В поисках чего-то важного

Краткое содержание: Проводить время порознь не всегда легко, но когда дело касается Брайана и Джастина, — это просто невозможно. Но значение имеет только то, что они могут в конечном итоге воссоединиться. Часть первая «Вавилон» (2005) От автора: События происходят за пару месяцев до 1 части «На расстоянии»       Вид «Вавилона», только что восставшего из пепла, не может не вдохновлять. Джастин возвращается туда через неделю после повторного открытия, обнаруживая, что клуб не только реанимирован, но и полностью возрожден и практически реконструирован. Входя внутрь, Джастин чувствует себя зачарованным. Он видел фотографии и слушал Брайана, жалующегося на трудный процесс перепланировки, по нескольку часов подряд, но на самом деле ступить в клуб — это совершенно другой опыт. Это почти трансцендентально.       Пробираясь сквозь толпу, ослепленный мерцающими огнями и сверкающими поверхностями, Джастин чувствует прилив гордости. То, что Брайан сделал здесь, совершенно невероятно. Он так отвлечен великолепием «Вавилона», что застигнут врасплох, когда какой-то пьяный парень хватает его и затаскивает в свои грязные объятия — что-то среднее между объятиями и танцем. Парень ухмыляется ему и невнятно бормочет:       — Ты же должен быть в Нью-Йорке? Я думал, ты переехал туда!       Кем бы ни был этот парень, он свихнулся от выпивки или таблеток — или, возможно, от того и другого одновременно. Джастин всматривается в него и думает, что может знать его по задней комнате, но кроме этого он ничего не помнит. Парень пытается вовлечь его в танец, но Джастин отстраняется.       — Я приехал в гости. Завтра день рождения моей лучшей подруги. Ты не видел Брайана?       — Кинни? — спрашивает парень, как будто Джастин имеет в виду какого-то другого Брайана. — Этого жалкого ублюдка? Он должен быть где-то здесь. А если серьезно, то какого черта ты здесь делаешь? — он громко хихикает и добавляет: — Отваливай обратно в Нью-Йорк. Зачем ходить по клубам здесь, когда можно пойти в клуб там?       Джастин заставляет себя улыбнуться и вырывается из рук парня.       — Увидимся.       — Подожди, мы могли бы…       Джастин игнорирует предложение, которое ему невнятно делают, и продолжает пробиваться сквозь толпу. Он решительно сопротивляется желанию повернуться и ударить парня за то, что тот несет всякую чушь.       У Брайана, как бы заманчиво это ни звучало, есть просто более неотложные дела. После тщательной проверки танцпола Джастин направляется к бару в надежде найти Брайана там. Это правда, что в Нью-Йорке есть несколько чертовски фантастических клубов — на самом деле, Нью-Йорк фантастичен во всем. Но нет места лучше дома. Нью-йоркские клубы — это здорово, но им не хватает определенной уверенности. Может быть, это знакомство или ностальгия — те личные связи, которые ему еще предстоит наладить с клубами Большого Яблока. Или, может быть, кто-то определенный. Джастин усмехается, когда замечает Брайана у бара с Эмметом и Тедом. Да, это однозначно кто-то определенный.       Брайан стоит спиной к Джастину, не замечая его приближения. Джастин использует шанс полюбоваться Брайаном, который выглядит чертовски сексуально в обтягивающих джинсах и черной футболке. Побаловав себя сеансом разглядывания, Джастин привлекает внимание Эммета и Теда. Когда его замечают, он прикладывает палец к губам. Оба прячут улыбки и продолжают разговаривать с Брайаном. С горечью, пронизывающей голос и напряжением, отчетливо читаемом на плечах, он жалуется и стонет о какой-то катастрофе на работе. Почувствовав укол беспокойства, Джастин ловит себя на том, что ухмыляется. Он может быстро справиться с его плохим настроением.       Незаметно подкрадываясь к Брайану сзади, он изо всех сил пытается подавить смех, и у Теда, похоже, та же проблема. Даже бесстрастное лицо Эммета начинает сползать. Подождав когда Брайан поставит стакан (в конце концов, не хотелось бы, чтобы он подавился этой чертовой штукой), Джастин засовывает обе руки в задние карманы Брайана и страстно его ощупывает.       — Какого хрена?! — Брайан резко оборачивается с убийственным видом, а потом останавливается как вкопанный, видя Джастина. Тед и Эмметт начинают хохотать, а Брайан ухмыляется и хватает Джастина за рубашку. — Вот как ты приветствуешь меня спустя почти месяц?       Джастин лучезарно улыбается.       — Ты можешь придумать что-нибудь получше?       — Хммм, — Брайан выгибает бровь и ухмыляется, — а как насчет этого?       Он притягивает Джастина к себе, прижимает к стойке и страстно целует. Быть порознь почти месяц было непросто. Найти быстрый трах в Нью-Йорке легко, но они никогда не сравнятся с Брайаном. И он не может их целовать. Да и не хочет. Но хочет чтобы губы Брайана прижимались к его губам, язык Брайана танцевал с его языком, тело Брайана прижималось к его телу… Брайан, Брайан, Брайан.       Три недели и четыре дня — это чертовски долго. Это как если бы Джастин иссох и теперь наконец-то он снова может напиться. Он погружается в поцелуй, пока, подобно «Вавилону», не чувствует себя полностью ожившим. Но скоро выпутывается из объятий, потому что, увы, ему тоже нужен кислород.       — Ну и ну, — выдыхает Эмметт, обмахиваясь веером, — это было настоящее воссоединение. Иди сюда, детка…       — Руки прочь, Ханикатт, — предупреждает Брайан, прижимая Джастина к себе, — у нас есть важные дела, которые необходимо обсудить.       Джастин бросает извиняющуюся улыбку в сторону Эммета и с любопытством спрашивает Брайана:       — Например?       — Например, у меня не было приличного минета с тех пор, как мы виделись в последний раз, — Брайан хмурится и жалуется — громко и многозначительно, — если бы ты только знал, как жалок талант в этом городе в наши дни…       — Эй! — случайный парень в баре ощетинивается, уставившись на Брайана. — Ты что-то имеешь против?       Брайан смотрит на него в ответ.       — Кажется, я велел тебе никогда больше не открывать рта в моем присутствии. Эта проклятая штука бесполезна.       — Ну-ну, веди себя прилично, — упрекает его Эммет, когда парень в гневе срывается с места.       Брайан игнорирует мягкий выговор Эммета и притягивает Джастина ближе.       — Я отчаянно нуждаюсь в твоей услуге, Тейлор.       — Прямо сейчас, мистер Кинни? — Джастина охватывает трепет.       — Да, — шипит Брайан, сильно прижимаясь к Джастину. Трепет усиливается, когда Брайан рычит: — Никто не сосет член так, как ты.       — Вы понимаете, что есть люди, которые наблюдают и слушают? — ошеломленно спрашивает Тед.       — Надеюсь, они будут еще и смотреть, — парирует Брайан, — может быть, чему-нибудь научатся. Не будете ли вы так любезны пройти со мной в заднюю комнату, — Брайан пристально смотрит на Джастина, — и показать недоумкам, как это делается?       — С удовольствием, — лучезарно улыбается Джастин.       Брайан ухмыляется и тащит Джастина прочь от бара в заднюю комнату. Уходя, Джастин успевает на секунду поймать Эммета, который отчаянно вздыхает:       — Мы даже не обнимемся?       Джастин оборачивается и быстро целует его, и тот тут же перестает дуться и подмигивает. Тед машет рукой и что-то бормочет. Джастину требуется мгновение, чтобы понять: «Хорошо, что ты вернулся».       Вот только он не вернулся. Обратный билет, который купила ему мама (тьфу, он благодарен и все такое, но как неловко!), вернет его в Нью-Йорк к полудню понедельника. Кто знает, когда будет возможность приехать в следующий раз? Или когда Брайан сможет снова появиться в Нью-Йорке?       К счастью, внутренняя тревога Джастина обрывается, когда они входят в заднюю комнату. Нет времени волноваться, у него есть работа. Брайан начинает расстегивать джинсы, Джастин ухмыляется и дразнит:       — Ты собираешься призвать всех к вниманию или?..       — Одного нашего присутствия достаточно, чтобы добиться этого, — высокомерно заявляет Брайан.       