мёрфи

      Чонгук ворвался в уборную, больно ударившись локтем. Его глаза бегали по периметру, затем остановились на блондине. Тот стоял вплотную к зеркалу, ковыряясь в своем глазу.       — Эй, какого черта? — подбежал Тэхён, вошедший следом. Он схватил Ли за плечи, задев его руку. Тэён прошипел, отрываясь от своего дела. Блондин пошатнулся, но Ким крепко держал его. — Боже мой…       Когда Тэён открыл влажные глаза, из них потекли кровавые слёзы. Коралловые разводы струились по белоснежной коже, вызывая ужас. Парень смотрел на Тэхёна глазами подстреленной лани, всем своим видом моля о помощи.       Ким онемел, словив шок от происходящего.       — Всё нормально, всё нормально, — послышался голос Чонгука, который тут же подоспел. Не в силах взглянуть в лицо блондина, старший подхватил его за левое плечо. Марк копошился где-то рядом.       — Вот же чёрт, — тяжело вздохнул он, и похоже, был единственным, кто посмотрел в зеркало. Парень достал телефон, чтобы запечатлеть кровавую надпись на ней. Ему оставалось только надеется, что это не кровь Тэёна.       — Резче, резче, — торопил Чон, помогая блондину идти к выходу. Тэхён также следил за тем, чтобы тот не упал.       Осмотревшись, Марк убедился, что всё чисто и направился в сторону их столика, на котором стояли так и нетронутые толком заказы. Парень в спешке собрал их вещи, пихая всё то в сумку Чонгука, то в свой рюкзак. Еле как расплатившись наличными из-за несвободной руки, Марк пулей выскочил из кафе.       На улице давно было темно. Промозглый воздух раздувал волосы, а холод резко ударил по незастегнутой куртке. В Лоуренсе ожидались дожди ближайшие две недели.       Ли метался туда-сюда в поисках друзей, как вдруг ослепительно-ангельские глазки черной BMW озарили его лицо. Тот сморщился из-за яркости, и быстро направился в его сторону.       — В больницу нельзя, — твердо произнес Чонгук, как только Ли сел на переднее сиденье. Сзади сидели Тэхён с Тэёном.        Блондин шипел каждый раз, когда Ким дотрагивался сухой салфеткой его лица. Они пытались стереть следы крови.       — Почему?! — недоумевал Марк, не веря своим ушам. — Хочешь, чтобы он ослеп?       — Успокойся. В порядке я, — подал голос Тэён. Все замолкли. Парень отобрал салфетку с рук Кима, агрессивно вытирая ей лицо. — Крови больше нет.       — А что за фигня там произошла? — спросил Чон, смотря на блондина через зеркало. Тот поджал губы, опустив взгляд. Старший повернул руль на право, направляясь в сторону своего дома.       — Этот…как его… Тео что ли, — пытался вспомнить Ли, нахмурившись. — Да, я видел его. Теодор Финн.

5 часов назад.

