Эвелин Рейнхарт

      Эвелин быстро оглядела себя в зеркале и поспешила выйти из комнаты. Сегодня был последний день недели, когда Уильям преподавал в университете, и они возвращались в поместье в Лондоне. Благодаря расширению семьи Мориарти Эвелин теперь могла сопровождать Уильяма и Льюиса в Дарем, где ей нравилось гораздо больше. Но такие поездки были редкими, что слегка огорчало девушку.       Спускаясь по лестнице, девушка внезапно почувствовала, как оступилась. Но, несмотря на это, она смогла удержаться и не упасть. Однако Эвелин ощутила чью-то руку на своем локте. Подняв глаза, она встретилась с хмурым взглядом Льюиса. — Ты постоянно торопишься, — холодно произнес он, но его пальцы задержались на ее руке чуть дольше, словно проверяя, что она стоит на ногах.       Эвелин, слегка улыбнувшись, мягко высвободилась. — Но ведь ты не дал мне упасть, правда? Спасибо, Льюис.       Льюис резко отвернулся, пробормотав: — Просто… будь осторожнее.       Эвелин заметила, что его уши слегка покраснели, но решила не дразнить его. — Почему ты торопилась? Мы даже не опаздываем, — Льюис скрестил руки на груди и укоризненно посмотрел на нее. — Не люблю заставлять людей ждать, — ответила она, надевая перчатки и бросая на него хитрый взгляд.       В коридор вошел Уильям, уже готовый к выходу. Надев цилиндр, он подошел к брату. — Вы уже здесь, — сказал он, но, заметив напряженный взгляд Льюиса, добавил: — Льюис, ты какой-то слишком серьезный. — Серьёзный? Нет. Просто Эвелин бывает весьма суетлива и не смотрит под ноги, когда идёт, — с легким раздражением ответил Льюис. — Я не суетливая! — возмутилась Эвелин, развернувшись к нему. — И ты бы не дал мне упасть. — Упасть? — Уильям приподнял бровь, переводя взгляд с Эвелин на Льюиса. — Она чуть не упала с лестницы, — пояснил Льюис. — Полагаю, не в первый раз? — Уильям посмотрел на брата, тот кивнул. — Эвелин, тебе следует быть осторожнее, — с беспокойством посмотрел на девушку Уильям, — что мы будем делать, если с тобой что-то случится?       Он говорил тоном, которым обычно разговаривал со студентами, когда проводил профилактические беседы с ними. Льюис все также стоял, чуть нахмурив брови. Эвелин чувствовала себя словно два старших брата ее отчитывают. — Хорошо, Уильям, обещаю быть внимательнее.       Мориарти кивнул, его губы тронула мягкая улыбка. — Это хорошо. Думаю, мы можем идти.       Льюис взял зонт со стойки и протянул его Эвелин. — Не забудь, идёт дождь, — сказал он, стараясь говорить равнодушно, но его взгляд задержался на ней. Эвелин с улыбкой приняла зонт.       Льюис кашлянул, отвернувшись, чтобы скрыть покрасневшие щёки. Уильям, наблюдавший за этой сценой, слегка прищурился, словно делая мысленную пометку. Затем он взял свой зонт и, проходя мимо Эвелин, тихо добавил: — Если дождь усилится, держись поближе.       Его тон был будничным, но в глазах мелькнула искра, которую Эвелин не успела заметить.

***

      Уже некоторое время они продолжали свою поездку на поезде. Эвелин заняла место у окна, не отрывая взгляда от мелькающих пейзажей. Несмотря на дождь, омрачавший вид за окном, она находила в этом своеобразную романтику. Капли дождя скользили по стеклу, и Эвелин, слегка наклонив голову, следила за ними с лёгкой улыбкой, словно они рассказывали ей какую-то историю.       Льюис, сидевший напротив, обсуждал с Уильямом планы на поездку, но его взгляд то и дело невольно возвращался к Эвелин. Ее тихий восторг от вида за окном вызывал у него странное чувство — смесь раздражения от ее беспечности и чего-то теплого, чему он не мог дать названия. Он нахмурился, пытаясь сосредоточиться на разговоре, но Уильям, заметив его рассеянность, слегка улыбнулся, не комментируя.       Эвелин, глядя в окно, с восхищением воскликнула: — О, смотрите! Поля подсолнухов! Как красиво! Удивительно, что они здесь растут. Несмотря на дождь, выглядит потрясающе.       Уильям перевел взгляд на окно, но его внимание невольно задержалось на Эвелин. Ее восторг был заразительным, и на мгновение он позволил себе улыбнуться, прежде чем вернуть привычное спокойное выражение. — Действительно, красиво, — сказал он, его голос был чуть мягче, чем обычно.       Льюис, сидевший напротив, бросил на брата быстрый взгляд, затем посмотрел на Эвелин. Ее энтузиазм вызывал у него смешанные чувства — раздражение от ее неосторожности и что-то теплое, чему он пока не мог дать названия. — Кстати, вы знали, что семена в подсолнухе расположены по принципу «золотого сечения»? — продолжила Эвелин.       Уильям слегка наклонил голову, скрывая искру интереса. — О, интересное наблюдение. Однако я об этом знал. Но твой энтузиазм делает этот факт… более живым.       