Я тебя прощаю.

— Ты прощён, Кроули, — говорит Господь, — Ты можешь вернуться на небеса.       Немного пораздумав, он скривил лицо и произнёс: — Но… Я не хочу, — лицо Господа изображает смятение, — Ну… Я настолько привык жить здесь, что мне это не надо. Тем более Рай похуже Ада. Внизу хоть в рожу сразу скажут, что тебе не доверяют и не будут лицемерить. — А как же звёзды?        Кроули призадумывается. Его в целом смущает этот вопрос: про какие нахер звёзды ты глаголешь, Господь? Нет, конечно, Кроули понимает про какие, но зачем? Это было очень давно и сейчас совершенно неуместно и глупо. — Ну, никто же права авторства у меня не отбирал, — делает вывод он. — Верно… Но всё же? — Я не буду возвращаться на небеса, — отвечает Кроули в привычной пренебрежительной манере. — Что ж… Тогда… — Господь кратко машет рукой, после чего земля уходит из-под ног. Кроули падал…        Совсем недолго: он проснулся в холодном поту, хотя ему было не свойственно. Кроули просто сидел и пытался успокоиться: слишком правдоподобно было падение…

***

       Всё та же проблема, всё на том же месте. Даже как-то странно: трое взрослых — святая Божия Троица! — а не могут найти решение какой-то совершенно маленькой задачки. — Слушайте, а может мне и не надо никуда? — внезапно заявляет Адам. — Что? — удивлённо переспрашивает Азирафаэль пытаясь переварить эту мысль. — Если я чувствую, что что-то происходит, то наверняка смогу понять, где Иисус, — поясняет мальчик. — А это мысль, — вклинивается Кроули, пристально смотря на Азирафаэля. Он пытается понять, что об этом думает Ангел.        Анафема вовсе стоит в замешательстве. Все они пытаются осмыслить в полном размере это предложение, ищут «плюсы» и «минусы». Наконец, Азирафаэль решает озвучить свои мысли: — Я понял, что ты хотел донести, Адам. Может так тому и быть.        Он заявил это даже с некоторой небрежностью и несерьёзностью, что немного удивило Кроули. В конце концов, на том и сошлись.

***

      Уже целую вечность их ждёт Метатрон. Жаль, спокойно это не получается делать.        Михаил поднимается на Землю ещё до того, как Кроули с Азирафаэлем приехали бы. В этот момент Метатрон находится в непосредственной близости с магазином Азирафаэля, поэтому Михаил сразу его замечает. — Ну привет, подельничек, — такой фразой здоровается бывший архангел с Метатроном. — О, Господи, прошу, меня храни! — крестится Метатрон, — Что…? Что ты здесь делаешь? — Пришёл за кое-чем. И об этом ты прекрасно знаешь. Между прочим, у меня всё ещё остались полномочия сообщить ему обо всём. — Кого ты имеешь в виду? — Особо любознательного ангела, от которого весь рай ждал подставы. И поверь, про его характер столько слухов и легенд, ух-ху, — посмеивается Михаил, — Ну, и совсем наверх я тоже в целом могу сообщить. Некая жалоба на превышение полномочий. Просто как факт, чего ты так нахмурился? — с отвратительной улыбкой говорит Михаил и тянется обнимать Метатрона. — Что тебе надо, адское отродье? — отпрянув от него, Метатрон кривится в лице, изображая во всех красках мимики отвращение что к самому Михаилу, что к его делам. Фу. — Мне нужно, чтобы ты выкрал кой-какое дельце для меня, — жёстко заявляет он, будто отрезая возможность Метатрона отказаться, — А именно, дельце Кроули. — Я не буду этого делать.        Это прозвучало даже жёстче, чем завуалированный приказ Михаила. Оппонента будто словесно оттолкнули, что он аж чуть не упал, хотя не мудрено. Это так и есть. Имея теперь за собой чистую совесть, Метатрон не собирается снова ступать на ту дорогу, которая повела всё под откос. Абсолютно всё. — Ах вот как, — от такого хамства в свой адрес Михаил приходит в шок. В нём смешиваются эмоции страха, потерянности и в то же время злости. Ах, это прекрасное сочетание, м-м-м… — То есть ты всё же не понял, куда я могу обратиться за помощью… — решает он нападать. — Нет, Михаил. Я прекрасно тебя понял. Только из одного места тебя пошлют прямым текстом, более, чем уверен, а из второго пошлют также, только уже культурно. Моя совесть чиста, и я хочу, чтобы за мной была правда, а значит моя сила. Уйди с глаз моих долой, не маячь тут. — Жди повесточку, подельничек, — последнее, что говорит уже разъярённый Михаил. Что он теперь скажет Шакс? Пригрозить то пригрозил, а вот понадобилось действовать, что делать? Чёртово падение…       Уходя, он задумался, а зачем он пал? Идея войны? Любопытность? Понятия не имеет.       Пускай, пути назад нет, надо действовать.

