Экзальтация жаворонков/серия "Венери", книга 1

      Хав помог Ари распаковать вещи, разложив одежду по ящикам и книги на комоде. Все десять томов «Песочного человека» Нила Геймана. Сборник комиксов "Marvel". "Иллюстрированный атлас Средиземья Толкина". «Сокровищница арахиса» и толстый том об искусстве Мориса Сендака. Он чувствовал, что дома Ари оставил больше книг, но это были самые любимые, которые ему нужны были под рукой.       Ари раскидал карандаши и фломастеры по баночкам, разложил стопкой листы бумаги и альбомы для зарисовок на столе. Хав хотел посмотреть работы, но решил подождать. Ребенку нужно было поспать.       — Я вернусь утром, — предупредил он. — Ты, я и Лорен обсудим твою логистику до школы. Тебе, вероятно, придется какое-то время повозиться с этим вопросом, пока мы не сможем оформить документы на машину твоей матери.       — А как насчет страховки?       Хав сделал паузу.       — Хороший вопрос. У меня ее нет.       — На чьей машине ты ездишь?       — Друга, — ответил Хав, добавляя еще одну заметку к тысяче, застрявших у него в голове. — У меня нет машины. Мне придется позвонить агенту, поговорить о переводе полиса на мое имя. Или открыть новый. Или купить машину. Может быть, взять напрокат. Не бери в голову, я что-нибудь придумаю.       Ари медленно кивнул, словно наконец осознав, как десятки материально-технических деталей его жизни теперь передаются из рук в руки, а его личное дело переходит из рук в руки.       — Спасибо, — скромно сказал он.       — Ты не должен меня благодарить, — сказал Хав. — Все это мелочи.       Воздух в комнате накалился, переводив взгляд с одного мужчины на другого, не зная, что делать.       — У тебя есть мой номер? — спросил Хав.       — Да.       — Звони, если тебе что-нибудь понадобится. Я здесь.       Ари, спотыкаясь, сделал два шага. Он не обнял Хава, только прижался к нему и опустил голову, а руки по швам. Хав крепко схватил его, широко положил ладонь на затылок Ари и прижал к себе.       Это сын моей сестры.       — Все в порядке, — прошептал он. — Мы с этим разберемся.       Ари яростно выдохнул. Его тело один раз вздрогнуло, затем затихло.       — Я так чертовски устал.       — Давай, — сказал Хав, поглаживая мальчика по спине. — Почисти зубы и ложись спать. На сегодня все.       Ари отступил назад, проведя тыльной стороной ладони по глазу.       — Ложиться спать в семь, — сказал он. — Я не ложился так рано с тех пор, как мне было пять.       Хав сам спотыкался, когда шел к своей машине. Постель казалась неплохой идеей, но ему нужно было кое-что написать. Может быть, книжный магазин «У Селесты» все еще был бы открыт, и он мог бы посидеть со своим ноутбуком и наболтать тысячу слов.       Пьянящий запах бумаги и кофе окутал Хава, когда он рухнул на табурет, закрыв лицо руками.       — Все так плохо? — спросила андрогинная блондинка.       — Сегодняшний день сбил меня с ног, словно грузовик.       — Похоже на то.       Она налила кофе в большую кружку. Щедрая и округлая, как грудь с D-образной чашечкой, и такая же прелестная в ладонях Хава.       — Вы Селеста? — спросил Хав.       — Нет, Селеста была моей тетей. Это был ее магазин.       — Как вас зовут?       — Трелони Ларк. Никаких упоминаний о Гарри Поттере, пожалуйста. Мне было двадцать пять, когда о них стали писать.       Хав рассмеялся.       — Вы не поверите, сколько людей спрашивают, назвали ли мои родители меня в честь Сибиллы.       — Есть ли какое-нибудь значение в вашем имени?       — Да, — ответила она. — Это название деревни в Зимбабве. Мой отец занимался там миссионерской работой и нашел меня под деревом.       Хав пристально посмотрел на нее поверх края своей чашки.       — Дерзко.       — Хватит обо мне. — Она оперлась на локти. — Расскажи мне о своем дне.       Прежде чем Хав успел дважды подумать, он нажал на спусковой рычаг самосвала и выплеснул наружу о своей сестре, тяжелое положение из-за ее смерти и свою внезапную опеку над Ари. Трелони слушала, почти не перебивая. Затем забрала чашку и коротко переговорила с другим баристой, прежде чем вернуться к Хаву.       — Проголодался? — спросила она.       Картошка фри, которую он ел в закусочной, казалась была год назад.       — Вроде того.       — Давай зайдем в соседнюю дверь.       Он следовал за ней, как утенок, довольный тем, что кто-то другой принимает решения. Ресторан рядом с "У Селесты" находился винный бар-тапас. И переполнен. Трелони протискивалась сквозь толпу, держа в пальцах складку пиджака Хава. Поворачивала голову то в одну, то в другую сторону, улыбалась, махала рукой, здоровалась со всеми подряд. Они дошли до дальнего конца бара и двух пустых табуретов с табличками «Зарезервировано» на сиденьях. Трелони убрала таблички и жестом пригласила Хава сесть.       — Мило, — сказал он. — Ты знаешь владельца?       — Я хозяйка, — просто ответила она.       — Ресторана?       — Здания. — Она наклонилась вперед, опираясь на локти, подставляя щеку бармену. — Можно нам взять бутылочку «Коно Сур»? И две порции брюссельской капусты для начала.       — Не большой любитель капусты, — признался Хав.       — Тебе понравится. Они обжариваются во фритюре на арахисовом масле. Один заказ, чтобы поесть, а другой — насладиться.       Она была права. Они непринужденно болтали, облизывая пальцы, пока бармен ставил перед ними тарелку за тарелкой.       — Твоему племяннику удобно в Доме Жаворонком? — спросила она.       — На данный момент — да. Крепость на дереве там просто невероятна.       — Мой брат помогал его строить.       — В самом деле? Твой брат — парень из «Домика на дереве»?       Она кивнула, вытирая рот.       — Да.       Превосходная еда заполнила пустоту внутри Хава, а вино немного развеяло беспокойство в его голове.       — Не хочешь прогуляться? — спросила она позже.       — Конечно, — сказал Хав, гадая, не попал ли он на свидание. Трелони не прикоснулась к нему, ни на миллиметр не вторглась в его личное пространство и не проявила ни малейшего сексуального влечения. Он надкусил «любопытство», как мятную конфету после ужина, и шагнул в холодную ночь, а Трелони в последний раз попрощалась у него за спиной.       — Ларки, — сказал он, указывая на вывеску над рестораном. — Я весь день встречаю это имя.       — Это Здание Ларков, — сказала она. — Моя семья всегда жила в Гелистене.       — Всегда?       — Ну, по крайней мере, столько, сколько существует железная дорога.       — И теперь здание принадлежит тебе. — Хав отступил с тротуара, разглядывая кирпичный фасад. — А как насчет Дома Жаворонков?       — Моя двоюродная бабушка Билли основала его в тридцатых годах. Сейчас это частная собственность, Ларки не имеют никакого отношения к управлению, хотя мой брат входит в правление.       — И построил там дом на дереве.       — Ну, это немного преувеличивает истину. Он работал над ним во время строительства, но не проектировал его. Тем не менее, это помогло ему найти свое призвание. Можно сказать, что домик на дереве построил Роджера.       — У меня снова дежавю, — произнес Хав, посмотрев вверх, затем вниз по улице.       — Ты когда-нибудь бывал здесь?       — Нет, — ответил он. — Но во второй раз за сегодняшний день мне кажется, что я знаю это место. — Смутное воспоминание жужжало на краю его сознания, как назойливый комар. Он не мог прихлопнуть его. Вспоминал ли он обрывок сна? Из фильма?       Они перешли железнодорожные пути и спустились к воде, но ветер с реки жестокими порывами отогнал их обратно на Мэйн-стрит.       Вернувшись к «У Селесты», Трелони достала ключи и отперла узкую дверь рядом с магазином.       — Ты здесь живешь? — спросил Хав.       — Нет, — ответила она. — Я кое-что показываю тебе.       Хав последовал за ней наверх, разглядывая ее стройные бедра. Если подумать, то неожиданный и спонтанный секс не был бы таким уж отстойным. Одна порция после потрясающего ужина, и он практически впадет в спячку. Он представил себе белую кожу Трелони на фоне своей темной кожи и почувствовал, как что-то зашевелилось у него в джинсах.       Трелони отперла еще одну дверь наверху лестницы и ввела его в квартиру. Квартира была обставлена мебелью, но без декора.       — Это дом моего брата Роджера, — сказала она. — Это значит, что квартира принадлежит ему, но я сдаю ее для него.       Хав улыбнулся.       — Ты же не думаешь сдать ее в аренду старшекласснику?       — Нет, я подумываю о том, чтобы сдать ее в аренду тебе.       — Ты едва меня знаешь.       Она дернула одним плечом.       — Я бы, конечно, попросила рекомендации и проверила кредитоспособность.       Хав прошелся по помещению, заглянул в спальни и понял, что ему здесь нравится. Не только здесь, в квартире, но и в этом чертовски живописном, странно знакомом городке. Он облокотился на подоконник, глядя поверх железнодорожной станции и утеса на темную тень реки. Огни моста через Средний Гудзон были похожи на бриллиантовые ожерелья. Угрюмое скопление луковиц на противоположном берегу, где одиноко и пусто стоял дом Ари.       Теоретически он мог работать откуда угодно. Конечно, ему нужно будет взять отпуск на несколько месяцев — устроить Ари и посмотреть, каково это — присматривать за мальчиком-подростком. Чтобы писать, Хаву нужен был только ноутбук и доступ в интернет. Исполнение другой работы может оказаться затруднительным. Не столько для того, чтобы исполнять, сколько чтобы скрыть то, что у него есть еще другая работа. Вариантов не так много, либо держать в секрете, либо прекратить.       Хав не хотел останавливаться.       Он вздохнул. Все становится немного запутанным и сложным для него, но легче и проще для Ари.       — Подумай об этом, — предложила Трелони. — Запиши мой номер и дай мне знать.       — Сегодня самый странный день.       — Не сомневаюсь.       Он отвернулся от окна и посмотрел ей в лицо.       — Все кажется слишком простым, — сказал он. — Все детали встают на свои места.       Она вздернула подбородок, а улыбка была прекрасна.       — Ты веришь в совпадения?       — Сегодня? Нет. — Засунув руки в карманы, он подошел к ней. Стоял неподвижно и позволял ей смотреть на него. — Куда дальше?       Ее глаза окинули его с ног до головы.       — Я знаю, о чем ты думаешь.       — Правда?       — На самом деле нет, но угадать забавно.       Он оставался неподвижным, привыкший позволять женщинам привыкнуть к нему.       — Мне нравится твоя компания и твое понимание, — сказала Трелони. Она посмотрела на часы. — И на этой ноте, мне нужно возвращаться домой. — Она улыбнулась ему. — Одной. Но спасибо, что поинтересовался.       Он был разочарован, но не опустошен. Завалиться на двуспальную кровать в своем гостиничном номере показалось ему отличной идей. Его челюсть раздвинулась в огромном зевке, когда они спустились по лестнице и вышли на улицу.       По тротуару шла пара, выгуливавшая собаку. Мужчина держал руки в карманах кожаной куртки. Его дыхание создавало маленькие облачка в ночи. У женщины были светлые волосы, выбивавшиеся из-под шерстяной шапочки. Ее рука лежала на локте мужчины. Они смеялись.       Щекотка на краю сознания Хава превратилась в ласку.       Я знаю это место.       Пара подошла ближе. Достаточно близко, чтобы Хав смог разглядеть ямочки на щеках мужчины и вспомнить все ночи, когда Хав из кожи вон лез, чтобы увидеть эту улыбку. Достаточно близко, чтобы услышать отрывистый женский смех и вспомнить, как красиво он звучал в темноте.       — Эй, ребята, — позвала Трелони. — Это моя сестра и ее муж, — сказала она Хаву.       — Кукольные домики, — прошептал Хав.       — Что?       — Привет, — поздоровался мужчина. — Что происходит?       Он глазами пробежался по Трелони, а затем по Хаву, дважды моргнул, а затем уставился. Его подбородок вздернулся.       — Я …       — О Боже мой. — Женщина, которую Хав знал, как Валентина отступила назад и закрыла рот руками.       — Алекс. — Хав проглотил это имя, и буквы «кс» прошипели у него во рту. Он мысленно сдул пыль со старого блокнота, открыл его на странице, на которой остановился, и взял ручку.       На чем мы остановились?       — Срань господня, — произнес Алекс с открытым ртом.       Трелони в замешательстве оглядела разинувшую рот троицу.       — Вы, ребята, знаете друг друга?       Хав попятился. Он спиной ударился о стену "Здание Ларк», и медленно опустился на ступеньки. Собака обнюхала его ноги. Вэл молча стояла с широко раскрытыми глазами. Алекс засмеялся.       — Срань господня, это Хавьер, — сказал он. — Странник, племянник и случайный убийца.       Хав обхватил голову руками.       — Господи Иисусе. — Он поднял голову и простонал. — Сегодня самый странный день…