      До отправления в подвал парни собрались в комнате Тэхёна и Марка. Они изучали папку с делами мёртвых студентов, добавляя их имена и прочие мелочи на доску Кима. Парни подчищали холодильник друзей, хрустя разными снэками. В комнате витал запах сырных чипсов, но открытое окно позволяло ветру проникать в помещение и освежать воздух.       — С Мэри всё ясно, — прикусил губу Марк, доставая из папки дело другого студента. На странице была прикреплена черно-белая 3×4 фотография. На ней был изображён парень с тёмными волосами, длинным носом и худыми чертами лица. Отросшая чёлка мешала полностью прочитать его серьёзный взгляд. — Теодор Финн младший, — произнес Ли, читая досье.       — Его нашли первым. Бедного парня Мёрфи утопил в туалете, — вздохнул Чонгук. — Наш Робби учился на факультете экономики. Жил с отцом, мама погибла в детстве. Сам из Техаса, — пересказал старший, взъерошив волосы. Тэхёну час от часу было труднее переваривать информацию.              В обычной жизни человеческая жизнь казалась такой хрупкой и ценной, что убийство считалось чем-то вымышленным, ибо в него почти никто не верил, когда поступала эта холодная новость. Слушая рассказы про клуб «Мёрфи», ты неосознанно начинаешь относиться к смерти, как к знакомому, которого видишь через день — безразлично. Это пугало.       — Джошуа, — начал Тэён, переключаясь на дело другого студента. — У парня вырезали сердце и впихнули орган ему в рот. Полиция была в шоке от увиденного, — на выдохе прочитал блондин. — Его прозвище было «Беззубый Джо» из-за отсутствия переднего верхнего зуба.       — Хилари, — взял папку Тэхён, прокашлявшись. Казалось, словно убийствам не было конца. Каждый раз, когда они читали их дела, парень молился, чтобы это было последним. — Её убили последней. Хотя, стой, — он нахмурился, внимательнее вглядываясь в текст. На него смотрела милая девушка с рыжими волосами и пухлыми щеками через фотографию, так же прикреплённую на край страницы. — Тут говорится, что Мёрфи, возможно, толкнул её с крыши, — Ким вздрогнул, отшатываясь, словно его ударили током. Папка упала на пол.       — Не будем забегать вперёд, — угадал Тэхёновы мысли Чон, собирая рассыпанные бумаги с пола. Тот на это промолчал, резок присев на свою кровать. — Решим всё это после очистки подвала. Может в «The Family club»? — предложил Чонгук, отказываясь обращать внимание на то, что у него дрожали руки. Тэён поджал губы, заметив это. — Чего уставились? — наигранно усмехнулся парень, положив папку обратно на стол. Он спрятал руки в карманы.       — Стайлс, тебе не нужно делать вид, — медленно начал Тэхён.       Он в какой-то степени даже боялся реакции старшего. Чонгук всегда прикидывался бесстрашным, упрямо не снимая маску доблестного рыцаря в серебряных доспехах. Из образа он гордо не выходил, сохраняя лицо.       — Ты о чем? — непонимающие улыбнулся тот. — Всё нормально. Это просто пустяки.       — Пустяк — это когда тебе принесли не твой заказ или ты забыл выключить долбанные фары, Чонгук, — сквозь зубы произнес блондин, скрестив руки на груди. Все трое уставились на старшего, но тот молча ухмылялся. — Все мы сложили два плюс два. Ежу понятно, что Хилари как-то связана с Юнги, эта Мэри с Марком, а как его там… — Тэён нахмурился, вспоминая имя. — Беззубый Джо подходит тебе с твоей этой историей со стоматитом. Каждому из нас изготовлен персональный Дьявол. Осталась наша с Тэхёном очередь, — закончил Ли, озвучивая мысли всех присутсвующих.       — Вот только, — прочистил горло второй Ли. — Я думаю у Тэхёна уже есть… — неуверенно сказал парень, взглянув на своего соседа. Тот кивнул, словно понимая о чем он.       — Мёрфи собственной персоной, — подтвердил Ким, заодно наконец признавшись самому себе. — Это было ясно с того момента, когда мы увидели возле Марка того высокого мужчину. Я уверен, что именно его голос я слышал, когда потерял сознание в туалете.       — Получается ты его видел, когда медитировал? — спросил блондин, на что Тэхён отрицательно покачал головой:       — Не-а, это был мой личный, скажем так, кошмар, — проговорил парень. — Я вижу вещие сны, а иногда даже ведения. Я думаю, что это имеет какое-то дело с Мёрфи. Такое чувство, как будто я всегда знал его.       — Не накручивай себя, — сказал Чон, протягивая ему свою руку. Младший облизнул губы, неспешно кладя свои холодные пальцы поверх ладони Чонгука. Старший аккуратно сжал их, затем сел рядом.       — Ну не при детях же, — театрально возмутился Тэён, в шутку закрывая глаза Марка руками. Тот рассмеялся, пытаясь высвободиться от крепкой хватки блондина. — Эй, полегче, львёнок. Только не смей кусать, эй!       Атмосфера резко поменялась, выпутывая парней из сетей апатии. Она держала их в своей узде вот уже третью неделю, не давая им спокойно провести время. Они собирались лишь по делам клуба «Мёрфи», напрочь забыв о том, что такое студенческая жизнь.       Тэхёну хотелось снова пойти в бар, но уже вчетвером. Отрываться до утра, срывая голоса на караоке, а не засыпать в страхе, что его могут удушить в любую секунду. Привычные вещи стали миражом, до которого сложно дотянуться. Ким чувствовал то, как взрослел с каждым днём, словно прибавив тысячу лет страданий.       — Я уверен, что мы полностью поймем, в чём дело, после того, как спустимся в подвал. Хотя сама идея спуска мне всё ещё не нравится, — почесал затылок Чон.

