В исцеляющих объятиях духа

      На самом деле, Антон бы никогда не подумал, что столкнется именно с этой проблемой в свои тридцать лет. Ладно бы в семьдесят, ну хотя бы в шестьдесят. Тогда этому было бы оправдание в виде возрастного износа организма. А тут что? И почему с ним? До этого же было все замечательно и работало как часы.       Началось всё с того, что в один из вечеров, который он планировал жарко провести со своей девушкой, в самый ответственный момент у него просто-напросто не встал. Эмоционально он хотел очень, но вот тело отказывалось вообще хоть как-то реагировать на такие заманчивые изгибы тела, мягкую грудь, упругую попку. В первый раз все списали на усталость и недосып. Но осадочек остался. Затем это произошло во второй раз. Они с девушкой были в ресторане, где Антон позволил себе выпить немного крепкого алкоголя, потому что все равно мыслями периодически возвращался к тому своему провалу. Ему не хотелось такого повторения, поэтому для расслабления и храбрости он решил прибегнуть к проверенному методу. После того, как уже полчаса ему безуспешно пытались помочь орально, а минет в исполнении его девушки всегда был очень горяч, они снова списали эту ситуацию на усталость и, вероятно, стоило бы обойтись без алкоголя.       Но когда это стало происходить, вернее, не происходить, с завидной регулярностью, да Антон даже наедине с собой не мог нормально сосредоточиться и подрочить, то в голову начали закрадываться подозрения и совсем грустные мысли. Собрав себя всего в кулак, особенно свои страхи, Антон записался ко врачу. Потом ещё к одному, и ещё. Все, как один, разводили руками после всех осмотров, манипуляций, анализов и результатов диагностики. Все у него было в порядке, никаких отклонений найдено не было. Антон был полностью здоров. Только вот от этого всего член не стоял. В какой-то момент его девушке это безобразие надоело и она ушла, сказав, что ей нужен здоровый и полноценный мужик, а не вот такой, она должна чувствовать себя всегда желанной и получать непосредственное подтверждение этого факта. Это было обидно и больно ударило по самолюбию.       Покопавшись в своей голове, интернете и книгах, Антона вдруг осеняет гениальная мысль. Что, если его двойственная натура решила взбрыкнуть и его организм требует сейчас мужчину, а не женщину? Опыт со своим полом у него имеется. Он решает проверить свою теорию и набирает одного своего знакомого, с которым неплохо в прошлом проводил время. Когда к нему приезжает Андрей, то Антон не скрывает причину своего внезапного звонка и делится умозаключениями. Они решают проверить теорию, но снова ничего не выходит. Антон так же эмоционально ощущает возбуждение, тело безумно хочет ласки, прикосновений, стимуляции, только вот член абсолютно никак не заинтересован в происходящем. Дальше откровенных поцелуев и дрочки в одни ворота дело у них не заходит. Но Андрей пытается поддержать, потому что чувствует угнетенное состояние и понимает чисто по-мужски.       Но на этом Антон не останавливается и решает изменить атмосферу. Потому что в квартире каждый угол знаком, обстановка привычная и уютная. Он решает взбудоражить свое возбуждение и отправляется в клуб. Связь со случайным человеком вполне может сработать. Заниматься сексом с проникновением он не планирует, достаточно бы было ручной стимуляции, ну или оральной. Антон долго сидит за баром, рассматривая контингент. И снова ничего не получается. Вполне активная брюнетка не вызывает нужного эффекта, она инициативно прижимается на танцполе, откровенно трется задницей о пах, потом ведёт в кабинку туалета, где рукой шустро залазит в трусы, натыкаясь на ничего. Пытается что-то сделать, но быстро бросает это бесперспективное занятие и оставляет Антона одного с грустными мыслями и грустным членом. Идея пойти в гей-клуб также заканчивается провалом. Там хоть мальчик и старается усиленнее – сразу же опускается на колени и пытается языком и губами привести все в боеготовность, но спустя время понимает, что желанный твердый член в своей заднице он сейчас не ощутит.       Антону не нравится, что с ним происходит. Получается, он теперь выпадает из очень важной сферы жизни. В ближайшем будущем можно поставить крест на каких-либо отношениях, потому что кому нужен будет импотент? Вот это неприятно. Очередной врач также сказал, что все у него в норме. Отчаяние становится сильнее и Антон начинает пробовать на себе народные способы. Пьет чай с соком имбиря, потом делает из этого имбиря настойку и пьет уже её, закидывает в себя грецкие орехи с медом, ест противный сельдерей. В аптеке покупает специальный сбор трав для мужской силы – мята, клевер, крапива и зверобой. Но пока что это все вызывает лишь метеоризм и диарею. Эрекции как не было, так и нет. Даже с утра член уныло лежит и тоже не хочет никуда вставать, как и его обладатель.       Потом Антон пробует массаж. Сначала самостоятельно дома, по инструкции давит на какие-точки на ладонях, на стопах, наминает пятки. Ожидаемо, эти манипуляции не приносят никакого эффекта. Антон снова идёт ко врачу и почти что слезно просит записать его на тот самый массаж простаты. Пусть у него по анализам все ок, но на деле совсем не ок. Он честно отхаживает положенные сеансы. И снова ничего. Он даже получает рекомендации, как правильно проводить это все дома, что тоже абсолютно не помогает. Видимо, здоровая эрекция на него за что-то глубоко в обиде. Спустя время Антон натыкается на физические упражнения, которые обещают справиться с эректильной дисфункцией. Какое-то раскачивание для стимуляции центра эрекции, ягодичные шаги и подтягивание яичек. Он честно выполняет этот комплекс, но ситуация не меняется абсолютно.

