Охотники

      Группа продолжила путь. Погода внезапно изменилась: поднялся ветер и снова зарядил мелкий дождь. Стылое дыхание бросало в сверхпрочных пластик шлемов капельки воды. Виктор беззаботно стирал их рукавом.       Ольга достала из кармана платок и смахивала капли со шлема. Немного затмевает обзор, а ей не хотелось пропустить ни детали. Проснулась охотничья настороженность.       Дмитрий же просто шел следом и время от времени смотрел по сторонам. Он думал о предстоящей охоте с предвкушением. А еще пожалел, что проводники не охотники, не понимают их немного. Хотя, может быть, они охотники в другом.       Через полчаса пути справа от путников, среди деревьев, раздался громкий, режущий слух лай.       Бирюк перехватил ружьё поудобнее. То, что он услышал, ему не понравилось. Собаки. Они не представляли большую опасность для их группы — костюмы не прокусывались собачьими зубами, но лишние проблемы были ни к чему. Оставалась надежда, что псы не станут нападать.       Ольга, увидев, как насторожился проводник и услышав лай собак, предусмотрительно спустила с плеча ружье.       — Отстрел бродячих псов устроим? — усмехнулся Дмитрий.       Сталкеры тоже насторожились.       — Да, дело к тому идёт, — подтвердил Брюс. — Будьте готовы стрелять. Они злые и их много. У нас всех прочные костюмы, но по возможности кусать себя не давайте.       — Понятно, — кивнула Ольга и с опаской огляделась.       — В этих местах собаки были постоянной проблемой, — вздохнул Брюс. — У заболоченных прудов и заросших речек водится много мелкой живности, и на ней кормятся собачьи стаи. Собаки-мутанты размножаются намного быстрее своих нормальных сородичей, и регулярные вспышки численности приводят к нападениям на сталкеров.       — А вы их травить не пробовали? — поинтересовался Воронцов.       — Травили, каждый год травим, — сказал Брюс. — Считали, процентов десять популяции так убиваем. Но некоторые стали устойчивыми, другие избегают отравленной еды.       Лай стал ближе. Хор собачьих голосов раздавался из-за невысокого холмика, поросшего кустарником. На верхушке холма, словно мачта, торчала одинокая берёза с огромными наплывами.       — Держитесь ближе друг к другу, — посоветовал Бирюк. — Продолжаем двигаться, может пройдём ещё.       Охотники решили не разбредаться. Будь это обычные собаки, они бы не вызвали волнение. Но в Зоне все было особенное в своей неправильности.       По обоим сторонам дороги рос кустарник, переходящий в сырой, заваленный буреломом лес. Лес перемежался с обширными гарями.       — Бей! — крикнул Брюс.       С правой стороны холмика выскочил облезлый белый пёс килограммов в тридцать весом. Шкуру пса покрывали кровоточащие язвы. Глаза животного затягивали серые бельма. Зубастая пасть была широко разинута. На языке и небе виднелись маленькие кровоточащие ранки.       Охотники одновременно вскинули оружие и приготовились стрелять.       С другой стороны холмика выскочили три псины неопределённой расцветки и кинулись на людей вслед за вожаком.       Когда собаки показались, выстрелила сначала Ольга, за ней Дмитрий.       Опыт охотников не подвёл. Их руки не дрогнули, а заряды легли точно в цель. Ольга выстрелила первой, среагировав быстрее, и поэтому её выстрел оказался немного менее точным, и часть картечин прошла над собакой. Дмитрий потратил полсекунды на прицеливание, и собака успела подбежать ближе, но его выстрел оказался более удачным.       Псина, подстреленная из «африканского» карабина, упала замертво, едва не вывернутая наизнанку. Другая была сбита с ног, но, дёргаясь и скуля, сумела встать.       Виктор Бирюков выстрелил из «Вепря» в белого пса-вожака, сразив первым же выстрелом наповал.       