разговаривать шëпотом. Гермиона поперхнулась чаем и быстро отодвинула от себя кружку, чтобы на разбрызгать всë содержимое на одежду. – Что такого сделал Реддл? Паучка убил? — шипя спросила Грейнджер, а после взглянула на спящую дочь и мужа. — Пойдëм отсюда, пока эти спят, — тяжело вздохнула она и встала, сразу идя к выходу из комнаты. Гарри поджал губы, направляясь прочь из комнаты. Он не знал, насколько корректно будет говорить о тех, кого убил Реддл, всë же Том ведь доверился только ему. Поттер тяжело вздохнул, когда они оказались в гостиной, и тихо заговорил, всë ещë боясь разбудить Розу: – Ну, скорее, всë, что рассказывал Драко и Регулус, оказалось правдой, — Гермиона нахмурилась, пытаясь вспомнить, что она знает о Томе. – И теперь он тебе больше не нравится, а вам ещë работать вместе и ты переживаешь? — Гарри покачал головой, Грейнджер облокотилась на ближайшую стену. — Тогда в чëм заключаются твои переживания? — Поттер опустил голову и начал дëргать концы митенок на ладони. – Мне его жалко, — Гарри опять перешëл на шëпот. – Несмотря на то, что он сделал что-то плохое? — Поттер кивнул, Гермиона прикрыла лицо рукой, о чëм-то размышляя. – О Мерлин, мы же больше не подростки, напомнить тебе, в кого ты сам влюблялся? Чжоу Чанг, противная особа, что любила посмеяться над другими. А Джинни? Напомнить, как она смеялась, пуская в слизеринцев жалящее? Далеко не самое приятное заклинание.       Гарри только кивал на всë, что говорила Грейнджер. Гермиона же остановилась, смотря как еë друг продолжал бездумно кивать, даже в тишине. – В общем, не все такие правильные, как ты, смирись, знаешь, как мы с Роном обсуждали, как удивительно, что ты со своим типажом в Драко не влюбился? — Поттер тут же поднял голову и уставился на подругу, та устало улыбалась. – Вот только этого не надо, Драко — придурок, — Гермиона фыркнула. – Отлично, скажи это ему при следующей встрече, интересно, что получится, — Гарри закатил глаза, но так же устало усмехнулся. – Вот и скажу, мне нетрудно, не переживай, — Грейнджер зевнула, Гарри сложил руки в замок, чтобы не мучать бедные перчатки. – Отлично, хочу в сотый раз посмотреть, как он удивляется, когда ты говоришь женатому человеку, что он придурок и ты бы не стал с ним встречаться, — после этих слов в комнате на секунду воцарилась тишина, а после оба рассмеялись.       Гарри перестал смеяться первым, осторожно заглядывая за дверной проëм, в комнату, где спали Роза с Роном, никто из них не кричал, значит пока всë в порядке. Грейнджер же дошла до дивана и легла туда. Поттер только покачал головой, сколько они договаривались о встрече, а в итоге всë заканчивается только тем, что все вокруг него устали и спят. Гарри только вновь подошëл к детской кровати и достал из кармана то, о существовании чего он почти забыл. Небольшая плюшевая игрушка в виде нюхля, слишком многие говорили о том, какой он милый. Поттер не сдержался и сшил это, правда у него бы он долго не прожил, Грег бы быстро выклевал глаза тому, кто по его мнению является соперником, раз Гарри так часто с ним возится. Поттер аккуратно положил игрушку рядом с ребёнком, Гарри лишь надеется, что с Розой он проживëт немного дольше, чем у него.       Гарри тяжело вздохнул и сел рядом с Роном. В последнее время его удивляло, как быстро всë идëт, вот и у Рона с Гермионой уже семья, пока ему всë не везëт. И Грейнджер права, они не подростки, и уже пора перестать игнорировать проблемы и надеяться, что они пропадут сами по себе. Нужно поговорить с Томом и хотя бы попросить уволиться. Ну не может убийца работать с детьми, пусть и об этом никому не известно, хотя, мог ли Дамблдор догадываться? Мог ли он не хотеть брать его на работу из-за того, что знал? Альбус всегда о всëм знает. Не значит ли это, что это Гарри подверг детей потенциальной опасности? Поттер зарылся лицом в руки, пытаясь кричать как можно тише. Да и правда ли, что Гарри сделал только хуже? Реддл ведь стал спокойнее, перестал убивать, да и Поттер не знал об опасности, так правда ли он виноват, или в очередной раз сам себя накручивает? Гарри укусил себя за ладонь, чтобы не разныться, одного плачущего ребëнка явно уже хватит.