Глава 7. Южный проход
3 сентября 2023 г., 17:22
Лошади медленно тянули повозку вперёд. Напряжённый кучер время от времени позёвывал, но не позволял себе даже на минуту прикрыть глаза. Такова работа, и за неё он получит приличную оплату. Вот уже четыре дня и четыре ночи они ехали вперёд, изредка останавливаясь на короткий ночлег, чаще всего вне города. Кучер взглянул себе за плечо, внутри молча сидели несколько человек. Первый день было забавно слушать их разговоры, опять же, природное любопытство вынуждало подслушивать, но, к сожалению, темы, на которые поддерживалась беседа, быстро исчерпались, так что остальное время из посторонних звуков слышалось лишь пение птиц, да шум ветра.
Илай за эти четыре дня отоспался как будто за месяц. Делать особо было нечего, повозка приятно убаюкивала, а еды в дорогу нагрузили столько, что с собой они бы её не унесли при всём желании, так что пытались съесть столько, сколько могли, ни в чём себе не отказывая. В целом, эту поездку можно было бы рассматривать как приятный отпуск, если не брать в расчёт редкие заезды в город и дальнейшую перспективу пешего похода по самому опасному месту этого континента.
Парень украдкой взглянул на нового знакомого. Блик, как просила его называть та таинственная женщина, несмотря на бесконечные попытки разговорить его оставался собран и молчалив. Он попытался было вначале попросить обращаться к нему только по вопросам, связанными с заданием, но для Аццо это стало неким подобием красной тряпки. С этого момента он тратил большую часть своего свободного времени на односторонние разговоры с угрюмым разведчиком. По первой это было даже забавно, но третий день этого цирка заставил всю команду чуть ли не лезть на стены от ужаса. Разумеется, именно этого и добивался глава отряда.
К счастью, рассказав своему новому приятелю в деталях о том, почему перекупщики оружия готовы свергнуть текущее правительство, он и сам умаялся, скорее всего просто исчерпав темы для разговора. Он протёр глаза и, оглянув своих подчинённых, улёгся спать, моментально потеряв связь с реальностью.
Разведчик сидел на одном из мешков, обхватив руками колени и вытаращив вперёд глаза. Он заметил взгляд Илая на себе и тихо пробурчал что-то себе под нос.
— Этим можно пленных пытать.
Илай понимающе хмыкнул и, устроившись поудобнее начал наблюдать за медленно проплывающими мимо полями и лесами. Если верить кучеру, то через часа три они уже будут на месте. Страшно представить, что случилось с городом у южного прохода, ведь говорили, что он одним из первых принял удар. Хоть им и так не нужно было задерживаться там, парень не хотел бы переживать чувство потери ещё раз. Кучи трупов. Отчаянье во взглядах людей. Пустые улицы города. Всё это он видел в уже пересечённых городах.
Так или иначе, лошадей нужно было менять на новых каждые несколько часов, так что команде довольно часто приходилось заезжать в города или крупные деревеньки, наблюдая за последствиями нападения на мирных жителей. Даже всегда весёлый Аццо терял свой оптимизм при виде последствий ночного нападения. В других городах, даже самых близких к столице так трепетно к трупам не относились. Обычно тела просто сваливали в кучу и поджигали, либо пытались в несколько раз увеличивать площади под кладбища. Запах палёных трупов распространялся по городам, заставляя не привыкших к такому путников натягивать тряпичные маски и дышать через них. Помогало слабо, но это было лучше, чем ничего.
На Илая снова напала небольшая дрёма. Ожидание было утомительным, а занятий особо не было. Чтобы снова не уснуть, парень приподнялся, подполз к краю повозки и сел на её край, свесив ноги вниз и потянув к себе своё недавнее приобретение. Ножны с проводником внутри. Особого смысла выдавать проводник Илаю не было, и он полностью это понимал, но капитан настоял на том, чтобы выдать совсем новый, никем не опробованный клинок именно ему. Хотя, если так подумать, непутёвый солдат был единственным, у кого не было постоянного оружия.
У Аццо давно был растрескавшийся заказной меч, выкованный по восточным технологиям. Заместитель ласково величал его катаной и при каждом удобном случае спешил рассказать о своём оружии друзьям или сослуживцам. Илай слышал историю о том, как в начале своей службы Аццо переломал кучу проводников, сделав их абсолютно непригодными для битвы. Такие случаи бывали, путь мог быть настолько специфическим, что стандартные проводники не выдерживали или неправильно фокусировали силу владельца. Так было и в этом случае. Путь целостности, как его величал сам Аццо, вопреки своему названию ломал абсолютно всё, чего касалась сила заместителя. Чтобы осознать свою силу, ему пришлось потратить гораздо больше времени, чем обычно требовалось, но в итоге он понял, что может соединять разрушенные вещи обратно в единое целое. Это положило начало его собственному стилю боя, заключающемуся в разрушении меча на осколки и атаку отколовшимися частями лезвия. Катана удар которой нельзя заблокировать. Серьёзное оружие.
Юна, у которой до этого был побитый временем стандартный проводник, сейчас спала в обнимку с бордовыми ножнами, которые не отпускала с начала поездки. На них можно было заметить герб семьи Румье, тщательно выведенный чёрной краской ближе к рукояти клинка. Интересно, откуда он у неё? Скорее всего, её семья была в курсе предстоящего задания и подготовила обновку для Юны, вручив её утром перед собранием.