***

      Азирафаэль и Кроули спокойно ехали домой, только оставшиеся недосказанности давали о себе знать: Азирафаэль постоянно крутился на своём месте, а Кроули это мозолило глаз, из-за чего он начал прибавлять в скорости. Заметив это, Азирафаэль попытался успокоить любимого, но все попытки были тщетны. Крайне резко свернув на обочину, Кроули буквально выскочил из машины, оставив Ангела в замешательстве.        Выйдя на улицу, Кроули просто пошёл куда глаза глядят. Сейчас, понятно дело, пафос ни к чему. Этот его образ «плохиша». Нет. В голове всё раздавалась его фраза при последнем разговоре: «Говорит ангел, который ушёл на небеса из-за должности». — Чёрт! — ругнулся он, — И как только язык повернулся такое ляпнуть? — уже тише возмущался Кроули, — Да и вообще. В чём я не прав?        В этот момент Азирафаэль наблюдал за ним, стоя сзади. Почувствовав его присутствие, Кроули решил, что лучше он как обычно стерпит, а потом забудет. Уж если позволит память. Резко развернувшись, он зашагал обратно к Бентли, но Ангел его остановил: — Давай уже обсудим всё, раз и навсегда, — мягким, спокойным тоном предложил Азирафаэль. Он взял руку Кроули в свои и стал тихонько поглаживать.        Внутри бушевали эмоции. И всё же Кроули чувствует. Чувствует, что сейчас болит. Что болит? Хотя какая разница, если это и так неизлечимо? — Ничего не будет как раньше. Какой смысл обсуждать? Мы говорим уже больше шести тысяч лет, а так и не научились понимать друг друга! — воскликнул он, — Шесть тысяч лет, Ангел! И ты всё равно ушёл! Какое, к чёрту, доверие? Как я могу быть уверен, что ты снова не уйдёшь?!        Азирафаэль не отвечал. Он ждал, пока Кроули договорит всё, что хочет высказать. — Ты даже сейчас будто сбегаешь. Ты просто молчишь. Аргх, да какого я вообще ещё здесь! — выдернул Кроули свою руку из рук Ангела и дальше пошёл к машине.        Он резко открыл дверь, сел, и хлопнул ею так, что Азирафаэль немного дёрнулся от резкости. Кроули даже начал заводить машину, но в какой-то момент остановился. «А теперь снова сбегаю я, какая…» — не стал додумывать он. Так и оставшись в машине, Кроули просто улёгся на сидение и стал ждать. Чего, сам не знал, хотя явно предполагал. Он ждал кого — Ангела. Как бы он ни был зол, шесть тысяч лет они говорят, хоть и не научились понимать друг друга. А выходит так, что из-за… Чего? Да непонятно даже. Из-за страха? Боли? Ненависти? Из-за чего он бежал?        Ангел же стоял неподвижен и ждал Кроули. Он знал, что если сядет обратно в машину, то Кроули так погонит, что ничто его не остановит. И они даже не поговорят. Даже как обычно. Не выдержав, Кроули приоткрыл окно и рявкнул: — Ну и чего ты так ждёшь?! — Тебя, — кратко ответил Азирафаэль.        Стиснув зубы и переступив себя, Кроули пошёл обратно к Ангелу. — Вот, видишь? Я пришёл, как ты и хотел. Будь добр, пошли в машину, — указал рукой Кроули. — Нет, дорогой. Пока мы не обсудим все наши недомолвки, мы никуда не поедем. Ты высказал всё, что хотел? — Да, — отчеканил Кроули, желая уже поскорее уехать отсюда. Атмосфера нагнетающая. — Тогда у меня есть вопрос. — Ну и какой? — Почему ты так уверен, что ничего не будет, как раньше?        