heart to heart

      "Это была твоя любимая книга," мужчина осторожно поднимает твёрдую обложку, как будто она хрупкая.       Вероятно, так оно и есть.       Оно выглядит хлипким и изношенным по сравнению с существом, которое сидит на диване с лицом Минхо. Конечно, он не Минхо - но он не разрушит представление о нём этого человека, особенно если это поможет ему учиться.       Этот человек… Чан.       Судя по тому, что Минхо узнал о людях и их культуре на данный момент, он странный человек. К чему-то из этого Минхо легко приспосабливается - других вещей он просто не понимает.       Как кольца, например. Когда человек женится, они устраивают большую церемонию. Они одевают украшения, чтобы показать, что они... заняты? Всё это испытание на самом деле странное. Странно, потому что, ну, на самом деле Минхо так и не нашёл партнершу, с которой он провел бы остаток своей жизни - и даже если бы нашел, он, конечно, не стал бы заставлять их выставлять напоказ, что они принадлежат друг другу блестящим кусочком серебра.       ...Но вот тут-то и проявляются странности в поведении Чана. Помимо того факта, что он не спит или что он всегда рефлекторно накрывает на стол на двоих, даже когда думает, что Минхо всё ещё спит - он носит своё кольцо дома. Никогда не выходит на улицу, как другие люди, которых видит Минхо. Всегда дома.       И Минхо этого не понимает, потому что… кем он занят? Почему он живет с кем-то, кто не является его парой - его партнёром?       Чан, кажется, обеспокоен неосведомленностью Минхо в некоторых вещах - или, скорее, разочарован, как будто он хочет выпалить ему всё, что только может, рассказать ему всё - но он этого не делает. Он сдерживается и при этом что-то утаивает от Минхо.       Теперь Чан выглядит усталым. Минхо нравится быть рядом с человеком так же, как человеку нравится быть рядом с кошкой. Если Минхо не сдвинется с места, Чан подойдёт к нему. Иногда ему нужен небольшой толчок для физического контакта - но он будет обниматься, ему нравится, когда Минхо обнимает его. Он позволяет Минхо уткнуться носом ему в бок или в щель между шеей и плечом и понюхать его - и это замечательно, потому что Чан пахнет божественно. Он немного смущён собственным странным поведением Минхо, но допускает это, предполагая, что это из-за черепно-мозговой травмы или какой-то подобной ужасной болезни, которую "Минхо" получил во время "похода".       Минхо будет намеренно раздражает его - пересекает его границы, чтобы посмотреть, что заставляет его нервничать. Чан никогда не колеблется. Это так раздражает - Минхо даже беспокоится, что потерял свой инстинкт - то, что раздражающе притупилось с тех пор, как он стал человеком.       Правда совершенно не связана с инстинктом Минхо; Чан - загадка. Он ненормальный, даже для людей, и что более важно - он что-то скрывает от Минхо.       Очевидно, ему нужно выяснить, что именно Чан хранит в секрете.       Джисон не оставит Минхо одного.       В каком-то смысле это пугает - на самого Минхо никогда не охотились так, как сейчас.       Джисон напряжённо выслеживает свою жертву - честно говоря, это больше похоже на тактику устрашения, чем на то, что Джисон на самом деле наблюдает за ним. Это тоже кажется намного хуже, потому что… С Минхо такого раньше никогда не случалось.       Конечно, люди ходили за ним по пятам, это часто случалось в начале его маскировки под человека - у него никогда не получалось всё делать правильно, ему всегда приходилось выводить людей из себя. Естественно, у них возникли бы подозрения, они, возможно, пошли бы по его следу - но это было совсем не похоже на то, что сейчас.       Джисон практически дышит ему в затылок - он даёт понять, что в любой момент может наброситься.       Это... ужасно.       