Ян не стал долго думать над оружием, заменив свой кинжал на меч Криза, пообещав на нём, что он прикончит парочку тварей этим мечом ради покойного друга. На счёт Блика было не ясно, скорее всего он тоже, как и Илай, не владел путём, так как его проводник нигде не было видно.
Повозку резко тряхануло. Илай, находившийся в своих мыслях, чуть не слетел с того места, где он сидел, вовремя удержавшись за край.
— Почти приехали. Мы на границе Китумы. — кучер своим голосом разбудил дремавших солдат. — В город нам не нужно, надеюсь сможем его объехать, но будьте начеку и приготовьте бумажки на всякий случай.
Аццо, недовольно ворча, протёр свои заспанные глаза и подтянул к себе свою сумку, без особого рвения начав в ней рыскать. Илай, будучи самым бодрым, решил воспользоваться этим и весьма ловко пробрался вперёд к кучеру, сев рядом с ним на свободное место. Кучер был не особо против, а парню было любопытно поглядеть на Китуму и южный проход. Он подоспел как раз вовремя, повозка катилась по вершине холма, позволяя разглядывать окрестности на далёкое расстояние. В глаза сразу попал небольшой по размеру городок, расположенный в низине около подножья гор, перекрывающих путь на восток. Даже с такого расстояния можно было заметить масштаб разрушений. Город выгорел посильнее столицы, огромная часть зданий представляла из себя обугленные деревяшки, напоминающие о былом величии этого места. Интересно, остались ли в городе люди, или они все были эвакуированы на территории к западу отсюда?
Кучер напряг поводья, направляя лошадей на противоположную от города дорогу. Илай перевёл взгляд по направлению их пути и наконец увидел южный проход вживую. Так уж вышло, что Сарез удачно получил земли, огибаемые цепью гор, являющихся естественными защитниками страны. Было всего три пути через границу. Северный проход — место, куда не дотягивались горные массивы, восточный проход — граничивший с Кхадалией, которая мечтала отхватить себе немало территорий соседа, вследствие чего постоянно находясь в напряжённых отношениях с ним, и, собственно, южный проход — соединяющий Сарез с выжженными землями, откуда время от времени лезли твари, убиваемые либо смотрителями, либо специально обученной стражей. Последний из проходов был не особо широк по сравнению с остальными, узкий перевал, именуемый среди сведущих людей костяным, тонкой тропой петлял между гор, как будто созданный для небольших групп, как раз таких как текущая.
Как будто руки великана раздвинули горы, открывая проход, огромная стена, выше чем у столицы, раскинулась от одной скалы к другой. Ворот не было видно, видимо эта защитная конструкция не предназначалась для того, чтобы выпускать или впускать кого-либо сквозь неё. Илай присвистнул. И как, позвольте спросить, эта громадина смогла пропустить хоть кого-то? Непосредственно у стены располагались сравнительно маленькие, одинаковые домики. Рассмотреть их детально с такого расстояния вряд-ли возможно, но было среди них и выделяющееся здание. Совсем близко к единственной защитной башне стояла явно каменная церквушка. Она гордо возвышалась над остальными зданиями и жалобно сжималась под грузом стен. Несмотря на то, что каменное здание само по себе было довольно высоким, даже по меркам городских святилищ, чтобы достигнуть верхушки стен понадобилось бы взгромоздить три таких постройки друг на друга, настолько велико было это защитное сооружение.
Через несколько десятков минут, все в повозке проснулись из-за возни Аццо, а Илай смог наконец разглядеть чёрные точки, бродящие по окрестностям и стене. Ещё спустя пару минут, около пяти точек начали стремительно отдаляться от города, направляясь с совершенно не человеческой скоростью в сторону незваных гостей. Скорее всего на лошадях. В том, что к ним направилась целая делегация стражи, не было ничего удивительного. Чтобы не отвлекать солдат от службы, требовалось разрешение на посещение этого военного то ли городка, то ли поселения. Место тщательно укрывалось от любопытных глаз и тех, кто вынюхивал, что происходит недалеко от южного прохода. Порой таких выбрасывали за стены на съедение порченным, только ради того, чтобы в корне подавить у населения любознательность и желание разнюхать хоть что-то в пределах видимости стражи. При встрече, у группы должны особо тщательно проверить бумаги, после чего проводить дальше, открывая путь из страны. Либо же, в худшем случае, узнав о истинной цели похода, вооружённые люди просто казнят всех как еретиков, вариант тоже правдоподобный, особенно учитывая наличие в городке церкви. С ней-то группа как раз была не в ладах. Оставалось надеяться, что святой отец до сих пор сидит в клетке и не может передать послание о богохульниках, пытающихся отыскать дорогу в обитель богов. Как вся эта ситуация аукнется королю, оставалось только гадать.
Кто-то требовательно постучал по плечу парня. Он обернулся и увидел лицо недовольного Аццо, требующего подвинуться или вообще поменяться местами. Уступать Илай не хотел, он уже чертовски устал ехать в повозке, из которой можно было смотреть только в заднюю сторону, а это не считая того, что внутри было несколько тесновато. Глава отряда, недовольно бубня себе под нос, нахально пролез вперёд и, потеснив кучера с подчинённым, кое как уселся на край сиденья.