Кроули смолк. Голова очистилась от мыслей. Он сам не знал, почему он так думал. Ему казалось, что это само собой разумеющееся, стандарт, норма. Ему казалось, что так должно быть априори! Всё же лицо его на мельчайшую долю секунды изобразило удивление. Будто новая звезда появилась; новая надежда, хоть и скрытая ото всех. — Я не думал, что может быть иначе, — всё же желая скорее закончить этот бессмысленный, по его мнению, разговор, он отвечал чётко, быстро и честно. — Очень жаль… — протянул Азирафаэль, ожидая, как Кроули ещё чего резкого вякнет, но нет. В этот раз всё вышло иначе. Кроули лишь больше показал своё удивление вперемешку с растерянностью, — Да, определённо жаль. Я же архангел, я могу кое-что поменять.       Кроули остолбенел от изумления и вроде бы слегка заметной неподдельной радости, потому что в его глазах промелькнула… Звёздочка? — Да неужели, разрешишь демонам трахаться с ангелами? Или чего хуже устроишь? — решил не доверять пока лишь ощущениям Кроули. — О, Боже, нет! Я просто перенесу свой офис! И так-то, ты по факту не демон. — А вот наяву очень даже. — как отрезал. — Ну Кроули, что с тобой? — мило и весьма мягко заговорил Азирафаэль. Кроули старался не поддаваться на подобные ласки, но чего уж скрывать, если все карты раскрыты? — Да так. Просто позанимался наипрекраснейшим самобичеванием, когда ты только ушёл, буквально разрушил свой мир, надеясь построить новый, но что-то он ничерта не строится, а если строится, то снова рушится. Ещё, опять же, шикарнейшие, ох-хо, просто высочайшего уровня кошмары! И ты, затираешь мне про доверие, которое я просрал где-то… Хм-м-м… ШЕСТЬ ТЫСЯЧ ЛЕТ НАЗАД! — закричал в конце Кроули, не в силах сдерживать свой порыв. — Но ты же понимаешь, что сейчас всё пойдёт своим чередом? — Это ж каким таким «чередом»? — Я вернусь на Землю, мы сможем снова видеться, как раньше… — Как раньше никогда не будет, — перебил Кроули, — Никогда. — Значит будет лучше, — сказал Азирафаэль с очаровательной улыбкой на губах, — Сними очки, пожалуйста.        Кроули молча снял их. Он продолжал не верить во всё происходящее. Этого просто не могло происходить. Тем более с ним. Но Ангельские глаза… — Ну ты, — ехидно улыбнулся Кроули и снова надел очки. — Нет-нет-нет! Не надевай! — Ага, а потом заколдуешь ещё. — Ну стой ты! — повернул к себе уходящего Кроули Азирафаэль, — Если тебе плохо со мной, так и скажи, я уйду.        И снова что-то в груди будто разбилось. Или треснуло. Не сейчас, только не сейчас. — Нет, останься, — Кроули повернулся до конца. Он не знал, можно ли сейчас уже всё же довериться ему? Можно ли не бояться? Можно…? — Я действительно могу тебе доверять?        Азирафаэль снова лучезарно улыбнулся: — Конечно, дорогой мой. — Я боюсь, что снова что-то случится, — признался наконец Кроули, — Или подстава, или армагеддон, или ещё чего и тогда уже всё. Совсем.        Азирафаэль лишь сочувственно посмотрел на Кроули и неожиданно обнял его: — Ради себя, не бойся. Живи настоящим.       Кроули немного отстранился от Азирафаэля и медленно, нежно поцеловал его. Ангел лишь поддался ему. Он уверен, что Кроули знает, что делает. Он уверен в Кроули. Сам же Кроули понял, что Азирафаэль ему доверял, доверяет и наверняка будет доверять. Он вроде и замечал это, вроде как и сам доверял, но в этот момент пришло осознание. «Я действительно люблю и хочу быть с ним», — подумали они друг про друга. — Кроули? — М? — Я тебя прощаю, — прошептал Азирафаэль ему на ушко. Кроули прочувствовал свою свободу. Спокойствие, давно потерянное в небытии, наконец вернулось. Всё, что надо было сказать, сказано.