Минхо настолько на взводе, что впервые в жизни испытывает человеческий страх; он постоянно оборачивается, потому что ему кажется, что над его шеей постоянно нависает рука, от которой он не может избавиться, сколько бы он ни царапал свою кожу. Его тело так напряжено - и как только он замечает это, становится только хуже - Минхо с трудом делает простые вещи, например, кладет говядину в корзину для покупок, потому что его рука отказывается двигаться. У Минхо раскалывается голова, на самом деле это просто стук его сердца - которое бьется так громко только потому, что напугано, как и он сам - и оно пытается предупредить его.       Что-то не так, говорит ему искусственный орган.       Тяжесть, оседающая в животе Минхо, соглашается.       Как существо-хищник, Минхо никогда не должен чувствовать себя добычей.       Этот… этот Джисон - он должен был уйти.       ...но всё, что мог сделать Минхо, - это безнадежно убежать.       В конце концов, как можно избавиться от того, кого нельзя убить?       Минхо становится страшно выходить на улицу - это глупо, его внутренний страх по своей сути глуп - но Джисон пугает его. Раньше ему никогда не угрожали по-настоящему - он всегда был на вершине пищевой цепи.       ...но, еда. Минхо нужна еда. Что ещё более важно…       Он сегодня беспокойный - Минхо слышит скреееежет стула по деревянному полу или стук какого-нибудь предмета об пол. Минхо даже слышит, как играет телевизор - что случается редко, у него больше нет настроения смотреть телевизор. Минхо знает, что он не ел уже несколько дней. Минхо голоден, да, но он на первом месте.       "Прости, я знаю" говорит Минхо после того, как другой в энный раз протаскивает свой стул по комнате. Он неугомонен - вот, что с вами делает голод.       "Вчера я... я был очень близок к этому, ясно? Потом что-то случилось, я не..." Минхо ненавидит, как звучит его собственный голос. Он наполнен страданием, к чему он всё ещё не привык после того, что пережил за весь день "Но это не оправдание, я знаю, я обещал позаботиться о тебе."       Его встречает глухой СТУК, как будто кто-то колотит в стену - Минхо точно не знает, что он сказал такого, что вывело собеседника из себя.       "Не будь капризным ребенком. Смерть - худшая участь," огрызается Минхо, и через секунду гнев проходит. Он не сердится, он... он-       "Я принесу тебе поесть," обещает Минхо. "Сегодня вечером я принесу тебе поесть, не волнуйся."       Как обычно, ему ответили молчанием.       Минхо заставляет себя переодеться в клубную одежду в тот вечер - он действительно не хочет идти, но всё равно покидает свою квартиру на ночь, запирая за собой дверь. Проверяет, заперта ли она, затем проверяет ещё раз, для большей уверенности.       "Снова уходите, мистер Ли?" Голос миссис Ким осуждающий и резкий - этого достаточно, чтобы заставить Минхо подпрыгнуть. Он резко оборачивается, чтобы посмотреть на женщину, как будто не узнает её, пока, наконец, не успокаивается настолько, чтобы обратиться к ней, прочистив горло.       "Нет" прямо говорит он.       "Вы так нарядно одеты," парирует женщина, не сбиваясь с ритма, "Так часто выходить на гулянки не так уж и полезно для здоровья. Что случилось с тем молодым человеком, с которым ты был? Как его звали? Ч-"       "Я правда," перебивает Минхо, выпучив глаза, поскольку он отказывался моргать и сохранял стоическое, холодное выражение лица, "Правда думаю, что вам следует вернуться домой миссис Ким." предупреждает он.       Обычно он снисходителен к человеческому пониманию уважения - на самом деле, некоторые даже описывали его как "вежливого молодого человека", что казалось ему очень забавным.       Однако теперь…       Прямо сейчас он хотел, чтобы миссис Ким была как можно дальше от него и его дел. Каждый человек выводил его из себя - и прямо сейчас она начинала переступать черту, которую не должна была переступать. Как только она это сделает, Минхо положит этому конец.       Миссис Ким застигнута врасплох, выражение лица женщины полностью изменилось, она побледнела и даже немного пошатнулась при ходьбе.       "Я... я..." Женщина была в растерянности, не находя слов, вот так просто. Ей потребовалась секунда, чтобы взять себя в руки, коротко кивнув и прочистив горло;       "Что ж, тогда хорошей тебе ночи, Минхо. Я просто.. Я просто..." Минхо видит, что она дрожит. Он бы почти почувствовал себя виноватым, если бы это не принесло ему такого удовлетворения "Тогда я пойду."       