— Как обстановка? — Аццо, последние пол часа успешно проспав, хотел узнать уже что-то новое.
— Судя по всему, нас заметили. Сейчас их не видно за холмом, но в нашу сторону направляются около пяти всадников.
В ответ на это глава широко зевнул, сказав что-то о зорких глазах местных и, как показалось Илаю, снова отключился, откинув голову на переднюю стенку повозки. В руках он сжимал несколько свитков, предусмотрительно привязанных небольшой верёвочкой к запястью. Он явно не верил в свою бодрость и делал всё с учётом, что удастся вздремнуть ещё немного.
Город, лежащий по левую руку, постепенно приближался, несмотря на желание кучера объехать его стороной. Ничего не поделать, другой дороги не было, а южный проход был всего в часе ходьбы от Китумы.
Из-за очередного поворота, совершенно неожиданно выскочила лошадь, преграждая путь повозке. Кучер испуганно натянул поводья, лошади заржали, поднимаясь на дыбы. Илай осмотрелся. Он видел ещё двоих наездников по сторонам, стоило предположить, что остальные были уже позади группы. Окружили.
— Именем короля, сложите оружие. — всадник говорил низким, уверенным басом, но было заметно, как его голос подрагивал от волнения. Ещё бы. Можно только представить, что тут творилось ранее. Скорее всего, южный проход потерял много хороших бойцов, защищая Китуму и теперь все были слегка на взводе.
Аццо заинтересованно приоткрыл глаза, рассматривая стражника. Спустя несколько секунд он широко раскрыл их, и подскочил на сидении.
— Буво! Дружище! Сколько лет, сколько зим! А ты схуднул, с последней-то встречи.
Окружившие их солдаты начали неуверенно переглядываться между собой. Всадник, которого Аццо окрестил Буво, прищурился, вглядываясь в заспанное лицо кричащего человека.
Наконец, он как следует разглядел его, брови поползли вверх, а угрюмое выражение лица плавно сменилось на улыбку.
— Грум, пройдоха, живой таки! Ты чего забыл в наших краях? Хотя нет, не говори, я в любом случае рад тебя видеть! — всадник задорно засмеялся. — Как никак, ты мне так и не вернул те сто золотых монет, которые проспорил, а?
Аццо ещё несколько секунд не понимал, про что ему талдычит Буво, но волна осознания неумолимо настигла главу отряда.
— Буво, приятель, я всё помню, отдам, вот только в следующий раз, мы золото-то с собой и не брали…
Улыбка моментально пропала с лица солдата. Он ловко спешился с лошади, поманив рукой приятеля.
— Тащи разрешения, поболтаем.
***
О чём старые приятели вели разговор, осталось между ними. Как только Аццо подошёл к Буво, они, еле слышно переговариваясь, направились подальше от любопытных ушей. Головы любопытных бойцов повысовывались из повозки, провожая взглядами удаляющуюся пару людей. Все, кроме Блика, моментально сошли на землю, разминая ноги и радуясь, что хоть несколько минут не придётся сидеть в тесноте. Спустя какое-то время Аццо, явно недовольный исходом разговора, вернулся к группе и вяло бросил команду о дальнейшем продвижении. Напротив ему, Буво, улыбаясь помахал рукой одному из всадников, после чего, с той же ловкостью оседлал своего коня. Группа двинулась вперёд. Всадники немного изменили своё построение, теперь трое из них были впереди, а остальные сзади. Илай так и не понял, кем высланная группа являлась для них — охраной или конвоем. Неспешным темпом, они через несколько часов добралась до лагеря у стены. Стража с интересом разглядывала гостей, что было неудивительно, вряд ли у них часто бывали посетители. Буво ускорился, оставив сопровождаемых позади, и, не спешиваясь с лошади, начал махать руками кому-то на стене. Несмотря на её высоту, ему таки удалось привлечь внимание и синие фигуры вверху засуетились. Кучер остановил повозку, слез с сиденья и поспешил к местному конюху. Лошади проделали немалый путь, они тяжело дышали и нервно били копытами землю. Илай спрыгнул на твёрдую землю, радостно отмечая, что наконец можно больше не ютиться в повозке. Из-за переизбытка сна он чувствовал себя даже хуже, чем после серьёзного недосыпа. По телу расползлась с трудом прогоняемая усталость, а ноги не хотели слушаться хозяина. Только Аццо и Блик по виду чувствовали себя весьма хорошо. Юна, ранее постоянно не досыпавшая, казалось теперь ненавидит сон, а Ян даже не соизволил открыть глаза, через несколько шагов врезавшись в стену конюшни. Вокруг щебетали птицы, перелетая с дерева на дерево, как будто рядом и не было никаких проклятых земель. Интересно, есть ли птицы по ту сторону? Конюх любезно предоставил путникам бочку воды, чтобы они смогли умыться. Аццо, отправив бойцов приводить себя в порядок, пошёл в сторону стены, не обременяя себя лишними заботами. Вода была кристально чистой и, несмотря на довольно жаркий день, холодной. Конюх объяснил, что совсем недалеко находится родник, так что с водой проблем нет, он даже предложил набрать пустые фляги путников за символическую плату. Бойцы, не теряя возможности, вылили свою уже помутневшую воду, набранную в сомнительной таверне во время их прошлой остановки и нагрузили спасителя всеми возможными ёмкостями, куда только можно было залить жидкость. Тот только рассмеялся, получил пару монет и тут же ушёл из