Эвелин рассмеялась, не замечая, как Льюис чуть нахмурился, словно его задело, что Уильям так легко подхватил ее тему. — Тебя ничем не удивить, Уильям, — сказала она с легким разочарованием.       Льюис, не удержавшись, добавил: — Брат осведомлен во многих областях. Но подсолнухи… ты правда так ими восхищаешься? — его тон был сдержанным, но в нем чувствовался искренний интерес.       Эвелин задумчиво посмотрела в окно. — Да… Они всегда поворачиваются к солнцу. Это как… стремление к чему-то светлому, несмотря ни на что.       Льюис молчал, но его взгляд смягчился. Он вдруг подумал, что она сама немного похожа на эти подсолнухи — яркая, несмотря на мрачные обстоятельства их жизни. Позже, когда Эвелин начала клевать носом, ее голова медленно опустилась на плечо. Льюис замер, его рука невольно дернулась, чтобы поправить прядь волос, упавшую ей на лицо, но он остановился, заметив взгляд брата.       Уильям, сдерживая улыбку, аккуратно накрыл Эвелин пледом, который лежал рядом. — Пусть поспит, — тихо сказал он Льюису. — Дорога долгая.       Льюис кивнул, но его щеки чуть порозовели. Он отвернулся к окну, пытаясь скрыть неловкость. Уильям, глядя на брата, отметил про себя, что Эвелин, кажется, стала для них обоих чем-то большим, чем просто союзница. Но он тут же отогнал эту мысль, возвращаясь к своим планам.       Позже Уильям мягко коснулся плеча Эвелин, его прикосновение было легким, но внимательным. — Эвелин, мы идем в вагон-ресторан. Ты с нами? — спросил он, его голос был спокойным, но с едва уловимой теплотой.       Эвелин, подавив зевок, покачала головой. — Нет, идите без меня. — До Лондона еще далеко, ты уверена? — подал голос Льюис, стоя у двери купе. Его тон был чуть резче, чем он хотел, словно он беспокоился больше, чем готов был показать. — Я не голодна, а вот спать хочу, — сонно ответила Эвелин.       Уильям кивнул, но добавил: — Если передумаешь, мы будем там. И… держи это на случай, если станет холодно. — Он указал на плед.       Эвелин удивленно посмотрела на него, но Уильям уже повернулся к выходу.       Когда братья ушли, Эвелин осталась одна. Посмотрев в окно, она заметила, что погода прояснилась. Сонливость отступила, но голод дал о себе знать.       «Они же сказали, что я могу прийти…»       Эвелин направилась к вагону-ресторану, ощущая усталость от долгой дороги. Но, проходя переход между вагонами, она услышала пронзительный женский крик. Ее сердце замерло, и, забыв об усталости, она бросилась на звук.       В углу вагона стояла женщина средних лет, прикрывая рот рукой. Ее глаза были полны ужаса. — Мадам, что случилось? — обеспокоенно спросила Эвелин. — Т-там… кровь… — дрожащим голосом ответила женщина, указав на дверь купе.       Эвелин, встав на носочки из-за небольшого роста, заглянула в окошко. Сквозь щель в занавесках она увидела тело мужчины, неподвижно лежащее между сидений в луже крови. Аппетит мгновенно пропал. Ей не было страшно, но кровавая сцена вызвала неприятное чувство.       Ритмичные шаги привлекли ее внимание. Перед ней появился хорошо одетый мужчина с черными волосами, уложенными назад, и решительным взглядом. За ним шли трое: Шерлок Холмс с небрежно расстегнутой рубашкой, Уильям и Льюис. — Я инспектор Лестрейд из Скотленд-Ярда. Что случилось? — серьезно спросил мужчина.       Женщина, стоявшая позади Эвелин, дрожащим голосом ответила: — П-пару секунд назад… Я услышала шум из купе… Вышла посмотреть и…       Она закрыла лицо руками, не в силах продолжить.       Лестрейд проверил дверь — она была заперта. Его взгляд остановился на Эвелин. — Я шла в вагон-ресторан и услышала крик, — спокойно пояснила Эвелин, поправляя выбившуюся прядь волос с едва заметной грацией, которая невольно привлекла взгляд Льюиса.       Шерлок шагнул вперед, взглянул в окошко, затем заметил Эвелин. — О, мисс Рейнхарт, какая встреча! — воскликнул он с привычной дерзкой улыбкой, в которой сквозила искренняя радость. — Здравствуйте, мистер Холмс. Не удивлена, что мы встретились на месте преступления, — ответила Эвелин, ее тон был легким, но собранным, с едва уловимой искрой в глазах, выдающей ее интерес к происходящему. — Меня всегда удивляет твое хладнокровие, мисс Рейнхарт, — добавил Шерлок, прищурившись, но тут же вернул беззаботный вид. — Не каждая леди сохранит такое спокойствие рядом с трупом. — Бояться надо живых, мистер Холмс, — отозвалась она с легкой, почти игривой улыбкой, которая, кажется, предназначалась не только Шерлоку.       Льюис, стоявший позади, напрягся. Его пальцы невольно сжались, а взгляд потемнел, когда он заметил, как легко Эвелин общается с Шерлоком. Что-то в их непринужденном разговоре кольнуло его, и он, сам того не осознавая, шагнул чуть ближе к Эвелин, словно желая ненавязчиво обозначить свое присутствие. Его сердце дрогнуло, когда она мельком взглянула на него, и он тут же отвел глаза, ругая себя за эту слабость.       