Преемница Толкина

Нина не просто так не вернулась в дом. После выполнения поручения подруги её охватил некий страх, которому она не могла дать ни определения, ни причины. Просто чувство, и ничего более. А вместе с ним появилось и не менее странное ощущение нестерпимой жары, будто бы весь организм иссушили изнутри, а мозг расплавился и превратился в желе. Посчитав, что у неё солнечный удар, девушка поспешила укрыться в тени деревьев, постелив под кроной одного из них прихваченный с крыльца половичок. Боязнь чего-то потихоньку стала отступать, Нина вздохнула спокойнее, пытаясь мысленно проанализировать сложившуюся ситуацию, но, от природы лишённая способности к логическому анализу, она составила не одну фантастическую гипотезу на основе внутренних ощущений и своих суждений. — Да что за нафиг?! — воскликнула она, когда новая волна необъяснимого страха накатила на неё, проявившись ощутимой дрожью, заставив её машинально обхватить себя руками. В попытке прогнать наваждение она тряхнула головой, отчего короткие волосы взлохматились ещё больше, но это помогло. Со стороны дома послышался какой-то шум. — А у меня точно солнечный удар? — задала риторический вопрос, ни к кому не обращаясь, Нина. — Или всё-таки галлюцинации? Так или иначе, девушка пришла к выводу о том, что лучше просто переждать и отдохнуть в прохладе тени. А потому вскоре в ушах играла любимая песня, веки сонно смыкались, и Нинка, в конец разморившись, задремала.

***

После своего заявления Амрас поспешил ретироваться из комнаты, пока девушки не выбрались из затруднительного положения, дабы не попасться ненароком под горячую руку. Но даже если бы он и не предпринял данную меру предосторожности, ему всё равно ничего бы не грозило, потому что Оля пребывала в глубоком шоке от сложившейся ситуации, а Алёне ещё предстояло как-то выбраться из второй ловушки. — Оль, может ногу с меня уберёшь? — проронила последняя. — Я не могу. Я ею вообще практически пошевелить не могу. Он своей тяжестью блокирует почти все движения. — Капец, — вздохнула Алёна и собственноручно попробовала убрать мешающуюся конечность. — Ай! — дёрнулась Оля и случайно пнула блондинку. — М-да… Хорошо, что Кристины тут нет, а то бы… — она многозначительно замолчала, но намёк был понят. — Алёна, не каркай! А ты, — это уже было обращено к эльфу, — ты выпустишь меня наконец? Тот будто бы не замечал её слов, просто горячо обнимал, шепча непонятные слова. Голова его уткнулась ей в плечо, горячее дыхание ощущалось сквозь ткань, а сильные руки крепко сжимали спину и плечи. И вдруг он поднял затуманенный взор, с некоторой тревогой вглядываясь в черты Ольги. — Майтимо… — прошептали пересохшие губы. Одной рукой он потянулся к её волосам, осторожно, чуть ли не нежно, провёл по ним, зацепляя вьющуюся волной медную прядь, и с горечью что-то произнёс, скорбно выдыхая. Оля в конец отказалась понимать происходящее. В то же время Алёнка наоборот, начала действовать. Для начала она попробовала отползти назад, пятясь как рак, таким образом чуть не лишив рыжую бестию последней опоры. Затем решила сменить тактику, продвинувшись вперёд, но тоже неудачно — коленом ей прилетело почти что по пояснице. — Да блин! Оля! Меня искалечить хочешь?! — не выдержала Алёна, больно щипая ту за ляжку. — Да я тут при чём? — прошипела в ответ полупридавленная нолдораном девушка. — Его с меня стащи. Похоже, он принял меня за Майтимо. — Оригинально, — иронично фыркнув, она к неожиданности вышеупомянутого короля предприняла попытку схватить его за талию, но промахнулась, в последний момент уцепившись за расшитый пояс. Финдэкано резко обернулся, полыхая очами, полными гнева и раздражения, и в этот самый момент она воскликнула. — Оля, давай! Сейчас! Девушка среагировала быстро, совершив порывистый толчок всем телом, со всей силы оттолкнула мужчину, на всякий случай надавив на плечевые связки. Ослабевшее тело практически без сопротивления поддалось. — Нет-нет-нет! Только не повторение! Алёна в последний момент увернулась, мигом