***

      Снова сев в машину, Кроули повёз их дальше, к книжному. Путь оставался недолгий, но сейчас для него наступил момент успокоения, поэтому, он решил его растянуть. Хотелось подольше чувствовать себя так.        Подъехав к книжному, они вышли из машины и направились в него. Завидев их ещё в машине, Метатрон уже ждал их около входа. Только увидев этого на пороге, Кроули снова напрягся. Азирафаэль тихо сказал ему: «Я разберусь», — жаль только легче стало лишь на чуточку. — Что ты здесь делаешь? — неожиданно резко и грубо спросил Азирафаэль. — Я… Я совершил большую ошибку. Отправлен сюда на исправление… — Дай догадаюсь — предательство?        Удивлённо посмотрев на Азирафаэля, Метатрон виновато закивал головой. Тут все пазлы и встали на места. — Так это ты меня подставил?! — воскликнул Кроули, только закрыв дверь магазина. — Я… — Метатрон опустил голову.        Еле сдерживая гнев, Кроули пытался не разнести полкнижного. Подойдя к Азирафаэлю, тот смог его успокоить: он тихонько сказал ему, что Метатрону ещё долго раскаиваться за свой грех и он действительно это делает. «Ну и чёрт с ним», — подумал Кроули.

***

      Собственно, чёрт его появился.        Чуть ли не снеся своим заходом дверь, Михаил влетел в книжный. Завидев в нём и Метатрона, и Азирафаэля, и Кроули, он хотел было сдать назад, но его наглость не позволила ему этого сделать. — Ох-хо, все в сборе! — ядовито ухмыляется Михаил.        Стоя с вытаращенными глазами, все присутствующие были крайне удивлены его появлению. — Слушай-ка, Метатрончик, а не рассказал ли ты нашему блаженному случайно секрет? — тон меняется на более тихий и сдержанный, в моменте даже испуганный.        Словив такое преображение, Кроули сразу понимает, в чём дело. — Секрет о том, что… — не успевает Метатрон договорить, как Михаил чуть ли не бьёт его по губам. — Ага, значит не рассказал… — смиренно успокоился Михаил, поняв, что давить можно сколько угодно и как ему вздумается, но не тут-то было.        Опять же, заметив такой трюк, Кроули подметил его и решил всё же вывести из ступора Азирафаэля. — Хей, Ангел, — нежно прикоснулся он к плечу любимого, — Не мог бы ты… — после чего Кроули прошептал ему на ушко.        Азирафаэль, выйдя из состояния оцепенения, приободрился и даже стал улыбаться, как раньше, будто он ничего не смыслит и не понимает, что происходит. Он ушёл ненадолго к себе в кабинет, оставив этих троих. — Так какой секрет, Михаил? — решил всё-таки поинтересоваться Кроули. — О, да так, обыкновенная личная тайна, пустяки, — «Сам себе могилку роешь, чертила», — думает Кроули: — Личная? Ого-го, между вами пробежала искра? Или запретное яблоко прокатилось? Между прочим, оно очень вкусное… — заканчивая чуть томным голосом, доигрывает роль Кроули. Ох, как же его сейчас тянет блевать, но нужно держать этот спектакль до конца.        Тут уже возвращается Азирафаэль со стопкой разных книг и бумаг и заявляет: — Кроули, я не нашёл того, что ты просил… — и глупо смущается. — Ничего, всё же я думаю, это ждёт, — отвечает он Азирафаэлю и продолжает ждать реакцию Михаила на его предыдущие слова.        