Джастин смеется и толкает его к стене, падая на колени. Блядь, как он упустил это? Так скучал, что буквально дрожит от возбуждения, выпуская член Брайана на свободу. Он наслаждается ощущением его в своей руке, горячего и тяжелого, совершенно идеального. Джастину приходится сдерживать стоны от пульсации в своей ладони. Он отчаянно хочет попробовать, подразнить, пососать, проглотить — предстоящее путешествие проносится в его сознании быстрой лентой грязных образов, где член Брайана заполнял рот, толкаясь в горло, все смотрят, как он…       Джастин не может больше ждать. Он чувствует взгляды, прикованные к каждому его движению, но единственный действительно имеет значение. Он смотрит вверх и на мгновение встречается с глазами Брайана, который сглатывает и слегка выгибает бедра вперед. Его потребность совершенно очевидна. Джастин не посмел бы отрицать это; он гладит член несколько раз, извлекая из Брайана мягкие звуки удовлетворения, и ускоряет процесс, заглатывая ствол целиком. Брайан стонет. Джастин слышит какой-то глухой стук и, подняв глаза, видит запрокинутую от удовольствия голову Брайана — должно быть, он ударился о стену. Джастин все еще чувствует, как другие смотрят, как он сосет, и это только толкает его на удвоение, утроение, учетверение усилий. Он думает о просьбе Брайана — показать недоумкам, как это делается — и пытается сдержать смех. Придется серьезно отнестись к демонстрации. Прошло слишком много времени с тех пор, как он держал член Брайана во рту. Джастин хотел бы наклониться и потереть свой собственный член через джинсы, но одна его одна рука ласкает задницу Брайана, а другая гладит живот, проскальзывает под рубашку, жадно ощупывая тело.       К его жажде вскоре присоединяется жажда Брайана — по мере приближения к кульминации, Брайан начинает толкаться вперед, трахая рот Джастина. Джастин справится. Черт возьми, он обожает его принимать. Джастин стонет и толкает его обратно к стене, забирая инициативу себе. К тому времени, как Брайан кончает, Джастин уже не сомневается, что все смотрят на них. Проглотив семя, Джастин поднимает себя с грязного пола и целует Брайана.       — Я надеюсь, ты доволен демонстрацией.       — Очень хорошо, — хвалит Брайан, ухмыляясь.       Джастин выпячивает подбородок, бросая вызов:       — Очень хорошо? Извини, но я превзошел «очень хорошо» много лет назад.       Брайан смеется и целует его в губы, а потом поправляется:       — Превосходно.       — У меня тоже есть важное дело для обсуждения, — успокоившись, улыбается Джастин.       Брайан вопросительно поднимает брови, на что Джастин хватает его за футболку и притягивает максимально близко, шепча в самое ухо.       — Я не трахался как следует с тех пор, как видел тебя в последний раз.       — В самом деле?       Брайан ухмыляется и проводит руками по бокам, по бедрам Джастина и собственнически обхватывает задницу.       — В самом деле. Я отчаянно нуждаюсь в ваших услугах, сэр. — Джастин выгибается в руках Брайана и ухмыляется.       — Вижу, в каком ты отчаянии, — кивает Брайан, крепко сжимая руками ягодицы Джастина, — когда это было? Три с половиной недели назад? Это слишком долго без приличного траха.       — Слишком долго, — соглашается Джастин, скользя рукой вверх по шее Брайана, и зарывается в волосы, прикусывая плечо. Тот издает гортанный стон, и Джастин кусает снова, — мне это очень нужно.       — Мне кажется, ты остро нуждаешься в некоторой дисциплине.       — Даже очень, улыбается Джастин.       — В таком случае, — Брайан ощупывает его задницу, — думаю, нам лучше подойти к делу основательно. Эта… проблема может занять всю ночь       — Несомненно.       — Пора отвезти тебя домой, — в глазах Брайана что-то мелькает, когда он произносит слово «дом». Что бы это ни было, оно вызывает у Джастина нетерпение. Но тут Брайан улыбается и вкрадчиво спрашивает: — Идем?       Джастин чуть крепче обвивает руками шею Брайана и очень нежно целует его в уголок рта.       — Идем. Часть вторая Нью-Йорк (2006)       Спина Джастина блестит от испарины. Брайан хватает его за бедра сзади, любуясь изящными изгибами. Кровать скрипит под ними, вздрагивая с каждым грубым ударом, Брайан наблюдает, как капли пота скользят по спине Джастина к шее, стекая в волосы. Он толкается сильнее, заставляя Джастина стонать, только звук приглушен подушкой, в которую Джастин утыкается лицом. Брайан собирает в пригоршню влажные от пота пряди и тянет за них, получая удовольствие от стона Джастина.       — Блядь, да, блядь, трахни меня… — Брайан снова дергает за волосы, заставляя Джастина радостно ахнуть: — Сильнее, — умоляет он, отталкиваясь от грубых толчков Брайана.       