Шерлок вернулся к делу, еще раз заглянув в окошко. — Он мертв, смотри, — подозвал Холмс Уильяма. Блондин приблизился, его спокойный, но цепкий взгляд скользнул по сцене. — Это элементарное убийство, — заявил детектив с легкой насмешкой.       Уильям, слегка наклонив голову, бросил быстрый взгляд на Эвелин, стоявшую неподалеку. Ее внимательное наблюдение за происходящим вызвало у него легкую улыбку, которую он тут же скрыл, вернувшись к делу. — Эй, Лиам! Ты определенно свободен, пока мы не прибудем в Лондон, так? Хочешь заключить пари, кто первым найдет преступника? — Шерлок озвучил идею с энтузиазмом, явно наслаждаясь перспективой соревнования.       Уильям ответил сдержанной улыбкой, но его глаза на мгновение задержались на Эвелин, словно он пытался уловить ее реакцию на это предложение. Она, однако, уже повернулась к потрясенной женщине, мягко взяв ее под руку, чтобы проводить в купе. Льюис заметил этот взгляд брата и нахмурился, чувствуя, как в груди зарождается смутное раздражение, которое он не мог до конца объяснить.       Пока Эвелин успокаивала женщину, Шерлок сосредоточился на замке купе. Но его инструмент неожиданно сломался, и детектив, чертыхнувшись, обернулся к Эвелин, которая как раз вернулась. — Мисс Рейнхарт, у тебя случайно нет шпильки? — спросил он, пытаясь скрыть легкое раздражение за привычной самоуверенностью.       Эвелин, чуть приподняв бровь, ответила с легкой насмешкой: — Мистер Холмс, не думаю, что шпилька для волос взломает замок. Мы ведь не в детективном романе. — Здесь замки не такие сложные, даже ты бы справилась, — парировал Шерлок, подмигнув. — Ну так что?       Эвелин, чуть помедлив, аккуратно вынула шпильку из волос, и Льюис невольно задержал взгляд на ее движении — плавном, почти завораживающем. Она передала шпильку Шерлоку, и их пальцы на мгновение соприкоснулись. Младший Мориарти сжал челюсти, стараясь не выдать своих эмоций. — Надеюсь, вам ее не жалко, так как вернуть не получится, — пробормотал Шерлок, уже возясь с замком. — Все в порядке, — ответила Эвелин, отступив на шаг и наблюдая за его действиями с любопытством, которое она пыталась скрыть за сдержанной улыбкой.       Уильям, стоявший чуть в стороне с планом поезда в руках, бросил на Эвелин еще один взгляд. Его глаза, обычно холодные и аналитические, на миг смягчились, но он быстро отвел взгляд, сосредоточившись на списке пассажиров. — Комната была закрыта… преступник запер дверь и ушёл с ключом? — предположил Лестрейд.       Послышался щелчок замка. Шерлок распахнул дверь, и они с Уильямом принялись осматривать тело. Их синхронные движения и почти одинаковые выводы вызвали у Эвелин легкую улыбку. — Судя по всему… Что ж, скоро узнаем, как только осмотрим жертву.       Внимательно осмотрев тело, Холмс изучал каждую деталь, словно ищейка, аккуратно переворачивая, осматривая и анализируя. Каждый след, каждая царапина, каждое пятно на одежде — все было важно для него. Вместе с Холмсом место преступления осматривал и Уильям.       Сидя на корточках, рассматривая визитные карточки, Шерлок уже успел сделать некоторые выводы. — Ясно… я почти понял.       Инспектор заинтересованно глянул на Шерлока и спросил: — Нашёл что-то, что указывает на преступника?       Детектив с некой ленцой и скукой ответил: — Угу, для начала я узнал вот что: жертва — лондонский ювелир, Тревор Редвуд. Преступник — мужчина. Сел на поезд на первой станции в Дареме. Подмешав наркотики, он отправился усыпить жертву с целью ограбления. Однако потерпел неудачу и ударил его ножом.       Лестрейд был потрясён догадками Шерлока. — О-откуда ты знаешь? Усыпить? Значит это не убийство ради ограбления? — Это элементарно, — сказал Шерлок. — Это очевидно, — одновременно произнес Уильям.       Эвелин, стоя чуть поодаль, тихо хмыкнула. «А я говорила, что они похожи», — подумала она, переводя взгляд с одного на другого. Кажется между Уильямом и Шерлоком назревает соревнование, будет любопытно посмотреть на ход их мыслей. Кто же из них гений дедукции?       Льюис, заметив ее улыбку, почувствовал, как его сердце сжалось. Ему хотелось, чтобы она смотрела так на него, но он тут же отогнал эту мысль, сердито напомнив себе о своем долге перед братом. — Пожалуйста, объясни это, — смиряясь, что его мыслительные способности не так хороши, как у Холмса и ещё и Мориарти, произнёс инспектор. — Ох, ладно, скажу только один раз, потому что у нас нет времени, — с нотами раздражения в голосе произнёс Шерлок. Затем продолжил, — Посмотри сюда здесь два набора следов. Одни принадлежат жертве. Другие кому-то кто сел в поезде в Дареме. И носит обувь 42 размера. — указывая на следы, объяснял детектив. — Как ты понял, что он сел в Дареме? — Этот профессор там работает. Взгляни на его ботинки. Уильям, слегка качнув головой в подтверждении, ответил: — Да, в Дареме шёл дождь. Небо прояснилось, когда мы достигли Йорка, первой остановки. — Ясно, значит, так ты определил станцию и что это мужчина… — задумчиво произнёс инспектор, делая для себя заметки в расследовании Холмса.       