Часть 10
5 ноября 2023 г., 14:31
В трущобах всегда, сколько бы раз Чуя не наведывался в Сурибачи, царила особая атмосфера, которую нельзя было спутать ни с чем. По воздуху струился запах отчаяния: гнили, выпивки, мусора и прочих прелестей богом забытой земли. Из полуразрушенных домов выглядывало по несколько пар диких горящих глаз, словно бы светящихся из темноты окон. Над чёрными мусорными пакетами и даже просто высыпанными в переулках объедками нарезали круги мерзкие зелёные мухи, которых Чуя просто на дух не переносил и в прошлом, и в настоящем. На невысоких заборах из строительного мусора, недовольно качая хвостами, расхаживали кошки, какие-то все грязного, пыльного цвета, с глубокими и словно человеческими глазами, отражающими всю ненависть мира. Находиться здесь было просто невыносимо.
А вот Дазай, кажется, не сильно об этом беспокоился. Он перескочил через заборчик, оттолкнувшись от больших деревянных ящиков, сваленных в кучу, и ловко приземлился по другую сторону, подняв облако пыли. Накахара последовал его примеру, решив, что с использованием способности можно и повременить, чтобы сэкономить силы.
Продвигаясь всё глубже, к самому сердцу Сурибачи, они не обменялись ни словом. Брюнет молча шёл впереди, как проводник, прекрасно знающий местность. То и понятно, ведь он провёл здесь достаточно долгое время... А Чуя лишь делал вид, что не знает, куда они направляются. Сейчас явно не тот момент, когда можно просто остановиться, схватить напарника за воротник — или осторожно потянуть за рукав, как вариант... — и сказать, что, мол, так и так, а я прибыл из другой вселенной по твою душу и на самом деле знаю тут каждую пылинку. Рыжий усмехнулся, представляя, какой бы могла быть реакция здешнего Короля Овец — наверное, он бы остановился, изогнул бровь и покрутил пальцем у виска, намекая, что кому-то надо бы вправить мозги. «Хах, а ведь было бы правда прикольно узнать, что сказал бы на это Дазай».
Чуя мог бы ещё долго-долго фантазировать, что да как, но, полностью абстрагировавшись от реальности и не заметив ступеней, он оступился и полетел вниз, в кромешную темноту. Точнее... мог бы полететь, если бы не упал на Дазая, а тот, в свою очередь, по инерции обхватил его руками и прижал к себе. Такие себе обнимашки, конечно...
— Ты решил сбросить меня с лестницы, Чибикко? — спустя пару секунд спросил он, не понимая, что делать со своим лицом, ведь предательская улыбка так глупо искривила его губы!
— А.. да я.. в общем, э-это не то, о чём ты подумал, — пробубнил Чуя, поспешно отстраняясь от него и скрещивая руки на груди.
Кажется, никто из них не был готов к продолжению разговора, так что оба замолчали, неловко отводя взгляд. К тому же, они спускались в тёмный подвал, похороненный под обломками какого-то здания, бывшего чем-то грандиозным в прошлом, пока Чуя около восьми лет назад не взорвал здесь всё, в первый раз высвободив Арахабаки (было разумно считать, что так и было, потому что Сурибачи возник именно так). Он знал, что это место — бывший склад консервированной продукции, от которой давным-давно избавились оголодавшие бездомные. Но больше всего, естественно, досталось Овцам, выросшим за какие-то полгода из банды малолеток в довольно-таки крупную группировку. «А впрочем, здесь всё могло быть иначе», — подумал он и мотнул головой, когда лицом влез в ниточки паутины.
Пока Дазай пробирался сквозь темноту и искал где-то, гремя ящиками и дверцами, фонарик, Чуя ностальгически вздохнул, проскальзывая в просторную комнату и прикрывая глаза. И словно бы мир вокруг исказился, перенёсся в прошлое — в настоящее прошлое Чуи. Каждая трещинка на стене, которой он коснулся кончиками пальцев, криво поставленный стол, что они с Ширасэ вдвоём передвигали в подходящее место — Чуя в те времена старался не пользоваться способностью лишний раз, из-за пустяков всяких, опасаясь, что Арахабаки может вырваться и разрушить его мир. Да... Накахара помнил каждое мгновение, проведенное в этом подвале, и сейчас воспоминания мелькали за закрытыми веками столь ярко, что казалось — откроешь глаза, и все они окажутся здесь. Пусть этого в этой вселенной никогда не существовало, но... Казалось, что Ширасэ по своей привычке снова уселся на тот самый стол, покачивая ногами, Юан опять в спешке забыла свою заколку на одном из ящиков, а другие ребята в углу играли в карты, задорно смеясь и дружески толкая друг друга в плечи.
Но всё это осталось в прошлом... В том прошлом, которое было сожжено вместе со вселенной Чуи. И поэтому конкретно с этим местом у Чуи здесь не должно быть ни одного воспоминания.