Псы выглядели отвратительно, но охотников не испугал внешний вид. К тому же фото мутантов они уже встречали в интернете.       Единственная оставшаяся невредимой псина с воем и скулежом бросилась наутёк, вместе с двумя товарками, мелькнувшими в кустах. Раненая Ольгой собака попыталась припустить за ними, но упала на обочине, проковыляв несколько метров.       Брюс метким выстрелом добил ее.       — Ребят, зовём корейцев? –черно пошутил Брюс.       — Если они посчитают это деликатесом, — усмехнулся Дмитрий.       Бирюк подошёл к белому вожаку, присел и осмотрел хвост. Затем достал тесак и отрубил облезлый белый отросток. Придирчиво повертел перед глазами.       — Трофей для новичка в Зоне, — добавила Ольга. — Только я обойдусь фото, всех мы просто не унесем.       Девушка вернула за плечо ружье и достала фотоаппарат. Сделала пару снимков убитых собак.       — Так себе, — прошептал Бирюк.       Затем осмотрел хвосты остальных убитых собак, недовольно хмыкая.       — Дима, хочешь сфотографироваться? — спросила Ольга.       — Не, слишком мелкая дичь. Вот на фоне мертвого кровососа я бы не прочь, — ухмыльнулся охотник.       — А зачем вы им под хвосты заглядываете? — спросила охотница. — Хотите понять пол?       Брюс рассмеялся.       — Нет, Бирюк хвосты с хорошим мехом режет, — ответил сталкер. — Я лично считаю, что он дурью мается. Из них шапки вроде делают.       Ольга улыбнулась.       — Обижаешь, дружище, — сказал Бирюк товарищу. — Может, я тебе на день рождения шапку подарить хочу, какой ни у кого нет.       Полив каким-то составом из непрозрачного флакончика и завернув белый хвост в фольгу, Бирюк убрал трофей в рюкзак.       — У меня шапка из пса есть. Якуты подарили, — похвастался к ситуации Дмитрий.       — А у меня из лисы, — похвасталась девушка. — Так что неплохой трофей выйдет из меха.       Брюс показал им большой палец и жестом разрешил продолжить движение, снова возглавив мини-колонну.       Охотники с удовольствием пошли следом. Хотелось оставить побоище позади.       — Разминка понравилась, — довольно ухмыльнулся Воронцов, ощущая, как в жилах кипит адреналин. — Но хотелось бы зверя покрупнее.       — Накаркаешь, — недовольно проворчал Бирюк.       В целом чувствовалось, что после первой совместной стычки отношение сталкеров к охотникам стало более… доверительным, близким.       — Дим, помолчи, — улыбнулась Ольга. — Уважай местные суеверия.       — Может, я хочу найти подходящую шкуру для коврика у камина, — ответил охотник в тон.       — У тебя уже есть из бурого медведя, куда уж круче, — поддела его девушка.       — Зато от зверя Зоны не будет ни у кого! — Дмитрия сложно было переубедить.       — Если только у меня, — добавила Ольга и с вызовом подмигнула напарнику.       Вскоре основная дорога резко ушла на запад. На север вела тропа, идущая через широкую гарь с торчащими чёрными стволами. Брюс дал знак остановиться.       Охотники настороженно замерли.       — Это место, где в прошлом месяце была термическая аномалия невиданной для этой части Зоны силы, — негромким голосом рассказал Бирюк. — «Факел» высотой десять метров, и гектар «Жарок». Это такие аномалии, где воздух может нагреваться до сотен градусов. Начался пожар, и выгорело несколько квадратных километров леса. Сейчас проход должен быть свободен. Брюс, как ты на это смотришь? Зная здешних, рискну предположить, что могли остаться ценные бирюльки. Искать не предлагаю, просто срежем путь, заодно посмотрим по сторонам. И гарь отпугивает зверьё.       — Как интересно, — заметил Дмитрий. — Я бы посмотрел бы на таинственные артефакты, если, конечно, встретятся на пути.       — Ладно, я тоже думал пойти через гарь, — добавил Брюс.       — А как быстро возникают аномалии? — спросила Ольга. — Могут появиться прямо на пути?       — Нет, опасные аномалии возникают обычно только после Выброса, — ответил Брюс на вопрос девушки. — Некоторые могут появиться и прямо на пути, но, к большому нашему счастью, предвестия их появления можно довольно легко распознать, и такие аномалии слабы. И происходит такое обычно ближе к Центру. Двинули? Соблюдаем повышенную осторожность. Двигаемся по моим следам, никаких шагов в сторону. Здесь могли остаться «Жарки» и «Коптильни».       — Хорошо, — кивнула Ольга. — Вы меня успокоили.       Кидая камушки, поглядывая на детектор и проверяя путь впереди подобранной веткой, Брюс осторожно двинулся вглубь пожарища, указывая путь.       Бирюк оживлённо глядел по сторонам, высматривая артефакты.       — В интернете про аномалии столько всего пишут, — вспомнил Дмитрий, идя след в след, — что не хочу все принимать на веру, лучше узнать от бывалых людей и увидеть своими глазами.       — Огонь — самая безжалостная стихия, — заметила девушка, оглядывая пожарище. — Доводилось идти по выгоревшей просеке. Но причина была много проще: кто-то из туристов не затушил костер или бросил сигарету.       — А я видел пожар от удара молнии в дерево, когда был в Сингапуре. Но потух сам по себе, вокруг была слишком редкая растительность. А так жуткое зрелище, когда лес горит, — поежился охотник.       — Надо идти навстречу ветру, если начался лесной пожар, — напомнила Ольга.       — Я однажды еле спасся от лесного пожара, — рассказал Бирюк. — Но я не знаю, от чего он возник.       — Мы с друзьями, когда хочется повеселиться, любим почитать жёлтые статьи про Зону, — рассказал Брюс. — Так я узнал, что здесь есть летающие тарелки, аннунаки и призраки каких-то там казачьих командиров.       Воронцов рассмеялся.       — Зона — самое любимое место для тех, кто хочет попиариться, — заметила Ольга, улыбнувшись. — Родина сверхъестественного.       Девушка, глядя на пепелище, сначала подумала сделать фото, но потом передумала, решив поберечь пленку. Впереди еще явно будет что-то интереснее.       — О! Смотрите! — Брюс указал на обгорелый пень, над которым дрожал раскалённый воздух. — Видите? Это «Жарка». А немного дальше, вон в той ложбине, серый дым по земле стелется — это «Коптилка». В «Жарке» температура за триста градусов, а если туда войти резко — может до всех шестисот подскочить. «Коптилка» не такая опасная, просто взвесь частиц пепла со странными свойствами.       — Ух ты! — подивилась охотница. — Теперь будем знать, отчего держаться подальше.       — А можно на эти аномалии как-то повлиять, чтобы исчезли? — спросил Дмитрий.       — Они сами исчезнут со временем, — ответил Бирюк. — А так способ есть. Но обычно он того не стоит, и не годится для этой аномалии. Есть особые, очень редкие и дорогие артефакты — семейство «Рубинов». За один такой можно десять тысяч долларов выручить. Загубив такой в определённой аномалии, аномалию можно уничтожить.       — Лучше продать, — деловито заметил Дмитрий. — Это как деньги в костер кинуть.       — Признаюсь, мы с Бирюком «Рубины» не то что в руках не держали, не видели, — сказал Брюс. — И мало кто это делал. Очень редкие и ценные артефакты. Мечта.       — А они, как рубины выглядят? — полюбопытствовала Ольга.       — Почти, — ответил Бирюк. — Как причудливые игрушки из мутного рубина.       Справа от пути группы лежала глубокая трещина в земле. Глубиной метра три, шириной в метр, она источала жар. Слева торчали обгоревшие чёрные стволы. Даже сейчас они почему-то казались горячими.       — Это от жара земля треснула? — поинтересовался охотник. — Или под землей торф горит?       Дмитрий кивнул на трещину.       — Земля треснула от жара во время пожара, — пояснил Брюс. — А потом загорелся торф, видимо. Его здесь немного, и он почти весь уже прогорел.       В воздухе на мгновение разлился звон и бесследно исчез.       — А это что? — удивилась девушка.       — Пойдёмте быстрее, мне это не нравится, — поторопил Брюс. — Какие-то остаточные аномальные процессы.       Охотники ускорили шаг, настороженно осматриваясь по сторонам.       В десятке метров от дороги в воздух взлетела почва и зола, и из-под земли с рёвом вырвалась струя пламени в человеческий рост.       — Наши шаги разбудили спящую аномалию, — прокомментировал Брюс тревожно. — Хочу поскорее уйти отсюда.       Охотники повернули головы к жутковатому зрелищу и посмотрели, но с пути не сошли.       — Как гейзер, — сравнил Дмитрий.       Несколько раз вокруг дороги вспыхивали новые огненные гейзеры. Когда вспыхнуло два, тропа стала напоминать жуткую аллею почёта.       — Лучше уйти, как можно быстрее, — согласилась Ольга. — Странное место.       Спустя сотню метров пепелище подошло к концу, уступив сырой низине, поросшей травой. На другой стороне низины поднимались сосны. По дороге путники заметили сгоревшие останки двух кабанов.       Дойдя до низины, Брюс облегчённо выдохнул и остановился.       — Миновали опасную зону? — спросила Ольга.       — Да, наконец-то, — ответил Брюс. — Признаюсь, я немного недооценил опасность. Людей, не имеющих опыта в общении с аномалиями, в такие места я стараюсь не водить.       — Я ничего не нашёл, — спокойно заметил Бирюк про артефакты. — Местные всё собрали, или я слепой.       — Жаль, что нам ничего не попалось, — вздохнул Дмитрий. — Было бы интересно взглянуть хоть на самый завалявшийся артефакт.       — Жаль, — согласился Бирюк. — Но ещё не вечер. Чем дальше в Зону, тем больше артефактов.       — Народ, здесь привал сделаем или маршем до Ораного? — спросил Брюс. — Оно прямо за лесом.       — Я не хочу здесь, — отозвалась Ольга, вспоминая близость огненных «гейзеров». — Силы еще есть.       — Я тоже за то, чтобы устроить привал за лесом, — ответил Дмитрий.       — Я тоже так считаю, — поддержал Виктор. — Не стоит здесь привал устраивать.       Брюс потыкал палкой в кочку. Кончик палки обуглился. Кочка выпустила облачко светящегося зелёного дыма. Из воды к палке потянулись голубовато-фиолетовые языки пламени? Жидкие щупальца? Фигуры из объёмного света? Увиденное было сложно описать человеческими словами.       — Что это? — с любопытством спросила девушка, выглянув из-за его плеча.       — «Ведьмин студень», будь он неладен, — сплюнул Брюс. — Очень опасная штука. Может разъесть и костюм, и плоть, и кость. Проникает почти всюду, через малейшие щели. Я не рискну лезть в эту низину. Пойдём вдоль неё, там будет безопасный переход. «Ведьмин студень» всегда собирается в низинах.       — Ужас какой, — прокомментировала девушка. — Лучше обойдем.       Воронцов не испугался новой аномалии. Опасность приятно щекотала ему нервы. Охотник понимал, что не прогадал ни с выбором «сафари», ни с проводниками. Приключение обещало выйти богатым на впечатление, а если повезет, то и трофеи.       — У меня хороший друг в этой гадости погиб, — сплюнул Бирюк, поворачивая вслед за Брюсом и охотниками. — Полез в овраг за дорогим артефактом, и вляпался. Без ног остался. Вытащили, но до врачей так и не дотащили. Умер через час.       — Соболезную, — посочувствовала девушка, идя следом.       — Благодарю, — ответил Бирюк бесцветным тоном.       — А здесь есть медики? — поинтересовался Дмитрий.       — Есть, — сказал Брюс. — Но внутри Зоны только в двух-трёх местах можно получить пристойную медицинскую помощь.       — Хорошо, что хоть что-то есть, — порадовался охотник. — Не бесплатно, конечно?       — Бесплатно или нет — зависит от того, кто ты, — расплывчато ответил Брюс. — Своих бесплатно. Кто свой — для каждого варианта свои разные.       — Как у вас тут все непросто, — усмехнулся Воронцов.       Идя вдоль берега, путники заметили вдали, в низине, каких-то склизких тварей, ползающих вдоль низкого берега.       Ольга подняла к глазам бинокль и посмотрела на странных существ:       — Интересно, откуда такие взялись. Ничего подобного раньше не видела.       — Это жаботритоны, — пояснил Бирюк. — Мирные существа, на людей не нападают. Очень ядовиты, поэтому трогать голыми руками и тем более есть их не стоит.       — Как другая планета! — восхитилась Ольга, опуская бинокль.       Бирюк молча кивнул.       Пройдя вдоль заболоченной низины с полтора километра, путники вышли к переправе. Здесь низина сужалась, превращаясь в овражек, по дну которого бежал ручей. Через овражек был переброшен импровизированный мост из четырёх сосновых брёвен, наскоро скреплённых досками и связанных обрезками каната. В грязи отчётливо определялись следы сапог. В траве блестели несколько стреляных гильз из-под отечественного малоимпульсного автоматного патрона. Заглянув за кустарник, Бирюк увидел растащенный собаками костяк непонятного существа, не похожего ни на собаку, ни на дикого кота, ни на что-либо ему ранее виденное. Удивлённо присвистнув, он подозвал спутников и продемонстрировал увиденное.       — Когда мы подходили к пожарищу, я слышал выстрелы, — сказал Брюс.       — Как интересно, это мутант? — подвел итог Дмитрий, заинтересованно оглядев останки.       Подойдя ближе, Брюс тоже их осмотрел.       — Редкий, уникальный, — вынес вердикт Брюс. — Похоже на сильно изменённую свинью. Ммм, возможно, это родилось от кабана.       — Здесь были другие сталкеры? — поинтересовалась Ольга, заметив следы ботинок.       — Да, здесь прошли до нас, — подтвердил Бирюк. — Двое. У одного АК-74 или аналог.       — Это создание застрелили, — отметила Ольга, заметив гильзы. — А потом его кто-то разорвал. Видимо, местные падальщики.       — Верно мыслите, Ольга, — одобрил Брюс.       — А здесь есть еще такие… «кабаны»? — спросила девушка, не в силах придумать название существу.       — Сомневаюсь, — ответил Виктор. — Очень сильно изменённые мутанты обычно маложизнеспособны и не могут в продолжение рода. Скорее всего, он был один. У нас своя цель — трёхголовый пёс.       — Уже предвкушаю охоту, — улыбнулась Ольга.       — А сколько пес массой примерно? — поинтересовался Дмитрий.       — Я же рассказывал, — Брюс. — Килограммов тридцать-сорок. Не думаю, что больше. Наша вторая, опциональная, цель — химера — будет покрупнее, килограммов четыреста-пятьсот. Но с ней мы будем работать несколько иначе.       — Ясно. Собака пойдет на разминку, — произнес охотник.       — Переходим, — позвал Брюс на мост.       Охотники пошли следом.       Под мостом оказался ручей. Сквозь журчание доносились и другие звуки: неприятное склизкое хлюпанье и хлопки, будто лопались невидимые пузыри.       — Что это? — прислушался охотник. — Лягушки?       — «Кисель», — ответил Бирюк. — Тот же «Ведьмин студень», но более коварный и незаметный. Прямо под нами. Купаться в ручье не стоит.       — Не могу пока никак привыкнуть к аномалиям, — посетовал Дмитрий. — Непросто отвыкнуть от привычного мира. Но мне это нравится. Очередной вызов природы.       