Я тебя прощаю.

       Метатрон сидит в своём офисе. На его столе лежат дела Михаила и Кроули. — Бедный, бедный Кроули, — бубнит он себе под нос, — Но ты здесь мешался. Всем.        Руки дрожат — как так, чтобы править чьи-то дела, чтобы самим не пасть? Метатрон уже сомневается в том, что они сделали всё правильно. Почему они не могли, к примеру, поговорить с Кроули? Он же верховный архангел, он бы их понял! Наверняка понял бы… — Что мы наделали, Михаил… Такого ангела умертвили… — из глаз невольно начинают течь слёзы. Совестно, — Что же мы наделали…       Он прикрывает лицо руками, понимая, что они совершили всё, что нельзя: лжесвидетельство, неверность, предательство.        Правда… Они оба уже давно не верны Богу. Метатрон — себе, а Михаил самому Дьяволу.

***

       О, Ад! Что творишь ты?       Шакс сеет дух войны. Одержимая идеей войны, она вооружает легионы демонов, дабы разгромить Рай. Она мечтает о внезапном нападении на Рай. Может, ей даже удастся это сделать. Большинство поддерживает идею Шакс, но находятся в этих рядах и предатели, которые не желают войны.        На очередном собрании нашлись смелые. — Почему мы обязаны идти на Рай? — донеслось из зала. — А почему нет? — Шакс мгновенно разозлилась. — Ну… — стало понятнее, кто же выкинул такую глупость, — Зачем нам это нужно? Какова цель? — Такая же, что и всегда! — крикнула она в злости, — Разгром Рая — наша победа! — Но зачем нам эта победа, если потом останется… Ничто?        По залу пошёл шёпот. А ведь и правда: что останется после этой битвы? Зачем это надо? — Поддерживаю! Зачем нам это надо? Просто существовать в пустоте? Это же ужасно! — донеслось из другой части зала. — Да как вы вообще смеете перечить мне?! МНЕ?! — Шакс вне себя от ярости, — Кто посмел идти против меня?! — Я, — какой-то демон поднял руку и шагнул вперёд, — Я посмел. — Изгнан на Землю, — шипела Шакс, — В качестве наказания.        Демон испарился. — Кто ещё? — она свирепо осматривала зал, что все, кто минутой ранее были против идеи, стали за, кроме самых смелых. — Мы! — прокричали с конца зала, — Мы против!        Там толпилась кучка из десяти-пятнадцати демонов, уверенно настроенные против Шакс. Шок, злость, обида, ярость не давали ей остановиться: — ИЗГНАНЫ!        Секунда и их нет. Остальные стояли тихо, опасаясь сделать любое лишнее движение. Шакс снова начала осматривать зал, выискивая предателей. — Они, — начала она внезапно, — предатели! Кто со мной?! — Мы! — прокричало большинство. — А ты? — где-то в передних рядах оказался демон, который был против, но боялся. Бедняжка. — Я… Я… — растерялся. — Изгнан, — шипела Шакс прямо ему в лицо.        Так она и выискивала предателей. В конце собрания оказалось, что около половины легиона теперь гуляют по Земле в качестве наказания. — Предатели, — бросила она напоследок и уходит к себе.        Придя в кабинет, Шакс села в своё кресло и начала думать: «Откуда же такие шавки взялись?» Так и просидев в раздумьях, ход мыслей медленно, но верно, вернулся к изгнанным на Землю.       Сейчас Шакс вспомнила о Кроули. «Что, если попытаться присоединить его к нам?» — задумалась она, но тут же вспомнила об их последней встрече, — «О нет. Идея — дерьмо. Он всё передаст этому… ангелу. Да и сам сожжёт половину Ада». Шакс снова задумалась и поняла, что давно не видно этого ангела на Земле. Да и его присутствия не ощущается. Кроули был зол и на нервах… А не означает ли это, что ангел его бросил? «О, тогда это хорошая возможность надавить на него», — подумала она, — «Ангела нет, Кроули без него жить не может… Да и тем более, поиграть с его нервишками», — Шакс довольно улыбнулась своим мыслям.       Она созвала к себе двух демонов и отдаёт приказ: — Задание важное. Не справитесь — я вас лично испепелю, — угрожала Шакс, — Слежка за демоном Кроули. Где, с кем, когда, зачем. Любая информация для шантажа. Вперёд.        Приказ перешёл в этап исполнения. Что же выйдет как результат этой слежки?