***

      За прошедший год Антон уже перепробовал все. Выпил все возможные настои, даже с труднопроизносимыми названиями трав и коры, посетил не один десяток врачей, причём в разных городах, делал массажи, стимуляции, упражнения. Уезжал на месяц на максимальный ретрит. Бросил курить, отказался от алкоголя. Хотя потом плюнул и вернулся снова к этим вредным привычкам, иначе так вообще можно было крышечкой поехать. Он был даже у сомнительных бабок, экстрасенсов, тарологов. Делал расклады, заговаривал трусы, очищал квартиру, ставил свечку, нацепил браслетик желаний. И НИЧЕГО. Над ним даже друзья перестали через какое-то время ржать и тоже втянулись в поиски любых способов.       В какой-то момент Антону чуть свет звонит взбудораженный Серёжа и натурально орет в трубку, что нашел стопроцентный способ решения его проблемы и может даже поспорить на одну из своих тачек. А это уже серьезное заявление. Оказалось, что Серёжа через кого-то нашел информацию, что на Алтае есть один очень интересный шаман, который вытворяет просто невероятные чудеса и решает абсолютно все проблемы – рекомендация жесточайшая. Антон думает, что в его списке бабок, гадалок, ведуний, экстрасенсов и астрологов как раз не хватает именно Алтайского шамана.       Антон соглашается. Хуже уже точно не будет, ну только если в итоге его член просто не отвалится. А если он не сделал этого после всего выпитого, съеденного и намазанного, значит, надежда ещё есть. Единственная проблема заключается в том, что никаких контактных данных типа номера телефона, точного адреса и полного имени (или хотя бы клички, у шаманов же они?) Серёжа не дает.       – Антох, мне сказали, что сначала надо будет посетить музей в селе Полеводка, чтобы ознакомиться с историей и узнать немного больше. А дальше у местных как раз и уточнить про необходимого шамана.       – Сережкинс, звучит очень сомнительно, ты же сам это понимаешь, да?       – Понимаю, но проверить стоит. У тебя все равно отпуск скоро.       Еще раз взвесив все «за» и «против», Антон покупает билеты на самолет и бронирует отель в Бийске. Видимо, потом придётся до нужного поселка добираться то ли на такси, то ли где-то добывать машину. Ожиданий примерно ноль. Энтузиазма на один процент побольше, иначе он бы никуда не полетел. На месте Антон все-таки берет в аренду тачку, чтобы спокойно перемещаться на большие расстояния. Он сначала действительно идёт в этот музей, честно посещает экскурсию и неожиданно увлеченно слушает, что ему рассказывают, и рассматривает все вокруг, даже проходит через «колодец знаний». Запоминает правила счастья и достатка – не врать, чтить традиции, не загадывать желания, не отказываться от денег. Очень интересно. Но экскурсия подходит к концу, а это означает, что теперь необходимо отыскать того самого шамана.       Антон не придумывает ничего лучше, чем спросить об этом у экскурсовода. Рассказывает цепочку событий, которые привели его именно сюда: через знакомых он узнал, что надо сначала было приехать на экскурсию и только потом искать шамана. Экскурсовод хитро блестит глазами и добродушно улыбается, говорит, что Антону нужно пройти вдоль по центральной улице точно до конца. Что делать дальше, экскурсовод не поясняет. Сплошные загадки. Но вариантов других больше все равно нет, поэтому Антон выдвигается в путь, предварительно сверив маршрут по карте. Идти ему тупо прямо до реки. Пока он ползёт вдоль дороги, рассматривая дома: небольшие, чуть покосившиеся; и невероятно зеленый пейзаж, то думает о том, как бы мог выглядеть тот самый шаман. Скорее всего это древний дед, весь обвешанный тканью, перьями, обязательно с огромным бубном в руке. Может быть, он по-русски даже не понимает и придётся объясняться на пальцах. Но с проблемой Антона это будет сделать до смешного просто. Хоть какой-то плюс в этой ситуации. Мда.       Дойдя до назначенного места, то есть туда, где буквально заканчивается дорога, упираясь в траву, Антон смотрит по сторонам. Вдалеке замечает небольшой домик, у крыльца которого сидит как раз дед. Неужели его поиски окончены? Он быстрым шагом двигается туда. Речь заготовлена, других людей в поле видимости нет, этот дед, конечно, не сильно похож на шамана в представлении Антона, но мало ли у них тут свои правила внешнего вида вне танцев с бубном. Когда до домика остаётся несколько метров, то дед поднимает на него глаза и смотрит внимательно в упор – Антон сначала даже немного теряется.       – Э-э, добрый день. Меня Антон зовут, я ищу шамана, который мне может помочь с моей проблемой. Никто пока не смог, а мне посоветовали вот его, сказали точно поможет. Я был в музее вашем, там у экскурсовода спросил, он меня отправил идти до конца вдоль дороги. И я вот дошел, увидел вас и решил подойти спросить…       Антон быстро тараторит, хотя не факт, что дед вообще улавливает суть его слов, которые смешиваются в единый ком. Его выражение лица с каждым новым предложением никак не меняется. Может быть, он сейчас вообще встанет и зайдёт молча в дом, заперев дверь, а то ходят тут всякие. Или же скажет, что тут вообще никаких шаманов нет, чушь все это, да сказки. Вариантов масса и все они крутятся у Антона в голове, пока он смотрит на деда и ожидает хоть какого-то ответа. Немного неловко. Вдруг тот отмирает и просто указывает вбок рукой. Никаких слов или звуков. Антон смотрит по направлению движения и видит вдалеке ещё один небольшой домик. Видимо, ему нужно пойти туда. Он благодарит деда, наклоняя голову, чтобы ему точно было понятно, и отправляется дальше. Слева река, довольно широкая, Антон по пути подходит ближе к берегу, чтобы рассмотреть внимательнее. Вообще, природа тут безумно красивая. И воздух какой-то другой. Чистый. Им с удовольствием хочется наполнять и наполнять свои легкие, расслабляясь. Может, это тоже поможет?       Он наконец-то доходит до новой точки своего пути. В этот раз на пороге домика никого не обнаруживается, рядом тоже. Вероятно, владелец находится внутри. Хорошо бы было так, потому что, если тут никого нет, то Антон не знает, куда дальше ему идти. Вокруг больше не видно никаких построек. Если что, придётся снова возвращаться к деду. Антон поднимается по ступенькам и несколько секунд мнется на крыльце. Затем успокаивает себя, что проделал уже большой путь и должен закончить эту миссию, что бы его там дальше ни ожидало. Он заносит над дверью кулак и стучит. В ответ слышит только тишину. Стучит снова, уже активнее, но ему по-прежнему никто не открывает. Антон прислушивается, но внутри домика не происходит никакого движения. Ноль звуков. Значит, владелец не на месте.       Опустив голову и вздохнув, Антон разворачивается и уже хочет спускаться вниз, как натыкается на внимательный изучающий его взгляд. Который буквально пригвождает к деревянным скрипучим доскам под ногами. Перед собой Антон видит молодого мужчину, в обычной одежде: синие джинсы, черная футболка, кроссовки. За спиной виднеется рюкзак. Может быть, он тоже ищет того самого шамана и его сюда аналогично отправил дед? Ох уж этот дед. Сколько раз его уже Антон вспомнил, хотя он и не помог по факту.       – Кого-то ищете? – заговаривает первым мужчина, нарушая вязкую тишину.       – Я? Да. Мне вон в том доме дедушка подсказал, что тут я найду шамана, – отвечает незнакомцу Антон. Он думает, нужно ли было спросить в ответ, кого тот ищет в этом месте. Может быть, они бы ходили по домам вместе, пытаясь все-таки обнаружить того самого шамана.       – Вам требуется его помощь?       – Очень сильно да, если честно.       Антон внезапно расстраивается. Будто только сейчас, на этом самом пороге чужого запертого дома, на берегу реки на Алтае, он наконец-то понял всю глубину своей проблемы. Шутки шутками, но без этой одной маленькой (вполне средних размеров, вообще-то) детали у него жизнь уже не такая полноценная. Лишенная уверенности в себе и своих силах. Антон ещё очень даже молод, можно сказать, вся жизнь впереди. А с такой проблемой он рискует провести её в одиночестве. Конечно, может быть, через некоторое время появятся новые технологии и методы лечения эректильной дисфункции, но Антон бы хотел разобраться с этим уже сейчас. Он и так целый год живет в расшатанном состоянии.       Мужчина его внимательно сканирует взглядом сверху вниз и обратно. Антону даже кажется, что тот на секунду буквально задерживается в области его паха, тихо хмыкая. Они ещё какое-то время смотрят друг на друга. Глаза в глаза, от чего по позвоночнику неконтролируемо пробегается мощный разряд, растворяясь в груди.       – Получается, вы меня нашли, – улыбается добродушно мужчина, демонстрируя ямочки на щеках, заставляя на них ненадолго залипнуть.       Антон себе того самого искомого шамана другим представлял: в различной вариации цветной одежды, увешанный перьями и лентами, и это обязательно должен был быть кто-то очень старый. А этот человек напротив совершенно не такой. Причем он ещё очень симпатичный – во вкусе Антона. Его точно разводят. Ведь этот мужчина больше похож на такого же туриста, что и сам Антон. Ему так показалось изначально и так он продолжает думать сейчас.       – Это шутка такая?       – Почему же? – невозмутимо и даже в какой-то степени удивленно спрашивает собеседник.       – Вы меня, конечно, извините, но на шамана вы не похожи, вот ни капельки.       – А кто, по-вашему, тогда похож?       – Да хотя бы тот дедушка, что дорогу мне показал.       – Я вас сейчас, наверное, удивлю, но тут нет никаких дедушек и других домов в радиусе пяти километров.       И что это значит? Какие ещё пять километров? Антон точно помнит, что по карте было чуть больше километра до реки от музея, да и шел он не так долго. И как это нет никаких дедушек? А с кем он тогда разговаривал и откуда узнал дорогу именно сюда, к этому дому?       Решительно спустившись с крыльца, Антон осматривается вокруг – вокруг лес. Как такое вообще возможно? Деревьев точно не было, была широкая река. А сейчас и её нет. Антон сейчас находится будто в глухой чаще, хорошо, что сейчас день и солнечные лучи пробиваются сквозь пушистые кроны деревьев. Антон оборачивается на своего собеседника, который так же стоит, где стоял, в той же одежде. Все так же внимательно его разглядывая.       – Так вам нужна моя помощь? – спрашивает мягко мужчина. Вообще, глаза у него добрые, негатив он не излучает. Может и не врет.       – Нужна, – сдается Антон, опуская наконец-то плечи в расслаблении.       – Хорошо, – солнечно улыбается шаман. – Проблему вашу я понял и смогу это исправить.       – Э-э…       – У вас трудности с мужской силой.       – Да, но…       – Я же шаман, вы меня искали, помните?       – И нашел, – вздыхает Антон. Пока не верится, что ему сможет помочь этот человек.       – Нам нужно будет провести специальный обряд, во время которого я попрошу духов вам помочь.       – Угу.       – Вы же располагаете временем?       – Да, конечно.       – Тогда можно ваш номер телефона? Я вам пришлю координаты места, где будет обряд. С собой брать ничего не нужно. Там понадобитесь только вы сами, – снова мягко улыбается шаман, доставая из кармана джинсов айфон. Какой-то он чересчур современный.       Приняв неизбежное, Антон диктует цифры и говорит как его зовут. Мужчина в ответ представляется Арсением и предлагает перейти на «ты», так как это будет комфортнее обоим. На это Антон сразу же соглашается. И во что он только что вписался? Арсений указывает на тропинку, едва различимую в высокой траве, по которой Антон выйдет на центральную улицу поселка, а дальше доберется до своей машины, на которой приехал в музей. Это все, конечно, хорошо, но вот про машину и музей Антон ничего шаману не говорил. Он на автомате благодарит своего нового знакомого и быстренько ретируется из этого подозрительного места. Бредет по тропинке, никуда не сворачивая, и через какое-то время действительно оказывается на той самой центральной улице. Проморгавшись в попытке сбросить наваждение, Антон смотрит по сторонам: видит реку, по берегу которой недавно шел. Но решает больше туда не соваться, а разворачивается в сторону музея.       Вечером, когда Антон думает ложиться спать, ему на телефон приходит сообщение с неизвестного номера. В тексте написаны цифры с точками – координаты места, которые он копирует в строку поиска в приложении карт. Метка оказывается будто посередине большого поля. И каким образом ему в это место добраться? Нахмурившись, Антон отдаляет карту, чтобы найти хотя бы какую-нибудь ближайшую дорогу. Находит. Всего в двух километрах.       В сообщении было ещё указано время 16:00, вероятно, это начало обряда. Антон высчитывает сколько минут у него займёт дорога до места, с учетом того, что примерно полчаса он будет идти, параллельно тупить и сверяться с картой. Интернет там, скорее всего, ловить не будет, но хотя бы на глаз прикинуть он попробует.       Около 15:30 Антон действительно оказывается на дороге у того места, где есть протоптанная узкая тропинка, уводящая сквозь невысокие деревья вглубь. Антон оборачивается на свою арендованную машину, будто она ему ответит на все вопросы, и начинает свой путь. В принципе, свернуть тут и негде. Слева поле и редкие деревья, справа поле и редкие деревья, спереди – ого, тоже поле. Антон просто идёт и идёт, смотря под ноги и поглядывая по сторонам, считывая совершенно одинаковую картинку, пока вдалеке не замечает сферу. Он думает, что это какое-то бунгало. Или огромная палатка. Подойдя ближе, он понимает, что это самая настоящая юрта. Большая: снаружи она серая, по диаметру украшена разноцветными узорами.       Когда до юрты остается несколько десятков шагов, оттуда появляется Арсений. Ну, скорее всего это он, потому что фигура сейчас полностью отвечает всем представлениям Антона о шаманах. На Арсении халат в пол из светлой ткани, на рукавах отчетливо видны свисающие тонкие полоски коричневой кожи, напоминающие крылья. По всему халату нацеплены какие-то колокольчики, клыки, зубы, цветные ленты, куски ткани и кожи, деревянные фигурки. Сам он подпоясан широкой переплетенной разноцветной косой из кожи или тоже из ткани – не разобрать издалека. Ноги совершенно босые. На голове нечто, похожее на корону, спереди на лицо свисает синяя бахрома в виде тех же лент, ниточек, бус. Все это располагается по бокам головы, оставляя открытыми глаза.       – Здравствуй, – говорит первым Арсений, улыбаясь.       – Привет. Теперь верю, что ты – шаман, – картинка у Антона полностью сложилась. На эту фразу Арсений никак не реагирует.       – Обряд может занять от трех до пяти часов.       – Понятно, хорошо.       – Ты готов?       – Готов.       – Может, есть вопросы?       – Вообще да. Мы не обсудили оплату.       – Не об этом ты должен сейчас думать. Заходи, – Арсений исчезает в юрте.