Уильям наклонился, чтобы поднять бутылку и бокал. — Кроме того, это, вероятно, то что мистер Холмс сказал раньше. Виски и бутылка тут, — указывая на них, объяснял Уильям. — Здесь все ещё остался слабый запах хлоралгидрата, который при смешении с виски… — Смешай с алкоголем он становится сильным снотворным, — понял Лестрейд, — значит, преступник планировал усыпить жертву и затем совершить ограбление… — осматривая стакан, начал понимать инспектор. — Да не важно как он это сделал. Кто-то добавил это в стакан и предложил жертве. — пояснил Мориарти. — Тогда почему преступник его убил? — А? Потому что случилось что-то, на что он не рассчитывал. Вот и все. — заключил Шерлок.       Когда Шерлок и Уильям начали объяснять Лестрейду детали дела, Эвелин незаметно подошла к Льюису. — На твоем лице буквально написано: «Вы мне не нравитесь, мистер Холмс», — тихо сказала она, ее голос был мягким, но с легкой насмешкой. — Это если мягко говоря.       Льюис сжал кулаки, его щеки слегка порозовели от ее слов. — Его фамильярное поведение с братом возмутительно, — прошипел он, стараясь говорить спокойно, но его голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — И с тобой… он слишком… — Льюис осекся, понимая, что сказал лишнее, и быстро отвел взгляд.       Эвелин удивленно приподняла бровь, но ее губы тронула теплая улыбка. — Мне кажется, или ты глазами хочешь в нем дыру проделать? — легонько ткнув его локтем в бок, она усмехнулась, пытаясь разрядить его напряжение. — Тебе не кажется, — буркнул Льюис, но его взгляд невольно смягчился, когда он встретился с ее глазами. Это длилось лишь мгновение, но Эвелин уловила его и почувствовала, как ее щеки слегка теплеют. — Вместо того, чтобы ревновать своего брата, лучше понаблюдай за битвой двух умов. Это всегда интересно, — добавила она, стараясь вернуть разговору легкость. — Что?! Ревную?! — Льюис резко повернулся к ней, его глаза вспыхнули возмущением, но в них мелькнуло что-то еще — растерянность, смешанная с чем-то теплым. — Ты невыносима!       Он отошел в сторону, но его щеки предательски покраснели. Эвелин проводила его взглядом, тихо вздохнув. «Ладно, возможно, я погорячилась», — подумала она, но уголки ее губ невольно приподнялись.       Уильям, наблюдавший за этой сценой краем глаза, слегка улыбнулся. Он заметил, как Льюис реагирует на Эвелин, и это вызвало у него легкое любопытство. Его младший брат редко проявлял эмоции так открыто, и Уильям не мог не признать, что Эвелин каким-то образом сумела пробиться через его броню. — … успешно усыпил. Однако либо снотворное было слабым, либо у жертвы была к нему невосприимчивость. Он, видимо, проснулся, когда преступник пытался украсть его вещи. Это был неожиданный элемент. Судя по ране на подбородке, в качестве оружия использовался нож или другой острый предмет. Такие же следы остались и на замке этого чемодана, когда его пытались открыть. — Я не вижу ножа, так что преступник явно забрал его с собой, — ещё раз осмотрев купе, сказал Холмс. — Скорее всего… Преступник схватился с проснувшейся жертвой и убил его. Здесь также есть следы, того, что преступник пытался зажать рану, чтобы остановить кровотечение. Его вероятно, встревожило количество крови. — продолжил свои рассуждения Мориарти. — Верно, здесь остался отпечаток ладони, но на руках жертвы крови нет. Запаниковав, преступник забыл первоначальную цель ограбления… — дополнил Шерлок. — Да, в конце концов он оставил тело и ушёл. Даже не уничтожив улики. Он забрал ключ и нож и закрыл дверь за собой. Как будто ничего не случилось. Здесь все раскрыло смятение самого преступника. — обернувшись на Лестрейда, пояснял Уильям. Детектив развернулся, чтобы уйти из купе, так как больше там было ничего не найти. — Согласен, Лиам.       Выйдя следом за детективом, инспектор спросил: — Ты уже закончил с купе? — Ага, там больше не на что смотреть. Идём Джо… — Шерлок осекся.       Детектив вспомнил, что его друга арестовали, и почувствовал, что ему не хватает его. Шерлок пробежался глазами по всем присутствующим и остановился на Эвелин, что-то обдумывая. — Как хорошо, что ты все ещё здесь, мисс Рейнхарт, не хочешь ли составить компанию? — быстро избавившись от мыслей о Джоне, бодрым тоном спросил Шерлок.       