***

      Михаил брошен на Земле. Он бродил по оживлённым улицам Лондона, то и дело сталкиваясь с людьми. Многие останавливались и начинали отчитывать его за невоспитанность, но, увидев странный отблеск в глазах и недобрую улыбку, скрывались из поля зрения.       Как бы он ни старался — здесь Михаил чужой. Чего он только не перепробовал, чтобы получить работу, но нигде надолго не задерживался.       Самая первая проблема, встретившая Михаила на Земле — документы. Прописка, паспорт, страховка — у него не было ничего. И не мудрено. Даже из данных ему вещей, был лишь один единственный костюм светло-серых тонов, который уже спустя сутки успел провонять. «Какова же дрянь — человеческое тело», — думал Михаил, — «Денёк его не почистишь — сразу воняет. Даже крылья не надо чистить, а тут тело!» Это было его второй проблемой.       Он разобрался с документами — наплёл чуши, что ничего не помнит и не знает. Ему помогли. «Хороши, уроды», — думал Михаил, получая документы, — «Только медлительны».       Появились новые проблемы: если есть документы — он должен где-то работать, чтобы не помереть здесь. Да и апартаменты ему выдали не самые лучшие. Только он пришёл на первое собеседование, его выгнали за грязную одежду. На втором — вежливо отказали, объяснив решение тем, что: «У вас изо рта воняет, какой из вас официант? Тем более, вы не очень-то дружелюбны».       Так он и скитался — без работы и, как следствие, без дома. Бывало, приходила мысль: «Если податься к Азирафаэлю? Ах нет, он же теперь верхушка... А если к этому демону? Неа, слишком рискованно к нему идти. А если понял?» Вот и ходил без дела по Лондону. От него шугались все, особенно мамочки с детьми: как же, бомж на улицах столицы самой Англии!       Правда, самой главной проблемой оставалась лишь одна — его помыслы, идеи, задумки. Михаил жил идеей армагеддона. Он был покорён этой идеей. От одной мысли, что будет сражение, и Рай падёт, ему становилось легче.       Почему именно Рай? Да он никогда и не был за него. Михаил отдавал предпочтение Аду. Его ещё давным-давно заинтересовала другая сторона. Предостережения Метатрона не уберегли Михаила от внутреннего падения.       Как же так происходит? Сначала начинает отравляться разум; за ним душа; в конце концов отравляется тело — сосуд для разума и души. Вот внутренне — разумом и душой — Михаил пал давно, и его чуть не поймали на этом. Получилось выкрутиться, правда предательством, но его это несильно заботило. Всё равно его при любой возможности хотели выпереть за врата Рая — слишком странным был: идейным, наивным, добрым, хорошим, любопытным. Вроде все качества, какие должны быть, но Рай ждал именно от него подставы. Михаил лишь дал им возможность. По сути, это же хорошо, верно? Это не столь важно, потому что на месте после этого Михаил усидел долго — около шести тысяч лет с небольшим.       Верный своим идеям, он всё больше очернял свою душу, разум и тело: завидовал Азирафаэлю, что тот ни с того ни с сего стал верховным, когда он, Михаил, на это место метит, дай Бог, очень долго! Когда ещё Кроули был архангелом! Михаил злился на Метатрона, что тот и в этот раз его не прикрыл, на Уриила, что тот начал его презирать, на Азирафаэля, что тот вообще полез туда, куда не надо! Вот что ему могло понадобиться в этом запылившемся деле Кроули?       Глупец, Михаил! Он же бывший архангел, конечно, что нынешнему там понадобилось?! Тупица...       Он ненавидит мир. Он ненавидит Рай. Он ненавидит себя.       Одно только могло бы его спасти — умение переосознать свои идеалы и ценности, но, к сожалению, Михаил так сильно желал армагеддона, что не мог ничего... Желание лишь поглощало в нем рассудок, ему уже ничто и никто не поможет.

