Экзальтация жаворонков/серия "Венери", книга 1

      — Это ты? — Шепотом спросила Дин.       — Надеюсь, ты не ожидала кого-то другого. — Ари с легким щелчком закрыл дверь, затем в носках бесшумно прошел к кровати Дин.       — Все спят?       — Думаю, все мертвы. Они прикончили две бутылки этого дерьмового писко-сауэр и едва смогли подняться по лестнице.       Дин вздрогнула, когда он скользнул рядом с ней. Они целовались под сдавленное хихиканье, замирая и анализируя каждый маленький скрип и глухой удар в доме, а затем снова разражаясь смехом.       — Думаю, все будет в порядке, — сказал Ари.       Поцелуи стали тягучее и глубже, их тела расслабились и слились с тишиной.       — В постели так приятно, — сказала она. — Я могу понять, почему людям нравится это делать.       — Мм. — Его руки скользнули под ее рубашку и нежно обхватили ее груди. — Ты такая мягкая.       — Твои руки всегда такие теплые.       Она выгнулась навстречу ему, ее кожа хотела большего.       — Мы можем раздеться?       Он замер.       — Я не могу… Я не хочу делать это здесь. Когда все наверху.       — Нет, нет, я не имела в виду, что мы будем этим заниматься. Я просто хочу почувствовать, каково это — лежать обнаженной в постели с тобой.       — Я тоже. Боже, как бы я хотел, чтобы мы были одни. Это было бы такое идеальное место для первого раза.       — Знаю. Всего на минутку, можно?       Он засмеялся ей в шею.       — Минутку. Хорошо. — Он потянулся к пуговицам на своей фланели и начал расстегивать их. Дин выскользнула из футболки и спортивных штанов. Одежда выбросили предмет за предметом, затем медленно заключили друг друга в объятия.       — Привет, — тихо сказал он.       — Привет.       — Это действительно плохая идея.       — Знаю.       Она придвинулась к нему так близко, как только могла, а затем поцеловала еще крепче. Желание густое, как пудинг, сгустилось в ее груди, сладко растекаясь по горлу.       — Я не могу дождаться, когда займусь любовью с тобой, — произнес он.       Внезапная ноющая влага набухла у нее между ног.       — Скоро, — прошептала она. — Когда-нибудь наступит скоро. — Она еще немного погрузилась в его рот, раскрываясь для него. Пробуя его на вкус. Чувствуя, как его член, горячий и твердый, прижимается к ее животу. Желая почувствовать, как он скользит внутри, где она была влажной и жаждущей.       — Это так приятно, — сказал он.       Она провела пальцами по краям его лопаток. По выпуклостям позвоночника и длинным промежуткам между ребрами. По его крепким, тонким рукам и вниз по напряженному животу. Снова вверх по груди и горлу и запустила их в его волосы.       — Я люблю твое тело.       Он прижал ее к себе. Его руки и плечи покрылись мурашками. Даже пушок волос на его груди приподнялся.       — Правда? — прошептал он.       — Оно прекрасно. — Она крепче прижалась к нему, желая проникнуть сквозь барьер его кожи и слиться с его мышцами и костями. Слиться воедино и никогда не разлучаться. Оставить частичку себя глубоко внутри, чтобы она могла быть в нем, даже когда они были врозь.       Я так счастлив.       — Ари?       — Мм.       Она вздохнула полной грудью. Колебалась долю секунды.       — Я люблю тебя.       Его грудь наполнилась воздухом, когда он провел руками по обе стороны от ее лица.       — Я тоже люблю тебя, — выдохнул он, прижимая ее лоб к своему.       — Правда?       — Правда. — Он поцеловал ее. — Это прекрасно.       На следующее утро никто из взрослых не мог встать с постели. Ари и Дин оставили записку и сели на маршрутный автобус до "Смугглерс Нотч". Они начали с легких маршрутов, пока Ари не почувствовал себя комфортно, затем постепенно перешли к промежуточным.       Сейчас, в конце зимних каникул, курорт немного опустел. Часто трассы были предоставлены только им, по широким открытым можно было мчаться на максимальной скорости или петлять по ним с гигантскими поворотами.       «Я влюблена», — подумала Дин, запрокидывая голову к чаше голубого неба, покрытым инеем деревьям и склонам гор.       Они то и дело останавливались, чтобы обнять друг друга. Задыхаясь и смеясь, остановились на обочине тропы. Пытаясь поцеловаться, смеялись, пока снимали шлемы и защитные очки.       — Боже, я люблю тебя, — сказал Ари, немного расстегивая молнию на куртке, чтобы он мог добраться до ее шеи. — Я не могу поверить, что это происходит.       — Это происходит, — сказала она, откидываясь назад в его объятиях, падая с края света. Любовь поймала ее в свои ладони, баюкая в мягкой радости весь остаток дня.       По дороге домой в Гелистен они с Ари ехали вместе с Вэл. Они сидели на заднем сиденье, держась за руки, засыпали на плечах друг у друга или с довольным видом смотрели в окна, одновременно надевая наушники. Включали песни друг для друга, тексты наполняли Дин трогательной близостью к миру. Воспоминание о том, как она была обнаженной в объятиях Ари, сжимало ее грудь и живот почти до слез.       Я влюблена.       Вэл перегнулась через спинку сиденья и похлопала Дин по ноге. Дин поймала ее за руку, и они переплели пальцы. Краем глаза она увидела, как Ари улыбнулся, прежде чем снова посмотреть в окно на заснеженную сельскую местность.       Вэл высвободила пальцы, затем потянулась к Ари, ее рука описывала круги. Ари поймал ее в свои и сжал.       — Давайте все возьмемся за руки, — предложила Вэл. — Чтобы мы добрались домой целыми и невредимыми.       Дин отстегнулась и, подтянувшись к водительскому сиденью, обняла Вэл.       — Мамочка, — прошептала она.       Вэл повернула к ней лицо, улыбаясь.       — Кто самая счастливая девушка в мире?       — Я.