Грустная улыбка едва успела скользнуть по его лицу, когда комнату озарил свет фонаря и раздались чужие шаги.
— Дазай! Это правда ты?! Я боялся, что мафия убьёт тебя, как только схватит!
В подвал быстрой походкой спустился Ширасэ, подбегая к товарищу и оглядывая его с ног до головы. Дазай стоял молча и, кажется, даже не шевелился.
— Ничего себе! Выглядит дорого! — воскликнул он, оценив новую одежду. — Где ты взял? И... А это ещё кто? Это же.. Это же тот пацан, который похитил тебя! Что здесь делает мафиози, чёрт возьми!?
Сорвавшись с места, Ширасэ в один прыжок настиг Чую и пригвоздил к стене. На его лице не осталось и капли того удивления от встречи с Дазаем. Ненависть... Пусть и не слишком правдоподобная, но факт есть факт. Медленно моргнув, Накахара слегка вытянул шею, ощутив холодную сталь карманного ножа.
— Это лишнее, — безэмоционально произнёс Дазай, поднимая с пола выпавший из рук товарища фонарь и принимаясь шарить в ящиках комода. Чуя бесстрастно наблюдал за каждым его действием.
— Эй, и как это понимать? — Ширасэ нахмурился, но всё же отступил в сторону, давая рыжему сделать шаг от стены и выпрямиться. — Он ведь из мафии! Ты привёл его сюда! Тебя заставили? Угрожали? Ответь хоть что-нибудь!
— Я немного занят, если ты не заметил.
— Дазай...
— Где ты оставил данные наших последних клиентов, которые я просил раздобыть?
— Что.. в третьем ящике справа. Ты... эй, только не говори, что слухи о том, что ты продался мафии, правдивы. Говорят, великий Дазай Осаму теперь мальчик на побегушках и выполняет любой приказ. Это ведь неправда, хэй? Знаешь, сколько насмешек я перетерпел, уверяя всех в этом?
— Не переживай, это не более чем слух, — он махнул рукой и на мгновение замер в одном положении, когда, видимо, нашел нужные бумаги. На лице расцвела довольная улыбка. — Как я вижу, у вас, ребята, всё хорошо. Это радует. Лучше нам сейчас залечь на дно и не появляться на радарах какое-то время.
— О чём ты?..
— А мне в это время надо разобраться с одним маленьким дельцем, — Дазай пожал плечами и направился к выходу, напевая что-то под нос. — Поторопись, Чуя-чи.
Когда его силуэт исчез из виду, Накахара, оглянувшись скорее на комнату, чем на последнего живого человека в ней, поспешно поднялся по лестнице следом. А Ширасэ так и остался в центре комнаты, в непонимании смотря им в спины.
— Эй, Дазай. Это просто смешно... — он поджал губы и стиснул кулаки. — Что ты, чёрт возьми, творишь?!
Раздался грохот. Это Ширасэ, размахнувшись, пнул ближайший деревянный ящик в стену, и тот разлетелся в щепки. Но ни Дазай, ни Чуя не повернулись на шум, вскоре совсем исчезнув из виду. Было лишь слышно, как долго и громко клацает обувь по каменной дороге. А может, Ширасэ это всего лишь казалось.
***
Их путь снова лежал в штаб-квартиру. Хироцу снова давил на газ, мастерски проскальзывая между машинами и обгоняя одну за другой, плавно петляя на дороге. Видимо, Босс решил изменить обязанности лидера «Чёрных ящеров» и назначил его личным водителем пары подростков, один из которых занимает пост Исполнителя Портовой мафии, а другой — лидер вражеской группировки, взятый, вроде как, в плен. «Чего только не увидишь здесь», — с едва заметной улыбкой думал мужчина, когда уже парковал автомобиль у главного входа. Чуя выскочил чуть ли не на лету, Дазай последовал за ним, снова без слов. Со стороны могло показаться, что они играют в молчанку, поставив на кон что-то весьма стоящее, но нет, им просто было неловко нарушать воцарившуюся тишину, было нечего сказать. Потому что Чуя не переставал в это время думать о том, как вечером затащит напарника в какую-нибудь забегаловку угостить ароматным рамэном. А Дазай... он отчаянно пытался выбросить из головы все неловкие моменты, возникшие между ними. То, как он прижал Накахару к стене, и их лица были в нескольких сантиметрах от того, чтобы соприкоснуться... Вот зачем он это сделал?.. Он и сам не знал. А то, каким тёплым оказалось тело Чуи, когда тот чуть не сбил его, падая с лестницы, и они случайно обнялись... О чём там подумал в этот момент рыжий, ему было неясно, ведь Дазай был сосредоточен на том, чтобы не выдать смущения вспыхнувшими щеками и сумасшедшим стучанием сердца. Это было сложно... К счастью, Чуя быстро отстранился, давая возможность судорожно вздохнуть и побежать вниз по лестнице, скрываясь в темноте. Девушка за ресепшеном опять дружелюбно поприветствовала их, но на этот раз Чуя лишь спешно кивнул ей, быстрым шагом направляясь в сторону лифтов. А Дазай