***

      Мюриэль сидит за столом и листает книгу пророчеств. «Почта!» — вспоминает он и идёт за ней. Обычно приходит одна газета, может быть рекламки, а раз в месяц — счета оплаты за аренду. Только сегодня там были ещё и письма. От неизвестного. «Хмм... Интересно...» — думает Мюриэль и уходит обратно к столу, — «Даже не написано от кого... Наверное, можно открыть?» Он достаёт письма и приходит в шок: кто, кроме Кроули, на Земле может знать о существовании Рая и Ада? Реальном существовании? Но слова в письмах ни разу не похожи на стиль Кроули. Кто бы это мог быть?       Прошу, ангел Азирафаэль, не устраивайте ничего. На меня это действует, я все чувствую. Умоляю вас, Азирафаэль, не устраивайте нового армагеддона!       Без подписи. Совершенно непонятно, кто же автор этих писем.       А им является тот самый Враг Рода Человеческого, Разрушитель Царств, Ангел Бездны, Великий Зверь, имя коему Дракон, Князь Мира Сего, Отец Лжи, Порождение Сатаны и Владыка Тьмы — Адам Янг. Да, именно он пишет письма на адрес Азирафаэля. Даже после того, как он остановил армагеддон, сущность его осталась неизменной. Он чувствует, что что-то грядёт, но не может до конца понять, что именно.       Адам заметил это в своём поведении: стал больше дерзить, грубить, сам постоянно тревожен. Родители списывали это на подростковый период, ведь многие дети начинают плохо общаться с окружением в этом возрасте. То же сделали и его друзья. Никто, кроме Анафемы не помнит армагеддона...       Поэтому Адам ограждается от друзей и сводит почти на нет их общение, под предлогом родительского наказания. В это время он сбегает к ведьме и просит её найти хоть что-то, объяснить. Анафема помнит, что сожгла второй том пророчеств, у неё его нет, а даже если бы и был, то она не поняла бы ни слова, ведь не возвращалась к этому уже более двух лет! Всё это время она лишь по-человечески поддерживает Адама, но старается отыскать хоть что-то в записях на чердаке.       В одну ночь, когда на следующий день к ней снова должен был прийти Адам, она видит... Пророчество.

***

      Земля начинает тонуть. Тонуть в адском влиянии.        По улицам бродят орды демонов, пытающихся выживать. Они никому из людей не хотят причинять вреда, но время от времени их сущности вырываются на волю.        Некоторые собираются в небольшие группы. Их объединяет мнение — никакой войны между Раем и Адом! Какой в этом смысл?! — Ну скажите мне, какой смысл? Мы — демоны — презираемы Раем, мы падшие, у нас свои дозволенности и рамки! Они — ангелы — педанты и зануды, у них свои дозволенности и рамки! Какой смысл нам меряться ими?! Мы же совершенно разные! Нельзя ли просто не мешать друг другу? — именно такую речь однажды услышал Кроули под своим окном.        «Не может быть, остались в Аду нормальные?» — думал он, лёжа на диване, — «Хотя… Они просто смелые. Нет. Долбанутые на всю свою демоническую башку, во. Кто сейчас пропрёт против Шакс? Только идиоты».        Но беспорядков на улицах Лондона лишь прибавляется. «Она что, решила весь Ад изжить или что?» — задаётся Кроули вопросом, наблюдая, как демоны призывают людей к миру, но совращают их, — «Безумие какое-то! Похуже чёртового апокалипсиса, мать его!» — думает он, усмехаясь, — «По-хорошему надо бы Азирафаэлю сообщить, но такую комедию… Я не хочу пропускать», — заканчивает размышлять Кроули и лишь ближе подсаживается к окну, ухахатываясь со всего этого зрелища.       Спустя около пары недель, Кроули надоедает просыпаться под лозунги «Долой Зло!» или «Миру мир!» Это глупо, всё должно быть в балансе. Без добра не бывает зла, а без зла не бывает добра. Вся эта ситуация начинает не на шутку напрягать Кроули. «Может всё-таки стоит сообщить Ангелу?»        В это же время Михаил падает окончательно. Ему больше никогда не встать на путь истинный. Он падший. Михаил примыкает к какой-то группе демонов и начинает разъедать их коллектив. Он вносит в их головы иную, старую идею. Идею войны. Михаил вместе с ними возвращается в Ад, постепенно утаскивая их всех. Беспорядков становится значительно меньше, как и изгнанных демонов.        Их остаётся совсем чуть-чуть на Земле. Они не знают, куда им и податься — даже не понимают, куда можно было бы. Всё восстанавливается и возвращается в свой ритм, но само нашествие демонов уже напрягло, и не только Кроули…