выскочив из-под траектории, грозившей ей вновь застрять под эльфом, но упасть ему не дали. Успевшая нормально сесть Оля ловко подхватила его, на всякий случай прикрыв ладонью затылок, и, поддерживая, помогла нормально разместиться на полу. Дыхание у Финдэкано сбилось, в глазах зарябило и голова закружилась. Он и сам не понял, как оказался уложен на кровать. Размытый образ кузена легонько накрыл его одеялом, а лба коснулась рука… Фингон изумлённо моргнул. Правая кисть, тёплая, не металлическая, такая мягкая… Неужели?! Как это может быть правдой? Но разум гас, голоса до него долетали как сквозь толщу воды, вдруг отяжелевшие веки смыкались… — Ну и что с ним? — скрестив руки на груди, Алёна неспеша подошла к изголовью ложа. Оля всё ещё сидела на постели с приложенной к вспотевшему лбу рукой, будто не решалась вынести окончательный вердикт, в задумчивости поджала губы, слишком глубоко погрузившись в свои мысли, чтобы слёту ответить Алёне. Поднявшись, она аккуратно выгнула спину и повела плечами, разминая их, тем самым заставив хрустнуть. — Лоб запотел и температура поднялась. Ты не знаешь, сколько надо жаропонижающего? — Нет, — покачала головой блондинка. — Печально. Принеси воды, и надо, может, влажную тряпку на лоб положить? — полуспросила Оля, немного растерявшись; за все казусы здоровья чаще всего отвечала Кристина, и она мало интересовалась этой темой, ограничиваясь поверхностной информацией о травматологии. — Ну… Логичное решение. Сейчас всё будет. — Окей, я тогда пойду. Займись этим сама, а я пока насчёт еды подумаю; до магазина мы, как ты понимаешь, не добрались. — Ага, — просто кивнула Алёна, спеша выполнить намеченный план. Изначально был принесён стакан воды, оставшийся стоять на столе, т.к. девушка, немного подумав, вспомнила, что человек без сознания может ненарочно утопиться, что было бы крайне неприятно. Поэтому, отложив ёмкость с водой в сторону, она вернулась на кухню за блюдцем, а заодно прихватила полотенце для умывания, предварительно смочив его. Подчас её охватывало предвкушение, на которое сердце глухо отзывалось частыми ударами о рёбра, казалось, ещё немного, и точно выскочит. Кое-как вернув себе самообладание, Алёна тряхнула головой и протёрла влажным полотенцем лицо нолдо, его тонкие совершенные черты… — Блин, Алёнка! Соберись! Ну что за тряпка? Тебе не 16, — рассмеялась она, наливая в блюдце воды, — поэтому хватит уже думать о ерунде. Приподняв его голову, она подставила к губам эльфа краешек блюдца, наклонив его на мгновение. Зубы его были разжаты, и жидкость свободно скользнула в полость, устремившись к горлу. На инстинкте нолдо её проглотил и, кажется, выдохнул с облегчением, чутка поддавшись вперёд. Обрадованная результатом Алёна повторила данный опыт ещё несколько раз, пока он полностью не утолил жажду, о чём засвидетельствовали протяжный вздох и полностью откинувшаяся на подушку голова. Только она собиралась унести посуду, как её запястья коснулась рука. Прикосновение было не сильным, лишь привлекающим внимание, а не стремящееся удержать. Алёна подняла вопросительный взгляд. — Как вы себя чувствуете? — не особо надеясь на ответ, задала она всё-таки вопрос, немало её волновавший. Казалось, он собирался ответить, но почему-то передумал. Выражение глаз переменилось, исчез туман и появилось больше осмысленности. — Вы меня понимаете? — кивок. — А говорить можете? Как себя чувствуете? — Нормально, благодарю, — негромко ответил он. Приятный певучий баритон с маленькой хрипотцой прозвучал громко в царящей тишине, вызвав лёгкую улыбку у девушки. — Ну и отлично. Спустишься, или ещё полежишь? — Полежу; голова немного кружится. — Ясно. Ну, тогда я пойду? — она отступила от него, но он её удержал. — Подожди, Келебриэль… Девушка резко отдёрнула руку, обращая на него пристальный взгляд. — Откуда ты знаешь это имя? — Так я угадал с именем? — Нет… Просто в моём сне меня им назвали, и… И впрочем, неважно. Звучит красиво. А вы…? — Аран Финдэкано, — представился он, хотя она и без того знала