Преемница Толкина

Амрас тревожно взглянул на небо. Закат почти догорел, о чём засвидетельствовали быстро опускающиеся сумерки и всплывшая на горизонте луна. Она светилась бледным светом, смягчённым в полумраке, благодаря чему на ней отчётливо виднелись тёмные пятна. Откуда ни возьмись ветер принёс серые облака, иногда скрывающие её, что сейчас плыли по небу своим стремительным потоком, хмурились и редко открывали кусочки неба. Ветра как такового не было, он гулял где-то в вышине, на безграничном просторе. Может, к утру он прогонит сгущающиеся тучи, или же принесёт ещё больше. — Дождь собирается, — задумчиво промолвила единственная девушка, чьи скулы покрывало множество веснушек. — Наверное, будет либо сегодня ночью, либо утром. — Не думаешь, что к утру рассеятся? — предположил Амрас, хотя про себя полностью согласный с ней. — Нет. В конце концов, дождь обещали, хотя прогнозам не стоит особо доверять. — Чему не стоит? — Прогнозам. У нас есть люди, которые с помощью специальных приборов определяют, какая погода скорее всего будет в том или ином месте. Но эти измерения не всегда точны, и в частных случаях нередко вообще не соответствуют. — Ясно. Входная дверь приоткрылась, и в проёме показалась головка Нины. — Опять дождь! — разочарованно воскликнула она и хотела ещё что-то сказать, но её прервал неожиданный раскат грома. Он повторился пару раз и затих, так что кругом воцарилась мёртвая тишина, будто затишье перед готовящейся разразиться бурей. Небо внезапно озарило розоватое зарево, и в отдалении стрелой сверкнула молния. — Н-да, — прищёлкнула языком Нина, — ночь прямо как та, когда вас к нам закинуло. — Предполагаешь, что сегодня мы вернёмся в наш мир? — то ли обрадовался, то ли разочаровался Амрас. — Лично я ничего не предполагаю. Как будет, так будет. Мне, если честно, всё равно. Моя-то жизнь ни на дюйм не изменится, — и, хихикнув, скрылась за дверью. Немного погодя на улицу выбралась Алёна. Если ночью действительно начнётся дождь, то все сооружения должны быть закрыты, и в этом лучше убедиться лишний раз, чем спохватиться слишком поздно. Ужин в этот вечер происходил несколько уныло. Кристина что-то сготовила, и они с Амбаруссар, взяв еду, поели на крыльце, занятые какой-то важной беседой. Сказав, что не голодная, Алёнка по-быстрому выпила чая и умчалась на огород; до ночи в доме её больше никто не видел. Но позже всех ужинали старшие эльфы в компании Науриэль, как все они порешили называть её между собой, которая по-быстрому что-то сварганила. Однако даже так она расположилась в отдалении, дабы не мешать кузенам, и погрузилась в свои мысли, которые, судя по серьёзному выражению лица, были не радостные. Нолдор воспользовались этим и повели беседу на синдарине. Маэдрос делился своими наблюдениями и мыслями, работой некоторых приборов и просто интересной на его взгляд информацией. Фингон внимательно его слушал, стараясь всё запомнить, ничего не пропустив, изредка задавал вопросы и был задумчив. — Нельо, а где я буду этой ночью спать? — внезапно спросил он, но вместо него ответила девушка. — В нашей комнате, на той же кровати, где ты отдыхал до сих пор. — В таком случае, где же будете вы? — В нашей комнате, где же ещё? — недоумённо ответила она. — То есть как? У вас же там только две кровати. — Ну так мы с Кристей на одной спим. — Но… Но ведь вы девушки! — возмутился он, немного покраснев. — Может, я лучше здесь, на диване, если уж с кузенами в комнате никак не получится… — Нет, здесь спать не лучший вариант. Да и моя троюродная сестра будет рядом в случае чего. Как она сказала, рана у тебя необычная по нашим меркам, вдруг что-нибудь случится… — Ладно, я понял, — смиренно вздохнул мужчина, уступая доводам девушки, что звучали действительно разумно.