едва поспевал за ним, хотя и делал вид, что ничуть не торопится. Они в несколько секунд достигли нужного этажа, выскочили в коридор и сразу же завернули за угол, оказываясь в просторной комнате с бесчисленным множеством шкафов. Из всех ящиков торчали пожелтевшие стопки бумаг, на полу валялись скрепки и даже какая-то погрызанная ручка. Вот он, архив Портовой мафии во всей своей пыльной красе. Дазай остановился в дверях, прислонившись к косяку плечом, и с приподнятой бровью наблюдал, как Чуя суматошно бегал из одной части комнаты в другую, ворча что-то под нос и то и дело выплёвывая гневно: «да бля-ять». А потом, найдя нужные бумаги, он плюхнулся прямо на пол, разложив их вокруг себя и устроившись по-турецки. Дело было в том, что... Овцы переправили драгоценности относительно недавно образовавшейся организации под предводительством человека, бывшего, если Накахара не ошибался в имени, одним из его подчинённых в прошлом, когда Чуя ещё отвечал за контрабандные самоцветы. Но это было в другом прошлом, а здесь всё могло быть совсем иначе. Но этот человек, как и в другой вселенной, числился мёртвым. — Ты уверен, что твои бумаги правильные? — серьёзно спросил Чуя, поднимаясь с пола и подходя к напарнику. — Есть несостыковки. Крупные. Лидер этой организации либо восставший мертвец, либо... даже не знаю, кто. Но он сто процентов бывший член мафии. Но всего этого просто не должно быть, это не может быть правдой. Он мёртв... — Вполне вероятно, что он, как раз таки, жив. Могу поспорить, что в документах сказано, что он покончил жизнь самоубийством. — Верно.. С чего ты это взял? — Просто я бы поступил так же на его месте. Очевидно же, что у него издавна засела ненависть к мафии. Он разыграл свою смерть, а потом затаился и создал свою группировку, чтобы разрушить мафию, начав прямо с сердцевины. Вы ведь получаете достаточно крупный доход от драгоценностей, а стоит представить, что эта ветвь, гм... перестанет функционировать стабильно, то несложно догадаться, что мафия понесёт крупные убытки. Дальше пойдёт недоверие со стороны поставщика самоцветов, ведь плата за них поступать не будет до тех пор, пока мафия не получит эти самые пропавшие драгоценности. Пойдут слухи, и наверняка большая часть ваших союзников усомнится в вашем могуществе.. или чём-то в этом роде. Вы потеряете огромную часть своих сторонников, и, естественно, господство мафии станет ослабевать. И тогда этот якобы мёртвый экс-мафиози сделает свой следующий ход, чтобы разбить мафию вдребезги. — Значит, нужно всего лишь расправиться с ним и его последователями. Ты это имел в виду? — Верно, — Дазай ухмыльнулся. — Но, знаешь, у меня нет никакого желания помогать тебе в этом. Враги мафии — друзья Овец. Все мы хотим падения твоей организации, чего уж скрывать. Просто все добиваются этого по-раз- — Идиот, замолчи! — шикнул Чуя и спешно закрыл ему рот ладонью. — Не забывай, где находишься. В этом здании прослушка есть везде, даже в туалете, и ежесекундно за каждым твоим словом следят доверенные лица. Хочешь выражать открыто свою ненависть — говори либо едва слышным шёпотом, либо пиши на бумаге, если не хочешь, чтобы твоя голова украшала вестибюль. — Боже-боже, я напуган, о, Накахара-сан! — он вскинул руки и развернулся, направляясь к выходу из комнаты. — Арестуйте меня, казните, такого ужасного и гадкого! Как я мог такое сказать! О, горе мне, горе- — Ради бога, замолчи... Иначе я не выдержу, сделаю из тебя пиньяту и отвезу в детский сад. — Ты жесток, Чиби! Смеясь и дурачась, их путь лежал вновь из главного здания мафии на улицу. Но теперь не было той мёртвой тишины, которая сковывала ледяными цепями и словно сжимала горло. Теперь между ними завязалась игра «кто кого передраматизирует», так что громкие восклицания, резкие взмахи руками и заливистый хохот создали новую атмосферу их дуэта. Хироцу, не оставив без внимания перемену настроения подростков, по-доброму улыбнулся и прикрыл глаза. Теперь они были совершенно такими же, какими должны быть мальчишки в их возрасте: шумными дурашками, кричащими на всю улицу и пихающими друг друга в бока. — Куда теперь направляемся? — учтиво спросил мужчина, пропуская подростков в машину и закрывая за ними дверь. — К горе Охираяма, — ответил за напарника Дазай, сверяясь с бумагами. — По раздобытым Овцами сведениям, база врага находится где-то у её подножия. Кивнув, мужчина завёл двигатель, и вскоре автомобиль уже мчал за черту города, рассекая жужжание мирской суеты мощным рёвом мотора.