его имя. — Приятно познакомиться, Алёна. Финдэкано окинул её изучающим взглядом. От обычных аданет она выделялась разве что необычным цветом волос — почти пепельные, они темнели к корням, ниспадая едва заметными волнами. Высокий лоб, тёмные брови вразлёт, курносый носик, намёк на очертания скул, — всё делало девушку если не красавицей, то очень милой и располагающей к себе особой. Уголки тонких губ были слегка приподняты в выражении добродушного участия. Но случись что-нибудь тревожное или подозрительное, он знал, это миловидное лицо мигом преобразится, возможно, даже приобретёт грозный вид. Он вдруг ощутил, как к щекам приливает кровь, когда полностью взглянул на фигурку собеседницы и остановился на чересчур урезанных штанах, открывающих оголённые ноги, и ужаснулся тому, что никак не может отвести взгляд, ещё сильнее краснея. Заметив его сильное смятение вперемешку со смущением, Алёна залилась звонким смехом, точь-в-точь словно тот незнакомец, с которым ей довелось совершить такое удивительное путешествие, пускай и только во сне. — Не стоит смущаться, — отсмеявшись, наконец вымолвила она. — Я не распутная, и соблазнять тоже не пытаюсь, — продолжала она весело, но её слова вогнали нолдо в такую краску, что он зажмурился и часто задышал. — Просто летом из-за жары у нас принято ходить в шортах, не обязательно, конечно, но хочется ведь. — А, позволь узнать, где я? Насколько помню, ни в одном человеческом селении нет таких обычаев. — Ну… Да, мы такие. А находишься в нашем доме в деревне, страна Россия, материк Евразия. Сейчас 2 часа 15 минут, 11 июля, если тебе это интересно. — А… — А давай я сейчас пойду унесу посуду и потом вернусь, хорошо? — Да. Алёна быстро забрала обозначенные предметы и чуть ли не убежала из комнаты. Будто боясь, что он снова провалится в забытье, она торопилась, однако делиться новостью с остальными пока не спешила. Для начала в её планы входило поговорить и ответить на все возможные вопросы, а дальше действовать уже по ситуации. Не прошло и 10 минут, как девушка вернулась, приоткрыла форточку (никто из хозяек комнаты не додумался это сделать), подвинула к кровати стул и приготовилась слушать. Ожидаемо или совсем неожиданно, но Фингон в первую очередь спросил про черепа, истерзавшие его своей тайной, на которых он предостаточно успел насмотреться в её отсутствие. — А это муляжи моей кузины, хотя, надо признать, я тоже иногда ими пользуюсь. Ей друзья столько подарили, так что и девать некуда, вот они здесь и лежат. Ты их главное не трогай, особенно тот, что над той кроватью, — она указала на череп копытного, так «уютно» висевший над постелью. — Вот за него она шкуру снимет с кого угодно. — Благодарю за предупреждение, — он искренне поблагодарил. — Но всё же поясни, где я нахожусь? Из твоих слов я практически ничего не понял, разве что о том, что я нахожусь в деревне. — М… Ну что сказать? Ты в Подмосковной глубинке, Россия, материк Евразия, — но заметив непонимание в серо-голубых глазах, Алёна наконец поняла, чего же ему не понятно. — Подмосковье — это область города Москвы; Россия — страна, расположенная на материке Евразия, столица которой Москва; так, что дальше тебе не понятно? — Откровенно говоря, я не припоминаю всех этих названий, — Фингон тяжело вздохнул; названия ему абсолютно ничего не говорили. — А! Ну конечно же, совсем забыла сказать, — она хлопнула себя полбу и ошарашила новостью. — Ты в другом мире. — Я в Чертогах Мандоса? — Э… Нет, ты ещё не помер!!! И не вздумай! Короче, не боись, ты тут не один: ещё здесь Маэдрос и Амбаруссар. — Майтимо? — он разом оживился. — Кажется, его я видел не так давно… Всё так смутно. Ты можешь его позвать? — Да без проблем, только когда он вернётся. Он и Амрод с моей младшей, с Кристиной, которой, собственно, принадлежит эта комната. По идее они скоро должны вернуться. — Тогда хорошо. — Ну, ты отдыхай. Я минут через 15-20 приду, может, захочешь спуститься, — и с этим словами она вышла из комнаты, оставляя нолдо наедине со своими мыслями.