Минхо не стал утруждать себя ответом и направился в противоположном направлении, напряженно стоя в лифте. Миссис Ким смотрела на него, пока двери лифта не закрылись, и он не начал спускаться по этажам дома.       Джисон здесь.       Минхо не знает как - он пришёл в совершенно другой клуб, не тот, что раньше. Он тоже изо всех сил старался оторваться от Джисона по дороге, меняя поезда, садясь в случайные такси с незнакомцами - но Джисон, невероятно, всё равно умудрился последовать за ним - и теперь, невероятно, он здесь.       Минхо уже подумывает уйти из клуба, в конце концов, ему просто нужна еда. Он может найти её где-нибудь в другом месте или, на худой конец, на выходе... но Джисон даёт знать о своем присутствии.       Он нарядился для клуба, но он не танцует и не пьёт - он смотрит прямо на Минхо, даже не пытаясь это скрыть. Он наклоняет голову и улыбается так, как улыбаются возлюблённому, и от этого у Минхо мурашки бегут по коже.       Джисон медленно подходит к нему, как будто играет со своей едой. Затем он оказывается прямо рядом с Минхо, и существо обращает внимание на прозрачный топ, который он носит. Его кожа, его мясо — всё выставлено напоказ - он получает удовольствие, играя с Минхо, к большому разочарованию самого Минхо.       "Значит, у тебя привычка оставлять парней истекать кровью на полу их спальни?" небрежно спрашивает Джисон, глаза Минхо в панике бегают по сторонам.       "Не волнуууйся!" Джисон фыркает на реакцию Минхо, выдыхая "Люди глупы. Я мог бы признаться в убийстве прямо сейчас, и люди просто подумали бы, что я слишком пьян и не умею пить." Джисон издал тихий смешок, подперев голову рукой и напевая.       "Чего ты хочешь?" спросил Минхо, неловко отодвигаясь от друга - вид новой плоти там, где когда-то была гигантская зияющая рана, напугал его.       "Чего я хочу?" Джисон недовольно сморщил нос, нахмурившись "Это из-за тебя кровь попала на мой ковер! Я просто попросил новые простыни, это ты от меня сбежал..."       "Ковёр был уродливым. Мне всё равно нужно было идти," возразил Минхо, явно уклончиво глядя на собеседника. Его… его штучки не работают! Все его инстинкты сбились с толку, потому что этот... нечеловек, кем бы он ни был, он не хочет его слушать!       "Эй!" Джисон ахнул, прежде чем подойти ближе и приобнять Минхо одной рукой. Его губы были в нескольких сантиметрах от уха друга, Джисон тихо говорил, крепко держа Минхо "Я здесь, чтобы предложить тебе кое-что... то, что, я думаю, ты захочешь..."       Мужчина откидывается назад, когда Минхо поднимает на него взгляд, лицо его искажено замешательством. Что он вообще-       "...Может быть, вкусно поесть? Что-то подсказывает мне, что с другом было бы лучше." Джисон широко улыбается, его глаза становятся ещё шире, пока он ждет ответа Минхо.       "...что ты...?"       "Иди сюда," Джисон тянет Минхо прочь от барной стойки, к одному из выходов - нет, к мужчине возле одного из выходов.       "Это мой друг, о котором я тебе рассказывал!" Джисон кричит незнакомцу, наклоняя голову в сторону Минхо и ухмыляясь "Что ты думаешь, ммм?"       "Симпатичный" отвечает незнакомец, но Джисон качает головой, прежде чем повернуться к Минхо: "Нет, нет, что ты думаешь?"       Минхо требуется смущающе много времени, чтобы осознать, что происходит. До него доходит, о чём спрашивает Джисон, и Минхо нерешительно принюхивается, чтобы ответить на вопрос.       Незнакомец пахнет… хорошо. От него сладко пахнет - это не тот тип людей, который обычно нравится Минхо, но он не особо привередлив. Минхо может только притворно застенчиво улыбнуться в ответ, всё ещё не понимая, что именно собирается делать Джисон.       "Он застенчивый," говорит Джисон незнакомцу, "Он ещё проникнется к тебе симпатией, давай, пошли!"       В конце концов, они оказываются в квартире Джисона.       