Брайан не уверен, что он имеет в виду — то ли натяжение волос, то ли траханье. Поэтому он делает и то, и другое. Джастин снова кричит:       — Еще, сильнее, да, я сейчас…       Брайан сжимает кулак в волосах и грубо таранит жадную дырку. Это вызывает самый великолепный стон у Джастина, но этого недостаточно. Брайан хочет заставить его закричать. Теперь это не займет много времени — Джастин быстро приближается к краю. Он прижимается к Брайану, сжимаясь вокруг его члена, хрипя и постанывая, и…       — Блядь! Да!       Джастин кричит, придя к кульминации, а Брайан закрывает глаза и наслаждается этим. Несколько секунд спустя, он глубоко вонзается в Джастина и тоже кончает. Это так охуенно, что он теряется на некоторое время, и приходит в себя уже лежа на спине. Джастин лежит рядом, распластавшись по матрасу и слегка задыхаясь.       — Это было потрясающе, — улыбается Джастин, повернув голову.       Сняв презерватив и отбросив его в сторону, Брайан улыбается в ответ и лениво протягивает:       — Наивысшая похвала.       — Вполне заслуженно, — коротко и несколько устало отвечает Джастин, — блядь, я скучал по тебе.       Брайан бросает взгляд на тумбочку, ожидая увидеть там будильник, но тот исчез. Лампа на месте и стопка альбомов для рисования, которые обычно лежат там. У него возникают какие-то смутные воспоминания, что они сбросили его на пол, но как это произошло, остается загадкой. Теперь, когда часы исчезли, время пришло. Он бросает взгляд на маленькое окошко в углу, замечая намек на приглушенный янтарный свет, просачивающийся сквозь щели в дешевых пластиковых жалюзи. Еще один день промелькнул, как вспышка. Вчерашний прошел незаметно для них обоих, по крайней мере до тех пор, пока Джастин не пожаловался, что голоден, но, подняв трубку телефона, чтобы заказать еду на вынос, обнаружил, что почти полночь.       — Хорошо, что мы в Нью-Йорке, — самодовольно роняет Джастин, заказывая пиццу.       Брайан незамедлительно набрасывается на него, едва дождавшись завершения звонка. Назвать это просто «хорошо» — радикальное преуменьшение, это чертовски блестяще — вот что это такое.       С заходом солнца, учитывая лампу, теперь валяющуюся на полу разбитой вдребезги, комната быстро погружается в темноту. Брайан перекатывается на бок и ищет единственный оставшийся источник света — Джастина. Его лицо сияет самой лучезарной улыбкой, какую Брайан когда-либо видел. Пораженный, он придвигается ближе. Джастин целует его в изгиб нижней губы и улыбается еще шире.       — Ты хоть представляешь, насколько счастливым ты меня сделал? — радостно глядя на Брайана, спрашивает он.       — Э-э, да, — Брайан посмеивается и поддразнивает, — ты весь день не переставал улыбаться.       — Конечно, так здорово, что ты здесь.       — Я уже бывал здесь раньше.       Брайан проводит пальцем по груди Джастина, наслаждаясь мягкостью его кожи, настраиваясь на звуки города. Хотя он мечтал об этом месте с самого детства, но даже не подозревал какое оно и никогда не представлял все это таким образом. В его мечтах это было зрелищно и роскошно, с возвышающимися небоскребами, сверкающими огнями и постоянным движением. Теперь это вИдение конкретизировано, и заменяет мечты более тихой реальностью. Он чувствует город, простирающийся за квартирой Джастина — гул окружающей среды, эхо соседних домов — и ему кажется, что город подпитывает его своей энергией. Часто фантазии не могут совершить переход к реальности, не оказавшись разочаровывающими, но это… это лучше, это оживляет и вызывает привыкание.       — Да, но теперь ты остаешься навсегда, — Джастин с любопытством смотрит на Брайана, — верно?       — Навсегда, — мгновенно отвечает Брайан.       Обычно он воздерживается от высказываний в абсолютных выражениях, но в этом случае не может отказать себе. В конце концов, как сказать «нет»? Наконец-то он здесь. Новый Йорк больше не далекий оазис, недосягаемая влажная мечта; он здесь, в пределах его досягаемости, ждет, чтобы его завоевали. Эта мысль вызывает прилив адреналина во все без исключения вены Брайана, прожигая их насквозь. Он целует Джастина, вливая каждую унцию возбуждения в его тело. Целует до тех пор, пока Джастин не начнет стонать и извиваться вместе с ним.       