***

      Антон проходит вслед за шаманом внутрь. Сначала отодвигает темную, тяжелую и очень плотную ткань в сторону, чтобы освободить себе проход. Оказавшись внутри, где дымно, тепло и ощутимо влажно, он осматривает помещение: очень просторное, в самом центре находится кострище, выложенное крупным камнем – Арсений как раз наклонился рядом с ним, что-то там колдуя с огнём; на стенах висят куски кожи, перья, различные палочки, ткань, порванная на лоскуты, бубен даже есть, а вот мебели нет вообще, по крайней мере ее нет в поле зрения Антона, на полу только шкуры, да огромные подушки разного цвета.       – Оставь, пожалуйста, обувь при входе. Тут не холодно, – говорит Арсений, подняв на него сверкающие глаза.       Антон кивает и послушно выполняет просьбу, подтолкнув максимально к стене свои кроссовки. Глаза немного слезятся от дыма, но по идее, он должен скоро адаптироваться. Насчет того, что тут «не холодно» – это мягко сказано. Тут жарко и ощутимо душно. Хочется скорее снять толстовку. Антон хвалит себя за то, что имеет привычку поддевать вниз ещё и футболку. В такой ситуации не хотелось бы светить голым торсом, так как они с шаманом совершенно незнакомы, а демонстрировать свое пузико абы кому Шастун не готов. Пока он неловко мнется на месте, заламывая пальцы, так как не было сказано, куда садиться, Арсений снова поднимает глаза, переставая что-то шептать огню.       – Проходи вот сюда, – указывает рукой на место в подушках примерно перед собой. – Садись, как тебе будет удобно, и можешь верх снять, потому что через какое-то время точно запаришься, – и улыбается очень по-доброму, возвращаясь всем своим вниманием к огню. Дыма становится больше, теперь он более плотный, белый, но глаза уже относительно привыкли.       Антон аккуратно ступает по шкуре. Интересно, а какое это было животное? Или были. Их тут много разных. Голые ступни приятно ласкает тёмный мех – носочки Антон предусмотрительно оставил в кроссовках. Он добирается до указанного места, стараясь ничего на стене не задеть своими длинными конечностями. Проходит мимо больших то ли трубок, то ли дудок, перевязанных широкой веревкой. Рядом лежит, скорее всего, деревянная маска с достаточно устрашающим выражением лица. Подушка оказывается очень мягкой и приятной, Антон подталкивает себе под спину ещё несколько, раз можно располагаться, как ему комфортно. Заканчивает гнездиться и осматривает помещение с нового ракурса: Арсений уже отошел от кострища, где разрослось достаточно приличное пламя. Дыма стало больше, а воздух накалился до предела организма. Влажность тоже повысилась. Какой-то хамам – такая первая ассоциация возникает в голове у Антона. Он ищет глазами шамана. Находит у противоположной стены, ближе ко выходу. Там оказывается небольшой столик и какой-то то ли сундук, то ли тумба, сквозь плотный пар не разобрать уже. Значит, минимальная мебель все же здесь имеется. Арсений стоит спиной и не видно, что он делает перед собой.       Антон чувствует, как по вискам стекает пот, ладони влажные, спина тоже. Он вспоминает, что хотел стянуть толстовку и наконец-то делает это. Складывает её в несколько раз и откладывает в сторону. Вряд ли он её забудет, так как на улице уже сейчас было прохладно, а когда они закончат, то будет уже поздний вечер и явно станет холоднее на несколько градусов, а до машины надо будет еще добраться. Антон проводит пальцами по вискам, смахивая пот, так же автоматом касается местечка над бровями и над губой, там тоже появились многочисленные капельки. Присутствует желание раздеться уже полностью. Но такой задачи не было, поэтому пока что он сидит и продолжает наблюдать то за язычками пламени, активно танцующего посередине помещения, то переводит взгляд на Арсения, который наконец-то заканчивает копошиться у столика и разворачивается. В руках у него Антон различает посуду: то ли кружку, то ли глубокую миску.       – Возьми, – протягивает Арсений деревянную глубокую мисочку в руки, оказавшись рядом неожиданно быстро. – Это необходимо будет выпить перед тем, как я начну проводить обряд.       – А что тут? – заинтересованно заглядывает внутрь Антон, после того как забирает плошку. Но что внутри – не разобрать, потому что все ещё очень дымно, да и само содержимое темного цвета. Но это точно жидкость, иначе что еще можно выпить?       – Специальный настой, – улыбается Арсений. – Основные компоненты: обычные шафран, имбирь и женьшень. На вкус не мерзко, не переживай.       Антон рефлекторно подносит плошку ближе к носу, пытаясь учуять озвученные шаманом запахи. Все составляющие сами по себе достаточно яркие в обычной жизни, но тут они интересным образом перемешались и какой-то ядреной бурдой не пахнет. Похоже на травяной настой: не резкий, нейтральный. Данный факт вселяет надежду, что первый этап обряда, заключающийся во вливании в себя жидкости, пройдёт успешно и без эксцессов.       – Все в порядке, – отзывается Антон и ждет дальнейших указаний, глядя на фигуру в дыму перед собой.       – Тогда можем приступать. Я все подготовил.       – Да, хорошо.       – Можешь пить настой, мисочку просто отложи в сторону, как закончишь. Я в это время буду зачитывать необходимые строки. Просто сиди, как тебе комфортно, слушай и расслабляйся, можешь даже лечь, – дает указания Арсений, внимательно наблюдая за тем, как серьезно кивает Антон, запоминая последовательность своих действий. – Постарайся максимально отвлечься от своих проблем, дурных и навязчивых мыслей. Все нехорошее осталось там, на улице. Договорились? – и снова на губах появляется добродушная улыбка. Хочется довериться.       – Все понятно, договорились, – отчитывается Антон, демонстрируя ответную теплую улыбку. Мимолетно думает о том, что, даже если и не произойдет чудо-исцеление, то хотя бы будет потом, что друзьями рассказать. Когда бы он еще поучаствовал в настоящем шаманском обряде?       