Минхо не уверен, как ему удалось так быстро всё прибрать, и, честно говоря, он не хочет слишком долго размышлять о запутанных тайнах Джисона. Фотография, которую он мельком видел, когда был здесь в прошлый раз, только усиливает головную боль, когда он внимательно изучает её. Джисон прикрепил под рамкой записку с надписью "определённо мой прадедушка", и Минхо никогда ещё не был так уверен, что на самом деле это была просто фотография самого Джисона.       Он позволяет другому затащить себя и незнакомца в гостевую комнату (другая комната, должно быть, всё ещё залита кровью, думает он), и Джисон немедленно толкает Минхо на кровать. Это почти грубо, но Джисон просто невероятно взволнован - Минхо это чувствует.       "Давай, снимай свой верх," игриво скулит Джисон. Он непринужденно разговаривает с Минхо, как будто знает его много лет. Это застаёт существо врасплох, когда он снимает с себя вельветовый жилет и опускается на матрас, а незнакомец, напевая, забирается к нему на колени.       "Будь осторожен, Уён, малыш, он кусается" поддразнил его Джисон, подходя сзади к мужчине и массируя все участок кожи, до которых может дотянуться.       "Всё в порядке, я не возражаю" в конце концов отвечает Уён, отодвигаясь к Джисону, чтобы у него было достаточно места, чтобы расстегнуть ремень Минхо, "Можно я...?"       "Да, конечно" говорит Минхо, укладывая руки на бёдра Уёна и внимательно глядит на Джисона, решив не спускать с него глаз.       ...так до тех пор, пока Уён не прижимает ладони к его промежности через боксёры, заставляя его внимание немного разделиться. Мужчина тоже не теряет времени даром и в нетерпении снимает с себя боксёры. Как только с ног Минхо снимается вся одежда, Уён останавливается, чтобы чмокнуть головку члена Минхо - он на самом деле такой же сладкий, как и пахнет.       Аромат Уёна мощный, почти как цветочная пыльца, и он смешивается с собственным запахом Джисона, вызывающим привыкание, но опасным… всё так, что у Минхо голова идёт кругом. Существо чувствует себя так, словно оно находится в ловушке, сделанной специально для него - нет, хуже - оно чувствует опьянение, просто находясь в комнате с этими двумя мужчинами. Когда внимание приковано к нему, это чувство только усиливается - в ложном животе начинает формироваться жар, и он может только извиваться под Уёном, который хихикает в ответ.       "Мило" комментирует он, беря головку члена Минхо в рот и проводя языком, заставляя Минхо содрогнуться.       Минхо пытается заговорить, но он не в состоянии издать никаких звуков, кроме стона, Уён опускается еще ниже и в конце концов утыкается носом в лобок Минхо. Казалось, у него не было рвотного рефлекса, что немного сводило Минхо с ума при мысли о том, что Уён так легко овладел им.       Как раз в тот момент, когда Минхо обрел достаточную ясность, чтобы контролировать себя - чтобы остановить трансформацию - Уён начинает двигаться вверх-вниз на его члене, делая из этого что-то вроде шоу. Он быстро поддразнивает Минхо, существо чувствует, что теряет контроль - все начинается с того, что Минхо прижимается ко рту Уена, пока тот хнычет и стонет, жар больше не собирается в одном месте, когда он скулит под человеком. Нет, жар распространяется по его телу, как недомогание, болезнь, он чувствует, как его лицо краснеет, когда кожа начинает трескаться.       Всё это время Джисон наблюдал за ним - он дрочил Уёну, нашёптывая похвалы на ухо мужчине, но ни разу не отвел взгляда от Минхо с выражением, полным нездорового любопытства.       Когда он уловил признаки того, что Минхо собирается повернуться, он снова взял управление на себя, похлопав Уёна по плечу и жестом предложив ему забраться к Минхо на колени.       "Почему бы тебе не позволить мне дать Минхо кончить?" Джисон воркует, положив голову на плечо Уёна, когда он меняет позу - снова протягивает руку к его члену. На этот раз Джисон взял их обоих в свои руки, Минхо дернулся в объятиях Джисона и задохнулся, трение о член Уёна привело его в отчаяние. Это было так приятно, но этого было недостаточно.       "Ты хочешь почувствовать губы Мина на себе, детка?" Джисон обращается к Уёну, мужчина стонет от этой идеи.       "Скажи "да, пожалуйста" " приказывает Джисон Уёну, Минхо изо всех сил пытается сдержаться из-за неумолимого темпа Джисона. Смесь человеческих запахов сводит Минхо с ума, но Джисон понимает, что пришло время действовать, когда Минхо открывает глаза, а они совершенно чёрные - белки его глаз давно исчезли.       "Да, пожалуйста!" Уён кричит в отчаянии, со слезами на глазах он наклоняется вперед.       Что ж, ему не нужно просить дважды.       Джисон отскакивает в сторону, когда Минхо бросается вперёд. Его тело двигается прежде, чем он успевает хотя бы притвориться, что у него есть хоть капля самообладания. Голод Минхо ненасытен, и Уён - всего лишь средство для его удовлетворения.       Уён издает крик - или, по крайней мере, пытается. Сначала он кричит от ужаса, потому что у Минхо полностью отсутствуют голосовые связки. Однако Джисон быстро справляется с этим, беря голову мужчины в свои руки и успокаивая его, как будто он утешал его…       ...прежде чем он сворачивает ему шею.       Минхо рычит, когда Джисон прикасается к его еде, но его рот все еще зажат в трапециевидной и дельтовидной мышцах Уёна, поэтому он даёт себе минутку, чтобы кровь просочилась в рот, как проточная вода, эффективно выводя себя из оцепенения, в котором он был раньше. Когда он отрывает мышцы и кости, он способен мыслить гораздо более связно, чем раньше.       "Ты пьёшь кровь, как вампир?" Спросил Джисон, с любопытством наклонив голову, "Но тогда почему не просто клыки...?"       Минхо в отчаянии вскидывает голову - как он посмел прервать его трапезу?       "Воу, успокойся парень" говорит Джисон со смешком, смеясь над его реакцией. Он заходит так далеко, что гладит Минхо, пока тот застрял наполовину трансформированным, разговаривая с ним, как с котом: "Будь добр ко мне, ммм? Кто достал тебе эту вкусную еду?"       ...он это сделал.       Минхо проглатывает кусочек кожи, который все еще был у него во рту, издавая звук, нечто среднее между бульканьем и низким, гортанным стоном… хорошо. Это было нечто среднее между кошачьим визгом и волчьим скулежом. Это было отвратительно, но такова была натура Минхо - заглянуть в звуки, которые он издавал до того, как научился сливаться с людьми.       Джисон не выглядит смущённым, на самом деле, он ухмыляется в ответ, наклоняя голову "Ты такой симпатичный, мм?" Затем он делает паузу "Мне кажется, я знаю кто ты."       Минхо внимательно наблюдает за ним, напряжённый, когда прижимает тело Уёна к своему собственному - как будто он игрушка, которую Джисон может отобрать.       "Один из вас укусил меня несколько столетий назад," Джисон делает паузу, "Во всяком случае, я так думаю. Это трудно запомнить. У меня всё это где-то записано..." Он прочищает горло, качая головой "Ты - нет, кто бы это ни был... они заставили меня так проголодаться." Джисон смотрит на тело Уёна, глубоко задумавшись, покусывая нижнюю губу, "Я не знал, как это исправить до этого момента"       Минхо смотрит на Уёна, а затем снова на Джисона. Своей всё ещё когтистой рукой он легко разрывает живот Уёна на части. Джисон может только зачарованно наблюдать - это похоже на то, как будто кто-то играет с сырым мясом, которое собирается приготовить, но оно тёплое, окружено внутренностями, покрыто жидкостями и... отвратительное.       За исключением... за исключением внутренностей, которые Минхо довольно жестоко отделил от остального организма Уёна, раскрывая ладонь, когда он протягивает её Джисону, как будто это предложение мира.       Джисон мгновение смотрит на это, не зная, что делать. В какой-то степени ясно, что у него такой же голод - Минхо не уверен, как он не замечал этого раньше. Джисон реагирует на это, обхватывая руку Минхо своей, крепко держа её за запястье. Он начинает есть с ладони Минхо, как собака, получающая лакомство, но это кажется более... интимным. Минхо не может понять, почему.       Минхо впервые чувствует, что его ненасытный голод… находится под контролем.       Это приходит в виде Джисона, покрытого кровью, разделяющего с ним этот голод. Джисон ест из рук Минхо - кормит - в то время как Минхо терпеливо ждет, пока его собственная кожа заживет, жалея, что его зубы не всегда вырастают до полного размера, когда он частично трансформируется.       