***

Тишина… Только мерное дыхание спящих девушек слышалось в комнате, и больше ни один звук не нарушал покоя, разве что часы отбивали свой ритм на стене, но к этому быстро привыкаешь и перестаёшь обращать внимание. С наступлением ночи воздух остыл, духота ушла, сменившись даже некоторой прохладой. Моя туника была вполне удовлетворительной защитой, чтобы не замёрзнуть, но я всё же натянул одеяло по самый подбородок и закинул руку за голову, поудобней на ней устраиваясь. Прикрыв веки, вновь прокрутил все последние воспоминания. И почему Алэин-у я назвал Келебриэль? Может, потому что первым впечатлением были серебристые волосы, на деле оказавшиеся крашенными? Что ж, возможно. Всё-таки интересные здесь атани. Зачем красить волосы? Почему они не довольствуются тем оттенком, какой даёт им Создатель от рождения? Насколько я понимаю, их Создатель не Эру, но сути дела не меняет. — Звёзды… Быдло пляшет на лугу… — нарушило тишину бормотание Кри… Криистиниэнь… Какие же у них еле выговариваемые имена! Кажется, я переврал все новые названия! А слова… Большинство я понимаю, а остальное приходится иной раз угадывать по тону или интуитивно додумывать смысл. Непросто, однако интересно. Но почему мне кажется, что девушка сейчас ругалась во сне? Поёрзав, перевернулся на другой бок и закрыл глаза, всеми силами своего фэа стараясь призвать сон, но он, как назло, не шёл. С раздражением открыл глаза и встретился с пялящимся на меня черепом. Вот что за страсть к коллекционированию голов, пусть и искусственных?! Я ещё как только очнулся, подумал, что нахожусь в человеческом склепе, а девчонка их ещё и рисует, хотя, сколь мне известно, большинство аданет боится человеческих костей. Однако она целитель, и, возможно, для неё всё это нормально. Итак, что у нас получается: Оли (или как-то так), очень похожа на Нельо и самая высокая из них, а ещё хороший стратег, как рассказывал Майтимо; Алэин, вторая по росту девушка, приветливая и весёлая, но сама шутить, кажется, не особо умеет, а также хозяйка дома; Кри… (будет Крисэ, пока что будет Крисэ) Крисэ тут лекарь, но судя из объяснений, самоучка и к тому же ребёнок, которому слишком много позволяется, однако, пожалуй, не мне судить; и Ни-на, девушка с самым выговариваемым именем, в меру дерзкая, забавная и как будто чужая. Вывод: жизнь продолжается в новом русле, и кто знает, что нас всех ожидает в дальнейшем. Однако где потерялся мой сон?! Почему я до сих пор не сплю?! Весь дом спит, а я нет и вынужден лежать в темноте, а на меня таращатся черепушки. Эру, что за несправедливость? Безрезультатно пролежав ещё какое-то время, я сел, скрестив ноги, и опять задумался. Припомнил всех родственников, в том числе и по материнской линии, пересчитал, но это не помогло. Решил, что сидя сны призывать бессмысленно, и поэтому снова улёгся, только теперь на живот, зарывшись лицом в мягкую подушку. Перед мысленным взором снова замелькали картинки, но уже не родичей, а убитых мною врагов. Жаль, наверное, что я их не считал, когда убивал. Но и орки не помогли. Мне вспомнились даже все мои ленты, золотые и серебристые, оставленные в том мире. Сердце кольнула тоска. Те, что были заплетены сейчас, наверняка замарали, как и волосы, которые помыть в ближайшие пару дней я точно не смогу. Крисэ строго сказала, чтобы я никак не тревожил голову, дабы случайно не повредить рану, также запретила мне хмуриться и вскидывать брови. Нет, о ленточках лучше не вспоминать, слишком тоскливо. И пока что о последних событиях битвы тоже не стоит. Главное, тут безопасно, так что можно немного отдохнуть… Но раз о том лучше не вспоминать, о сём пока позабыть, то как мне бороться с бессонницей? М-да, вопрос хороший. Лежать надоело, и я снова сел, спустив ноги с кровати. Босым ходить пусть и не совсем привычно, но, надо признать, вполне удобно. Интересно, когда я был без сознания, мои ноги торчком лежали на изножье? Воображение откликнулось быстро, нарисовав красочное изображение, от чего я тихо рассмеялся. Эх, сейчас бы арфу… Ночь просто чудесна, и раз уж я не могу уснуть, то мог бы сочинить что-нибудь новое, а так… Я оглядел комнату пристальным взглядом, но так и не нашёл ни намёка на музыкальный инструмент. Что ж, остаётся только перебрать все известные песни. … Песни кончились, а новые сочинить не получилось. Что же делать? Когда рассвет? С этими мыслями я встал и приоткрыл занавеску. Пока в голове крутились мотивы и обрывки песен, прошёл дождь, подыграв мне металлическим стуком по крыше, и теперь по окну всё ещё стекали капли, несмотря на то что он закончился. Тучи блуждали на тёмном небе, и по бледному пятну можно было понять, что за ними скрывается луна. Какие-то шорохи, шепотки доносились до слуха, но определить, чем они вызваны, я не решался. Девушки всё так же мирно спали, дом молчал. Спокойствие царствовало, казалось, даже в самих, досках, стенах и полу. И всё-таки как-то грустно на душе.