Под весом идущих порвался кусок гнилого каната, и два бревна разъехались в стороны на целый локоть. Брюс не устоял на ногах и упал на бревно в метре от берега, чудом удержавшись от падения вниз. Дмитрий едва успел схватить Ольгу, не дав ей упасть в смертоносный ручей, но сам рухнул бы вниз, не схвати его за рюкзак Виктор.       — Вот же вертолёт-хренолёт! — выругался Брюс.       — Спасибо, — поблагодарил охотник. — Оля, цела?       — Да-да, что за дурацкие доски, — посетовала она, выбираясь на тропу.       Ольга протянула Брюсу руку, предлагая помочь подняться. Сталкер принял и встал на ноги.       — Спасибо, — поблагодарил он даму, в свою очередь помогая миновать опасный участок Бирюку.       Виктор постучал кулаком по шлему и посетовал:       — Не хорошо это. Вопрос, кто будет чинить. Если будем возвращаться той же дорогой, предлагаю захватить гвоздей из сталкерского домика в Ораном и прибить толстых веток. Или привязать, если не будет гвоздей.       — Предложение принято, — ответил Брюс, отряхивая штаны от мусора.       — Дело, — одобрил Дмитрий.       Впереди снова начинался лес. Тропа петляла меж деревьев и терялась в чаще. В грязи виднелись следы двух пар сапог.       Кое-где между деревьев сверкали уже знакомые путникам «Электры». Над деревьями крошечными смерчиками кружились опавшие листья. Глубоко в чаще стелился густой пепельный туман.       — Следы свежие, — подметила Ольга. — Какой риск, что мы их встретим, и что от них ждать?       — Вероятность встречи высока. Если они шли здесь, наверняка устроили привал в Ораном. Но не думаю, что они проявят к нам агрессию. Надеюсь, мы даже поболтаем и поделимся новостями. Но всё равно — будьте начеку, — объяснил ситуацию Брюс.       — Конечно, — отозвался Дмитрий. — Но, как известно, если есть риск конфликта, то лучше встречи избегать. Если учесть, что мы все тут с оружием.       Охотник вспомнил, как повстречался с группой браконьеров, которые претендовали на ту же добычу. Пришлось отступить, так как численный перевес тогда был не на их стороне, да и не особо ценная была добыча, чтобы из-за нее ввязываться в вооруженный конфликт.       — Лучше избегать, если есть хорошая альтернатива, — согласился Брюс. — Но в данном случае альтернативой является привал не в удобном доме, вроде наверняка знакомых вам охотничьих избушек, а в поле.       Сказав это, он решительно направил группу под сень леса. Бирюк снова шёл замыкающим, внимательно глядя по сторонам и назад.       Охотники шли, молча разглядывая окрестности. Ольга иногда бросала взгляд на почву, надеясь увидеть следы лап, но пока ничего не попадалось.       Дмитрий думал, как в таких условиях, когда кругом аномалии, обитают здесь звери.       — Сталкеры, а вам встречалось, что живность в аномалии попадает? — спросил Воронцов.       — Да, — коротко ответил Бирюк. — Но это редкое событие. Они приспособились. Чуют.       — Знаете, что будет прорывом в военном снаряжении? — нарушил молчание Брюс. — Электронные глаза на затылке.       — Глаза на затылке компаньон компенсирует, — заметил Дмитрий. — Охотится, если не на какого-то очень осторожного зверя, лучше вдвоем или втроем. А иногда группой. От дичи зависит.       — Мне, кажется, прорывом будет то, когда вместо людей отправлять воевать будут роботов, — добавила девушка.       — Уже сейчас вроде отправляют, — сказал Брюс. — К счастью или несчастью, не здесь.       — Чем дальше в Зону, тем меньше нормальных животных, и больше разной нечисти непонятной из-за аномалий и излучения, — заметил Бирюк. — Здесь всё нормально ещё. Почти прежняя природа.       — Я думала по всей Зоне так, — сказала Ольга.       В десятке метров от тропы показался древесный ствол, покрытый слизью. Его бледную кору покрывали мелкие белые шипы.       — А это что за налет? — поинтересовалась девушка.       — Странно, обычно такие растут только ближе к центру, у Радара, — тихо заметил Брюс, указав на дерево. — Смерть-дерево. Очень ядовитое. Даже стоять рядом с ним без защиты органов дыхания не стоит, не то что трогать голыми руками.       — Ужас, — выдохнула Ольга. — А на вид будто прополз большой слизень…       — Хорошо горит, — добавил Бирюк.       — Может спалим? — предложил Дмитрий.       — Однажды мои знакомые ради прикола такое сожгли, — рассказал Брюс. — Но не надо. Пусть растёт пока. Земля вокруг дерева как-то неправильно выглядит. Будто тени не в ту сторону. Не пришло его время ещё.       — Есть умельцы, которые их яд собирают и продают, — заметил Бирюк.       — Ученым? — сделал догадку Воронцов.       — Наверное. Чёрт их знает, я не интересовался, — ответил Виктор. — Слышал, что ядом потравились три дурака в Киеве, когда решили в другую тару перелить.       — Опасная у вас работа, — заметил Дмитрий.       — Опасная, очень, — согласился Бирюк. — И пятикратно опаснее, если тупой и жадный.       — А, если кто из сталкеров в Зоне погибает, то тела так и остаются здесь, как на склоне Эвереста? — полюбопытствовал Воронцов.       — К сожалению, часто да. На съедение тварям. Но если есть возможность, нормальные сталкеры всегда хоронят погибшего коллегу, — рассказал Брюс.       Ольга заметила опасность первой, не отвлёкшись на разговор. В чаще, среди ветвей и бурелома, притаилась странная тварь. Создание напоминало кучу сырых болотных коряг, скреплённых плотью. Существо высотой едва достигало метра. Оно прекрасно сливалось с лесом, и осталось бы незамеченным, если бы не решило сдвинуться с места и приблизиться к тропе на несколько метров. Вторыми, почти одновременно, опасность заметили Воронцов и Бирюков.       Девушка, молча, указала рукой на существо, чтобы не спугнуть.Затем сбросила с плеча ружье.       Дмитрий последовал ее примеру.       — Коряга, — тихо сообщил Бирюк. — Вроде одна. Если есть желание, можешь попробовать подстрелить. Они опасны для плохо защищённого человека, бьют своими острыми ветками. Стреляй в центр, в мясо.       Брюс не заметил бы коряги, если бы не спутники.       Ольга прицелилась, метя в «переплетение живых веток» и нажала на спусковой крючок.       Пуля ударила в толстую гнилую ветку рядом с телом создания, но ветка не принадлежала твари. Взлетел фонтан древесной трухи. Существо, нелепо дёрнувшись, скрылось в зарослях.       Дмитрий выстрелил в добычу следом.       — Одна коряга не станет нападать на четверых людей, — сообщил Брюс. — Вот вчетвером на одного они любят.       Ольга, ощутила досаду, что промахнулась. И опустила ружье.       Дмитрия также постигла неудача. Существо успело скрыться, избежав выстрелов.       — Необычный был бы трофей, ну, да переживем, — вздохнул охотник. — А чем это создание питается?       У Воронцова проскользнула мысль подманить добычу.       — Пойдёмте дальше. Только гильзы подберите, — сказал Брюс. — Питается оно… от Зоны чем-то, я не знаю, учёные может быть. От аномалий подзаряжается как-то, наверное. Но иногда им чего-то не хватает, и тварей пробивает на мясо. Ищут и жрут падаль, не найдут — нападут на животное или человека. Ближе к Центру и в северной, «белорусской» части Зоны их очень много, можно нарваться сразу на десяток. К счастью, коряги очень боятся огня. Развёл костёр, зажёг ветку — они тебя не тронут.       — Необычные и изучены мало, — подытожила Ольга и нашла гильзу в пожухлой траве, подняла.       — Если увижу еще раз, не промахнусь, — самоуверенно изрек Дмитрий, когда поднял гильзу и бросил в карман. — Любопытно вблизи посмотреть.