Бедняга, который думал, что они с Минхо и Джисоном просто, может быть, хорошо потрахаются, теперь лежит в ужасном виде из плоти и крови; то, что от него осталось, пачкает пол, Минхо не сомневается, что Джисон будет дуться и стонать из-за того, что кровь снова запачкает его ковер. Минхо даже может разглядеть несколько клочков теперь уже спутанных волос в куче... кишок и костей.       В кои-то веки он не чувствует себя расстроенным. Он не чувствует вину.       Он чувствует себя так, как и должен чувствовать после еды. Сытый. Даже счастлив - во всяком случае, настолько счастлив, насколько может чувствовать себя такое существо, как он.       Он смотрит на Джисона, который сидит неподвижно, сосредоточенный на том, чтобы откусывать сырое мясо с руки Минхо. Он останавливается только для того, чтобы посмотреть на Минхо, широко ухмыляясь, когда кровь капает у него изо рта. В его глазах появляется тревожная искорка в сочетании с ещё более тревожной ухмылкой. Затем он говорит;       "Я же говорил тебе, что с другом будет лучше."       "Чан! Чан!"       Минхо никогда не кричал так громко, как сейчас, держа своего возлюбленного в объятиях.       Он никогда не причитал и не плакал - во всяком случае, раньше никогда этого не делал. Он никогда этого не понимал. Это были человеческие реакции на человеческие эмоции, не так ли?       Может быть, именно это и стало причиной всего этого. Он слишком долго был человеком - сколько именно времени прошло с тех пор? Пять лет? Шесть? Тот факт, что прошли годы с тех пор, как он впервые спустился сюда…       ...это было достаточно красноречиво.       Ему стало слишком уютно.       "Малыш, мне так жаль" Минхо умоляет Чана пошевелиться - умоляет, чтобы его грудь поднималась и опускалась так, как привык Минхо, умоляет, чтобы его сердцебиение участилось. Он дрожит, пытаясь трясущимися руками прикрыть собственную рану от укуса, в результате чего вытекает ещё больше крови. Минхо воет на грани паники и истерии, голос существа срывается от того, насколько громки его крики..       "Малыш, малыш, пожалуйста..." умоляет он, раскачиваясь взад-вперёд. Он прижимает верхнюю часть тела Чана к своей груди, зарываясь лицом в изгиб шеи другого. Чан мёртв, он постепенно бледнеет, пока он безвольно сидит на руках у Минхо. Минхо отчаянно пытается принять любую другую реальность, кроме этой, - реальность, в которой он был умнее и прислушивался к своим собственным правилам. Он - это его вина - пытался контролировать себя настолько, чтобы быть близким, и-       "Кристофер," говорит он голосом чуть громче шепота, умоляя Чана просто - просто хотя бы взглянуть на него, поднять на него взгляд "Крис, пожалуйста, пожалуйста, мне так жаль" причитает Минхо "Не делай этого со мной, пожалуйста, не делай этого со мной."       Минхо никогда не был человеком божьим.       Минхо даже не был человеком, так как же он смеет называть себя таковым?       И всё же теперь он поймал себя на том, что молится от внутреннего отчаяния - надеясь, что ответ придёт к нему сам, отчаянно надеясь на одно из тех чудес, о которых всегда говорили люди. Он был настолько эгоистичен, что думал, что может получить какой-либо ответ, несмотря на то, что многие набожные практикующие никогда не получали своего собственного.       ...но, подобно чуду, его молитва была услышана.       Нет, не словно - это и есть чудо, настоящее - он видит, как грудь Чана неуверенно поднимается и опускается, и это незначительно, но это что-то. Он слышит биение его сердца - он чувствует его, хотя и очень слабо.       Он слышит, как Чан борется за то, чтобы остаться в живых.       Минхо заставляет себя отбросить панику в сторону.       Он должен спасти Чана.       Чан.       Спасти Чана.       Чан. Чан чан чанчанчан чан-       В его голове была только одна мысль, когда он задрожал, широко раскрыв глаза от страха;       Он сохранит Чану жизнь, даже если это будет последнее, что он сможет сделать.