***

Ночь. Кромешная темнота. На стене размеренно и громко тикают часы. Из темноты раздаётся вздох, и Кристина распахивает глаза. С соседней кровати прямо на неё смотрит Фингон. Её передёргивает то ли от напряжения, потому что она чувствует себя как под прицелом, то ли от раздражения. Из кухни раздаётся внезапное тарахтение допотопного холодильника, и, пользуясь тем, что Финьо отвлёкся и разорвал зрительный контакт, девушка быстро переворачивается на другой бок. Но это помогает не особо, и Крыса продолжает ощущать на спине чужой взгляд. Часы продолжают жизнерадостно тикать, и Кристина тихо ругается себе под нос. Финдэкано намëк понял, но всё же не отвёл взгляд. Девушка уже не стесняется выражений, но продолжает бормотать себе под нос. — Рота, ПОДЪЁМ! — орёт советский приёмник до смерти знакомым басом. Кристина переворачивается на другой бок и лихорадочно ищет по привычке хоть что-нибудь тяжёлое. Под руку ей попадается гладкая белая поверхность. Наплевав на все и вся, она запускает черепушкой куда-то во тьму, откуда слышится жуткий звонкий смех. Вдруг оттуда выплывает знакомая физиономия, принадлежащая Ольге. Рыжая бестия предстаёт перед ней со своими двумя казачьими шашками и начинает ими махаться. Покрутив пальцем у виска, Кристя перекатывается опять на другой бок. — Крыса, — шепчутся сверху, заставляя её поднять туда взор. Лицо знакомого нолдорана наклоняется к ней, на нём играет самая ласковая улыбка и… — Бу! — восклицает привидение.

***

— Фингон, твою же мать!!! — раздаётся такой вопль, что все соседи на километр наверняка повскакивали с кроватей. Одновременно с ним Оле прилетает нехилый пинок от троюродной сестрички, скидывая её, полусонную, на пол. Виновник сего происшествия, вовсе не принимавший участия, изумлённо смотрит на длинноволосую девушку, что уселась на кровати и буравит его недобрым взглядом. — Ты! — восклицает она. — Да что я сделал? — Ты мне даже во сне поспать не даёшь!!! — и с этими словами Кристя рухнула обратно в постель. Фингон в недоумении остался взирать на сию картину. Больше девушка не подавала признаков жизни, и, по всей видимости, сразу уснула. Скинутая с кровати Оля зевнула, сонно хмурясь, протёрла глаза и поднялась, стащив с ложа конец своего одеяла. Его она использовала как покрывало, укутавшись по самую шею, и подошла к нолдо. — Не спится? — поинтересовалась она хриплым спросонья голосом. — Да, — вздохнув, кивнул он. — Бессонница, или тревожит что? — По всей видимости, бессонница, хотя я бы хотел ещё поспать. — Ясно. — А ты чего не ложишься? — полюбопытствовал он. — Да так, составлю тебе компанию. Сколько время? — Оля глянула на телефон, что оказался под рукой. — Ага, половина четвёртого. Ну ничего, рассвет совсем скоро. Покивав своим мыслям, вразвалку девушка направилась вон из комнаты, ёжась от прохлады, которая пробирала несмотря на одеяло. Путь её лежал на кухню, а зачем — секрет. Во всяком случае, приходилось ступать очень тихо, боясь потревожить сон кого-нибудь, если эти кто-то ещё спят. Впрочем, на лесенке ей повстречался встревоженный Нельяфинвэ. — Что случилось? — обеспокоенно вопросил он громким шёпотом по той же причине. — Да Кристя смутьян, — недовольно буркнула Оля в ответ, зевая во весь рот. — Не волнуйся, всё в порядке. Иди, спи лучше. — Ладно, спокойной ночи, — кивнул Маэдрос и неспешно возвратился. — Ага, спокойной.