лагеря, двигаясь в сторону ближайшего лесочка. К этому времени вернулся глава, с удовлетворением осмотрев подчинённых и присоединившись к водным процедурам. На вопрос, как скоро они продолжат путь, Аццо, наслаждаясь холодной водой довольно фыркнул, сказав, что через минут двадцать уже следует выходить, и указал рукой на стену. С неё очень медленно спускалась платформа, которая за всё время проделала только треть пути. Она выглядела не особо надёжно, но все держали в уме, что местные поднимаются и опускаются на такой каждый день, что в теории должно было немного успокоить. Ян, вздохнув, сразу же пошёл к повозке. Так как он был самым загруженным всякими полезными ему вещами, ему требовалось ещё раз пересмотреть всё и задуматься, не оставить ли что прямо тут, чтобы облегчить себе ношу. Среди вещей бойцов что-то загремело, некоторые безделушки полетели прямо на землю, настолько Ян был к ним беспощаден. Не сказать, что его ноша с виду стала меньше, но алхимик был весьма доволен собой и проделанной работой. Финальным штрихом стала довольно вместительная фляга, уложенная в широкий карман рюкзака, как раз кстати доставленная конюхом. Аццо осмотрел того с ног до головы. — Спокойно у вас тут, хоть и заметно, что стража немного дёрганная. Справляетесь? Конюх опустил глаза, нервно крутя в руке медную монету. — Мы смогли только предупредить гарнизон Китумы о наступлении чудовищ, сами знаете, нам не положено оставлять это место без защиты. Твари могли начать штурмовать стену, так что мы не стали преследовать эти тени. — мужчине тяжело давался этот разговор, хоть ему и хотелось немного выговориться. Так значит потерь совсем не было. Солдаты оставили город на растерзание, предпочтя не прекращать патрулирование. — Много погибших среди гражданских? Конюх поднял покрасневшие глаза на главу отряда. — Чудо, если выжила хотя бы пятая часть. А уж сколько тяжело ранили… — мужчина прикрыл рот ладонью и покачал головой. — На Китуму пришёлся самый тяжёлый удар, уж поверьте. — он оглянулся по сторонам, проверяя нет ли кого рядом, после чего перешёл на шёпот. — Говорят, что некоторые твари вселялись в наших детей. Родители буквально пытались спастись от собственных чад. Не знаю уж, слухи это или нет, но кто их знает. Так ещё и не всех словили же. Только вчера мы поймали двоих таких созданий. На детей те были совсем не похожи, так что наши парни их и прикончили. Мужчина перестал шептать и устало протёр лоб. — Уж не знаю, ребятки, что вы забыли в проклятых землях, дело ваше. Да и сейчас наверное удобный момент для вас. Парни говорят, что с момента прорыва они не видели не одного порченного. Может извели мы всех, а может они копят силы для новой атаки, не ясно. Конюх посмотрел в сторону стены и, заметив что-то, решил откланяться. — Простите уж старика, заболтал вас совсем. За вами вон уже и человека видимо послали. — действительно, к группе, уверенно шагая по вытоптанной траве, шагал Буво. — Так, господа и дамы, попрошу вас ускорится, лифт уже почти подан, время прокатиться на нашем местном аттракционе. Все со страдальческим видом взглянули на солдата и направились разгребать вещи. Спустя минут десять, путники, полностью упакованные, стояли на хлипкой на вид платформе с тревожащим скрипом движущейся вверх. Чем выше они поднимались, тем сильнее ощущался ничем не сдерживаемый ветер. На близлежащие леса открылся прекрасный вид, вдалеке можно было разглядеть несколько небольших деревушек и напротив, совсем рядом, безжизненный город, походивший на раковую опухоль на фоне раскинувшейся в округе зелени. Буво, оставшийся внизу, становился всё меньше, пока ему не надоело смотреть на удаляющуюся платформу, после чего он развернулся, направившись в один из рядом стоящих домиков. «Интересно, как они поднимают подобную платформу». В голове Илая проскользнуло несколько предположений, от ручного труда до особых способностей, но точно утверждать было сложно. Ещё несколько минут платформа поднималась, после чего резко дёрнулась, вызвав панику у пассажиров, проехала несколько метров вверх и остановилась в точке назначения. Там их уже ждали несколько солдат, с криками впихивающие металлический штырь в колесо, судя по всему ответственное за подъём и спуск. На удивление, стена была неплохо обжита. Было ясно, что люди бывало подолгу не спускались вниз, рядом с большим подъёмником стояли несколько маленьких, скорее всего для воды и провизии. По бокам стена была огорожена надёжной каменной оградой, защищавшей от падения вниз. Несколько устройств для патрулирования были установлены по периметру стены, около одного из таких стоял мужчина, внимательно осматривая территорию на востоке. Несколько солдат вылезли из повсюду установленных палаток, желая поглазеть на смертников. Вылазки за ту сторону стены давно запретили из-за постоянных жертв, и, как знал Илай, туда никто не ходил уже лет пять, а может и больше. Долговязый паренёк подбежал к путникам, прося их идти за ним. Группа отправилась вдоль стены, туда, где люди бывали не часто, несколько дозорных следовали за ними. Там находилась ещё одна платформа, также удерживаемая металлическим штырём. Выглядела