***

      Адам снова идёт к Анафеме. — Ну как так-то? Я уже не могу, я даже на родителях начал срываться: то крикну, то просто без причины обижусь. Это невозможно! — говорит он ей прямо с порога. — Ох, Адам… Я не могу тебе помочь справится с твоими силами, ты же знаешь… — Просто говори со мной. Это помогает спастись хоть на время.        Они проходят на кухню, мило болтают в течение часов трёх и Адам убегает домой, оставляя Анафему наедине с размышлениями.        Она видела пророчество. К великому сожалению, девушка совершенно не помнит его содержания. Даже приблизительно. Даже кусочек. Абсолютно ни-че-го.       Тогда она попыталась увидеть его сейчас, после встречи с Адамом. Не вышло. Если и есть что-то, то оно смутное, перемешанное, непонятное. «Чёрт!» — мысленно ругается она и чуть ли не разбивает свои очки.       Вечером, когда она уже ложилась спать, ей не давало покоя чувство тревоги и беспомощности. Анафема ничем не могла помочь своему юному другу. Вообще никак. Это убивало её изо дня в день. Мальчишка ведь такой маленький, он вырастет намного раньше и ему будет неинтересно с друзьями… А ведь это она, Анафема, не помогла ему в нужный момент! Когда её ведьмовское начало не помогло ей самой! Это Анафема будет виновата, если Адам вообще перестанет общаться с друзьями. Эта беспомощность её пугала.       Но вот, ей наконец-то удаётся заснуть. И… Она видит новое пророчество. А может быть и то же? Не разобрать. Зато теперь отчётливо и ясно: грядёт война миров, в которой выживут только те, у кого в запасе не только сила и оружие, но и своя правда. Своя правда, своя честь, свой моральный устой.       А таких немного! Но ведь можно эту войну предотвратить, верно?       Можно же?..

***

      Азирафаэль наблюдает за всем на Земле. Ещё в начале нашествия демонов, он хотел спуститься и разобраться в этом, но Уриил предложил просто посмотреть, что будет. Азирафаэль не представляет, как так можно пустить всё на самотёк, но остаётся. Вскоре, демонов становится меньше, и Азирафаэль немного успокаивается. Только вот… Михаил пропал из виду. — Вот куда он мог деться?! — Азирафаэль ходит из стороны в сторону по своему офису, — Не мог же он просто так пропасть? Ну не мог! Надо вернуться на Землю, — принимает он решение.        Азирафаэль сразу же идёт к лифту. Первым делом он заходит в свой книжный. — О, Архангел! — рад приветствовать его Мюриэль, — Слушайте, вам приходили письма… — Давай сюда.        Азирафаэль бегло читает короткие фразы на бумаге и понимает: «Это Адам. Он всё помнит». — А что-то ещё было? — интересуется он. — Да! Я почитал ещё книгу пророчеств и выписал несколько, вот! — Мюриэль отдаёт куски бумаг с текстиками. — Большое спасибо, инспектор… Вы можете быть свободны. — Как так? — удивляется Мюриэль. — Ну, возвращайтесь в офис на Небесах.       Поникнув головой, Мюриэль уходит.       Азирафаэль наконец отрывается от пророчеств и осматривает свой магазин. «Как-то не так… Неуютно», — думает он и решает переставить всё, как было. Азирафаэль ставит все книги на место, кроме той, что с пророчествами, кладёт на стол письма и выписанные Мюриэлем пророчества и пытается найти линию: то, в каком порядке всё происходит или будет происходить.       Он находит одно очень интересное пророчество: «И антихрист снова обретёт свою мощь, да будет ему противником только сам Иисус». В память врезаются слова Метатрона о втором пришествии…       Неужели, ему правда быть? А что будет, если оно произойдёт? А если всё-таки будет война? А если Бог разгневается и убьёт всё на Земле? Слишком много вопросов пролетает в голове Азирафаэля. Он не знает, что с этим всем делать.       Его пробирает холодок. Страх и паника начинают окутывать его сознание. Неужто он не справляется со своей ролью архангела? А может всё наоборот идёт так, как и должно, просто он не может этого понять? Азирафаэль пытается успокоиться, хоть и получается не очень-то хорошо. Даже ужасно. — Не могу понять, Господи! Что это за испытание, что происходит?        В голову приходит мысль: «А может ну это всё? И жить, как раньше: заниматься книжным, творить добрые чудеса… Ах, как это было бы прекрасно!» Жаль только, что «как раньше» теперь уже вряд ли получится…       В дверь книжного постучали.