Льюис, стоявший чуть поодаль, напрягся. Его пальцы невольно сжались в кулаки, а взгляд стал ещё мрачнее. Он не мог понять, почему слова Холмса так сильно его задели, но мысль о том, что Эвелин может пойти с этим детективом, вызывала странное чувство в груди.       Лицо Лестрейда выражало непонимание. — Шерлок?! — Заманчивое предложение, мистер Холмс, но вынуждена отказать. Будет нечестно, если мы с вами объединимся, а тот джентльмен останется без напарника, — она кивнула в сторону Уильяма, ее тон был легким, но в нем чувствовалась искренняя теплота. — К тому же, вы заключили пари, если я правильно помню.       Льюис выдохнул, чувствуя, как напряжение в груди немного спадает. Но тут же нахмурился, злясь на себя за эту реакцию. Почему меня вообще это волнует? — подумал он, но ответа не нашел.       Холмс выдержал долгий взгляд на неё и произнёс: — Что ж ладно, настаивать не буду.       Эвелин поняла, что тот молодой человек, которого арестовали, был другом Шерлока и возможно он хотел заменить его на время расследования на неё. Все же каким бы Холмс не выставлял себя как одиночку, он был зависим от окружающих его людей. Определено расследования теперь были не такими интересными в одиночку.       Уильям, стоявший неподалеку, бросил на Эвелин еще один взгляд. Его улыбка была едва заметной, но в ней сквозило что-то большее, чем просто благодарность за ее нейтралитет. Он ценил ее умение сохранять баланс и не вмешиваться в их игру, но в глубине души чувствовал легкое тепло от ее присутствия. Это было мимолетное чувство, которое он тут же отмел, сосредоточившись на расследовании. — Ладно, осталось 39 минут. Я бы хотел немного подумать, так что откланяюсь, — сказал Уильям, посмотрев на часы. Его голос был спокойным, но в нем чувствовалась уверенность, которая всегда привлекала внимание.       Шерлок и Лестрейд направились в вагон-ресторан, а Льюис остался стоять, глядя вслед Эвелин, которая уже собиралась уйти в свое купе. — Извини, я погорячилась, — тихо сказала она, подойдя к нему. Ее голос был мягким, почти виноватым, и Льюис почувствовал, как его сердце снова дрогнуло. — Холмс — единственный человек, которого так уважает брат, — начал он, стараясь говорить ровно, но его тон выдавал внутреннюю бурю. — Но он видит в нем лишь второстепенного противника, которым можно воспользоваться… А его фамильярность с тобой… — Льюис снова осекся, его глаза потемнели, но теперь в них была не только злость, но и что-то уязвимое.       Эвелин мягко коснулась его руки, пытаясь успокоить. — Подожди, Льюис. Ты ничего не будешь делать с Шерлоком, ладно? Он, между прочим, хороший друг, — сказала она, и ее голос был искренним, но в нем чувствовалась легкая тревога.       Льюис замер, чувствуя тепло ее ладони через ткань рукава. Это прикосновение вызвало в нем странное смятение, и он поспешно отвел взгляд, борясь с желанием сказать что-то еще. Она назвала его другом… — эта мысль уколола его сильнее, чем он ожидал. — Почему он предложил тебе составить ему компанию? — резко спросил он, пытаясь сменить тему и скрыть свои чувства.       Эвелин слегка улыбнулась, но в ее глазах мелькнула неловкость. — Как-то давно я помогла ему с одним делом. Он сказал, что я весьма умна… для женщины, — она усмехнулась, но ее щеки слегка порозовели. — Думаю, с тех пор он относится ко мне чуть лучше. Ну, я так надеюсь.       Льюис молчал, но его взгляд смягчился. Он хотел сказать что-то, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто кивнул, стараясь скрыть, как сильно его волнует ее близость. — Льюис, Эвелин, я получил план поезда и список пассажиров, — окликнул их Уильям, подходя ближе.       Эвелин улыбнулась Уильяму, но ее взгляд невольно вернулся к Льюису, который смотрел на нее с непривычной мягкостью. Между ними повисла тишина, полная недосказанности. — Что ж, я лучше пойду в купе, а вы тут разбирайтесь с расследованием, — сказала она, мило улыбнувшись, и направилась к своему вагону. Уильям проводил ее взглядом, его бровь слегка приподнялась. Он повернулся к Льюису, который стоял с бесстрастным выражением лица, но его глаза выдавали бурю эмоций. — Что-то не так, Льюис? — спросил Уильям, его голос был спокойным, но в нем чувствовался легкий намек на понимание.       Льюис пожал плечами, стараясь выглядеть равнодушным. — Ничего, — коротко ответил он, но его взгляд невольно скользнул в сторону, где скрылась Эвелин.       Уильям лишь слегка улыбнулся, не став развивать тему. Он знал своего брата лучше, чем тот думал, и видел, как Эвелин невольно меняет его. Но Уильям также чувствовал, что и сам не совсем равнодушен к ее уму и харизме. Это было лишь легкое чувство, которое он пока не собирался анализировать. Впереди было расследование, и он сосредоточился на нем, оставив эмоции на потом.