Арсений кивает и отходит к кострищу, проводя над язычками пламени рукой. И будто от этого действия огонь начинает еще активнее двигаться, разрастаться. Антон завороженно наблюдает за происходящим, но быстро вспоминает, что ему необходимо выпить содержимое мисочки – он подносит ее к губам и делает осторожный первый глоток. Пусть оно и не пахнет резко или неприятно, но не факт, что таким же не окажется и на вкус. На деле выходит не так плохо – жидкость чем-то напоминает травяное лекарство. Это вполне можно пить. Оно еще и слегка прохладное, хотя не совсем понятно, как в этом жарком помещении такое возможно. Антон выкидывает эти бесконечные ненужные размышления из своей головы и залпом выпивает все содержимое деревянной плошки. Аккуратно отставляет ее в сторону, укладывая между подушек, и проводит тыльной стороной ладони по губам, стирая лишнюю влагу и от самого настоя и снова выступивший пот. Затем начинает вслушиваться во все звуки. Ему очень интересно разобрать, что именно произносит шаман.       Это не просто какие-то строки – это целые песнопения. Антон усиленно слушает, старается, но не может разобрать ни одного слова. Это все больше похоже на случайный набор звуков, произносимых низким голосом, который обволакивает и так приятно ласкает изнутри. Понятную и четкую картинку перед собой рассмотреть не выходит, все плавно плывет, поэтому Антон прикрывает глаза и устраивается полулежа на подушках. Расслабляется, следуя рекомендациям. Старается не думать вообще ни о чем, концентрируясь лишь на бархате голоса. Это состояние ему чем-то напоминает алкогольное опьянение, когда все вокруг словно в замедленной съемке, движения заторможенные, тело не особо слушается, конечности тяжелеют, неминуемо пригвождая к горизонтальной плоскости. И хорошо, что он сейчас лежит. Когда, правда, Антон успел лечь на спину полностью, он упустил, но это и не важно, так ему очень даже комфортно. До слуха как сквозь вату долетают звуки, но сознание находится будто в тягучем трансе. Ему так приятно плыть по этим расслабляющим волнам.       Мозг не контролирует сколько это все длится. Тело расслаблено, ему очень удобно и мягко. Антон в какой-то момент отмечает – единственное, что вообще сейчас может – Арсений замолк. Сейчас по помещению распространяется только звук уютно потрескивающего дерева. Антону сейчас так хорошо. Он борется с желанием посмотреть обстановку, идентифицировать местоположение шамана. Зачем? На этот вопрос ответа нет. Антон с трудом открывает глаза, веки кажутся такими тяжелыми, словно к ним прикрепили невидимые грузики. Не видно вообще ничего, кроме белой плотной завесы. Он ощущает себя будто внутри облака. Голова больше не кружится, в теле нет той тяжести, которая посильнее гравитации притягивала его к полу. Антон хочет сесть, но как только предпринимает попытку поднять туловище, его сразу простреливает чем-то горячим. Будто включили душ, струи которого прошли насквозь, заодно задев кипятком все внутренние органы.       Решая не предпринимать вторую попытку сесть, Антон снова растягивается на подушках. Тело изнутри ощущает жар, который вполне можно терпеть. Но внимание этот факт все-таки привлекает, как и еще одна вещь. Антон чувствует сильное сексуальное возбуждение, самое настоящее. Он ощущает, как его член дико стоит, упираясь в ширинку. А он уже и забыл это чувство. Получается, работает обряд? И насколько хватит этого достигнутого эффекта? Вдруг он сейчас выйдет отсюда и все снова вернется к прежнему унылому варианту? Набирающий обороты поток мыслей вдруг рассыпается карточным домиком, потому что Антон внезапно ощущает всем нутром, как на него смотрят. Неотрывно, жадно, липко, впиваясь взглядом в каждую клеточку его тела, даже в тех местах, что скрыты под одеждой. По коже пробегается табун мурашек, а волоски везде становятся дыбом. Чувство похоже на то, будто он воспламеняется где-то внутри. А тело поддается этому огню и охотно реагирует на взгляды. Его словно ведет. Антон снова открывает глаза, но перед взором все та же белая завеса, абсолютно ничего не видно. Нет никакого смысла в ближайшее время пробовать открыть глаза снова.       Внезапно Антон отчетливо ощущает на себе прикосновение. Сначала слабое, на предплечье. Пальцы аккуратно пробегаются от локтя к запястью. Затем эти пальцы ныряют в ладонь, хватаясь за нее. Со вторым предплечьем проводятся такие же манипуляции. Затем его за обе руки поднимают и сажают как куклу. Футболка начинает ползти вверх и покидает горящее тело. Антон думает, что так даже комфортнее, потому что он сильно уже вспотел, будто в сауне находится. Но судя по обилию пара и проценту влажности – он действительно там. Возмущаться на происходящее абсолютно не хочется. Внутри громко кричит мысль, что нужно отдаться этим рукам, позволить делать с собой все, что захочется. Нужно насладиться этими прикосновениями. Получить удовольствие. И кто Антон такой, чтобы спорить со своим разумом? Он думает, что это ему снится, либо же пришло какое-то видение после всех этих обрядов. Может быть, в этом как раз и есть сакральный смысл? Поэтому он решает плыть по течению и будь как будет.       Тем временем он чувствует, как к его спине кто-то прижимается, обнимая. Сзади на шее чувствуется влажное дыхание. Антон расслаблено откидывает голову назад. Его руки уже отпустили, поэтому он опирается на них. Чужие пальцы ползут по груди, очерчивая соски и спускаясь ниже к поясу джинсов. Он ощущает прикосновение губ сначала на скуле, потом ниже, на линии челюсти, на подбородке. И это так приятно и волнующе. Затем еще одни губы касаются груди, начиная выцеловывать каждый миллиметр кожи, задевая непосредственно сами соски. Руки мягко водят по чувствительным бокам, спускаются на бедра, слегка сжимая, и ползут ниже. Антон теряется в ощущениях, он чувствует руки, губы, жаркое дыхание. Когда пальцы проворно расстегивают пуговицу на джинсах и тянут за язычок молнии, Антон на автомате приподнимает таз, чтобы можно было беспрепятственно стянуть плотную ткань. Он чувствует, как джинсы сползают вместе с трусами и благодарно выдыхает, так как ему очень хотелось освободить жаждущий внимания член. Давящее чувство в паху слегка отвлекало от приятных прикосновений к телу.       