она гораздо хуже и старее той, на которой совершался подъём, казалось, что навряд-ли она выдержит вес пяти готовых к дальнему походу солдат. Древесина почернела от времени, от некоторых мест откалывались гнилые куски, внушая ужас потенциальным пассажирам. Долговязый улыбнулся, обнажив несколько выбитых зубов, и жестом пригласил всех на борт. Платформа ужасно громко скрипела. С характерным лязгом паренёк вынул штырь из колеса, а двое стражников стали его аккуратно проворачивать, постепенно опуская платформу вместе с людьми. — Удачи вам, надеюсь вы не повторите судьбу тех, кто остался внизу! — паренёк весело махал рукой на прощанье, явно веселясь от всей души. Псих. Илай оторвал взгляд от стены и, с небольшим усилием, наконец повернулся в сторону проклятых земель. К его удивлению, он не увидел ни полчищ монстров, ни чёрной как ночь земли, ни огненных штормов, по преданию терзающих местных заключённых тварей. Обычные горы, небольшая тропа, исчезающая за ближайшим холмом, коридор из скал, скрывающий перевал от солнечного света, жухлые деревья, еле заметные с такой высоты. Вполне обычное место. — Это мы ещё совсем на границе, а скорее даже за ней. — Аццо тоже осматривал перевал, внимательно изучая его мельчайшие детали. — Жаль, конечно, что из-за гор мы не можем посмотреть, что там дальше, но тут уж ничего не поделаешь. Спустя время, платформа опустилась уже на половину, после чего с грохотом задрожала, осыпаясь многолетней трухой, чем здорово напугала пассажиров. К счастью, длилось это недолго и после нескольких таких трясок платформа спокойно продолжила свой спуск. Аццо недовольно поморщился и внимательно посмотрел на держащегося особняком разведчика. — Слушай, Блик, а ты же наверняка тоже бывал по ту сторону? Как ты туда попадал? Явно не через этот спуск в один конец? Бледный парень на секунду задумался, как будто решая, стоит ли отвечать, но после сказал, что проще всего попасть внутрь выжженных земель с территории Кхадалии. Лазов на ту сторону там неимоверное количество. На один перекрытый властями путь находились три неизвестных, и такое ощущение, что сами пятеро не могли справиться с таким положением вещей, если им вообще это мешало. Но группе делать такой крюк было мало того, что затратно по времени, так и ситуация что в Сарезе, что в Кхадалии была крайне напряжённой после нападения. Шансы на то, что через границу пропустят вооруженную группу людей падали от низких до совсем незначительных. Таким неосторожным ходом можно и войну развязать. На вопрос, не могла ли Кхадалия уже отправить своих людей с той же целью, что и группу Аццо, Блик лишь пожал плечами, уточнив, что это королевство переживает не лучшие свои времена. Король с рождения был слаб, и искал утешение в веровании пятерых, что могло стать решающим фактором в принятии решения по отправке своих людей к смотрителям. Маловероятно, что он решится на такое. Вот Итиль и Халтон совсем другое дело. Разведчик был уверен, что с их стороны уже наверняка движется делегация, готовая выдвинуть претензии в сторону смотрителей. Такой шанс нельзя было упускать. Уж слишком много тайн скрывали пятеро, а нападение, сколь ужасным оно не было, стало отличным поводом для нанесения удара в их сторону. Аццо сразу понял, что разведчика послали с ними не ради нескольких вопросов и передачи послания. — Выходит и наш король тоже хочет знать больше информации о смотрителях, поэтому ты с нами. Блик кивнул. — Ещё никто не возвращался из резиденции смотрителей. Они порой набирают людей себе в услужение и уводят с собой, но спросить их, что они видели, никому не удавалось. Такие люди попросту навсегда пропадают из этого мира. Скорее всего служат до старости и умирают там же, без возможности вернуться в большой мир. А если так, значит смотрителям есть что скрывать. Король сделал ставку, что они не осмелятся удерживать нас у себя, это плохо бы повлияло на их отношения с внешним миром. Смотрителям это совсем не на руку, особенно после недавнего провала. Мы будем первыми, кто побывает в их логове, и мы вынесем максимум из этого, иначе всё бесполезно. — Так значит, получение информации о том, повторится ли подобное в будущем всего-лишь предлог? — Юна заинтересованно присоединилась к разговору, опередив Аццо с этим вопросом. — Вероятность того, что смотрители допустят повторение подобной ситуации ничтожно мала. Да и сами они рано или поздно вышли бы на связь с королём. Скорее всего, после нескольких дней молчания, верхушка и сама начала обрывать каналы связи с ними, желая оттянуть момент как можно дальше. Будьте уверены, святой отец ещё нескоро выйдет из клетки, а его люди давно объявлены в розыск, под предлогом их сбора для защиты. Держу пари, что так поступаем не только мы. Ну, разве что я не уверен в Кхадалии, по понятным причинам. — Так значит, смотрители серьёзно оступились… — Аццо устало вздохнул, осматривая раскинувшийся перед ни перевал. — И во что мы ввязались?***