***

      Прошло достаточно времени с момента начала расследования убийства в поезде. Эвелин уже подумывала отправиться на поиски кого-нибудь, кто бы рассказал, как продвигается дело, но дверь в купе неожиданно отворилась, и в проеме появились Уильям и Льюис. Их появление заставило ее сердце на миг дрогнуть — она не ожидала увидеть их так скоро, и что-то в их уверенной походке привлекло ее внимание. — О, вы прям уложились вовремя. Кто убийца? Я думала, это кто-то из персонала поезда, — повернувшись к мужчинам, проговорила Эвелин, стараясь скрыть легкое волнение за непринужденным тоном.       Льюис удивленно приподнял бровь, его взгляд на мгновение задержался на ее лице, словно он пытался понять, насколько серьезно она говорит. — Как ты узнала? — спросил он, и в его голосе скользнула нотка невольного восхищения, которую он тут же попытался замаскировать привычной сдержанностью. Эвелин слегка пожала плечами, ее губы тронула неловкая улыбка, но глаза блестели от удовольствия, что ее догадка оказалась верной. — Я присутствовала в момент рассуждений Уильяма и мистера Холмса и успела сделать некоторые выводы. Кроме того, если бы это был какой-то пассажир, он должен был следить за жертвой или знать ее лично, чтобы решиться на ограбление. А у кого есть доступ к списку пассажиров? Правильно, у персонала. Он узнал, что будет тот ювелир, и решил его ограбить. Ну, и… просто интуиция подсказывает, — закончила она, чуть смутившись под внимательным взглядом Льюиса.       Уильям, прислонившись к стене купе, слегка улыбнулся, его глаза внимательно наблюдали за Эвелин. В ее словах он уловил не только логику, но и ту искру, которая делала ее столь интересной личностью. — Пускай и случайно, но ты угадала. У тебя хорошо развита интуиция, — заметил он, его голос был спокойным, но в нем скользнула едва уловимая теплота. Он сам не заметил, как его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем требовала ситуация.       Эвелин ответила с хитрым прищуром, решив слегка поддразнить его: — Благодарю, Лиам, — она нарочно выделила сокращенное имя, которым называл Уильяма Шерлок, и ее губы дрогнули в сдержанной улыбке.       Уильям усмехнулся, его глаза на миг вспыхнули весельем. Он не возражал против этого обращения, находя его забавным, но заметил, как Льюис напрягся, услышав их обмен репликами. Младший Мориарти нахмурил брови, его взгляд метнулся к Эвелин, и в нем мелькнула смесь раздражения и чего-то еще — чувства, которое он сам пока не мог назвать. Уильям, однако, списал это на привычную для Льюиса защиту их семейного круга и не придал значения.       Эвелин, заметив его хмурый вид, не смогла удержаться от искушения поддразнить и его. Она повернулась к Льюису, наклонив голову с игривой улыбкой. — Хм? Льюис, может, и тебе сокращенное имя дать? Что скажешь? Как насчет Лу? Или Луи? — последнее слово она произнесла с легким французским акцентом, намеренно растягивая гласные, чтобы посмотреть на его реакцию.       Льюис замер, его глаза расширились от возмущения, а щеки предательски вспыхнули. Он почувствовал, как кровь прилила к лицу, и это только усилило его смятение. — Ни в коем случае! — выпалил он, но тут же заметил, как Уильям сдерживает улыбку, прикрыв губы ладонью. Льюис кашлянул, пытаясь вернуть себе невозмутимый вид, и пробормотал: — Это… нелепо.       Уильям, откинувшись на спинку сидения, посмотрел на брата с едва заметной насмешкой, но его тон был мягким, почти поддерживающим. — А мне нравится, — сказал он, бросив взгляд на Эвелин, чьи глаза искрились от смеха. — Луи звучит вполне… изысканно.       Льюис уставился на брата, его губы сжались в тонкую линию, но он быстро опустил взгляд, борясь с желанием возразить. — Если брат так хочет… — тихо произнес он, его голос был ровным, но в нем чувствовалась капля смирения, — однако я все равно предпочту свое полное имя.       Эвелин рассмеялась, ее смех был звонким и теплым, наполняя купе легкостью. Она посмотрела на Льюиса, и ее взгляд невольно задержался на нем чуть дольше, чем следовало. Его реакция — смесь возмущения и смущения — показалась ей очаровательной, и она почувствовала легкое тепло в груди. — Ладно, Льюис, не злись. Мне просто нравится твоя реакция. Это… мило, — сказала она, и ее голос смягчился. Льюис бросил на нее быстрый взгляд, его щеки снова порозовели, и он тут же отвернулся, пробормотав: — Ты невыносима…       Но когда Эвелин отвернулась, чтобы поправить сумку на полке, он украдкой посмотрел на нее. В его глазах мелькнула тень улыбки, а в груди шевельнулось странное тепло, которое он пока не решался признать. Уильям, наблюдавший за этой сценой, слегка прищурился, но его губы тронула едва заметная улыбка. Он видел, как Льюис оживляется в присутствии Эвелин, и считал это признаком их крепнущей дружбы.