Как только на нем не остается никакой одежды, касания становятся активнее, напористее: губы сменяют языки и зубы. Его трогают буквально везде, мозг не успевает даже обрабатывать информацию. Антон все так же опирается на горячее тело позади, руки которого держат крепко и не дают упасть. Он приоткрывает губы, чтобы вдохнуть поглубже тяжелый воздух, и в его рот проникает чужой язык, начиная там хозяйничать. Антон не сопротивляется, он приоткрывает рот пошире, принимая этот «поцелуй» и отвечая такими же действиями. Язык проходится по внутренней стороне щек, по нёбу, по кромке зубов, пытается дотянуться до горла, возвращается к касаниям непосредственно по языку Антона, который не смыкает от этих действий губы, а от каждого такого движения ловит разряды тока, убегающие вниз. А там его тело не остается без внимания, его груди тоже касается язык, активно вылизывая, периодически оттягивая зубами соски по очереди. Сзади - на шее, лопатках и плечах также ощущаются влажные, такие развязные поцелуи.       Возбуждение усиливается с каждой будоражащей секундой. Все эти действия распаляют все больше и больше. Антон продолжает отвечать на глубокий поцелуй, его губ касаются мягкие горячие чужие губы, продолжая проталкивать язык все активнее. Его торс вылизывает и кусает еще один рот, периодически задерживаясь на животе, оставляя на том влажные поцелуи, оттягивая горячую кожу, но пока, не спускаясь ниже, но уже хочется. По всему телу гуляют руки, хватая, сжимая, лаская. Ощущений масса. Сказывается еще отсутствие зрения в этот момент. Антон на секунду приоткрывал глаза, но увидел все также белую плотную завесу. Руками также пытался коснуться партнера (или партнеров?), но ничего не почувствовал. Он не успевает понять, когда его тело меняет положение в пространстве - теперь он оказывается на спине. В волосы зарываются пальцы, начиная приятно массировать кожу головы круговыми движениями. В рот снова безапелляционно врывается горячий напористый язык, будто там теперь его законное место.       Его ноги разводят слегка в стороны, проходясь ладонями по бедрам, сжимая. Мокрый язык касается внутренней стороны особо чувствительной кожи. Проводит какие-то замысловатые дорожки, перемещаясь постепенно все выше и выше, пока не касается мошонки. От такого желанного, но в тоже время неожиданного действия, Антон ощущает, как поджимаются яички от каждого умелого касания, потому что все очень чувствительно. Ладони ползут от коленей ниже, оглаживая икры, обводя пальцами косточки, сжимая несильно сухожилья, обхватывая нежно стопу. Антон громко стонет в чужой рот, когда головку накрывают губы. Наконец-то. Он чувствует, как язык облизывает по кругу, словно это леденец, давит на уретру, задевает будто мимолетно уздечку. И пока его головку мокро и откровенно ласкают, в его рот все также неустанно проникает язык. Антон до этого никогда так долго не целовался.       Он внезапно отвлекается на новое сильное ощущение – его стопу прекращают массировать и большой палец обхватывают губы. Такое с ним происходит впервые, Антон никогда в себе не ощущал фут-фетиш, причем с обеих сторон. А сейчас его размазывает от ощущений, как же отменно губы сжимают палец, а язык совершает круговые движения, касаясь буквально со всех сторон. Затем рот пропадает, но язык мокро проходится снова по всей длине пальца, залезая между большим и указательным. Всегда казалось, что это будет скорее щекотно, но на деле получается очень возбуждающе. Приятные импульсы отправляются куда-то наверх, по пути вызывая мурашки и опаляя пламенем низ живота. Антон не хочет, чтобы это действие прекращалось. Он переключает свое внимание и осознает, что его член уже упирается в чужую глотку, горячий рот размеренно насаживается, губы смыкаются вокруг ствола. И все-таки ощущений со всех сторон очень много, это он еще не отвлекается на руки, гуляющие по телу в порядке, известном только им.       Все прикосновения пропадают. Не успевает Антон что-либо понять, как его бедра снова сминают пальцы, ладони их бережно обхватывают и разводят сильнее в стороны, вынуждая согнуть ноги в коленях. Но этого оказывается недостаточно, так как чужие ладони проскальзывают под коленями, поднимая их выше. Раскрывая. Антон не думает, как это выглядит со стороны, все равно в этом облаке ничего не видно, да и к тому же, это все его фантазия, поэтому ничего такого. На член возвращается рот, жадно насаживающийся по самое основание. А вот ануса касается что-то мокрое и мягкое, вероятно, язык. Чужие руки держат его ноги, поэтому Антон расслабляется, стараясь концентрироваться на нереальных ощущениях. Его вылизывают буквально везде, язык плашмя проходится от самого копчика до мошонки. У него тело и так полностью мокрое от такой влажности и жара в помещении, но в области паха жидкости просто текут. Он чувствует, как на член что-то капает, чтобы потом губы мокро обхватывали ствол, погружая его в рот. Вокруг сфинктера кружит язык, кончик которого настойчиво старается проникнуть внутрь и протолкнуть больше слюны. Пальцы разводят ягодицы в стороны и напористый язык все-таки касается гладких стеночек. Антон стонет, а его звуки наслаждения ловят губы, которые сейчас не приникают порывисто к его губам, а лишь находятся в нескольких непозволительных миллиметрах, опаляя горячим дыханием, изредка мимолетно прижимаясь.       Сфинктера касается что-то твердое, скорее всего палец, так как диаметр небольшой. Он мокрый, медленно и аккуратно входит. Антон пытается сконцентрироваться на этих ощущениях, но рот на члене невозможно отвлекает. Он чувствует, как неизбежно подступает острый оргазм, чувство которого тоже, кажется, давно забыто из-за грустных обстоятельств. Палец активно двигается внутри, член упирается в узкое горло, а губы наконец-то снова накрывают чужие мягкие губы, проникая в рот языком. Антон чувствует, как по всему телу проходит пульсирующая волна, собираясь в тугой комок внизу живота; он аж дергается, кончая. Его стон наслаждения ловит чужой рот, чувствительная головка вжимается в заднюю стенку горла, а палец замирает внутри ануса, внутренние стеночки которого обхватили крепко во время волны спазма удовольствия.       