      01:23

      — Где? — хором спросили ребята, застав Тэёна врасплох. Тот зажмурился, ибо всё ещё ощущал неприятное чувство, когда глаза уже болят от пролитых слёз. В нашем случае, от крови.       — Смутно помню, — начал парень. — Ресничка мешалась в глазу. Я пытался её убрать, сами понимаете, естественный процесс. Потом, откуда ни возьмись, появилось желание вырвать себе глаза.       Сидящий впереди Марк ахнул, а Чонгук крепче сжал руль. Дальние фары Ford, что ехал на встречу жёстко слепили глаза, заставляя того нервничать.       — Это странно, потому что я, будто бы, был сам не свой, — продолжил блондин. — В меня вселилась какая-то маниакальная мысль о том, какой он на вкус. Это даже не было импульсивным решением, вроде тех случаев, когда стоишь рядом с балконом и хочешь выкинуть телефон. Уверен, у всех такое бывало, — парни поочередно кивнули. — Когда я, собственно, начал ковыряться в глазу, увидел Теодора. Это точно был он: тот же нос и чёлка. Он выглядел таким озлобленным, будто готов на меня накинуться. Его волосы были мокрыми, да и впрочем, как и всё лицо. Я сразу понял, кто передо мной и в этот же момент вошли вы. Кровь из глаз я не заметил — слишком сильно испугался Теодора.       В салоне повисла тишина. Машина повернула на Усдал-роуд, и остановилось у светофора. До дома Чона оставалось совсем немного, но казалось, что дорога занимала больше времени, чем обычно.       Ночной Лоуренс вызывал ничто иное, как тревогу. Воздух был влажным и холодным, из-за чего не хотелось открывать окно, но в салоне автомобиля было душно. Это приводило в некий диссонанс, когда сам не понимаешь, чего хочешь. Было жарко и тесно.       — Тэён, ты не заметил надпись на зеркале? — осторожно спросил Марк, доставая телефон из кармана.       — Что?! — вышло с уст блондина громче, чем он ожидал. — О чём ты, чёрт побери?       Ли разблокировал телефон и подождал, пока Чонгук припарковался. Через некоторое время старший заглушил машину и уставился в телефон Марка.       На экране высветилось изображение: испачканные кровью буквы, образованные в «See what I see» на зеркале.       — Увидь то, что вижу я? — нахмурился Чонгук.       — Скорее узри то, что вижу я, — предположил Тэхён и взглянул на притихшего Тэёна. Алых разводов было почти не видно на его лице, а зрачки парня стали прежними. Он перестал выглядеть испуганным, а наоборот — казался чересчур спокойным. Что-то внутри подсказывало, что блондин сдался.       Тэён пожал плечами.       — Я не видел никакой надписи. Постойте, может я это написал? — Ли выхватил с руки Марка гаджет, увеличивая размер. — Только не говорите, что не стёрли надпись.       — Бля-ять, — растянул мат второй Ли, тяжело вздыхая. Парень хлопнул себя по лбу. — Ну, будем надеется, что кроме нас никто не увидит это. С сайтом примерно так же было.       — Впредь будем осторожными. Не всегда же бедным призракам за нами подтирать, — Чонгук вышел с автомобиля, крутя пальцем ключи.       День выдался утомительным. Не то что бы жизнь стала серой, а скорее слишком предсказуемой. Конечно, в связи с атаками призраков, это вряд ли будет подходящим словом. Всё же, ребята жили, словно по инерции. Прошло не так уж много времени, чтобы привыкнуть к ритму такой жизни, но оказывается, для людей и вправду всё станет нормой, если ситуация повторится больше трёх раз.       А что было в начале? Ради кого или чего они боролись с этими существами? Марк, если честно, не знал, почему он просто не переведётся в другой университет. Как и Тэён, к которому иногда подкрадывалась мысль: «А что, если это просто наша иллюзия, а не реальность?», но он закидывал её в дальний ящик своего подсознания, предпочитая отгонять лишнее накручивание себя.       Тэхён, напротив, был твёрдо убеждён в том, что найдя ответы на свои вопросы, он расшифрует код своей жизни. Парню казалось, что сломав эти загадки с Мёрфи и всем, что с этим связано, он добьётся покоя. Навязчивая мысль о том, что жизнь полностью наладится, как только всё закончится. И да здравствует моделирование зданий, покупка нового дома для мамы и долгая безоблачная жизнь…