Оставшуюся часть пути преодолели молча. Через время, платформа достигла земли и грубо столкнулась с ней, лишая людей равновесия. Прозвучал звук битого стекла, а следом страдальческий стон Яна. Что-то в его рюкзаке явно разбилось. На ногах остались только Блик и вовремя ухватившийся за перила Аццо. Судя по его недовольному вскрику, мужчина получил несколько заноз благодаря этому необдуманному поступку. Осматривая свои руки, он спрыгнул с ненавистной платформы на землю. Что-то хрустнуло под ногами. Ребро. По виду, вроде человеческое. Будучи готовым к такому, глава отряда не стал заострять внимание на костях и начал осматриваться, чтобы прикинуть примерный маршрут движения. Илай поднялся на ноги, после чего помог подняться Юне. Ян в помощи явно не нуждался, ведь он уже успел снять с себя рюкзак и начать в нем рыться, намереваясь найти источник недавнего звука. Внизу было темнее, чем казалось на первый взгляд. Солнце спряталось где-то за скалами оставив группу в небольших сумерках. Илай осмотрелся и увидел поляну, усеянную разнообразными костями. Среди них можно было признать останки как людей, так и животных, но в глаза бросались именно кости странной формы, как будто обезображенные неизвестной силой. Парень перевёл взгляд на стену и заметил странную гору хлама неподалёку. Постепенно он признал в ней похожую платформу, только ужасно деформированную и разбитую вдребезги. Юна сделала шаг вперёд, тоже всматриваясь в том же направлении. — Я вижу там остатки снаряжения. Похоже, мы ещё мягко спустились. В голове Илая моментально всплыли слова опускавшего их паренька. Вот паршивец. Знал же, что платформа может и не доехать. Ну, теперь ничего уже не поделаешь. Разве что остался небольшой осадок от того, что им на этой же платформе подниматься вверх на обратном пути. Если конечно будет кого поднимать. — Так, бойцы, живее, живее, спрыгивайте уже с этой платформы смерти. — Аццо к этому времени уже надоело ждать, пока подчинённые придут в себя. — Мы тут ночевать не собираемся. Блик, подойди ко мне, разговор есть, остальным три минуты до готовности. Собственно, все были готовы идти хоть сейчас, не считая конечно Яна, который сокрушался над несколькими разбитыми колбочками и выгребал осколки со дна рюкзака. Глава группы негромко заговорил с разведчиком, постоянно указывая в сторону остальных бойцов, после чего тот кивнул и, посмотрев на ещё копошащегося Яна, негромко кашлянул, привлекая внимание. — Как мне только что стало известно, никто из вас ранее не пересекал выжженные земли хоть в каком-либо виде. Так как у меня есть небольшой, но всё же опыт выживания на окраинах этих мест, я должен вас проинструктировать. Ян перестал копошиться в сумке, наконец рассовав по кармашкам выжившие склянки и внимательно посмотрел на разведчика. Илай с Юной, ранее уже спрыгнувшие на землю, уселись на какую-то корягу и приготовились поглощать важную информацию. — Начнём с самого главного правила. Не издавайте лишнего шума. Говорите шёпотом, если необходимо, в случае, если почувствовали, что за вами наблюдают, забудьте, что умеете говорить. Лучше всего, если и дышать вы будете через раз. Исходя из этого… — Постой, но сейчас ты далеко не шёпотом разговариваешь. — Ян немного не понимал сути этого правила, и ему явно не нравился сам разведчик. — Подробнее, прошу. Блик обдал парня холодным взглядом. — Сейчас мы находимся довольно в безопасном месте. Этот перевал — самая западная точка выжженных земель, сюда не так часто заходят порченные, а если и заходят, то большими группами. Нас бы заметили ещё тогда, когда мы спускались, эта конструкция оказалась довольно шумной. Что касается тишины. Мне не довелось видеть самому, но поговаривают, что тут водятся твари посерьёзнее тех, что нападали на нас в городе. Будем держаться окраин, с надеждой, что нам вообще не придётся вступать в бой из-за того, что в рюкзаке у одного из нас бьётся стекло. — сейчас Блик обращался конкретно к одному человеку. — У порченных очень хороший слух. Ян поник и снова стащил с себя рюкзак, уже не ясно в какой раз пересматривая мнение о взятом с собой снаряжении. Все тяжело вздохнули, а Блик, совершенно равнодушно, продолжил. — Учитывая это, как только мы выйдем за пределы перевала, внимательно смотрите себе под ноги. Старайтесь не наступить на то, что оповестит всех тварей вокруг о том, что еда пожаловала на стол. Если случится такое, что нас заметили, до последнего стараемся избегать прямого столкновения. Даже если противник явно слабее нас, не вступайте в бой. Мало того, что потеряем время, так порченные приведут сородичей, тогда пиши-пропало. Также, надеюсь эта информация не пригодится вам, но если мы по какой-то причине разделимся, держитесь возвышенностей. Если видите низину, не заходите в неё, даже если это единственный путь. Не ясно почему, но согласно информации от выживших, больше всего тварей именно там. Чем выше вы, тем ниже шансы, что вы кого-то встретите. На этом моменте разведчик задумался, перебирая в памяти, что ещё может пригодиться в походе. — Ах да, разумеется, никакого огня. Слышал я о безумцах, решивших посигналить монстрам дымком. Даже костей не нашли, только остатки одежды и пропитавшуюся кровью землю. Ну и напоследок, держитесь подальше от руин. Их тут не много, встретить подобные не должны, но лишним не будет. На этом всё. Вопросы? Группа