***

Оля До кухни я добралась беспрепятственно, не повстречав более никаких колобродящих эльфов, чему, надо заметить, была несказанно рада. Тихонько пошарить по тайникам не составляло никакого труда, тем паче что Кристина их не меняла. Без препятствий я вернулась обратно в комнату и застала нолдорана всё так же смотрящим в окно. Фонарик, с которым я совершала поход, выключила, т.к. он больше мне не нужен был. В темноте ориентироваться вполне привычно, но на лесенке лучше иметь некоторое освещение, а то не ровен час и шею свернуть легко. Моя же пока не готова к новому удару. — Что это? — спросил остроухий субъект, когда я положила на стол мешочек с сушёными яблоками. — Сушёные яблоки. Будешь? — протянула ему угощение. — Да, спасибо. — Заодно и запасы Крысы опустошим, — укоризна в его взгляде была видна даже несмотря на темноту. — Не смотри на меня так, нечего ей было пинаться, — я машинально потёрла бок, куда мне прилетело коленом, и не хило так она врезала, синяк точно будет. И что ей только снится? Это ж надо посреди ночи ругательства орать! Хотя догадаться несложно, Фингон ей привиделся, причём не в самой мирной картине. — О чём думаешь? — выдернул меня из раздумий Финдэкано. — Да так, — мотнула головой, — фигня всякая. Не бери в голову. — Ты точно не хочешь спать? — Точно, не волнуйся. Вот почему ты не спишь — это вопрос. Хотя, ты ж дня два фактически проспал. Кстати, ты как? Ну, с раной… — О, сейчас я готов хоть снова на битву, — насмешливо ответил он. — Но если честно, то не слишком хорошо. Голова подчас кружится, а походка моя становится как у кхазада после хорошенькой пьянки. Меня уже одолевает страх, что я где-нибудь однажды точно упаду. — Ага, главное, не на Алёну, — усмехнулась я, представив её смущённое лицо, ведь она тот ещё романтик. — Она тебе этих поползновений не простит, иначе действительно придётся жениться. — Ты сейчас серьёзно? — не на шутку взволновался мой собеседник. — Э… Серьёзно ли я? Трудный вопрос, учитывая, что я подобным недугом, как романтика, не особо-то страдаю. Ну, встречалась несколько раз, дважды даже без влюблённости, но замуж выходить никогда в мои планы не входило. — Не знаю, — после некоторых раздумий выдала я. — Она, конечно, тот ещё романтик, однако я не припомню, чтобы она с кем-нибудь встречалась. Может, разок был когда-то давно, но она ведь до сих пор холостая, впрочем, как и все мы. — Правду сказать, я думал, что вы уже все давно замужем. Удивление, наверное, было написано у меня на лбу, т.к. он рассмеялся. Помнится, мне попадались факты о том, что у эльфов превосходные слух и зрение, а у дивных Толкина, особенно тех, кто видел свет Амана, есть нечто вроде внутренней подсветки. Они как вода, впитали его в себя и потихоньку отдают… — Обычно к вашему возрасту аданет уже имеют мужа, а некоторые и детей, — мягко пояснил он. Мне сразу вспомнилась Карина, девушка из нашей, вернее, уже моей банды, как мы всё ещё именуем себя, хотя пора бы повзрослеть, но не суть. Она была старше меня лет на 5, с бойким весёлым характером, вечно насмешливыми карими глазами и острым языком. А самое интересное, она выскочила замуж, как только преодолела порог совершеннолетия, и уже в 19 родила дочь. Тогда на неё пало много обязанностей, с каждым годом Карина всё меньше принимала участия в нашей маленькой жизни, пока не исчезла из неё насовсем. Помнится, я спросила её тогда, нравится ли ей семейная жизнь? Неужели ей не хотелось ещё погулять? Но в ответ мне был всё тот же насмешливый, а оттого казавшийся