***

      Поезд прибыл в Лондон согласно расписанию. Мягкий гудок сигнала возвестил об окончании поездки, и пассажиры начали выходить на платформу. Шум открывающихся дверей, торопливый топот ног, голоса, смех и суета с багажом наполнили воздух вокзала. Кто-то спешил, поглядывая на часы, кто-то неспешно оглядывался, любуясь величественным зданием лондонского вокзала. Встречающие родственники и друзья добавляли в эту картину теплоты, их радостные возгласы смешивались с общим гулом.       Эвелин стояла на платформе, поправляя шляпку, и ее взгляд скользил по толпе в поисках знакомой фигуры Шерлока. — Уильям, идите без меня. Я попробую найти мистера Холмса. Будет странно, если я не узнаю, чем закончилось расследование, — сказала она, ее голос был легким, но в нем чувствовалась искренняя заинтересованность. — Хорошо, мы тебя подождём. — кивнул Уильям.       Эвелин улыбнулась и направилась в толпу, ее силуэт вскоре затерялся среди пассажиров. Льюис, стоявший рядом с братом, смотрел ей вслед, и его лицо невольно омрачилось. Мысль о том, что она ушла искать Холмса, вызвала неприятный укол в груди, который он не мог объяснить. Он сжал ручку чемодана чуть сильнее, чем нужно, стараясь скрыть свои эмоции. — Льюис? Что-то не так? — спросил Уильям, заметив, как брат отстал. Его голос был ровным, но глаза внимательно изучали младшего Мориарти.       Льюис вздрогнул, словно пойманный врасплох, и поспешно улыбнулся, стараясь выглядеть как обычно. — А… Нет, ничего, брат, — ответил он, но его улыбка вышла чуть натянутой.       Поначалу Уильям почти не замечал. Ну, разве что редкую, слегка задумчивую тень в глазах Льюиса, когда упоминалась Эвелин. Или то, как он невольно оборачивался, если слышал её голос в соседней комнате. Но ведь это вполне объяснимо — они подружились, вот и всё. Эвелин вызывала симпатию у многих, и вовсе не обязательно видеть в этом что-то большее.       Да и сам Льюис вёл себя сдержано. Не заискивал, не стремился быть рядом с ней при каждом удобном случае. Напротив — держался спокойно, без намёков на неуместную привязанность. Иногда, правда, взгляд его задерживался на ней чуть дольше обычного. Но ведь забота — не признак влюблённости, особенно у Льюиса, который всегда умел быть внимательным, не переходя границ.       Уильям даже радовался этой дружбе. Она шла им обоим на пользу. Эвелин становилась спокойнее рядом с тем, кто не требовал от неё ни слов, ни ответов, а Льюис — будто становился мягче. Было видно, что он ценит её общество. Чисто, по-доброму, по-семейному. Так, как брат ценит младшую сестру или старший товарищ — хорошего, светлого человека, к которому тянется душа, но без излишних сложностей.       Нет, Уильям был уверен: между ними — только дружба. И, возможно, именно поэтому всё казалось таким правильным.

***

      Заметив в толпе знакомый силуэт с небрежно завязанным хвостиком, Эвелин ускорила шаг, чувствуя легкое волнение. Она окликнула мужчину, ее голос прозвучал звонко, но с привычной теплотой: — Мистер Холмс!       Шерлок обернулся на знакомый голос, его глаза тут же вспыхнули любопытством. Рядом с ним стоял Джон Уотсон, который тоже повернулся, слегка приподняв брови. Холмс, как всегда, выглядел слегка растрепанным, но его взгляд был острым, словно он уже анализировал каждую деталь Эвелин — от ее легкой улыбки до уверенной походки. — Мисс Рейнхарт? Вы хотите узнать об убийце? — ухмыльнулся Шерлок, скрестив руки на груди. Его тон был насмешливым, но в нем чувствовалось неподдельное удовольствие от встречи. — Именно, — ответила Эвелин, расплывшись в улыбке, которая сделала ее лицо еще живее. Ее глаза искрились любопытством, и она невольно поправила прядь волос, выбившуюся из-под шляпки, — жест, который не остался незамеченным Шерлоком. Джон, стоявший рядом, ткнул Шерлока локтем в бок, его лицо выражало легкое раздражение, смешанное с добродушием. — Кхем. Шерлок, может, представишь нас? — произнес он сквозь зубы, бросив на друга укоризненный взгляд.       Эвелин, заметив эту забавную сцену, не смогла сдержать улыбку. Ее взгляд скользнул к мужчине рядом с Шерлоком, и она отметила его теплую, чуть неловкую манеру держаться. — Эвелин Рейнхарт, — представилась она, слегка наклонив голову. — Я как-то снимала комнату у мисс Хадсон, там, где живет мистер Холмс, так мы и познакомились.       Джон, слегка смутившись, застегнул пуговицу пиджака, словно пытаясь скрыть неловкость. Его лицо осветила искренняя улыбка, и он слегка поклонился, демонстрируя свою привычную учтивость. — Джон Х. Уотсон. Приятно познакомиться, мисс Рейнхарт, — сказал он, его голос был теплым и дружелюбным. — Мисс Хадсон часто упоминала вас, кажется, вы оставили у нее хорошее впечатление.       