задумалась, переваривая информацию. — Разве на месте этих земель не располагалось древнее королевство? Тут должно быть довольно много руин, разве нет? Этот довольно странный вопрос задала Юна. Блика он совсем не смутил, напротив, он, впервые с момента встречи криво улыбнулся, и сказал, что ночные страшилки и мифы, распространяемые церковью, редко имеют что-то общее с реальным положением вещей. Аццо же, всё это время стоящий позади разведчика, спросил о том, видел ли кто-то в этих землях существ, похожих на теней. Ответ был отрицательным. — Если бы мы встречали такое раньше, скорее всего жертв было бы в разы меньше. Тяжело это признавать, но даже разведка не имела представления, да что говорить, до сих пор не имеет, что это были за существа. — Как выглядит порченный? Блик задумался. — Даже не знаю как и объяснить. По разному. Представьте себе труп человека, длительное время гнивший на открытом воздухе и покрытый чёрной сажей. Добавьте к этому выделяющиеся значки молочного цвета, длинные, когтистые пальцы и немного отростков, похожих на рога, раскиданных по всему телу. В основном это и будет порченный или выжженный, как вам удобно. Бывает докладывают о особых случаях, но это происходит довольно редко, ну и про животных тоже нужно помнить. В любом случае, вы точно узнаете тварь, желающую откусить вам пол руки, не сомневайтесь. Аццо, оглянув всех, в последний раз поинтересовался, есть ли ещё вопросы. Не получив ответа, глава отряда глубоко вздохнул, поправив ножны на поясе. — Блик, ты движешься впереди, ориентируйся на ложбину между этими холмами, там должна начинаться тропа, дальше маршрут по твоему усмотрению. Я за тобой, Илай замыкающий. Идём друг за другом, следим, чтобы никто не отставал. Ближайший привал будет только через часов пять, не меньше. Чем скорее мы достигнем цели, тем больше шансов не помереть по дороге. Илай встал позади группы. Блик сразу задал весьма бодрый темп, заставляя солдат двигаться быстрее обычного. Кости под ногами жутко потрескивали, а земля в округе, как будто спина ежа, была покрыта стрелами, с помощью которых стража отстреливалась от непрошенных гостей. Парень напоследок бросил взгляд на каменную громадину, защищающую Сарез от опасных существ. Группа направилась вглубь гор, оставляя безопасные места позади.***
По тёмному, сырому коридору, хромая, шёл седой старик. Его лицо выглядело уставшим, а глаза почти не открывались, поражённые то ли болезнью, то ли проклятьем. Зрачки, поддёргивающиеся с каждым шагом, гноились, источая зловонный аромат. В руках старика лежала трость, глухо стуча по каменному полу и создавая небольшое эхо, распугивающее крыс по своим норам. Его уши улавливали смех людей неподалёку. Охрана развлекается. Не особо заботясь о том, чтобы оставаться незамеченным, он, не переставая стучать тростью, преодолел несколько поворотов, следуя на отдалённые звуки, а чуть позднее уже и на свет горящей лампы. Трое стражников, приспособив никому не нужные ящики под стол и стулья, сидели на них и кидали кости. Рядом стояло несколько бутылок на вид дешёвого пойла, ещё больше валялось на полу. — Мне снова везёт, отдавай свои медяки, приятель! — худощавый мужчина зло сплюнул, позволив победителю забрать выложенные на ящик монеты. — Ты точно, жульничаешь, и я узнаю, как ты это делаешь. — проигравший резко поднялся из-за стола, взял одну из ламп и направился вперёд по коридору. Подгоняемый ехидным смехом товарищей он шёл прямо в темноту, освещая коридор и выискивая хоть кого-то, на ком можно бы было выплеснуть злость. В глазах двоилось от количества выпитого алкоголя, а взгляд с трудом фокусировался. Очень хотелось спать. Какой-то звук, похожий на приглушённый стук достиг уши стражника. Сначала он не понял, что является его причиной, но всмотревшись в тёмный коридор, он смог различить чей-то силуэт. Довольно улыбнувшись, ведь никого не должно быть в этом месте в такой час, стражник вытащил меч, намереваясь без лишних вопросов зарубить нарушителя. Вряд-ли его двое товарищей будут возникать по этому поводу, с беглецами тут разговор короткий. Старик, всё с той же скоростью приближавшийся к вооружённому человеку, совершенно не обращал внимания на обнажённый меч в его руках. В момент, когда между ними оставалось несколько шагов, стражник неловко оступился, тупо осмотрел свою руку и понял, что рядом никого нет. Допился, не иначе. Он огляделся. Всё было как и раньше, его три приятеля остались позади, а он собирался ещё раз проверить коридоры. В голове засела навязчивая мысль о том, что нужно бросить пить. Стражник глупо засмеялся и приступил к своим непосредственным обязанностям. К этому времени, старик уже вышел на свет, поздоровался с двумя пьяными мужчинами и, не останавливаясь направился дальше, оставив стражников в растерянных чувствах смотреть ему вслед. Один из них поднялся, и, со словами о том, что нужно помочь пожилому господину, отправился вслед за ним, гремя связкой ключей, по пути перебирая их и выискивая подходящий. По бокам коридора наконец стали появляться двери. Старик проходил мимо одиночных камер, привлекая внимание грязных заключенных. Те, заметив с