презрительным взгляд и загадочная улыбка. «Придёт время, и ты, возможно, поймёшь. Когда повзролеешь, вот тогда…» — сохраняя интригу, ответила мне бывшая подруга по играм. И что тогда? С тех пор я искала отгадку этих слов, строила предположения и приглядывалась к людям, но она всё время ускользала от меня. Нередко присматривалась к её семье. Удивительно, что они до сих пор не развелись. Наверное, такова настоящая любовь, которая должна быть между супругами… Но как бы ни была я ответственна, такое для меня ещё слишком рано. — Знаешь, — наконец ответила я, — у меня есть или была подруга, выскочившая замуж уже в 18, — конечно, речь о Карине. — Почему она так поступила — для меня непостижимая загадка. Могу лишь предположить, что она хотела этого, но я не хочу, и насколько я знаю своих приближенных, — сделала широкий жест, обозначая всех обитателей дома, — то никто из них не стремится к этому. У нас есть свои цели в жизни, и отнюдь не замужество. Я отвечаю за многое, за многих, и не хочу променять их на семью. Для меня брак представляется как оковы. — Почему? — искренне удивился Фингон, а я сильней укуталась в одеяло. — Разве это не счастье, найти того, кто будет тебя любить, защищать и заботиться? Найти того, ради кого рискнёшь жизнью? Своей вдохновенной речью он меня даже зачаровал, но потом в голову полезли всякие каверзные мысли. Кристина говорила недавно, узнав у Нельяфинвэ, что аран Финдэкано не был женат и не имел детей, как-то было в одной из изначальных версий. А значит о ком бы он мог так говорить? — Я прекрасно понимаю, что Майтимо не девушка, но неужели ты настолько в него влюблён? — деланно посочувствовала ему. — Чего? — не понял он. Тут только осознание того, чего именно ляпнула, наконец, достучалось до разума, и кажется, как раз в этот момент, сердце пропустило удар. Мои глаза будто распахнулись и взглянули на этих существ совершенно под другим углом. Хоть нас и учили смотреть на любую задачу под разными углами, чем я и пользовалась в повседневной жизни, однако будто ослепла, глядя лишь на поверхность. Меня поразило, сколь, откровенно говоря, чистый их разум, и насколько прогнили мы. Они не изнеженные тепличные цветы, на которые подует холодный ветерок и погубит их. Нет, потомки Финвэ слишком матёрые волки, но каким-то образом сохранившие некий неуловимый огонь первозданности что ли… (М… Я конечно умею выражаться, просто зашибись.) В любом случае, их сила духа очень велика и чиста. Тому подтверждение реакция Финдэкано. Смотря на них вот так, вблизи, в самом деле чувствуешь свою ничтожность. Воспитание, манеры, умение держать себя достойно… Я не могу подобным похвастаться. Мой мир, в котором прошло моё детство, будто овеян мраком. В городе всегда было всё нормально и хорошо, а вот в селе… Вечно какие-то междоусобные разборки, драки и, я бы сказала, рискованные авантюры, не считая нашего деда, пытающегося сделать из нас с Кристей образцовых солдат. Но в такой среде происходило моё восхождение, если можно так выразиться. Впервые лидером почувствовать меня заставили мои друзья. Ответственность… М-да, таково моё призвание. — Оли, ты меня слышишь? — встревоженно помахал эльф перед моим лицом, дабы привлечь внимание. — Ты точно в порядке? Ух, интересно, который раз я слышу этот вопрос от него? Ну ни милашка ли? — Да просто ностальгия захватывает… Вот что ты за нолдо?! Что ты ни скажи, я сразу что-нибудь вспоминаю! Вот, детство припомнила, и как-то грустно стало… — Мне тоже сейчас немного грустно… Столько событий произошло, и что будет дальше неизвестно. Я рад, что в такой ситуации рядом Майтимо. С ним как-то легче, к тому же, мы выросли вместе, — в его голосе почувствовалась улыбка, а я расслабленно присела на край стола, т.