***

В безделье время порой идёт медленно и как-то растянуто, но в делах, в домашних хлопотах не успеваешь и оглянуться, как оно пролетает. Никто из обитателей дома и не заметил, как часовая стрелка оказалась на четырёх. К тому моменту Финдэкано не без помощи Алёны и Оли, с которой он успел тоже познакомиться, спустился на первый этаж и прошёл в кухню. Ему как и всем налили тарелку сваренного Ольгой супа, правда, меньше, т.к. он был не очень голоден, а заодно языкастый Амрас рассказал ему о грядущей свадьбе, где он должен выступать в роли жениха, но пока его не хватил удар, Алёна поспешила опровергнуть слова хитреца и рассказала истинную историю того, что случилось. Бедный парень успел и покраснеть, и побледнеть, и Олю внимательно рассмотреть. Он в глубине души посмеивался над тем, как умудрился принять её за кузена, хотя некоторые схожие черты в ней действительно проскальзывали. Как раз после позднего обеда, когда вскипел чайник и все преспокойно наслаждались горячим напитком, входная дверь громко распахнулась, из коридора послышались шаги нескольких пар ног и… В кухню ворвалась подобно ураганному ветру Кристина. Она положила на столешницу букет цветов и с гордо поднятой головой удалилась, не вымолвив ни слова. — Это Кристина, моя кузина, — представила её Алёна сидевшему рядом Фингону. Следующей фигурой, зашедшей на чаепитие, оказался Маэдрос. Он представлял собой несколько комичную картину. Из-за левого уха торчала пара ромашек, в шикарных волосах цвета меди затерялись листики и веточки, будто он пробирался невесть через какие дебри. На его лице застыло сумрачное выражение, ясно говорившее о том, что он больше никогда не согласится приглядывать за Кристей, по крайней мере если она продолжит выкидывать всякие трюки. — Майтимо! — вырвалось у Фингона. — Финьо! — последовал ответный отклик. Лицо Нельяфинвэ мигом просветлело. Сам он не долго оставался на месте; рванул к сидевшему на диване двоюродному брату и заключил его в крепкие объятья. Прижимая его к груди, пряча лицо на плече и не желая отпускать, он постоянно что-то шептал на непонятном языке. В конце концов со стороны Финголфинион начал казаться безвольной куклой. — Э! Вы что творите?! Живо его опустил на место!!! — с воплем вбежала Кристина. — Мне его осмотреть надо!!! Феаноринг нехотя, но всё же отпустил друга, отстраняясь. Его место тут же заняла девушка. Она внимательно осмотрела рану нолдо, повертела его голову, бесцеремонно взявшись за подбородок, задала несколько наводящих вопросов и, получив ответ, вновь ушла, погружённая в свои мысли. — Иногда её безалаберность меня убивает, — вздохнула Оля, наливая чай Маэдросу. — Как сходили? Вижу, удачно? — Да. Но я бы больше такое не повторял, — проронил Высокий, изымая все инородные элементы из своей причёски. — О, да они, я вижу, постарались на славу! — рассмеялся Амрас, поднялся из-за стола и направился на выход. — Пойду-ка расспрошу Питьо о вашем грандиозном путешествии. Кстати, а где Ни-на? Все переглянулись. До сих пор о ней никто так и не вспомнил; Алёна была слишком увлечена очнувшимся эльфом и помогала ему по возможности, Оля занималась едой, и ей было как-то не до этого, а Амрас… А его вообще мало заботила какая-то аданет и её местонахождение. В коридоре в который раз раздались шаги, и недавно упомянутая персона, потягиваясь и зевая, чуть не врезалась в спрашивавшего феаноринга. — О! Нашлась-таки пропажа! — приветствовала её Алёна. — Это Нина, последний житель нашего дома на данный момент, — представила