Брайан отрывается от Джастин.       — Я люблю тебя, — выдыхает тот, закрывает глаза, улыбается и решительно повторяет: — Чертовски сильно люблю.       Брайан пристально смотрит на него: мягкий румянец на щеках, припухшая нижняя губа, челка беспорядочно прилипшая ко лбу. Эти слова все еще немного чужды ему, но он не может не ответить:       — Я тоже тебя люблю.       Они кажутся уже менее чужими, когда Джастин плюхается обратно на матрас, глядя в потолок, и объявляет:       — Мне нравится слышать, как ты это говоришь.       Брайан улыбается про себя и кладет руку на живот Джастина. Он ласкает его нежно, страстно желая заново познакомиться с каждым дюймом, которого не хватало с тех пор, как Джастин уехал из Питтсбурга. Они приложили все усилия, чтобы видеться как можно чаще в течение разделяющих месяцев, но сейчас все иначе. Джастин прав — теперь, когда он остается навсегда, все по-другому.       — Ты всегда это знал, — задумчиво произносит Брайан и добавляет дразнящим шепотом: — Ты высокомерный маленький пизденыш.       Джастин смеется и слегка краснеет.       — Просто приятно это слышать, вот и все.       — Ну да, конечно, — Брайан смотрит на него, все еще упиваясь зрелищем, и признается: — Приятно это говорить.       — Да?       — Да, — Брайан позволяет Джастину насладиться моментом, прежде чем ухмыльнуться и поддразнить: — Каждый раз у тебя такое дурацкое выражение лица… это довольно забавно. И даже мило. — Он едва сдерживает смех, видя как выражение лица Джастина превращается в полный шок и ужас, и дразнит: — И я говорю правду, Солнышко.       Выражение гнева на лице Джастина слишком забавно. Брайан пытается не рассмеяться, но этому слишком трудно сопротивляться, и он поддается порыву.       — Ты абсолютный засранец! — кричит Джастин. — Возьми свои слова обратно! Возьми их немедленно назад!       — Если хочешь, я могу сделать снимок в следующий раз, чтобы ты понял, что я имею в виду…       — Возьми. Свои. Слова. Обратно!       Брайан упрямо качает головой и разражается смехом, когда Джастин хлопает его по руке, бросается на него, прижимает к кровати и начинает безжалостно щекотать. Он игнорирует протесты Брайана и громко настаивает:       — Я не остановлюсь, пока ты не возьмешь свои слова обратно!       Через приступы смеха (отчасти приписываемые щекотке, но все же в основном исходящие от возмущения Джастина), Брайан смягчается:       — Ладно, ладно. Беру свои слова обратно.       — Хороший мальчик, — Джастин ухмыляется и на секунду отстраняется, позволяя Брайану думать, что он спасен, но возобновляет щекотку только потому, что он высокомерный маленький пизденыш.       — Все-все-все, — рычит Брайан, переворачивая Джастина на спину. Тот извивается, пытаясь освободиться от удерживающей хватки, и ему удается снова перевернуть на спину Брайана, но потом каким-то образом матрас уходит из-под них, и они валятся на пол.       Брайан приземляется на один из своих чемоданов и стонет, что заставляет Джастина приподняться и оценить ситуацию.       — Ты в порядке?       — Нормально, — отвечает Брайан, отодвигая чемодан в сторону. Он удерживает Джастина за бедра и предупреждает: — Ты действительно сейчас получишь.       — А что я? — Дьявольски ухмыляется тот.       — Ну, ты же сам напрашиваешься.       Брайан поднимает руку и замирает на мгновение в ожидании искры возбуждения в глазах Джастина, и резко опускает ладонь на задницу Джастина, задыхающегося и слегка вздрагивающего от резких шлепков. Брайан ухмыляется и шлепает его еще. Звук эхом разносится по комнате, пока его не заглушает громкий стон. Брайан гладит задницу, чувствуя, как кожа нагревается под его рукой, и приказывает:       — Считай.       — Ты имеешь в виду количество?       — Не совсем, — усмехается Брайан, — я остановлюсь, когда ты насытишься. Считай.       Пока Джастин нетерпеливо кивает, их разговор прерывает стук в стену.       — Блядь, — огрызается Джастин, глядя в стену.       — А теперь посмотри, что ты наделал, — ворчит Брайан.       — Это ты виноват!       — Чепуха, Солнышко, — фыркает Брайан. — Это ты все время стонешь и причитаешь.       — Ты первый начал, — дуется Джастин.       Брайан уступчиво улыбается и прижимает палец к губам Джастина.       — Ты можешь вести себя прилично и быть… тихим? — Джастин ухмыляется и засасывает палец Брайана в рот. — Я приму это как «нет», — коротко вздыхает тот. — Раз так, придется заткнуть тебе рот, Солнышко?       — Возможно, — ухмылка Джастина превращается в озорную усмешку.       — Что ж, хорошо, — Брайан снова шлепает его и приказывает: — Ложись на кровать.       Брайан доволен энтузиазмом, который проявляет Джастин, когда карабкается обратно в постель, выглядя невероятно счастливым, и Брайан не может не улыбнуться в ответ. После изнурительной неопределенности, они наконец-то снова вместе. Как следует вместе. В том же самом состоянии, в том городе, о котором Брайан мечтал с детства, и который, очевидно, является глубокой влюбленностью Джастина. Брайан чувствует, что и сам меняется. Приземлившись вчера, его первой мыслью была: «наконец-то я здесь». Теперь, когда он здесь, в самом центре города, и воссоединился с Джастином, все, о чем может думать: «я дома». Часть третья Нью-Йорк (2010)       Джастин просыпается от того, что матрас прогибается и чье-то дыхание щекочет шею, и сердце подпрыгивает к горлу. Сначала это страх — он должен быть один, так кто же вползает к нему в кровать? Но вскоре понимает, что это Брайан, и теперь сердце колотится в горле от чистой радости.       — Привет, — улыбается он, когда Брайан начинает целовать его в затылок.       — Привет, — бормочет Брайан, скользя руками по его груди, — скучал по мне?       — Как будто ты не знаешь.       — Я почти уверен, что знаю, — раздается негромкий ответ, за которым вскоре следует: — Я так, блядь, сильно скучал по тебе.       — Ммм.       После трех недель разлуки Джастин чувствует головокружение от нежного прикосновения губ и мягкого поглаживания рук Брайана. Он извивается в его объятиях и удовлетворенно вздыхает. Этот вздох быстро превращается в зевок, который напоминает Джастину, как он устал. Часы на ночном столике показывают четыре утра, а это значит, что он проспал около полутора часов с тех пор, как вернулся домой из студии.       — Как Питтсбург? — зевнув еще раз, спрашивает он.       — Нормально.       — Все в порядке?       — Фридман переподписался. Сделка с Фонтейном провалилась, и я решил, что просто вернусь домой пораньше. Нахуй тратить время с этим ублюдком.       — Ммм, — сочувственно мурлычет Джастин и берет Брайана за руку, — что ж, я рад, что ты вернулся.       — А как поживало мое Солнышко?       — Не так уж и плохо.       — Работал круглосуточно?       — Откуда ты знаешь?       Брайан хихикает:       — Ты наполовину спишь.       — Вовсе нет.       — Вовсе да. Ты едва можешь держать глаза открытыми.       Только тогда Джастин понимает, что его веки опущены. Он пытается открыть их, но они невероятно тяжелые. Он стонет и сворачивается калачиком на подушке.       — Прости.       — Не стоит, — Брайан целует его в щеку, — я тоже почти не спал прошлой ночью.       Джастин перекатывается на спину и смотрит на Брайана, который выглядит не менее уставшим. Джастину приходит в голову, что они переписывались до пяти утра — если Брайан не спал с тех пор, то он сейчас должен засыпать на ходу.       — Я собирался предложить тебе по-настоящему ленивый секс, — Джастин протягивает руку, гладя Брайана по щеке, — но ты же знаешь… мы всегда можем подождать… и отдохнуть… а потом заняться потрясающим энергичным сексом? — на лице Брайана появляется улыбка, и Джастина охватывает тепло. Ему не хватало этой улыбки. — Это «да»?       — Можешь считать это «черт возьми, да».       Джастин держит руку на лице Брайана и притягивает его к себе, чтобы поцеловать. Есть еще кое-что, чего ему так не хватало — губ к губам, вкуса, прикосновения языка. Жаль, что его прерывает их зевота.       — Ладно, — смеется Джастин, — это просто неловко.       Брайан медленно моргает, снова зевает, падает на грудь Джастина и бормочет:       — Не возражаешь, если я… останусь здесь?       Тепло продолжает распространяться по телу Джастина. Он обнимает Брайана, целует в щеку и шепчет:       — А где еще я хотел бы тебя видеть?