виду беззащитного человека, стали привлекать его внимание, выкрикивать оскорбления, приглашать войти, желая познакомиться ближе. — Посмотрите, кого занесло в наши края! Дедуля потерял внучка? — Дайте его мне, дайте! Психи, убийцы, насильники. Самые опасные преступники, собираемые по всей Кхадалии и запираемые здесь, в катакомбах королевского дворца. Сборище отбросов, недостойных жизни, но порой довольно полезных в некоторых начинаниях. — Подойди сюда! Подойди! Дай взглянуть на тебя! — Какая красота пожаловала, иди ко мне, дорогая, станцуем с тобой горячий танец! Отвратительно грязный, толстый мужчина с безумной улыбкой, обнажающей кривые зубы, высунув язык, пытался дотянуться рукой до старика, ухватиться за него, избить, надругаться, почувствовать превосходство. — Иди же ко мне, не бойся! — На твоём месте я бы отрезал этот неугомонный язык. — старик совсем не открывал рта, но его голос отчётливо слышался в голове преступника. Его улыбка пропала, рука потянулась к осколку стекла, спрятанному в складках одежды и, одной рукой придерживая язык, он что есть силы рубанул по нему, исторгая из своих лёгких ужасающий крик, вызванный сильной болью. Голоса вокруг смолкли. Каждый преступник, что ранее пытался навредить, теперь стоял на коленях, не в силах поднять глаз на проходящего человека. Старик же остановился, будто прислушиваясь к чему-то, и, улыбнувшись, повернулся к ближайшей двери. Охранник тут же услужливо взял подготовленный ранее ключ и трясущимися руками открыл клетку. Внутри камеры было ещё темнее, чем снаружи. Убранство её было невелико, вернее сказать, если не считать отхожее место, комната была абсолютно пуста. В углу комнаты сидел человек с оголённым торсом. Он скрывал лицо руками, как будто оберегая его от этого жестокого мира. Старик внимательно рассмотрел заключённого, после чего криво улыбнулся. — Зорак Шаудер, полагаю? Мужчина раздвинул пальцы ладоней, вкрадчиво всматриваясь в лицо старика. — Верно. Это моё имя. Но я не помню, чтобы мы ранее встречались. Голос заключённого был слаб, он скорее хрипел, а не говорил. Мужчина поднялся на ноги, не отрывая рук от лица и открывая вид на шрам в центре груди, как будто неоднократно израненной клинком. Старик жестом выгнал стоящего позади стражника и взглянул прямо в глаза Зорака. — Тебе и не нужно знать моё имя. Тебя должно интересовать лишь то, что я предлагаю тебе свободу. Свободу, взамен за некоторые твои услуги. — Если ты пришёл организовывать мне побег, дверь позади тебя. Старик задумчиво покачал головой. — Речь не о побеге. Полное помилование от короля, возврат изъятых средств, восстановление твоих привилегий. Всего-то нужно помочь мне кое с чем и сам король попросит у тебя прощения за всё то, что он сделал. Я могу дать тебе это всё. Только дай мне знать, что ты веришь мне. Мужчина громко засмеялся. Его руки взметнулись в стороны, выставив на обозрение обезображенное лицо, как будто созданное, чтобы пугать каждого, кто осмелился взглянуть на него. На месте носа, зиял провал, левый глаз неприятно воспалился, а часть кожи на челюсти и вовсе отсутствовала, оголяя левый ряд чёрных зубов даже в момент, когда рот не был открыт. Волос у мужчины не было. Их заменила чёрная сыпь, поразившая большую часть головы несчастного. — И что по твоему ты можешь мне предложить? Лёгкую смерть? Люди не примут меня, даже извинись передо мной сам король! Я чудовище. На меня без слёз не взглянешь! Убирайся отсюда. Убирайся, я не хочу тебя видеть! Его рука взметнулась вверх, желая ударить старика, но замерла, как и всё тело, так и не достигнув цели. Старик подошёл ближе, вглядываясь в напавшего на него заключённого. — Полагаю, я могу предоставить небольшой, скажем так, аванс. Он достал из-за пазухи небольшое, красивое зеркальце и вложил его в замершую руку мужчины, после чего сделал два шага назад. Рука Зорака снова начала двигаться. Не желая этого, как будто рука жила своей жизнью, он поднёс зеркало к своему лицу и невольно заглянул на своё ужасное отражение. Из зеркала на него глядел симпатичный мужчина, ещё не обезображенный слугами короля, ещё что-то значивший в этом мире. Слеза скатилась по его гладкой щеке, а рука уже привычно легла на челюсть, готовая нащупать выступающие из-за отсутствия кожи зубы. К глубочайшему изумлению, кожа была на месте. Рука взметнулась к волосам, и о чудо, они тоже восстановились. Что происходит? — Можешь считать, что у тебя никогда не было проблем с лицом. Никто не вспомнит об этом, даже король. Более того через несколько часов он лично спустится к тебе, чтобы предложить сделку, включающую твоё освобождение. Мне же нужно, чтобы во время своей будущей миссии ты выполнил небольшую грязную работёнку. Молча, не задавая лишних вопросов. Заключённый остолбенел, обдумывая слова таинственного старика. Он более не хотел никому служить, но ему также надоело быть преступником в глазах толпы. Да и это лицо… Ведь старик может снова отнять его, раз смог вернуть. Быть может стоит использовать его до поры до времени, а там видно будет. Мужчина отбросил зеркало, встал на колено и склонил голову перед новым господином. — Что мне нужно сделать?