она подругу эльфу. — А это кто? — Нина с удивлением обнаружила нового нолдо, о котором уже сто раз успела позабыть. — Аран Финдэкано, — представился тот, и они пожали руки в знак знакомства. — А который, кстати, час? — присев к столу, поинтересовалась она. — Четвертый. — Какой-какой?! Я проспала несколько часов к ряду? — Ах ты спала. Ну прости, совёнок, что не разбудила раньше. Ты бы ещё предупредила, где на ночлег устраиваешься… Немного удивлённая Нина внимательно взглянула на подругу. По всей видимости она злилась на неё, а раз так, то что-то в её отсутствие случилось. — Алён, а что случилось-то? Чего ты бушуешь? — Да так, ничего особенного. Меня дважды сегодня чуть не похоронили, во второй раз по твоей милости. — А… — отстранённо протянула она. — А, — озарение медленно доходило до ещё спящего разума. — А! Дошло. Ну, извини, у меня что-то голова закружилась, я и не заметила, как заснула. Но serious, что случилось? — Вечером расскажу, — махнув рукой, смилостивилась Алёна, допивая свой чай. Фингон наблюдал представление с добродушным интересом. Как он уже успел убедиться, местные люди были довольно странными существами, начиная от предпочтений в одежде и кончая манерой держаться в обществе. Из болтовни девушек можно было бы подумать, что они ссорятся из-за недоразумения, однако на самом деле ссоры между ними не возникало. Просто блондинка обозначила упрёк, пусть и несколько грубо, зато вторая её поняла и приняла это к сведению. Тем не менее Фингон посмотрел на Майтимо, выгнув бровь. Тот просто пожал плечами, мол, обычное дело, такой у них менталитет. Тихо-мирно проходило чаепитие за разговорами и печенюшками. Нельо делился с кузеном сведениями об этом мире, балакая на своём языке и ничуть тому не смущаясь; девушки тоже нашли актуальный для себя вопрос, но их беседа не несла в себе важного смысла. Вдруг на пороге появился Амрод, окинул всех присутствующих взглядом и наткнулся на телевизор. Вспомнив нечто важное, он развернулся на сто восемьдесят градусов и крикнул в коридор: — Крыса!!! — Чего?! — послышалось сверху. — Ты обещала, что мы досмотрим… Досмотрим, ну как ты там его называла?! — Фильм. Иду. Сначала на потолке, а потом и на лесенке заскрипели доски, оповещая движения Кристины, которая вскоре оказалась в месте сбора. — Амрас! — кликнула она громогласным голосом, уперев руки в боки с несколько пришибленным видом. — Ты с нами? Если да, то ждём. А вы, — обратилась она теперь к здесь сидящим, — будьте добры покинуть кухню, пожалуйста, если не собираетесь с нами смотреть фильм. — Что? — не понял недавно очнувшийся нолдо. — Какой? — одновременно с ним заинтересовалась Оля. — Пираты Карибского моря, — ответила Кристя, включая телевизор. — Амрод, где мы остановились? — Ну… — Не ну, а чётко, какое время. — Я не помню… — А чем вы собираетесь заняться? — появился Амрас, располагаясь у подоконника, откуда было видно абсолютно всё. — Кино смотреть будем. А вообще… Будем смотреть с первой серии, ничего не знаю, — сказала, как отрезала, Кристина, щёлкая на пульте. Ожидаемо, никто кухню не покинул. Не каждый день нолдор видят бегающие картинки и слышат необычные речи. Все гости наблюдали фильм, затаив дыхание, с некоторым напряжением и трепетом следя за всеми действиями персонажей, впрочем, они не забывали оставлять свои комментарии по тому или иному поводу, сводившиеся, в основном, к неправдоподобности событий. Маэдроса немало заинтересовало оружие, которого ему не приходилось видеть в Арде, и с каждым вопросом обращался к Оле, которая, к слову, неплохо разбиралась в данной теме и подробно разъясняла, хотя многое для него так и осталось непонятным. Амбаруссар, как истинные охотники за приключениями, походу, мотали информацию себе на ус, иначе Кристина не бралась разъяснить подозрительный блеск в их глазах. Сама же она не особо следила за фильмом, т.