Экзальтация жаворонков/серия "Венери", книга 1

      Пятнадцати минут езды до дома было достаточно, чтобы эйфория Алекса прошла, а на смену пришла головная боль. Праздничные выходные закончились, и завтра снова предстояло работать.       Он поплелся наверх, в свою спальню. Он слышал, как работает душ. Дин, по какой-то причине, стоял рядом с кроватью Вэл, глядя на телефон Вэл.       — Что ты делаешь? — Спросил Алекс.       Дин подняла голову, бледная, с широко раскрытыми глазами.       — Я…       Раздосадованный Алекс протянул руку.       — Дай мне. Мы шпионим за тобой, но ты не шпионишь за нами.       — Извини, я…       Алекс скрестил руки на груди, зажав телефон в руке.       — Кто-нибудь выгуливал собак?       — Пока нет.       — Иди выгуляй их. И не лезь не в свое дело.       Он покачал головой, когда она ушла, пробормотав: «Любопытная маленькая дрянь».       Он опустил взгляд на телефон, на котором было сообщение от Хава:       Ты рассказала Алексу о нас?       На мгновение Алекс смутился, подумав, что смотрит на свой телефон, и в тексте не хватает некоторых знаков препинания.       Ты рассказал, Алекс? О нас?       Другой рукой он проверил задний карман. Его телефон был там. Телефон Вэл был у него в руке. С сообщением от Хава.       Ты рассказала Алексу о нас?       Он читал и перечитывал текст. Из всех слов «о» было самым загадочным. Самым насыщенным и зловещим. Уставившись на дисплей, Алекс направился в ванную, намереваясь выяснить, о чем идет речь.       Вэл напевала в душе. Он посмотрел в запотевшую щель между занавеской и кафельной стеной. Она включила тропический душ, смывая с волос остатки пены. Ресницы намокли на ее изящных скулах. Вода стекала по ее груди и соскам. Пар окутывал тело, которое Алекс знал по виду, звуку и запаху. Его руки знали на ощупь, а его язык знал вкус каждого дюйма ее кожи. Они были банковским хранилищем друг для друга, охраняя секреты, страхи, боль и мечты. Один только подумал, другой произносил его мысли вслух. Они были настолько связаны, что им едва ли нужно было говорить.       Ты рассказала Алексу о нас?       Вэл подпрыгнула, когда Алекс отодвинул занавеску, металлические кольца на стержне заскрипели.       — Господи, ты меня напугал, — сказала она и выплюнула немного воды.       Он уставился на нее. Ее подбородок вздернулся, брови опустились.       — Что не так?       Он повернул телефон экраном к ней и спросил:       — О чем речь?       Она прочитала сообщение. Он наблюдал, как кровь отхлынула от ее лица. Наблюдал, как ее кожа покрылась сеткой мурашек. Наблюдал, как ее грудь поднималась и опускалась, когда она глубоко вдохнула через нос. Она выключила воду. Потянулась за полотенцем, но Алекс схватил ее за запястье, останавливая.       — Что о тебе с Хавом ты мне не рассказываешь?       Он держал ее за запястье, заставляя стоять голой, мокрой и замерзшей, в ожидании ответа.       Ее плечи задрожали, но она встретилась с ним взглядом и застыла неподвижно.       — Раньше я нанимала его.       Его пальцы сжались. Он почувствовал, как перекатываются ее кости и хрустят сухожилия.       — Двадцать лет назад, — сказала она. — Пока ты был в Колорадо.       Они уставились друг на друга. Вентилятор жужжал, окутывая ванную белым шумом.        Ты заплатила Хаву, чтобы он трахнул тебя.       Ее подбородок приподнялся.       — Я платила ему за его время. Ты делаешь больно мне. Пожалуйста, отпусти.       Его пальцы разжались. Она не сводила с него глаз, когда взяла полотенце и обернула его вокруг своего тела.       — Почему ты мне не рассказала?       — Алекс…       — Все это время, — сказал он. — Все это гребаное время вы…       — Нет, не все.       — Вы с ним были…       — Это было двадцать лет назад.       — Я должен в это поверить?       Ее глаза расширились и дважды моргнули.       — Да, — сказала она. — Должен.       Рассказ о двух десятилетиях закружился, как карусель, в голове Алекса.       — Я в это не верю, — сказал он. — Я, блядь, не верю, что ты солгала…       — Я никогда не лгала тебе, — закричала она. — Скажи мне, когда хоть раз я тебе солгала?       — Хоть раз? Как насчет последних двадцати чертовых лет?       Неверие перерастало в гнев, и гнев был вызван его абсолютной глупостью. Он выставлял себя дураком. Лелеял ошибочное увлечение. Пытался флиртовать. Пачкал простыни ради какого-то парня, которому было начхать на Алекса.       Он хочет ее.       — Я не знала, как тебе сказать, — начала Вэл. — Прошло столько лет, и я не видела смысла говорить тебе об этом. Потом вы с Хавом стали такими хорошими друзьями, что я…       Телефон выпал из рук Алекса и со звоном упал на пол. Он провел ладонями по голове. Карусель закружилась, кусочки встали на свои места, история переписывается.       Он хочет не меня, он хочет ее. Снова. Он использует меня, чтобы добраться до нее. И она…       — О боже мой, — сказал он, зарываясь пальцами в волосы. — Я такой идиот.       — Алекс, прости, — попросила она. — Дай мне одеться, мы можем…       — Нет, — ответил он. — Мы не можем. — Он вышел из ванной, затем из их комнаты. По коридору к лестнице.       — Алекс, — крикнула она ему вслед.       Он спускался, каждая ступня заставляла его позвоночник вибрировать. Дин сидела на нижней ступеньке, завязывая шнурки на ботинках. Собаки сидели рядом, на поводках и готовые выйти.       — Алехандро, — позвала Вэл с верхней площадки лестницы.       Алекс оглянулся и посмотрел вверх.       — Не разговаривай со мной, черт возьми. — Он повернулся, и Дин уставилась на него, открыв рот в шоке.       — А ты не лезь не в свое дело, — приказал он. Он выскочил из дома, зашагал по Бемельман и свернул на Мэйн-стрит. Он прошел мимо больших магазинов и маленьких домиков. Готовый к бою, к конфронтации, он положил руку на ручку красной двери, ведущей в квартиру Хава, когда кое-что вспомнил.       Ари, возможно, дома.       Он закрыл глаза.       — О, черт возьми, — пробормотал он себе под нос. — Ари.       Он отступил назад, глядя на окна второго этажа, как будто то, как они были освещены, могло подсказать ему, кто внутри. Он не хотел устраивать разборки при Ари. Дин никогда бы ему этого не простила.       Конечно, Дин, которая вынюхивала что-то, заварил всю эту кашу.       Так ей и надо.       — Кого-то ищешь?       Хав вышел из «У Селесты» с ноутбуком подмышкой и чашкой кофе в руке. Прислонился плечом к кирпичной стене, и его взгляд скользнул по Алексу сверху вниз. Аналитики в голове Алекса скрестили руки на груди и прищурились.       Кривая улыбка Хава медленно расплылась.       — Ты в порядке?       — Нет.       Брови Хава опустились.       — Что происходит?       — Я видел сообщение.       Брови поднялись.       — Что?       — Сообщение, которое ты отправил Вэл, спрашивая, рассказала ли она мне. Ответ отрицательный. Она не рассказала.       Хав оторвал плечо от стены и выпрямился. Стакан в руке чуть заметно задрожал.       — Алехо…       — Она никогда мне не говорила. Вот мы трое, такие близкие друзья, наши дети встречаются. И она ни разу не сказала мне, что раньше нанимала тебя.       — О Боже, приятель, я… — Все еще держа стакан в руке, Хав прижал костяшку большого пальца между бровями. — Мне жаль.       — Кто ты есть на самом деле, так это высокомерный сукин сын.       — Послушай, это не то, что ты…       — Я знаю, что это такое, Хав. Я понимаю, что ты делаешь. Может, я немного медлителен и слишком доверчив, но я не гребаный идиот.       — Ты все неправильно понял. Боже, ты мой лучший друг.       — В то время как моя жена — твоя лучшая клиентка.       — Это было двадцать лет назад. Я понятия не имею, почему она не рассказала тебе об этом? Почему я не рассказал? Потому что это не моя история.       — О, тогда мне есть что сказать, — сказал Алекс. — Держись подальше от моей жены. Держись подальше от всех нас, ты меня понял? Моя семья не продается. Еще раз подойдешь ко мне, к Вэл или к моему дому, и я убью тебя на хрен. Конец истории.