Кажется, ему дают передышку, потому что все прикосновения снова пропадают, оставляя тело Антона в покое. Он наконец-то может отдышатся и подвигать своими непослушными конечностями. Рефлекторно он переворачивается на живот и восстанавливает сбитое дыхание. Губы саднит от бесконечных поцелуев, по всему телу горят не то укусы, не то засосы, анус слегка пульсирует от небольшого в него вторжения. Не то чтобы это для Антона впервые. Но он не так часто практиковал со своими партнерами анальный секс в качестве принимающего. Обычно он спит (спал, ага) либо с девушками, либо же с мужчинами, но «сверху». Но то, что произошло сейчас, его ни капли не смущает. Это было крайне кайфово. Особенно после такого длительного перерыва.       Не успевает Антон додумать свою растекающуюся послеоргазменную мысль, как его снова касаются настойчивые руки. Обратно не переворачивают, наоборот, приподнимают таз, ставя Антона на колени. Теплая ладонь давит на поясницу, заставляя сильнее прогнуться. Это что же, второй раунд? Антон хмыкает сам себе. В целом, он не против, если у него, конечно, встанет. Член на манипуляции активно отзывается. Удивляет тот факт, что его снова касается горячий язык, кружит вокруг головки, облизывает по всей длине. Руки разводят ягодицы в стороны и к сфинктеру тут же приникает рот. Язык снова сначала проталкивает слюну внутрь, затем его сменяет палец, который тут же погружается полностью. Антону кажется, что он стал все ощущать острее. Вероятно, так влияет уже один полученный оргазм и нервные окончания стали более чувствительными. Колени сами по себе разъезжаются немного в стороны, и он еще больше оттопыривает задницу, чтобы предоставить лучшую площадь контакта. Он чувствует, как его игриво прикусывают за ягодицу, сразу же зализывая это место. Палец покидает его, и он тут же чувствует, как к сфинктеру уже поднесены два, подушечки входят плавно, аккуратно растягивая. Пока Антон действительно наслаждается ощущениями в нижней части своего тела, его губ сначала касается чужой юркий язык, который быстрым движением проскальзывает внутрь рта. Затем также быстро пропадает, но на его месте появляется что-то другое. Антон распознает в этом головку члена. Интересно.       Он на пробу лижет и убеждается в своих ощущениях. Но против такого расклада он ничего не имеет, поэтому с готовностью шире открывает рот. Головка ожидаемо проскальзывает по языку внутрь, и Антон смыкает на члене губы. Каких-то неприятных ощущений он не испытывает, наоборот, данное действие его распаляет сильнее. На своем собственном члене он ощущает все также активно кружащий язык, кажется, даже, что чужие пальцы его сжимают у основания. В анус проникает несколько пальцев, растягивая. Возможно, уже три или четыре, Антон несколько потерялся в своих крышесносных ощущениях. Он чувствует, как ладони его гладят по ягодицам, спине, рукам. Пальцы игриво пробегаются по соскам. А вот спереди кто-то осмелел или решил добавить острых ощущений, потому что ладонь несильно сжимает его горло, а член погружается в него полностью. Ему дают отдышаться и снова врываются в рот. Антон открывает глаза, потому что кажется, что за это время уже хотя бы минимально дым должен был рассеяться, но перед ним все такая же плотная вата.       Член пропадает изо рта, ладонь ложится на щеку, поглаживая. Антон чувствует, как и пальцы, растягивающие его, исчезли. Через мгновение его ануса касается что-то явно больше пальца и очень горячее. Головка скользит сначала вдоль расселины, затем ею стукают по его ягодице, Антон чувствует какой уже твердый там член. И он его очень хочет внутри себя. На его собственный возвращается язык и проворные пальцы снова пережимают слегка у основания, а в его анус начинает погружаться чужой член. Его снова глубоко и напористо целуют, и Антон действительно не знает, куда себя деть от всего этого спектра ощущений. Чужой член вошел полностью, он чувствует такую правильную и безумно приятную наполненность внутри. На его же члене порхает мокрый язык, дразнясь. А вот с губ пропали чужие губы. Пальцы касаются нижней челюсти, оттягивая вниз, и Антон понимает, что от него сейчас требуется. Раскрывает снова пошире рот и высовывает язык. Туда тут же проникает пульсирующий член, да так глубоко, что Антон носом упирается в лобок. Какие реалистичные все-таки у него ощущения. Да и навыки у него сейчас будто стали более прокачанными, чем в реальной жизни. На то она и фантазия.       Антон настолько отдается многочисленным ощущениям, что приходит в себя только когда чувствует, как сзади в него вколачиваются с бешеной скоростью, руками помогая насаживать еще сильнее, а он машинально помогает этому действию, двигаясь навстречу толчкам. На своем члене ощущает не только язык, но и губы, и руку, которые захватили полностью в свой жаркий кокон. Челюсть, кажется, немного затекла, так как в его рот примерно с такой же скоростью входит чужой член, периодически застывая внутри на несколько мгновений, но далее покидая горло, чтобы Антон мог вздохнуть. Кажется, он мокрый вообще со всех сторон, а на лице уже смешались и слезы, и сопли, и слюни, и смазка. Колени начинает саднить, хорошо, что его держат чужие руки, потому что иначе бы он уже тут распластался на этих мягких подушках без сил.       Второй раз оргазм подступает так же стремительно, что и в первый, только не понятно, сколько времени он продержался сейчас. Внизу живота взрывается мощный фейерверк, и Антон кончает в горячий рот, чувствует, как его старательно вылизывает язык, а пальцы водят по члену, надавливая, чтобы получить все до последней капельки. Глотку больше не раздирает от чужого возбуждения, но подбородка касается ладонь, приподнимая выше лицо. Через секунду он ощущает на щеках и губах теплые капли спермы, машинально облизываясь, чтобы попробовать ее на вкус. По ягодице прилетает шлепок и внутрь врезается каменный член, Антон чувствует на себе практически весь вес чужого тела и пульсирующий внутри орган. От всего спектра ощущений он бы мог кончить и в третий раз, но пока что физически точно не готов. Его тела нежно касаются ладони, оглаживая спину, ягодицы, бедра, щеки. Внезапно все прикосновения пропадают, оставляя Антона наедине с самим собой и минимальным количеством мыслей в голове.       Таким грязным он себя еще никогда не ощущал. И таким прекрасно оттраханным.