Эвелин улыбнулась шире, ее щеки слегка порозовели от комплимента. — Мне тоже приятно, мистер Уотсон. Полагаю, вы близкий друг мистера Холмса. Он выглядел… обеспокоенным, когда увидел, что вас арестовали, — добавила она, бросив на Шерлока быстрый взгляд, полный легкой насмешки.       Шерлок удивленно приподнял бровь, его губы дрогнули, но он быстро вернул свою привычную дерзкую ухмылку. Мысль о том, что кто-то заметил его эмоции, была для него неожиданной — особенно от Эвелин, чья проницательность всегда его интриговала. Джон, тем временем, смерил Шерлока взглядом, в котором смешались недоверие и легкое удивление. После их недавней ссоры он не ожидал, что Шерлок мог так открыто проявить беспокойство. — Вот как… Переживал, хах, — покосился Джон на Шерлока, его тон был шутливым, но в нем чувствовалась тень благодарности.       Шерлок фыркнул, скрестив руки на груди, и поспешил сменить тему, явно не желая углубляться в обсуждение своих чувств. — Может, уже закончим с любезностями? Наверняка мисс Рейнхарт в нетерпении узнать, кто убийца, — сказал он, бросив на Эвелин взгляд, в котором мелькнула искренняя заинтересованность. — Что ж, вы правы, — ответила она, ее любопытный взгляд остановился на Шерлоке. Она слегка наклонила голову, и ее глаза блестели от предвкушения. — Это было просто. Им оказался один из работников поезда, — буднично произнес Шерлок, но его тон выдавал легкое разочарование, словно дело оказалось слишком простым для его вкуса. — Вот как… — Эвелин кивнула, ее губы тронула задумчивая улыбка.       Джон, заметив ее спокойную реакцию, слегка нахмурился. — Вы не удивлены, мисс Рейнхарт, — сказал он, неловко улыбнувшись.       Шерлок прищурился, его взгляд стал испытующим, словно он пытался проникнуть в мысли Эвелин. — Вы догадывались, мисс Рейнхарт? — спросил он, и его голос был серьезнее, чем обычно. Он наклонился чуть ближе, изучая ее реакцию с той же дотошностью, с которой осматривал место преступления.       Эвелин встретила его взгляд с легкой улыбкой, не поддаваясь его напору. — И вы, как всегда, превосходно читаете людей, мистер Холмс, — отшутилась она, но ее тон был достаточно мягким, чтобы не показаться насмешливым. — Я просто сложила два и два, послушав ваши с Мориарти рассуждения. Это было… занимательно.       Шерлок хмыкнул, его глаза на миг вспыхнули любопытством. Он уже привык, что Эвелин — загадка, которую не так просто разгадать. Она была для него одновременно логичной и непредсказуемой, и это сочетание будило в нем интерес, который он пока не решался анализировать. — Кстати, о Лиаме, — начал он, сощурив глаза и понизив голос, словно делясь секретом. — Кто выиграл пари? Наверняка ты думаешь, что я, да? Но этот математик блефует лучше, чем я ожидал. Если бы не он, я бы не смог так быстро помочь Джону. — Шерлок сделал паузу, его взгляд стал острее. — Кстати, о Мориарти… Почему ты сделала вид, будто едва знакома с ними? Я заметил, что с младшим братом, Льюисом, вы были весьма… приветливы.       Эвелин слегка приподняла бровь, ее губы дрогнули в улыбке, но она не поддалась на провокацию. — От вас ничего не утаить, мистер Холмс, — ответила она, ее голос был легким, но с ноткой загадочности. — Вы правы, я знакома с Льюисом Мориарти. Он… интересный человек. А вот с его старшими братьями я едва пересекалась. Это все, что вы хотели знать? — Она наклонила голову, и ее глаза искрились, словно она знала, что Шерлок ищет в ее словах нечто большее.       Шерлок задержал на ней взгляд, его губы изогнулись в едва заметной улыбке. Он чувствовал, что Эвелин — как пазл, который он пока не может собрать. Женщины всегда были для него загадкой, полной эмоций и нелогичных поступков, но Эвелин выделялась даже среди них. Она была умна, проницательна, но при этом умела скрывать свои мысли, позволяя увидеть ровно столько, сколько хотела. Это одновременно раздражало и восхищало его. — Мисс Рейнхарт, ты как-нибудь заходи на Бейкер-стрит. Мисс Хадсон будет рада вас увидеть, — сказал Шерлок, и его голос смягчился.       Джон бросил на Шерлока удивленный взгляд, но промолчал, лишь слегка улыбнувшись. Эвелин кивнула, ее щеки чуть порозовели от неожиданной искренности детектива. — Спасибо, мистер Холмс. Я подумаю над вашим приглашением, — ответила она, ее тон был мягким, но в нем чувствовалась легкая игривость.       Попрощавшись с Шерлоком и Джоном, Эвелин направилась туда, где, вероятно, ждали братья Мориарти.