Вне досягаемости
16 декабря 2023 г., 00:13
Если бы брак был тюремным двором, то ваш супруг был заключенным, который прикрывал вашу спину. Вместе вы были преданной командой из двух человек, каждый следил за тем, чтобы другого не убили.
«Ты моя жена», — подумал Алекс, позволяя слову раскрыться, чтобы показать все его грани. «Ты моя жена, ты мой друг. Мой партнер, моя любовница, член моей банды. Мать моего потомства, которая не оставит нас в покое, пока мы пытаемся трахнуться. Ты сводишь меня с ума».
И мне больше ничего не нужно, кроме тебя.
Третье присутствие мерцало за пределами его сознания.
Но прямо сейчас я думаю, что хочу большего, чем тебя.
— Чем он занят? — Прошептала Вэл.
— Я не знаю, — ответил Алекс. — Я в этом не силен, я не знаю, куда его деть.
Она слезла с его колен и обернулась. Потянулась назад, чтобы ввести его в свое тепло, и прижалась ягодицами к его паху, твердая, мягкая и влажная. Он держал ее за бедра и двигался в ней, чувствуя себя теперь в клетке своего желания и отчаяния. Потянувшись к сводящему с ума зуду, до которого не могли дотянуться его ногти.
Ее скользкие пальцы скользили по его члену.
— Видишь, теперь, — сказала она, — если бы у меня были вы двое…
Он провел ладонями вверх и вниз по ее спине.
— Что? — прошептал он.
— Я могла бы быть на тебе вот так. Но Хав мог бы стоять перед нами на коленях.
Алекс почувствовал покалывание в ногах, когда он представил, как Хав опускается на колени.
— Что он делает?
— Лижет мне.
— Мм. — Рука просунулась сквозь стенку его груди и начала что-то ворошить. Тепло туго свернулось у него в животе, затем начало разматываться.
— Может быть, он захватит немного тебя, пока лижет мне.
Он сильнее дернулся внутри нее, представив, как Хав стоит перед ними на коленях. Руки Хава на подергивающихся ягодицах Алекса. Рот Хава раскрывается навстречу Вэл, пока она туго обхватывает Алекса. Язык Хава касается кожи Алекса, пока сам облизывает ее. Сначала случайный контакт. Еще один случайный. Потом намеренный.
Черт, я чувствую его рот.
— Работает? — Шепотом спросила Вэл. Взмах головы, и волосы рассыпались по плечам. Тень в изгибе ее спины, когда она оперлась на подлокотники. Твердая, напряженная линия ее бедер. Руки Хава скользнули под ее колени и обвились вокруг ног Алекса. Удерживая его. Раздвигая их обоих, чтобы он мог войти и ощутить вкус их любви.
— Работает, — ответил Алекс, его рот пересыхал при вдохе, а затем становился влажным с каждым тяжелым выдохом.
— Я так сильно возбужден.
— Я тоже.
— Нам хорошо?
— Не останавливайся.
В реальности этой ночи Вэл скакала на нем, жестко и быстро. Глубоко в опустошенном сознании Алекса она обхватывала рукой основание его члена и подавала его в рот Хаву. Затем снова вставляла его в себя. Затем тому в рот. В себя. Командуя. Удерживая их обоих именно там, где она хотела.
— Не останавливайся, — прошептал он. Его пальцы сжались на подлокотниках. Ногти впились и начали царапать. Неясные помехи пробежали рябью по центру его восприятия — как беззвучный зевок или неопределенный момент засыпания перед тем, как снова проснуться.
— Боже, я чувствую вас обоих, — сказал он сквозь стиснутые зубы.
— Тогда кончай. Кончай с нами.
В своей голове он кончил до того, как к нему присоединилось тело, его клетки отслаивались, раскрываясь слой за слоем, сердце сильно колотилось в груди. Он кончил, сброшенный с края, его мозг вывернулся наизнанку. Он кончил так сильно, что пустил слюну, втягивая влажный воздух сквозь зубы, клетки взорвались перистой белой дрожью, когда он выстрелил в темное, влажное тепло, у которого было два названия.
Следующим утром, выгуливая собак, Алекс свернул с Бемельман на Мэйн-стрит. Когда он увидел Хава, выходящего из Ларк-Хаус, он свернул в дверной проем Мерфи, прячась под навесом, пока Хав не скрылся в «У Селесты».
Прячешься?
Что, черт возьми, с тобой не так?
Прошлая ночь.
Важное событие. Вы с Вэл были под кайфом и придумывали сценарий секса втроем. Кого это волнует?
Правда. Но.
Он никогда ничего об этом не узнает. Это было за закрытыми дверьми, где происходит все, что угодно.
Он дал себе пинка под зад и снова зашагал по улице. Хав вышел из «У Селесты» со стаканом кофе. Шорты, мятая футболка, шлепанцы. Небритый, волосы растрепаны. Даже с похмелья он умудрялся излучать сексуальную атмосферу. Это было несправедливо, что другим мужчинам приходилось усердно работать над собой, но никогда не достигнут эффекта Хава.
— Ты дерьмово выглядишь, — поприветсвовал Алекс.
Хав покачнулся в сторону и оперся о кирпичную стену здания.
— Ты выглядишь так, будто из тебя вытрясли все дерьмо.
— Ты даже не представляешь.
И, кстати, ты мне отсосал. Мне даже понравилось.
Едва заметно кивнув, Хав не сводил налитых кровью глаз с Алекса.
— Что случилось?
Черт возьми, Алекс покраснел. Его лицо горело. Он весь горел, игла его разума застряла в канавке прошлой ночи. Каким ярким и реальным это было. Как его ноги чувствовали Хава, стоящего на коленях перед Вэл, и как его квадрицепсы вздыхали под ладонями Хава. Его воображение проводило четкое различие между внутри Вэл и во рту Хава. Это было полное безумие.
— Ты когда-нибудь кончал так сильно, что пускал слюни? — Спросил Алекс.
— Нет. И каково это? — Хав поднес ко рту край стакана и сделал глоток, его глаза все еще осматривали Алекса с головы до ног. Оценивая. Или, возможно, ожидая. Момент затягивался. Пульсировал. Алексу потребовалось мгновение, чтобы распознать в витающей вокруг них мурлыкающую энергии химию.
Господи, если бы он был женщиной, я бы согласился.
— Если мы здесь закончили, я бы хотел вернуться в постель, — сказал Хав.
— Мы закончили.
— Тогда двигайся, ублюдок.
Алекс пошевелился, и Хав зашаркал в дом.
— Я позвоню тебе позже, — бросил он через плечо.
Алекс уставился сквозь дверное стекло, мысленно следуя за Хавом. Возвращаяется к своей кровати. Он подумал обо всех кроватях, в которых, должно быть, побывал Хав в своей жизни. Сотни. Женщины платили за то, чтобы трахаться с ним. Он был востребованным мужчиной. И все же он спал один.
Дверная ручка гудела, притягивая Алекса. Заманивая его. Привлекая его.
Меня влечет к Хаву.
— Привет, Алекс, как дела? — Мимо проходил менеджер винного бара Ларк, жонглируя кофе, ноутбуком и ключами, направляясь на работу.
— Привет, — сказал Алекс, мигая, возвращаясь в настоящее. Возвращаясь в себя. Он еще немного погулял с собаками, вернулся домой и напал на Вэл в душе.
— Господи, что с тобой? — сказала она, смеясь, когда поскользнулась в его объятиях.
Он закрыл глаза, борясь с зудом, и потянулся к картинкам прошлой ночи.
Он не мог до них дотянуться.
Слава Богу.