Сказать, что чертяга ошарашен — ничего не сказать. К такому он явно не был готов, но во время прихода Азирафаэля он всё же сумел собраться. — Хватит, Кроули. Ничего подобного. — Ну как же тогда она стала личной? — гребёт под него Кроули. — Я оговорился, обычная служебная, тебе, как демону, знать не положено. — Тогда и тебе, как демону, знать не положено, не так ли?        Михаил окончательно теряется и сразу сдаёт все свои позиции. — Слушай ты, я вообще сюда не за тем пришёл. Где твоё дело сейчас находится? Шакс хотела его видеть, а его не нашли. — Это ты слушай внимательно, чёрт. Я знаю про ваш секрет, это раз, — на лице Михаила выражается недоумение, лёгкий испуг, — Также я знаю за чем ты сюда пришёл, и это никак не моё демоническое дело, оно-то на месте, это два, — здесь даже наигранная уверенность Михаила спадает с его лица, — А ещё мне известно, что кое-кто хочет меня очень сильно подставить, это три, и на этом я остановлюсь, ведь Бог любит троицу. По крайней мере, так было.        Всякая уверенность и наглость пропала, остались лишь провал и страх. Если Михаил не принесёт дело Шакс… Он даже не знает, что она с ним сделает! — Давай тогда по-простому и без наигранности: я понял, что ты меня раскусил. Отдай мне свои ангельские бумажки и дело с концом. — Пошёл ты. Моё дело ты не получишь.        Михаил стал похож на пятилетнего ребёнка, который капризничает из-за того, что ему не купили шоколадку. Какой жалкий. — Кроули, ну ты же понимаешь, что со мной сделает Шакс, если я не принесу это долбанное дело! Отдай! — Думаю, даже «пожалуйста» тебе не поможет, — откуда-то из-за спины Кроули раздаётся эта фраза. Азирафаэль почти хохочет над этим беспомощным существом, именующее себя демоном, — Ты ныне не похож ни на демона, ни тем более на ангела. Михаил, да ты… Полное ничтожество! Не то, что за честь Ада, ты за себя постоять не можешь. Неужели, ты настолько жалок?        Михаил застывает в оцепенении. Вот он, бумеранг судьбы и вернулся. — Нет, это ты жалок! — ужасается он, уже и позабыв о всяком договоре, — Это ты ничтожество! — скрывается от за дверью и бежит, куда глаза глядят. — Ловко ты его, — оценивает Кроули, стоящий в некотором замешательстве ещё после первых слов Азирафаэля. — Да так, он слишком боится признать свою незначимость, хотя, в масштабах вселенной мы все незначительны.        Метатрон, всё время наблюдавший за таким спектаклем, встаёт и хлопает. — Браво. И как вы только его… Крайне умно.        Хоть Михаил и сбежал со «спектакля», Азирафаэль и Кроули сделали финальный поклон без него.

***

      Сбежав от своего позора, Михаил встретился один на один со своим страхом. Только стоило ему остановиться, как он тут же предстал перед Шакс. — Ну что, достал? — властно и радостно смотрела она на него. Шакс предвкушала эту победу над Кроули. — Я… Я… — заикаясь, Михаил не мог вымолвить ни слова. — Говори! — моментально звереет она. — Я… Не достал… — поник головою Михаил. — Предатель! Приговорён к мучительному истязанию души во веки вечные! — вовсе свирепеет Шакс, не желая ни видеть, ни слышать этого подлеца.        Последнее, о чём мог подумать Михаил, это то, где же он так оступился. Когда всё пошло под откос?        Даже не знаю, Михаил, даже не знаю.