⊹

      Единственный свет в Чонгуковой квартире горел в гостиной. На журнальном столике расположились найденная шкатулка, потрёпанный блокнот, «Тибетская книга мёртвых», папка с делами участников клуба и полу-заполненная пепельница. В помещении веяло ментоловыми сигаретами вперемешку с лекарствами.       Тэён принял душ, выпил две таблетки аспирина и покурил на балконе в одиночестве, спуская стыд с никотиновым дымом. Сегодня его эго потерпело поражение. Удивительно, но это было глотком свежего воздуха.       Всю жизнь кропотливо пыхтя над своим образом, Ли оттачивал искусство держать лицо годами. Неловкие ситуации тоже нужно уметь избегать, особенно если это повредит твоему статусу. Тут дело было даже не в том, чтобы аристократично вести себя с другими, возвышаясь над ними, а совсем напротив — быть «своим» среди всех. Не выделяться, не стать причиной насмешек и не оставаться в стороне.       Если кто-то всё же попадал в такие ситуации, Тэён бежал к ним на помощь. Этакий Робин Гуд — защитник бедных и униженных. Ирония была в том, что сам он с десяти лет отдыхал в Куршевеле с двоюродными братьями и сестрами, обучался фехтованию и попивал дорогой виски в VIP лаундже в самых шумных клубах Нью-Йорка.       В голове Тэёна что-то щёлкнуло, когда он потушил сигарету о перила балкона. Он почувствовал себя несоизмеримо свободным.       — Совет директоров ООН! — послышался голос Марка, заставив блондина покинуть комфортную зону.       — Напиваться сегодня не будем, — усмехнулся Тэхён, присаживаясь на ковёр (Чонгук приобрел его позавчера вечером в Икеа, потому что отопление в квартире было слабым). Ким встряхнул сигарету о пепельницу, затем глубоко затянулся.       — Кому не слабо открыть это? — кивнул Марк на шкатулку. Все переглянулись. Чон сидел рядом с Тэхёном, подперев колени, а блондин с Ли расположились на диване.       — Ну-ка, — Ким наклонился поближе к предмету, тщательно осматривая его.       Шкатулка была стандартного размера. Марк стёр пыль, поэтому теперь можно было заметить, что она очень даже красива: квадратная, из красного дерева, с узорами, напоминающими цветы.       — Понеслась, — прошептал Тэхён и резко открыл таинственную вещь.       Присутствующие затаили дыхание в ожидании худшего. Внутри лежал клочок пожелтевшей бумаги. Ким непонимающе нахмурился. Его сердце пропустило удар, когда он поднёс руку к бумаге. Страх снова проник в разум, позволяя тревожным мыслям завладеть сознанием.       Парень прикусил нижнюю губу, чтобы скрыть волнение. Он медленно взял пожелтевший лист и открыл его, автоматически прочитав вслух:       — Хаос внутри тебя намного больше, чем твоя любовь ко мне. Он поглощает тебя и я не могу позволить этому забрать и меня. Прощай, любимая душа.       — Больше ничего нет? — нервно спросил старший, ближе придвинувшись к Тэхёну. Тот покачал головой, ещё раз прочитав содержание про себя.       — Может, у Мёрфи была возлюбленная? — блондин почесал голову, зевая. — Не мог же он всё своё время проводить с шайкой студентов.       — Думаю, ты прав, — закивал Ким. — Буддизм учит любви. Возможно, Мёрфи и пошёл другим путём, но начало не могло быть таким же мрачным. Он потерялся, когда заглянул слишком глубоко и начал интерпретировать философию тибетских монахов в своём понимании, — парень активно жестикулировал, встав с места. — Не бывает плохой веры, есть плохие люди. Нам нужно лишь выяснить как избавиться от помешанного фанатика и его последователей.       — Звучит, как сюжет низкосортной книги, — пустил смешок Марк. — Странно осознавать, что это наша жизнь.       — А эти тетради? — Чонгук вытащил из рюкзака найденные пыльные тетради. Он сморщился, машинально чихая. Парень стряхнул пыль рукой, решив, что завтра же пропылесосит и сделает генеральную уборку в квартире после всей пыли и крови. — Их три штуки. Посмотрим, — Чон открыл первую. — Календарный план. Разве в прошлом их писали в обычных тетрадях? Ну ладно, вторая. Пусто, — разочарованно произнес Чонгук, затем открыл третью тетрадь, которая так же оказалась пустой.       — Нам и шкатулки достаточно, — вздохнул Марк. Он хотел было продолжить, но вдруг осёкся, услышав лёгкое похрапывание. Парень повернул голову в сторону Тэёна. Тот сладко спал на диване, сложив руки на груди и закрыв лицо капюшоном худи.       — Не будем мешать, — шепотом сказал Тэхён, по-детски хихикнув.       Они не спеша вышли из гостиной, так же тихо выключив свет.       — Я схожу покурить, — предупредил Ким, на что Ли кивнул, скрываясь в комнате Чонгука, чтобы взять одеяло и подушку. Их лица освещал свет луны.       — Я с тобой, — Чонгук прошёл с ним в балкон, медленно закрыв дверь, дабы не разбудить Тэёна.       — Визжишь, как миссис Браун, — младший зажал меж губ сигарету. Чон усмехнулся, принимая вызов.       — Ты тоже дрожал, как осенний лист, — ответил старший, наблюдая за тем, как тот умиротворённо курит на фоне безлюдного ночного Лоуренса. Время было 3:25. — У тебя хорошее настроение, — заметил Чонгук.       — Скоро увижу маму, — на лице Тэхёна появились ямочки. — Не в обиду, но так давно хотел удрать с этого города и вернуться домой.       — Бросишь меня на съедение призракам? — Чон ухмыльнулся, увидев, как покраснел и посерьёзнел младший. — Шучу, малыш, со мной всё будет хорошо.       — Обещаешь? — сигаретный дым витал в воздухе, мешая им увидеть глаза друг друга.       — Постараюсь, — уклонился от ответа Чонгука. Тэхён кивнул, потому что по-другому в их ситуации невозможно. — Утром отвезу тебя домой. Отдохни, развейся. Мы с ребятами тоже, может, расслабимся.       — Мальчишник в Вегасе или Проект Икс? — саркастично поднял брови младший. Он потушил сигарету о бокал, что специально вытащил на балкон.       — Большой Лебовски, — вполголоса ответил Чонгук.       Парень опустил взгляд на искусанные губы Кима. Чон собрался духом, а затем положил руку ему на талию. Тэхён замер, а недавний игривый вид пропал. Он тяжело вздохнул, понимая, что всё ещё смущается малейших прикосновений старшего. Каждый раз это вызывает покалывание в сердце и дрожь в коленках.       Чонгук приблизил парня к себе, позволяя тому положить свои руки на его грудь. Ким ладонями чувствовал, как бьётся сердце старшего.       В одной кофте было холодно, но такая близость сбивала к чёрту минусовой градус. Кровь разгорячилась — Тэхён это точно знал и ощущал. Так зачем сопротивляться? Чонгук носом тёрся о нос младшего, создавая нежный трепет и личную, ото всех скрытую, тайну, о которой хочется кричать всему миру.       Ким подался вперёд, накрывая губы старшего своими. Тот улыбнулся сквозь поцелуй, заставляя Тэхёна смутиться. Они целовались под полной луной, прижимаясь друг к другу, чтобы согреться. Принести куртки и портить романтику никому не хотелось.       — Тэхён, научи меня курить, — сказал Чонгук севшим голосом, отрываясь от поцелуя. Он глядел на младшего с расширенными глазами, словно ребёнок, впервые увидевший ёлку на Рождество.