***

      Антон приходит в себя. Открывает глаза и осматривается вокруг. Он лежит все на тех же подушках, на спине, вокруг дым, но он почти уже рассеялся – нет той плотной ваты, из-за которой не видно было абсолютно ничего. Что примечательно – он в одежде, и выглядит она так, будто ее не снимали и не мяли. Антон отмечает, что мышцы тела настолько сильно расслаблены, будто он прошел курс отменного массажа и отоспался двадцать четыре часа после этого. Его взгляд привлекает движение у входа. Плотная штора отодвигается в сторону, и в поле видимости возникает Арсений все в том же своем шаманском прикиде.       – Все в порядке? Как себя чувствуешь? Голова не болит? – учтиво спрашивает, внимательно его рассматривая.       – Да все в порядке, вроде не болит, – задумчиво тянет Антон, прислушиваясь к своему организму. Пора бы уже и уходить. По всей видимости, обряд завершен.       – Отлично, – снова добродушно улыбается Арсений и подходит ближе, протягивая руку, видимо, чтобы помочь подняться.       Антон пользуется этим предложением, хватаясь за крепкую ладонь, и в одно движение оказывается на ногах. Снова осматривается по сторонам, будто тут что-то поменялось за время его отключки. Огня уже нет, в кострище лишь догорающие черные угольки, от которых слабой струйкой поднимается дым. Антон переводит взгляд перед собой и видит, как Арсений протягивает ему его толстовку. Он благодарит и тут же её на себя натягивает, приглаживая. Скорее всего она помялась, но не страшно, он все равно сейчас в отель.       – Спасибо? – выходит больше вопросительно. Потому что пока что Антон совершенно не понимает, есть ли какой-то эффект от проведенного обряда. – Как я могу тебя отблагодарить? – задает вполне очевидный вопрос, так как изначально с этой темы Арсений умело съехал.       – Давай ты сначала ощутишь нужный эффект, а потом, если захочешь, по номеру телефона отправишь благодарность. Идет?       – Договор, – такой расклад Антона очень даже устраивает.       Они прощаются около входа в юрту и Антон уходит в том же направлении, откуда пришел. На улице действительно стало ощутимо прохладно. Пока он тыкает навигатор, выставляя адрес отеля, размышляет о том, что же с ним было. Ведь он явно каким-то образом отключился, погрузился в транс. Все-таки в том настое не просто три травки было. Да и еще и дым этот. А то, что было после, так вообще стыдно вспоминать. Антон уходит, не оборачиваясь, поэтому никак не может увидеть, что Арсений провожает его взглядом с ухмылкой, касаясь пальцами своей шеи, где отчетливо виднеются несколько свежих засосов.       Оказавшись в номере, Антон сразу же запрыгивает в кровать и отрубается. В этот раз ему ничего не снится и спит он до полудня. Просыпается самостоятельно, широко зевает. Прислушивается к своим ощущениям и самочувствию - мышцы тела приятно тянет. Антон встает с постели и сначала отправляется в душ. Нужно было сделать это ещё вчера, смыть все события дня, но сил катастрофически не было. По возвращении Антон берет в руки телефон и вспоминает о том, что нужно бы заплатить все-таки Арсению за проделанную работу. Только есть ли какой-то эффект? Вернее, не какой-то, Антону нужен вполне конкретный. Чтобы не откладывать это дело на потом, он решает устроить проверку своему организму прямо здесь и сейчас. Открывает на телефоне сайт, листает предлагаемые видео и тыкает на первое понравившееся своей заставкой. Устраивается поудобнее на кровати, приспуская трусы.       На видео девушка демонстрирует свое идеальное тело в откровенном нижнем белье. Антон проматывает дальше, останавливаясь на моменте её взаимодействия с партнёром. Девушка с удовольствием сосет член, закатывая глаза и постанывая. Антон отмечает радостный факт – у него стоит! Это же отлично, теперь нужно довести дело до конца, чтобы убедиться в полном функционировании. Продолжая смотреть, как на видео мужчина сзади трахает блондинку, Антон сплевывает на ладонь и обхватывает свой член. Как же он соскучился по этому ощущению. Твердый, с набухшими венками, поджавшимися яйцами и блестящей от выступившего прекама головкой. Антон с удовольствием проводит кулаком вдоль ствола, размазывая слюну. Была бы у него с собой смазка, то он бы непременно ею воспользовался, а так приходится применять то, что всегда есть под рукой. Он двигает кистью сначала размеренно, затем срывается на рваные быстрые движения, периодически поглядывая на экран телефона. В какой-то момент просто отключается от реальности, отдаваясь ощущениям. Слюна уже ожидаемого высохла, поэтому резкие движения отзываются некоторым дискомфортом, но сейчас так все равно. Антон кончает с особым кайфом. Пока он лениво водит по почти что опавшему члену пальцами, все ещё радуясь факту избавления от проблемы, его подсознание услужливо подкидывает отрывки из вчерашнего видения в юрте - как он там мощно кончал в чужой рот и как по-животному его трахали и кончали в него самого. В это мгновение по телу пробегает звонкий табун мурашек. Да, это действительно было нереально.       По итогу же шаман помог? Помог. Надо его отблагодарить за это. Антон снова берет в руки телефон, открывает мобильный банк и отправляет в адрес имени «Шаман. Алтай» достаточную, по его мнению, сумму за оказанную уникальную услугу. В комментарии пишет, что это от Антона и что «все работает как надо». Можно теперь собираться домой.       Когда Антон выходит с немногочисленными вещами из номера и проверяет, все ли он взял, то в кармане той самой толстовки, в которой он был на шаманском обряде, находит сложенный лист бумаги. Он раскрывает записку и читает текст:

Захочешь повторить –

ты знаешь, где меня найти ;))

      Так это было не видение?