к. знала его чуть ли не наизусть, и дабы себя занять, наблюдала за реакцией эльфов и принимала участие в обсуждении вместе с Ниной. Финдэкано тоже следил за всем с живейшим интересом, но оставался ещё слаб, из-за чего где-то на середине задремал. За первой частью последовала вторая, а время незаметно бежало дальше. Алёна на продолжение не осталась, ей требовалось заняться повседневными делами и хозяйством, которое ждать вовсе не собиралось. Ольга, решив помочь и немного развеяться, ушла с ней. Сумбурность последних дней наложила свой отпечаток на неё, несмотря на умение держаться сосредоточенно и разумно в любой ситуации, а необъяснимые явления, не считая уже эльфов, вызывали тревогу, похороненную до поры до времени в закутках её холодного рассудка. — Устала? — с пониманием спросила Алёна, поливающая бабушкин подсолнух, ещё маленький, но к августу он обязательно вырастет чуть ли не с неё ростом. — Ага, причём не знаю от чего, — Оля оторвала одно перо лука и, слегка поморщившись, пожевала его. Зелень в чистом виде она не очень любила, отдавая предпочтения чему-нибудь более существенному, как, например, каши, мясо и булочные изделия, но иногда так и хотелось пожевать чего-нибудь горького. Вот и сейчас, сидя на перевёрнутом ведре рядом с грядкой, она бесцельно жевала лук. — Знаешь, Алёна, — размеренно начала она, — одно время мне очень нравилось чтение фанфиков по вселенной Толкина; откровенно говоря, я фанатела от неё. Но сейчас я в полной мере поняла: одно дело читать и воспринимать как выдумку, и совсем другое — столкнуться с этой выдумкой лицом к лицу, ощутить себя безвольной куклой провидения. — Чего это тебя потянуло на философию? — удивлённо вскинула брови та, на мгновение отвлёкшись от растений. — Это не совсем философия, хотя, в сущности, шестерёнки мироздания… Но я о другом. Раз они сюда попали, причём не посредством смерти, значит, они могут и вернуться обратно, это вопрос времени. Мы не можем на это как-то повлиять, и нам остаётся только ждать назначенного часа. Однако сколько они здесь будут? Ладно там, неделю, месяц или два… А если год, десяток лет или век? Насколько я понимаю, их физиология практически не изменилась, регенерация, по крайней мере, точно. Возможно, их появление повлияло и на нас; мой голос действительно вернулся раньше, нарушая законы биологии или чего-то там ещё… Девушка слушала крайне внимательно, не перебивая, так что даже прервала своё занятие, не считая его столь важным. Всё же именно она оставалась ответственной за вверенную ей территорию и средства. — Я услышала тебя, — прервала она затянувшееся после её монолога молчание. — Пока будем жить здесь, мы вполне можем взять заботу над ними в нашем мире, в любом случае до осени. — У тебя вроде бы отпуск скоро кончается, — напомнила Ольга. — Ещё полторы недели. К тому же я работаю по удалёнке, так что всё норм. Интернет ловит, и это главное, об остальном не беспокойся. — Что ж, я на тебя рассчитываю, — тряхнув рыжим хвостиком, широко улыбнулась Оля, поднимаясь с ведра. — Но если что!.. Ты говори мне, не молчи, а то знаю я тебя. — Конечно, — Алёна ответила не менее обворожительной улыбкой, попутно возвращаясь к делам.