к. мой рост это вполне позволял. — Понимаю. Я выросла вместе с Кристей. Вот сколько помню, мы почти всегда были вместе: в селе, в городе какое-то время, в школе эдак класса до одиннадцатого. Она многому научила меня, и в первую очередь объяснила значение ответственности. — Да, младшие быстро нас заставляют её почувствовать. Я очень много времени в детстве проводил с Нельо. Он в некотором роде помогал мне найти общий язык с моими младшими, у него ведь их целых шестеро, да и характеры крайне… Сложные. «Крайне скверные — ты хотел сказать,» — мысленно усмехнулась, а потом неожиданно для себя сказала: — На мой счёт ты ошибаешься. Это не Кристина младшая, а я. — Как так?! Ты же и выше, и… — …и веду себя соответственно? — закончила за него. — Ну и что? Я родилась позже, почти что в начале зимы, а Кристина летом. А то, как она себя ведёт, просто одна из любимых её моделей поведения. При желании она способна полностью себя изменить. Он замолк. Должно быть, анализировал мои слова, а я проводила анализ ситуации. Какие мотивы у моей троюродной сестрёнки? Она была спокойной, немного дерзкой, но вежливой девчонкой, страстно любившей читать, но потом вдруг изменилась. Лет в тринадцать ей ни с того ни с сего захотелось активно изучать боевые искусства, и её физические способности увеличились во много крат. Я видела, как она подстраивается под общество, прощупывает его строй и выдает определенные эмоции. Однако когда случается выгорание, обнажаются холодность и твёрдый характер. В глубине души мне становится больно смотреть на неё, больно от той беспомощности, которую начинаю чувствовать. — Мы знакомы всего лишь день, что ничтожно мало, но ты говоришь мне такие откровенные вещи. Почему? Он прав. При обычных обстоятельствах я бы ни за что подобного не произнесла, так почему же…? — Я не знаю. Просто ощущаю, что могу вам доверять. Да и зачем бы вам рассказывать такое кому-нибудь ещё? Я сомневаюсь, что вы останетесь в нашем мире навсегда, а в своём… Кому это будет интересно? Такая информация окажется у вас бессмысленной. — Ты верно говоришь. Но не волнуйся, я никому не расскажу о том, что слышал от тебя, даже Нельо. — Спасибо, — я крепко пожала ему руку в знак искренней благодарности. Если он так сказал, значит, так и будет.

***

Петухи любят кукарекать с поводом или без него. Природа одарила их не только достаточно красивой, по мнению куриц, внешностью, но и обычаем горланить по утрам, стоит только им проснуться. Некоторые люди, коренные сельчане, любят слушать такие концерты, вызывающие в них тёплые воспоминания о детстве. Вот только Кристина таковой не была. Она могла заснуть где угодно и когда угодно, но единственным врагом её снов оставались сии птицы, даже несмотря на все летние каникулы, проводимые обычно в деревнях. И вот, проснувшись с утречка, местный петух по кличке Задира решил напомнить о своём существовании. Пока спал весь дом за исключением Алёны (Финдэкано и Оля легли вскоре после восхода), он как нарочно встал под окнами Кристининой комнаты и, собравшись с духом, исполнил утренний клич. От кукареканья Фингон сладко потянулся в постели, частично пребывая в дрёме и ловя последнее дыхание сновидений, и беззлобно поморщился, когда на его памяти раздался второй вопль Кристины: — Я на суп пущу этого петуха!!!!